Дуновение горячего ветра

      > [Инициация системы контроля функционирования;]       > […]       > [Система работает штатно]       > [Запуск сканирования жизненно важных систем;]       > [1... 2... 3... 4... 5... 6...]       > […]       > [Все системы в исправном рабочем состоянии]       > [Запущено сканирование вторичных систем организма;]       > [1... 2... 3... 4...]       > […]       > [Неполадок не обнаружено]       > [Дополнительное сканирование на наличие цифровых вирусов и соответствие киберимплантов их сертификатам: необходимо согласие пользователя]       > [Активировать сканирование? [Да/Нет]]       > […]       > [Пользователь не отвечает;]       > [В целях обеспечения безопасности жизнедеятельности пользователя, ответ [Да] выбран как предпочтительный]       > [Сканирование запущено;]       > [1... 2...]       > [ВНИМАНИЕ: обнаружено неидентифицированное подключённое устройство]       > [Статус: неактивно, находится в режиме готовности;]       > [Тип: имплант головного мозга класса «информационная бомба»;]       > [Наполнение: неизвестно;]       > [Триггер активации: неизвестно]       > [Производится оценка угрозы пользователю;]       > […]       > [Анализ завершён: вероятность повреждения психики пользователя при активации импланта – [85] процентов; вероятность выхода из строя жизненно важных систем – [7,6] процента; вероятность необратимой потери памяти – [99,8] процента]       > [Вероятность случайной активации: не определено [Ошибка: недостаточно данных]]       > [Вероятность дезактивации устройства силами антивируса: [0] процентов]       > [Внимание: устройство опасно для пользователя]       > [Повтор: УСТРОЙСТВО ОПАСНО ДЛЯ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ]       > [Запрос на ручное отсоединение импланта пользователем;]       > […]       > [Пользователь не отвечает]       > [Внимание: обнаружено внешнее устройство ввода-вывода информации;]       > [Тип устройства: коротковолновой кодек, модель 5]       > [Выполнение отправки запроса на устройство;]       > […]

***

      – Эй? Что-то не так? – настороженно спросил кто-то. Тряхнув головой и очнувшись, Райдо обернулся: это был путешественник, вместе с которым они стояли в кабине лифта. Вместе со шлемом тот сбросил и плащ, и теперь было видно его крепкое, мускулистое тело без видимых имплантов, одетое в плотный костюм из армированной карбоновыми нитями ткани. Костюм был во множестве мест покрыт прорехами и дырами, и на многих ещё виднелись следы запёкшейся крови. Мощная, перемотанная бинтами шея держала голову с гривой чёрных, уже начинающих седеть волос. На поясном ремне, увешанном множеством небольших карманов, болтались в кронштейне ножны, из которых торчала рукоять «Хамсина»: с оружием путняк не расставался, кажется, даже в постели... Ещё раз встряхнувшись, Райдо со вздохом ответил:       – Нет, ничего... Всё в порядке. Мы, кажется, уже должны были спуститься на нужный уровень.       И верно – через пару мгновений лифт остановился, и двери распахнулись. Коридор впереди, на удивление, не был освещён – лишь слабо фосфоресцирующие полосы вдоль стен указывали дорогу. Райдо уверенно двинулся вперёд, путешественник последовал за ним, попутно оглядываясь по сторонам. В этот момент затрещала его рация. Ответив на вызов, путняк услышал голос Фенрира:       – Меня доставили в комплекс. Не могу точно сказать, где я, но меня точно планируют восстановить.       «Они ещё не вернули тебе твой глаз?» – удивился путняк; окуляр он отдал вместе со своим шлемом, надеясь, что местные ИИ догадаются вернуть его Фенриру. Но тот ответил:       – Никак нет. К тому же, я вызывал тебя по совершенно иной причине.       «И по какой же? Ты немного вовремя, мы с Райдо движемся к...»       – Уходи оттуда. Райдо нестабилен, и может убить тебя в любой момент.       Путняк мгновенно посерьёзнел, взявшись за рукоять меча:       «О чём ты, чёрт возьми?!»       – Я перехватил информационную передачу. Какая-то подсистема внутри тела Райдо отправляет сигналы на его кодек, но он упорно игнорирует их. Ровно как и прямые вызовы этой системы через нервную систему.       «Он отключил кодек? И... что это за сигналы?»       – Я расшифровал их: это своего рода сигнал SOS. В голове Райдо установлен неопознанный имплант класса «информационная бомба», и он может активироваться в любую секунду. Судя по анализу, сделанному этой системой, имплант с высокой долей вероятности повредит психику Райдо.       «Ч-чёрт... Что за «информационная бомба» такая?»       – Один из нескольких десятков типов имплантов, официально запрещённых по всему миру. Усовершенствованная версия обычного импланта-хранилища памяти. Если объяснять совсем просто – он способен в короткий промежуток времени ввести в мозг человека огромный объём информации, перегружая его. В разное время этот тип имплантов не раз использовался как психотропное оружие, способное нанести непоправимый урон психике того, на ком он был применён. Даже значительно улучшенные имплантами мозги не в силах выдержать поток из нескольких тысяч терабайт информации.       «...И это с учётом того, что стандартный человеческий мозг может хранить едва ли больше тысячи?» – хмыкнул путешественник, – «Да, и вправду жуткая штуковина... Но откуда она в голове у Райдо? Неужели он не знал об этом импланте?»       – Похоже, он изначально был установлен в его мозг, и запрограммирован на активацию в определённый момент. Из репорта системы сканирования следует, что имплант не был замечен ею ранее, а также ей неизвестно, из-за чего и когда он может сработать. В любом случае – уходи оттуда, эй-эс-эй-пи*! Когда произойдёт активация импланта – оставаться рядом с ним будет слишком опасно! – в прежде бесстрастном голосе Фенрира прозвучала тревога за напарника.       «Я не могу. Райдо сказал, что здесь есть то, что являлось моей целью всё это время... Если он прав – моё дело увенчается успехом! Я не могу бросить всё здесь и сейчас».       – Твоя смерть не будет стоить всех вложенных стараний, если Райдо покромсает тебя на кусочки. Подумай ещё раз-       «Я сказал – НЕ МОГУ!» – вспылил путняк; впрочем, его пыл тут же угас: – «Слушай, я справлюсь с Райдо, если он вдруг слетит с катушек. В любом случае, если не успокою, то голову с плеч – универсальный вариант для кого угодно...»       – Ты... готов убить его? Разве ты не говорил, что не любишь вступать в бой без необходимости?       Путешественник скрипнул зубами.       «Если он действительно нападёт на меня, если попытается убить... Я не буду сдерживаться. Но я не стану нападать на него первым, слышишь?! Даже если он будет умолять о смерти – я не выну из ножен меч. Не подниму руку на того, кто не сделал мне зла...»       – Ты мыслишь неверно. Да, это вопрос чести, но не той чести, о которой ты говоришь. Это похоже на солдатский кодекс: если на поле боя раненный, умирающий товарищ будет просить тебя о выстреле в затылок, чтобы прервать мучения, – ты не можешь отказать ему. Это равносильно предательству. Проявлению слабости. А слабости не место на войне.       «Но мы не на войне, Фенрир... А Райдо мне не товарищ. Поэтому хватит-»       – Нет. Это ты постарайся понять меня, и, что важнее – понять его. Райдо психически нестабилен, и если ты бросишь его здесь, потерявшего рассудок – рано или поздно он выберется на поверхность. Озлобленный на весь мир, и что хуже – на тебя. Разве тебе это надо?       Снова скрипнув зубами, путешественник глубоко вздохнул. Его рот изогнулся в грустной полуулыбке.       «Ты прав, Фенр. Три года выживания в этих выжженных песком пустошах научили меня, что бои теперь уже не подчиняются правилам прошлого. Но куда бы я ни шёл, кого бы я не встречал – я всегда навязывал противнику свои правила боя. Воистину «джентльменские». И старался никогда не изменять им. Спросишь, почему?.. Прозвучит глупо, но мне казалось, что стоит мне забыть об этом, о кодексе чести дуэлянта – и я потеряю себя. Последнюю частичку себя, что ещё как-то цепляется за прошлое – светлое, успешное, безоблачное прошлое. Ведь я и так уже потерял слишком много».       – Не только работу в IM?       «Куда больше, чем просто работу. Призвание, популярность, славу... имя. Я потерял имя – в каком-то роде даже буквально. Через несколько месяцев после моего ухода из «Вульфхаунда» я выяснил благодаря своему знакомому-хакеру, что моё имя и биография были подтёрты со всех серверов IM, как если бы меня там никогда и не существовало. Но это был не конец, нет... Спустя ещё неделю я осознал: информации обо мне не существует вообще. Нигде, не только на серверах IM: мой электронный паспорт, виртуальный кошелёк, водительские права, лицензия мастера боя на мечах, – всё это более не действовало. Как будто меня кто-то стёр из этой реальности...»       – Похоже на действия хакера, или группы хакеров. Но... кому это могло понадобиться?       «Я задавал себе тот же вопрос, приятель. Увы, это теперь в прошлом. Всё, что у меня осталось – моя честь и мой меч. И если за меч я ещё могу ручаться, то вот моя идеология, похоже, отстала от течения песков времени, оставшись где-то там, где её понимали и признавали. Видимо, пришло время двигаться дальше, и стать единым целым с этим песчаным штормом... согласен?»       – Верно. И тем не менее – твоё решение не изменить? Ты не станешь нападать на Райдо первым?       «Если этого будет требовать ситуация – значит, так тому и быть. Я понимаю, что моя мораль требует «доработки»... Но я не хочу менять решение насчёт Райдо. Звучит глупо, но я по-прежнему не желаю ему зла».       – В любом случае, твой эмоциональный статус понятен. Райдо помог нам обоим. Как боевой ИИ, я по-прежнему отношусь к нему с максимальным подозрением, но также и в какой-то степени чувствую к нему то же самое, что и ты.       «Никогда не перестану удивляться тому, что ты способен чувствовать... Но я рад, что ты на моей стороне, Фенр».       – Принято.

***

      Пока шёл разговор, Райдо довёл путняка по запутанным коридорам до огромных – не меньше двадцати метров в высоту! – стальных ворот. Обернувшись и встретив вопросительный взгляд путешественника, он пояснил:       – Это бывший ангар для хранения сверхтяжелых боевых машин класса «Метал Гир». Незадолго до катастрофы на поверхности его переделали в тестовую зону, и кажется, проводили там эксперименты с каким-то неизвестным устройством.       – «Неизвестным»? – скептически изогнул бровь путешественник. Райдо пожал плечами:       – Веришь или нет, но в найденной мной документации отсутствовали какие-либо данные о том, что это за штука и какие она исполняла функции. Запрос в тогда ещё работавший информарий сети также не дал результата...       – То есть ты хочешь сказать, что эта неизвестная хреновина – и есть то, что мне нужно? Как я могу тебе верить, если ты и сам не знаешь, что это? Райдо вздохнул:       – Просто следуй за мной. Ты сам всё увидишь.       Шагнув вперёд, он приложил руку к воротам, и между рукой и металлом проскочил разряд; несколько секунд ничего не происходило, но затем в огромной пластине ворот с тихим скрипом раскрылась небольшая, в рост человека, дверь на уровне земли. Поманив путняка за собой, киборг шагнул внутрь. Путешественник настороженно последовал за ним.       Но как только он шагнул внутрь, кто-то тут же заслонил ему руками глаза и рот, подойдя со спины! Прежде чем путешественник успел что-либо произнести, его рация воспроизвела голос Райдо:       – Слушай меня внимательно! Прежде чем ты увидишь то, что здесь находится, я должен предупредить тебя: не издавай ни звука! Я, чёрт возьми, не знаю, что такое эта штука на самом деле, но одно скажу наверняка: она мгновенно изменяет структуру здешнего пространства, стоит тебе сказать хоть слово. Даже если ты при первом взгляде испустишь восхищённый вздох – это место перестанет быть таким, каким оно было до нашего прибытия. Поэтому, ради Бога – не издавай ни звука! – он говорил быстро и яростно. – С этого момента и до того, как мы выйдем отсюда, говорим исключительно по кодеку. Ты меня понял?!       «Д... да, понял», – очухавшись, ответил путешественник. – «Чёрт, и обязательно было меня душить?»       – Я не мог быть уверен в том, что ты сдержишься. Прости, не хотел тебе навредить, – извинился Райдо. Через секунду он разжал руки: путешественник, оглядываясь, разинул рот... и тут же захлопнул его обратно, сдержав эмоции. Хотя, признаться, распахивать рот тут было из-за чего...       Перед ними распростёрся огромный – не меньше полукилометра в длину и тридцати метров в высоту – ангар. Но вот то, что его заполняло... с трудом поддавалось описанию словами. Огромные, достигающие потолка хаотичные нагромождения непонятных пластин и рёбер, прямых и изогнутых, длинных и коротких. Они переплетались, проходили сквозь друг друга, образовывая невиданные геометрические узоры, – и таких «элементов» в каждой «горе» были миллионы. Ассиметричные, не похожие одна на другую, эти конструкции создавали в бывшем ангаре титанических масштабов лес, глубины которого терялись во мраке. Под ними распластывалась причудливая мозаика из всё тех же переплетений рёбер и пластин, конструируя настоящий лабиринт, в котором беглый взгляд тонул при попытках разглядеть хоть что-нибудь осмысленное и закономерное. И главное – было трудно увидеть сразу, но весь этот неописуемый «лес» двигался, незначительно, но всё же изменяясь почти каждое мгновение. То одна из пластин изогнётся и сложится гармошкой, то какое-нибудь ребро вдруг беззвучно схлопнется в точку и исчезнет, то целая конструкция вдруг посыплется со своего места вниз, вовлекая всё вокруг в водоворот хаотичных метаморфоз... С трудом совладав с эмоциями, путняк мысленно воскликнул:       «Твою ж- То есть... какого чёрта здесь творится, Райдо?»       Киборг, окидывая «рёберный лес» взглядом, лишь пожал плечами.       – Я же сказал – я не знаю, что это. И поверь, не стоит пытаться осмыслить эти конструкции. Это неевклидова геометрия, так что твой мозг закипит раньше, чем ты увидишь среди этих переплетений хоть что-то знакомое.       «Нет, я о другом... Откуда всё это здесь?»       – В основном – то, что здесь уже было: лабораторное оборудование, техника, материалы, даже БПУ... или то, что от всего этого осталось. Я уж говорил – что бы здесь не «колдовало», оно буквально искривляет метрику пространства, трансформируя всё, что попадает под его воздействие. Я проверял – некоторые из «лепестков» действительно являются «искривлёнными» техническими устройствами, сжатыми до толщины в несколько миллиметров. И более того – они даже в таком состоянии сохраняют работоспособность...       «Что?!»       – Просто следуй за мной. Я покажу тебе.       Райдо направился вперёд, к основанию «рёберного леса». Путешественник, хмыкнув, последовал за ним.       Здесь, на окраине «леса», торчали из пола разрозненные «рёбра» и пластины, прямые, гнутые и витые... Попадались даже сломанные – пол вокруг них был обгоревшим, будто от взрыва. Райдо подвёл путняка к одной из пластин – серо-бурой, изогнутой вверх кривым штопором. Подойдя ближе, путешественник заметил, что поверхность пластины покрыта мерцающими огоньками и полосами – по-видимому, устройство и правда работало. Он хотел было прикоснуться к пластине, но Райдо сделал предупреждающий знак рукой:       – Не советую. Эти пластины сжаты до толщины меньше миллиметра, и от слишком грубого прикосновения могут рассыпаться – сжатие сделало их невероятно хрупкими. За края, кстати, браться тоже не советую: эти штуки может и хрупкие, но плоть режут так же легко, как нож бумагу. И тем не менее – это устройство всё ещё работает.       Райдо склонился к одной из сторон пластины, на которой располагалась небольшая клавиатура, и быстро, почти не касаясь пальцами поверхности, выстрочил на ней какую-то комбинацию. Огоньки на поверхности пластины замигали быстрее, а затем с самого верха спирали, в которую закручивалась пластина, с тихим стеклянным хрустом отвалился небольшой прямоугольный кусочек. Райдо осторожно поймал его, после чего продемонстрировал путешественнику: это оказался лист бумаги, покрытый надписями. Правда, ничего из написанного понять было нельзя – надписи представляли собой абсолютную тарабарщину из букв, цифр и других символов, причём даже таких, которые путняку были незнакомы.       «И... что это?» – спросил он.       – Это устройство работает... но не так, как оно должно работать. В его программу просачиваются данные... не из нашего мира. И так происходит не только с этим, а с каждым устройством, которое я пытался «реанимировать».       «Что ты подразумеваешь под «из другого мира»? И как всё это, – путешественник развёл руками, – связано с тем, что я здесь ищу?»       – Терпение, друг мой. Сейчас мы направимся вглубь этого «лабиринта» – там и находится твоя цель. Иди за мной, и внимательно гляди по сторонам – старайся ничего не задеть по пути.       Райдо и путешественник углубились в «лабиринт», образованный переплетениями пластин. Как-либо ориентироваться здесь было почти невозможно: изгибающиеся пластины и рёбра создавали то извилистые закоулки, кончавшиеся тупиками, то коридоры, в которых либо сужались стены, либо опускался потолок... Однако Райдо передвигался в этом хаосе невероятно легко и уверенно, и путняк даже начал завидовать своему кибернетическому спутнику – всё-таки в чём-то он от него действительно отстаёт. Проплутав по извилистым коридорам несколько минут, двое путников вышли к... настоящему тоннелю! Так и было – в «пластинчато-рёберной» стене был будто бы вырезан сводчатый тоннель, десяти метров в ширину и почти пять в высоту. Свод тоннеля представлял собой матово-белые переплетения «рёберного леса» в разрезе, образующие мозаики невероятной красоты и запутанности. Стальной пол ангара в этом месте был обожжён и покрыт окалиной, и в нём были видны «проросшие» в нём кончики пластин. В воздухе отчётливо пахло озоном, и звучал тихий, почти неслышимый, переливчатый звон. Заметив взгляд путешественника, Райдо снова поспешил выдать справку:       – Я не врал, когда говорил, что многие устройства даже после «перекомпоновки» сохранили работоспособность. Когда я пробирался через эти чащобы, я случайно задел плазменный излучатель, торчавший в останках какой-то тестовой установки, и он активировался... Сам я не пострадал, а вот излучатель прожёг в этих «джунглях» тоннель длиной в две сотни метров, при этом почему-то расплавившись.       «И всё это... не рухнуло, тем не менее?»       – Я и сам был очень удивлён. Тем не менее, эти своды не падают уже как два месяца, и вряд ли упадут в будущем. Давай, наша цель прямо впереди.       Через несколько минут тоннель кончился, конусообразно сходясь возле высокого звездообразного пролома в одной из пластин. Пробравшись через него, путешественник с удивлением обнаружил совершенно другую обстановку: пластины здесь были прямыми и вытянутыми, и образовывали квадратные и прямоугольные закутки, больше всего похожие на офисные кабинки, разделённые перегородками.       – Пространство здесь, – опять заговорил Райдо, – отличается от того, что лежит снаружи. Под «зарослями» не видно, но эти вытянутые пластины образовывают купол. И в центре этого купола – наша с тобой цель.       «Так... что это, чёрт возьми, за пластины?! Из чего они сделаны?»       – Буквально из чего угодно. Лабораторное оборудование, стройматериалы, металлоконструкции, техника... быть может, даже люди... – мрачно ответил киборг. – Но ещё – здесь начинается то, что я также хотел показать тебе, путешественник. Идём, это не займёт много времени.       Райдо повлёк путняка за собой, следуя между нагромождениями кремово-белых матовых пластин, растущих прямо из пола. В какой-то момент, сворачивая за очередной угол, он вдруг схватился рукой за заднюю часть шеи и, зашипев сквозь зубы, упал на одно колено. Путешественник настороженно спросил:       «Эй-эй... что это с тобой, приятель? Чувствуешь себя неважно?..»       Райдо поднял голову, взглянул на озабоченное лицо путняка и через силу усмехнулся:       – Не переживай, приятель. Допмозг барахлит, только и всего. Надо будет провести техобслуживание, когда вернёмся в комплекс...       «О чём ты? Что ещё за «допмозг»?»       – А ты разве не знал? – ответил Райдо, поднимаясь и начиная идти дальше, – Киборгам в прошлом, до изобретения мозговых имплантов, устанавливали допмозг – по сути, имплант для контроля над другими имплантами. Он был очень ограничен по мощности и функционалу, а при использовании слишком мощных имплантов запросто перегружался и сгорал, убивая носителя... Благо им довольно быстро нашли более мощную замену.       «Я в те годы не особо интересовался кибернетикой, знаешь ли. Но, тогда... зачем тебе такой несовершенный имплант, к тому же – если он может убить тебя при перегрузке?»       – Расслабься, старик – допмозг уже давно не подключён к моим жизненно важным системам, и уж тем более не контролирует какие-то сверхмощные импланты. Я ношу его, просто как реликвию, как напоминание о прошлом себе. Там хранится небольшая часть моих воспоминаний... или даже, если можно так выразиться, часть моей личности. Теперь, я надеюсь, ты спокоен?       «Вопросов к тебе только прибавилось... Но на то я и старик, в конце концов. Ладно, веди куда вёл», – усмехнулся путняк. Райдо, пожав плечами, повёл его дальше. В тот же момент путешественник связался с Фенриром:       «Ты видел это? Тот допмозг, о котором он говорил – это правда?»       – Похоже, что так. Допмозг – действительно устаревший тип имплантов, и я не вижу объективных причин для него носить его.       «Наверное, он и правда носит его как некий талисман... Мне это знакомо».       – В любом случае – источником неполадок являлся именно допмозг. Возможно, из-за его неисправности стали барахлить импланты вспомогательной нервной системы – судя по схеме подключений, именно к ним подключён допмозг.       «Он же сказал – никаких жизненно важных систем?»       – Вспомогательная нервная система активируется только при полной перегрузке основной системы. Она не является жизненно необходимой, и зачастую никогда не приходит в активное состояние... Если только импланты не сводят их обладателя с ума.       «Хочешь сказать... Если Райдо спятит из-за того импланта в его башке – эта его вспомогательная нервная система вынуждена будет активироваться, и тогда... допмозг перегорит?»       – С вероятностью девяносто процентов – да.       «И чем это ему будет грозить?»       – В любой иной ситуации я бы сказал, что ничем... Но похоже он не врал, когда говорил о том, что в допмозге находится часть его личности. Я наблюдаю потоки энергии, идущие от этого импланта в мозг, будто он посылает туда какие-то сигналы. Какую-то информацию.       «Но... разве допмозг и не должен этим заниматься?» – озадаченно спросил путняк.       – В том-то и дело, что нет. Допмозг призван лишь обеспечивать поддержку психики носителя, когда тот использует импланты. Но допмозг Райдо... Боюсь ошибиться в предположениях, но похоже на то, что он действительно является неотъемлемой частью его психики. Биоритмы информации, посылаемой им, совпадают с биоритмами мозга Райдо. Совпадают с его мозговой активностью. Это трудно назвать простым совпадением. Всё, что я могу сказать – если допмозг выйдет из строя, Райдо потеряет ещё одну частичку своей идентичности. В совокупности с потенциальной активацией импланта «информационная бомба», это может оказать сокрушительное воздействие на его психику. Он не просто сойдёт с ума – он перестанет существовать, как личность. До какого уровня могут деградировать базовые принципы его интеллекта – остаётся только гадать.       «Вот и гадай. И заодно попробуй просчитать, как эти два импланта – допмозг с вторичной нервной системой и инфо-бомба – могут быть связаны друг с другом. Может ли при активации первого «проснуться» второй, и наоборот?»       – Я боевой ИИ, а не ЭВМ... – почти по-человечески оскорбился Фенрир. – Но ты прав, все риски должны быть просчитаны. Оставайся на связи, и не спускай с Райдо глаз. Он может быть опаснее, чем ты думаешь.       «Не переживай, Фенр. Я холоден как лёд», – усмехнулся путняк. – «Конец связи».       По мере продвижения вперёд, пластин на пути становилось всё меньше: теперь они куда реже и дальше друг от дружки торчали из пола, становясь к тому же всё ниже. Вокруг было всё так же тихо и пусто – кроме пластин, других объектов вокруг не было. Однако в одном из углов, образованных ими, путняк заметил какие-то фигуры, похожие на человеческие...       «Эй, Райдо... Там что, люди?» – поинтересовался путешественник, – «Ты разве не говорил, что всё здесь превратило в эти самые пластины?»       – Это и есть то, что я хотел показать тебе. Идём, – невозмутимо ответил киборг. Свернув в сторону, он повёл путняка за собой, и через минуту они дошли до силуэтов, замеченных путняком. Единственный глаз его не обманул...       В сравнительно небольшом «помещении», образованном пластинами, стояли две фигуры. И обе они будто бы выходили из пластин! Первой фигурой был человек, вернее – только его левая сторона; другая была «погружена» в пластину. Судя по позе, человек шёл, а вернее бежал, и судя по бронежилету, наколенникам, налокотникам, странного вида шлему и чему-то вроде автомата в руках – являлся военным. Но подойдя ближе и тщательнее приглядевшись к шлему, путняк понял, что это вовсе не человек, а киборг – на лбу и на плече был выбит идентификационный номер, а по мускулистой шее шли соединительные полосы, сходившиеся на спине, в основании позвоночника.       Второй фигурой оказался... Нет, путешественнику не показалось – это действительно был LQ-48! Разве что теперь в его облике было чуть меньше человеческого, да и стоял он почему-то на четвереньках. Головы и левой передней конечности видно не было – БПУ «входил» в пластину под углом, будто зависнув в воздухе в момент прыжка. Но конструктивные отличия от привычных путняку LQ-48 отличия всё же имелись: руки и ноги теперь были совершенно одинаковыми, а «катушка» с хлыстом была всего одна, и располагалась не в основании плечей, а между задних конечностей, торча назад, как настоящий хвост.       «Что всё это значит? Я не припомню, чтобы киборги вроде этого стояли на вооружении... Такой же прототип, как и ты?» – спросил путешественник. Райдо медленно приблизился к торчащему из стены киборгу, провёл рукой по его плечу и вздохнул:       – Всё куда сложнее, приятель. Ты поверишь мне, если я скажу, что этот киборг, и этот БПУ – они из другого мира? – спросил он, впившись взглядом в путняка. Тот вытаращил единственный глаз:       «Ты точно не спятил? С чего вдруг такие выводы?»       – Взгляни сюда, – Райдо подошёл ближе к торчащему из стены БПУ и наклонился, сняв небольшой щиток на его ноге. Внутри виднелось несколько покрытых пылью микросхем и связывающих их дорожек, и надпись: «LQ-84»       – Я также извлёк из него несколько электронных узлов и схем. Все они изготовлены по технологиям, отличным от наших, но тем не менее, их совместимость с нашими LQ-48 удивительно велика – до восьмидесяти шести процентов. Маркировка другая, принцип изготовления и материалы – другие, но они всё равно взаимозаменяемы с нашими. Чем тебе не доказательство?       «Всё ещё страннее, чем я думал. А этот… киборг?»       – Получить доступ к его узлам я, к сожалению, не смог. Его оружие оснащено компьютерной системой прицеливания, каких у нас ещё нет, а элементы брони изготовлены из неизвестных мне композитов. Максимум, что нам могла предложить наша военная промышленность – один-два опытных образца, технологически лишь догоняющих этого солдата.       «И этого по-твоему достаточно, чтобы начать верить в чушь о параллельных мирах? Не смеши меня!»       Райдо разочарованно развёл руками:       – Не хочешь – не верь, дело твоё. В любом случае, наша цель в нескольких десятках метров отсюда. Идём, и давай-ка поторопимся... – киборг как-то торопливо двинулся дальше, поманив путняка за собой. Тот вновь обратил внимание на то, что Райдо снова, как бы невзначай, сунул руку за голову и провёл ладонью по выпуклости в основании позвоночника...       «Это определённо нехорошо... Он начал торопиться. А это уже сигнал к тому, что ему недолго осталось...» – тревожно подумал путешественник, направляясь вслед за Райдо.       Ещё минуту они шли вперёд. Пластин кругом становилось всё меньше, и они становились всё ниже; теперь многие из них были обломаны, и металлический пол был усыпан осколками, хрустевшими под ногами, как битое стекло. Внезапно впереди, перед Райдо, стал виден слабый, но усиливающийся по мере приближения тёмно-розовый, почти фиолетовый, слабо пульсирующий свет. Тишину вокруг, помимо хруста осколков пластин, стал нарушать тихий гул, будто где-то неподалёку работал трансформатор.       Путешественник невзначай поднял голову и взглянул вверх: серые и кремово-белые пластины, наслаиваясь одна на другую подобно чешуе, образовывали солидных размеров купол. Тянувшиеся высоко вверх «стены» остались позади, и отсюда можно было оценить высоту купола: в своей центральной части, где «чешуйки» сходились в звездообразную складку, он достигал порядка тридцати метров. Засмотревшись на потолок, путешественник не успел отреагировать сразу, когда Райдо произнёс по рации:       – Мы на месте. Если это то, о чём я думал всё это время – поздравляю, твои поиски увенчались успехом, старик, – с этими словами киборг отступил в сторону. Путняк шагнул вперёд... и замер, заворожённо осматривая открывшуюся ему картину.       В центре купола, точно под вершиной его свода, стальной пол прогибался, словно был сделан из резины, образовывая круглую котловину глубиной в четыре метра. Дно котловины было сплошь засыпано белыми осколками пластин, а в её центре, на небольшом возвышении, стояло... неизвестное устройство. Выглядело оно, как четыре вставленных друг в друга цилиндра разной длины и толщины – три из них были вставлены друг в друга последовательно, и напоминали опрокинутый телескоп, а четвёртый, самый тонкий и длинный, как бы пронзал конструкцию горизонтально, образуя крест. Из торцов «перекладины креста» шли провода и шланги, подключённые к основанию конструкции, имевшему вид усеянного отверстиями бублика. Центральная секция «креста» была прозрачной, и внутри неё виднелся стержень тёмно-розового цвета, испускающий свечение. На конусообразной вершине «креста» подрагивал довольно крупный розоватый огонёк (сгусток плазмы?), который и излучал тот самый свет. Конструкция испускала тихий гул, воздух вокруг неё ощутимо вибрировал, а стержень внутри время от времени мерцал – и вместе с ним будто бы содрогалось пространство.       «Да, это... это точно оно. То, о чём мне говорили те мафиози», – заворожённо проговорил путняк. – «Но тогда – что это всё же за штука?» – недоумённо повернулся он к Райдо. Тот лишь развёл руками:       – О, извини, но я и правда ничего не знаю. Всё, что мне известно – эта штука была здесь раньше, и именно она сотворила всё это, превратив всё здесь в эти пластины, – указал он руками на всё пространство вокруг себя. – Понятия не имею, что за эксперименты они здесь с ней проводили, но раз эта штука нужна крупным шишкам там, за пределами города, – значит она и вправду очень ценная.       «И... как ты предлагаешь вытаскивать её отсюда? Она по виду тонну весит, не меньше! К тому же, откуда ты знаешь, что будет, если мы её отключим? Что если все эти нагромождения пластин рухнут на нас, как только её воздействие на них прервётся?»       – «Мы»? Что значит «мы»? – неожиданно холодно ответил Райдо. – Моим обещанием было довести тебя до твоей цели, но никак не помогать тебе её вытаскивать. Неужели забыл?       «Ах ты...» – путняк злобно шагнул к Райдо, берясь за рукоять меча. Тот остался недвижим; его брови сдвинулись, а и без того узкие зрачки сжались до размеров точки.       – «Я» – что? Ну же, договаривай!       Путешественник остановился, будто одёргивая себя; на его лице отражался какой-то внутренний конфликт. Прикрыв глаз, он скрипнул зубами:       «Не провоцируй меня. Мы оба не хотим этого... не так ли?»       – А тебе откуда знать? Быть может, я хочу. Быть может, у меня тоже нет выбора! – в мыслеголосе Райдо звучало всё меньше спокойствия, которое уступало место холодному гневу. Путешественник горько усмехнулся сквозь зубы:       «Выбора? Зачем тебе вообще делать выбор? Ты живёшь здесь, внизу, в тишине и покое, защищённый от любых невзгод поверхности. Кто угодно мечтал бы о такой жизни, и я не исключение. И ты ещё говоришь мне, что у тебя нет выбора?»       – А ты знаешь, почему я оказался здесь, старик? Почему я просидел тут столько лет, не выбираясь на поверхность, хотя и мог разделаться с Псайфером и открыть себе этот путь? Ты знаешь, почему я НЕ хочу с тобой драться?! – голос Райдо почти срывался на крик; в нём вдруг зазвучало неподдельное отчаяние. Путешественник даже шагнул назад – настолько его удивило внезапное проявление эмоций со стороны киборга. Однако тот почти мгновенно взял себя в руки, и снова сдержанно усмехнулся:       – Мои импланты... Они истощают меня. Истощают мой мозг, который живёт, поддерживаемый нейростимуляторами, уже больше семи десятилетий.       «Я почему-то с первой нашей встречи думал, что тебе больше лет, чем кажется с виду...» – заметил путняк.       – Я не раз менял тело, – продолжил киборг. – Не раз менял свой образ жизни, своё назначение... свою личность. Тот, кем я был когда-то, остался далеко позади, в глубинах прошлого. Оно никогда не тянуло меня назад, но сейчас... Багаж за моей спиной стал слишком велик. Моё психологическое здоровье давно уже далеко от идеала, но всё это время я держался, – держался, просто боясь упустить что-то важное.       «...И что теперь? Ты разочаровался в будущем?» – усмехнулся путешественник. Киборг вздохнул:       – Признаю, я был слишком оптимистичен. Иронично, но последние годы до катастрофы я прожил скучно и без каких-либо угроз для жизни: войны закончились, а для устранения внутренних беспорядков я был слишком «навороченным», чтобы показываться широкой публике... Наступил мир, но... – лицо Райдо искривила гримаса боли и злости: – Но похоже, какая-то часть меня так и не смогла покинуть поле боя окончательно. Я принёс войну внутри себя, к тем, кто этого совсем не заслуживал...       «Дай угадаю – ты слетел с катушек. Только скажи честно – скольких ты тогда убил?»       – Двадцать пять. И ещё пятеро – тяжелораненные. Я до сих пор не могу простить себя... – мрачно произнёс Райдо, глядя в землю. – К тому же, я начинаю осознавать, что вся эта «эпопея» с переселением из тела в тело слишком затянулась. Спустя все эти годы я даже не могу с уверенностью сказать, ради чего продолжаю жить...       «Один писатель прошлого когда-то сказал: лучше умереть, когда хочется жить, чем дожить до того момента, когда захочется умереть**. Разве ты жив не потому, что тебе хочется жить, Райдо?»       – Иногда мне кажется, что лучше бы я умер, и умер давным-давно, ещё в начале своего пути. Никогда не задавался этим вопросом – но думаю, я собьюсь со счёта, если начну считать, жизни скольких людей я загубил. Хотя, думаю, даже этот подсчёт будет неточным, – ведь я уже не помню большую часть из тех жизней, что успел прожить...       «Всё это безусловно печально, но теперь ответь мне на главный вопрос: ты хочешь со мной сражаться? Хочешь, чтобы я тебя убил?» – с нажимом спросил путешественник, – «Я бы не хотел лишать тебя жизни... Но если я должен сделать это, чтобы избавить тебя от страданий – то так тому и быть».       Райдо грустно усмехнулся:       – Ты говоришь так уверенно, потому что убить человека для тебя – обычное дело? А что насчёт меня? Столько лет я боялся даже думать о том, чтобы взять в руки оружие...       «Владению клинком трудно научиться, но забыть, каково это, куда труднее. Ты лишь заглушил в себе инстинкт хищника, инстинкт убийцы... Заглушил, а не избавился от него. Я спрошу ещё раз: ты хочешь этого? Или всё-таки дашь мне уйти отсюда?..»       Райдо хотел было ответить, но вместо этого из его рта вырвался хрип: схватившись рукой за заднюю сторону шеи, он рухнул на колени – так же, как несколько минут тому назад. Всё его тело начало трясти... Путешественник сделал было рывок вперёд, но в его рации раздался хриплый, прерывистый голос Райдо:       – Н... Не подходи... ближе... Это происходит снова... Уходи, прошу тебя...       «О чём, чёрт возьми, ты говоришь?» – недоуменно спросил путняк, но тут Райдо буквально взревел:       – БЕГИ!!! ПРОСТО... БЕГИ! Иначе будет поздно, и ты уже никогда не выберешься отсюда живым!       Путешественник колебался ещё секунду, пока не услышал в рации голос Фенрира:       – Я на пути к семнадцатому уровню. Он не блефует, имплант в его мозгу действительно активировался! Уходи оттуда!       Путешественник не стал дожидаться ещё одного предложения сделать ноги и побежал, что было мочи: преодолевая лабиринт пластин, он ринулся к выходу из «пластинчатого леса». Кое-где приходилось слишком много маневрировать, но путешественник не стал церемониться, и, обнажив клинок, принялся прорубать себе путь на свободу. Меч резал пластины неохотно, соскальзывая с них, поэтому путняк стал просто проламывать их ударами торцом рукояти – это оказалось куда эффективнее.       Когда он преодолел «тоннель», вырезанный в пластинах, где-то позади раздался тяжёлый удар: обернувшись, путняк краем глаза заметил в начале «тоннеля» чёрную фигуру – и от неё так и веяло угрозой! Не теряя ни секунды, путешественник бросился вперёд. Когда он пробирался сквозь проходы между переплетениями пластин, он слышал далеко за спиной тяжёлые шаги, сопровождаемые грохотом: кто-то буквально проламывал себе путь, не заботясь о сохранности «пластинчатого леса». И эти разрушения быстро привели к последствиям: когда путняк вырвался из «леса» и уже почти добежал до ворот, «колонны» «леса» буквально посыпались, начав с грохотом ломаться и складываться, как карточные домики! Падение этих конструкций создало ударную волну, которая, нагнав путешественника, ударила его в спину и натурально сбила с ног. Когда он, чертыхаясь, поднялся на ноги, перед ним предстала апокалиптичная картина разрушения: «пластинчатый лес» рассыпался почти полностью, за исключением нескольких колонн в дальней части ангара. Всё остальное превратилось в горы осколков...       Внезапно за его спиной раздался визг раздираемого металла: путешественник обернулся, и увидел кончик пилы, прогрызающей в двери ангара отверстие! Ещё несколько мгновений – и в двери образовалась овальная дыра, в которую шагнул... Фенрир собственной персоной! Его голова теперь красовалась на плечах нового тела, почти неотличимого от прежнего, а хлысты удерживали цепную пилу, аналогичную утерянной.       – Фенр! Живой! Гляжу, неплохо тебя подлатали местные работяги? – усмехнулся путняк. Остановив вращение пилы и присоединив её к кронштейну на спине, БПУ ответил:       – Я ещё не в состоянии контролировать это тело на сто процентов, поэтому в бою помочь тебе не смогу. Но я принёс кое-что, что поможет тебе...       – Эй, о чём это ты? Разве мы не хотели сбежать отсюда?       – Райдо обезумел. Если он вырвется на поверхность, то жертв будет не избежать – как среди бандитов в этом городе, так и среди простых людей. Ты должен остановить его. Здесь и сейчас!       Путняк на несколько секунд заколебался, но в этот момент где-то сзади раздался грохот: кто-то выбирался из-под обломков. Не теряя ни секунды, Фенрир схватил что-то за своей спиной хлыстами и швырнул это путняку:       – Держи! Это должно по-       В эту секунду огромный обломок пластины, просвистев над головой путняка, вонзился в пол и заслонил собой отверстие в двери! Путешественник успел поймать брошенный Фенриром предмет: это оказался его шлем, только теперь прежнюю «приколхоженную» лицевую пластину заменяло полноценное забрало с шестью красными точками зрачков-фотоэлементов. Не теряя времени, путняк тут же нахлобучил его, – рычажная «сбруя» оказалась на месте, – и перед его глазами вспыхнул объёмный голографический экран, на котором отобразилось пространство перед ним – будто шлема не было на путняке вовсе! В рации проклюнулся голос Фенрира:       – Местные ремонтники восстановили твой шлем, теперь большинство его систем вновь функционируют. Голографический ДР-дисплей*** позволит тебе значительно лучше ориентироваться на поле боя, а система контрмер – отбиваться от врагов на предельно малой дистанции. Также-       – Потом, Фенр, потом! – оборвал его путняк, хватаясь за меч, – Всё это не будет иметь никакого значения, если я полягу здесь!       – Принял. Удачи, – кратко ответил Фенрир, отключая канал связи.