Дуновение горячего ветра

      – Как пожелаешь, друг мой. Как пожелаешь... – произнёс Райдо ещё несколько раз, всё тише и тише. Откинувшись на спинку стула и закинув руки за голову, он прикрыл глаза – все четыре, – и несколько раз вдохнул и выдохнул. Со временем держать себя в руках становилось всё труднее, хотя стимуляторы и облегчали ношу...       Порывшись в ящике письменного стола, Райдо вытащил из него цилиндрик био-анализатора, зажал кнопку активации и привычным движением ткнул его в шею. Через несколько секунд анализатор протяжно пискнул, сигнализируя о завершении цикла проверки; вытащив из шейных мышц тонкие иглы биосенсоров, Райдо поднёс цилиндр к глазам и взглянул на узкий экранчик. Диагноз, не менявшийся уже два года, и теперь оставался неизменным: киберпсихоз. Предпоследняя стадия, по симптомам – самая лёгкая... Не сравнить с тем, что ждёт меня впереди, усмехнулся про себя киборг.       Райдо не соврал путешественнику при встрече: он действительно не помнил своего первого, изначального имени. За всё время жизни он переменил столько тел, столько сфер жизни и столько личностей, что сам уже с трудом мог сказать, сколько точно ему лет. Жизнь его зачастую была связана с постоянной опасностью, и потому «воскресать» иногда приходилось по два-три, а то и четыре раза за год. Несколько раз за эти годы – четыре раза как минимум, – ему предлагали отключение мозга, означающее окончательную смерть личности и освобождение от бремени обрывочных воспоминаний... Но он не хотел умирать. Ещё немного, ещё чуть-чуть, вот-вот произойдёт что-то, что я никак не могу упустить, – так думал он, раз за разом переселяясь в новое тело или модернизируя старое, продолжая прошлую жизнь или начиная другую. Когда ему говорили, что он – живое воплощение мечты людей о трансгуманизме, он гордился этим... Когда-то гордился. Теперь он, наверное, плакал бы об этом... если бы мог. Всё-таки стимуляторы притупляли эмоции, делая его похожим действительно больше на машину, чем на человека. Райдо вздохнул: путешественник был прав – я уже давно не человек, как бы сильно не хотел им оставаться.       Киберпсихоз. Лёгкая форма этой «болезни», выражавшаяся в слабых спонтанных видениях фрагментов прошлого и редко – в звуковых галлюцинациях, впервые проявила себя три с небольшим года назад, ещё до переселения в нынешнее тело. По заключению киберпсихолога, решающими факторами стали переизбыток имплантов, контроль над которыми перегружал даже модифицированный мозг, и фрагментированность воспоминаний в связи с частыми «переселениями души». За этим последовало ещё одно предложение отключить мозг, но Райдо был настойчив: он хотел тянуть, что называется, до победного. В очередной раз разведя руками, эскулапы отпустили его с миром... Чтобы через несколько месяцев, на очередном приёме, вновь сказать: «А мы предупреждали!».       Киберпсихоз перешёл во вторую стадию, отчего галлюцинации стали более частыми и явными, и фрагменты прошлого (зачастую одни и те же) стали буквально вытеснять реальность на несколько минут. Лёжа в спецклинике, находясь на грани нервного срыва, Райдо уже хотел согласиться на остановку жизнедеятельности, но наведавшийся однажды в палату функционер IM сообщил, что инженерами одного из подразделений корпорации доведён до ума сверхсовременный прототип кибер-тела, который обещает решить проблемы с перегрузкой мозга количеством имплантов. Скрепя сердце, Райдо лёг на операцию по переносу мозга из одного тела в другое, в бесчисленный раз за свою долгую жизнь... Но сбежать от судьбы ему не удалось и на этот раз.       Спустя год после замены, во время абсолютно рядовой инспекции одной из лабораторий IM, что-то сработало на него как триггер – он замер с опущенной головой и пустым, бегающим взглядом, не реагируя на попытки сотрудников привести его в чувства. А потом... Райдо помнил мало из того, что случилось потом. Единственное, что он помнил отчётливо – чувство растущей кровожадности. Буквально каждый взмах клинка, каждый новый всплеск чужой крови, хаотичными брызгами оседавший на его чешуйчатой броне, лишь увеличивали непреодолимость желания убивать. Когда он очнулся в лабораторном медпункте, трясущийся, едва сохранявший самообладание врач сообщил ему, что в той бойне погибли двадцать три человека, и ещё семеро получили тяжёлые ранения. Двое из них позже скончались – один от кровопотери, другой от травм, не совместимых с жизнью... По иронии, единственная травма, которую получил Райдо, была от лезвия его собственного меча – каким-то образом угодив в голову под углом, клинок отсёк половину нижней челюсти, вошёл в кости черепа и повредил ухо.       Райдо замкнулся в себе, на несколько месяцев заперевшись в своём кабинете в подземном комплексе. За это время он восемь раз послал по электронной почте руководству заявление об увольнении. Шесть из них были возвращены с подписью «Не удовлетворено», а последние два почему-то оставались непрочитанными. Впервые за долгое время активировав стоявший в кабинете терминал видеонаблюдения, связывавший все камеры комплекса, Райдо с удивлением обнаружил, что вся подземка пустует, а с камер верхнего уровня отсутствует сигнал. Отперев закрытую на три замка дверь кабинета и поднявшись на поверхность на всё ещё работавшем лифте, он оказался посреди пустого холла штаб-квартиры, пол которого был покрыт песком, перемешанным с битым стеклом. Вернувшись вниз и связавшись с всё ещё работающей системой информирования, киборг выяснил: наверху произошла катастрофа. Неизвестно, как далеко разошлись песчаные бури, но людей в городе и его окрестностях больше нет. О самом Райдо то ли забыли, то ли просто побоялись постучаться в его дверь и предупредить, помня о его нестабильной психике... В любом случае, теперь он здесь совершенно один.       Точнее – думал, что один. Когда он захотел воспользоваться лифтом, чтобы в очередной раз подняться к поверхности, кабина с раскрытыми дверями вдруг, вздрогнув, сорвалась с места и с визгом улетела вниз! Прежде, чем ошарашенный киборг успел что-либо предпринять, из шахты раздался насмешливый голос:       – В следующий раз думай дважды, перед тем как снова решишь выйти отсюда. И помни – ты здесь не один...       Райдо кинулся к шахте, но там уже никого не было. Он услышал лишь удаляющийся металлический цокот, который был прерван грохотом рухнувшей на дно шахты кабины лифта. Чертыхнувшись, Райдо вернулся в подземный комплекс; обнаружив на складах внушительные запасы неактивных БПУ, он принялся посылать их наверх, на разведку, благо работающий кварк-кессонный реактор бесперебойно снабжал его энергией. Но из десятка посланных БПУ из катакомб на поверхность выбралась лишь половина: связь с остальными была потеряна. Позже выбравшись на их поиски, Райдо нашёл лишь пять искорёженных тел, рядом с каждым из которых на полу была вырезана одна и та же надпись:       «МЫ ОСТАНЕМСЯ ЗДЕСЬ НАВСЕГДА – ТЫ И Я»       Попытки выследить и убить загадочного врага руками других БПУ провалились: он появлялся из ниоткуда и исчезал в никуда, не видимый даже на экранах тепловизоров и приборов ночного видения. Райдо мог бы пойти в катакомбы сам, и без труда расправиться с противником, но он боялся этого: страх того, что при виде оружия в руке киберпсихоз перейдёт в финальную стадию, окончательно убив в нём всё человеческое, не давал Райдо обнажить клинок.       Тем не менее, незнакомец не нападал на Райдо или его технику, когда тот не преследовал цель покинуть подземный комплекс: к примеру, он не стал мешать киборгу, когда тот загонял в одно из помещений спятивших от воздействия радиации «Мастиффов». Когда Райдо запер гермодверь, из-за ближайшего угла за его спиной раздался голос:       – Ну и зачем ты это сделал, а? Что, если на радиацию сюда сбегутся мародёры с поверхности, – ты об этом не подумал?       – Это не твоё дело. Что ещё за мародёры? – спросил Райдо, не оборачиваясь.       – Неважно. Главное, что я защищаю тебя от них, а их – от тебя. Поверь, приятель, я прекрасно осведомлён от о твоих способностях... Двадцать три человека, недурно, а?       – Двадцать пять, – невозмутимо поправил Райдо. – Польщён твоей хорошей памятью. Кстати, как тебя звать?       – У меня, как и у тебя, было много имён. Можешь звать меня Псайфер, если тебе удобно... – жутковато рассмеявшись, голос удалился, сопровождаемый уже знакомым цокотом стальных когтей.       Вернувшись на четырнадцатый уровень и закрыв за собой дверь шлюза, Райдо вдруг остановился, запрокинул голову назад и как-то странно, нездорово рассмеялся... И тут же врезал по стене кулаком – да с такой силой, что кулак оставил в полиметаллической стене вмятину! «Вот же сволочь...» – подумал он, скрипнув зубами...       Райдо очнулся от нахлынувших воспоминаний. Кулак правой руки, с зажатым в нём раздавленным био-анализатором, впечатался в столешницу, оставив в ней глубокую вмятину...       «Чёрт, опять... Опять замечтался!» – подумал он с досадой, наскоро выправив вмятину на столешнице и высыпав обломки анализатора в мусорное ведро, – «Неужели я скоро совсем перестану отличать галлюцинации от реальности?»       Снова взглянув в монитор, на спящего в холле путешественника, киборг вздохнул:       – Может быть Псайфер был прав... Может, он действительно защищал их от меня. Не давал напомнить миру о том, какого монстра они оставили в живых. В живых... – хмыкнул он вдруг. – Почему же тогда он сам не разделался со мной, если знал, что я так опасен? Или... – он взглянул на свои руки, – или же знал, что не сможет победить? Действительно: он всегда уничтожал моих БПУ, но в открытый бой со мной так ни разу и не полез. Неужели он... тоже по-своему боялся меня?       Он снова подумал о путешественнике:       – А ведь этот старик поверил мне. Не до конца, но всё же поверил. Знай он, какого демона я скрываю внутри, – полез бы он сюда, наперекор всем бедам и опасностям? Стал бы рисковать жизнью ради того, чтобы добыть какую-то там технологию ради эфемерной награды? Да уж, отчаянные времена действительно рождают отчаянных людей... – усмехнулся он.       В этот момент его размышления были прерваны сигналом кодека: группа БПУ вернулась с разведки, и их ведомый зачем-то просил Райдо спуститься к ним и взглянуть на что-то. Недоумённо пожав плечами, киборг слез со стула, покинул кабинет и спустился на лифте на два уровня вниз. Немного поплутав по коридорам, он вышел в помещение шлюзового хаба. Проходы к большей части шлюзов из внешнего периметра были завалены, и сейчас функционировали лишь два из них.       Райдо пришёл вовремя: над одной из гермодверей загорелась зелёная лампа, после чего дверь с шипением ушла в стену, и в помещение один за другим шагнули четверо LQ-48 в серых плащах. Шли они попарно: каждая пара держала широкий лист металла. На первом листе была насыпана куча какого-то чёрного зернистого материала, а на втором покоился расчленённый кибернетический скелет – обе руки и левая нога были отделены от позвоночника, а голову разделял надвое вертикальный разрез. Когда Райдо подошёл ближе, первый робот обратился к нему через кодек:       «Мастер, останки этого киборга мы обнаружили по дороге назад, на лестничной клетке минус тринадцатого внешнего уровня. Он был уже мёртв, однако моя ССЧ определила его как «потенциально враждебный»; было принято решение доставить его вам, для изучения и возможного извлечения информации».       – Ты думаешь, что из этого, – Райдо кивнул на скелет, – можно добыть хоть что-нибудь?       «Если верить результатам сканирования, его чип памяти не был повреждён».       – Хорошо… А что на втором листе?       «Колония составлявших его тело самовосстанавливающихся нанороботов... или то, что от неё осталось. Вероятнее всего, отключились из-за полного выработка энергоресурса. Большего сказать не могу».       – Ладно, благодарю за службу. Скажи своим – нанороботов отнести в хранилище и сложить в какой-нибудь контейнер, я ими ещё займусь. Скелет оставьте здесь.       «Принято», – ведущий LQ-48 обернулся к своим «напарникам», после чего вместе с одним из них унёс из помещения лист с наномашинами, а оставшиеся двое, положив на пол «поднос» с кибер-скелетом, ушли вслед за ними.       Проводив их взглядом, Райдо подошёл к скелету и наклонился, заглянув в его рассечённое лицо, скрытое противогазом. Сомнений не осталось – это был Псайфер.       – Хах... Вот уж не ждал, что мы встретимся лицом к лицу вот так. Ставлю на то, что ты тоже, приятель... – грустно усмехнулся Райдо, проведя пальцами по лицу павшего киборга. При взгляде на разрез он нахмурился: путешественник... Насколько же силён этот старик, раз смог одолеть такого ловкача, как Псайфер?       – Что уж теперь... Покойся с миром, приятель, – Райдо осторожно совместил половинки головы киборга. – Ценю наши с тобой былые «развлечения». Ведь кто знает – вдруг ты и вправду защищал меня от них, а их – от меня...       Прежде чем уйти, Райдо извлёк из хребта скелета чип памяти. Осторожно совместив половинки головы, он вдруг заметил нечто странное: окуляр, заменявший Псайферу правый глаз, равномерно мигал! Взявшись за него пальцами, Райдо покрутил его, и окуляр со щелчком отсоединился от головы. Покрутив цилиндрик, киборг обнаружил на его втором конце разъём, обычно использовавшийся в картах памяти голографических проигрывателей.       «Он что, хранил свои видеологи здесь?» – мысленно хмыкнул Райдо, – «Или же... ты оставил мне какое-то послание? Ну, давай разбираться...»       На ходу связавшись по кодеку с ведомым LQ-48 и приказав ему унести скелет Псайфера, Райдо поднялся обратно на минус четырнадцатый уровень и вернулся в свой кабинет. Порывшись в шкафу, он поставил на стол изрядно запылившийся голографический проектор, включил его в сеть и воткнул окуляр в одно из гнёзд в основании вириала проектора, напоминавшем кактус из-за множества «игл» видеосенсоров. Вириал тихо зажужжал, видеосенсоры замигали разноцветными огоньками, затем разом вспыхнули, устремив свои тонкие лучики вверх, и над проектором соткалась светящаяся полупрозрачная фигура – голова Псайфера! Несколько мгновений голова не шевелилась, но затем наклонилась, будто посмотрев на Райдо, и тут же из динамиков проектора раздался его хриплый, приглушённый фильтрами противогаза голос:       «Привет, старина. Раз мой глаз попал тебе в руки – значит я скорее всего мёртв, если только я сам не отдал его тебе...» – Псайфер кашляюще рассмеялся, – «Ладно, давай перейдём к делу...»       «Три года. Три года я прожил здесь, в мёртвой зоне между двумя мирами – поверхностью, где царит беззаконие, и... тобой. Ты, как по большей части и я – реликт, пережиток прошлого. Наше время прошло – и думаю, мы оба это понимаем. Моё тело со дня на день грозит рассыпаться в прах, а ты с твоим прогрессирующим киберпсихозом не протянешь даже пары месяцев, тем более в одиночестве. Да, не удивляйся – я давно знаю про твой диагноз».       «И вот что я скажу тебе, старина... Я записываю это сообщение на ходу. Сейчас передо мной стоит тот, кто, возможно, сможет положить конец моему заточению. Три года – три года я думал, что люди одинаковы. Что они сами – а вернее их творения, корпорации, – загнали себя в ту помойную яму, которую они зовут современным обществом... Но вот он я, и вот он – старикашка в древнем шлеме с мечом наперевес, заставивший меня сомневаться. Сомневаться в том, что нет уже тех, кто хотел, кто мог бы вырваться из этого колеса Сансары и начать жить по собственным правилам. Ты однажды сказал мне, что трудные времена рождают сильных людей... Глядя на этого старика, я понимаю, насколько же ты был прав».       «Но я не собираюсь оставлять его без хорошего испытания. Что-то мне в его словах не нравится, и я собираюсь выяснить, что именно, – но уже после боя. Если я одолею его – значит, так и надо. Вернусь к нашей обычной рутине в этом пустом подземелье. Но если он победит меня... если я всё-таки умру здесь... Значит, он прошёл испытание. Впусти его в свою обитель, окажи гостеприимность, – он заслужил это. Взамен попроси лишь одно: сражение. Последнее сражение».       «Да, я знаю что ты уже давно боишься взять в руки меч. Боишься навредить другим, и больше всего – себе. Но скажу ещё раз – если ты слушаешь это сообщение, значит, я мёртв. Никому больше навредить здесь ты не сможешь, а самому себе ты и так причинил достаточно боли. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять это, приятель. А раз этот старик смог перешагнуть через меня – значит, он сможет положить конец и твоим страданиям тоже... Встретимся по ту сторону жизни, Райдо».       Голос пропал. Голова, мигнув окуляром (видимо, это означало подмигивание), растворилась в воздухе, рассыпавшись на множество светящихся точек. Вириал проектора, ещё раз вспыхнув, погас.       Райдо, совершенно опустошённый, опустился на стул. Да, для него не стало сюрпризом, что Псайфер пошёл на драку с путняком специально, но...       Он снова взглянул на мониторы. Путешественник, на удивление уже проснувшись, неторопливо разгуливал по холлу взад-вперёд, кажется, о чём-то размышляя. Было видно, как он изредка прикладывал палец к клипсе на щеке – должно быть, говорил о чём-то с Фенриром.       «И этот человек... должен убить меня?» – Райдо всё ещё не мог в это поверить. Спохватившись, он вытащил из гнезда вириала окуляр Псайфера и воткнул его в разъём в основании своей шеи, начав прокручивать в голове видеологи последнего часа жизни киборга. Очнувшись, он приложил руку ко лбу и вздохнул:       – Ты говорил, что тебе никогда не оставляли выбора, хоть ты и пытался избегать боя. Выходит, я – лишь очередное тому подтверждение? До чего же судьба злая штука... – грустно усмехнулся Райдо.       В это время запищал сигнал сообщения, присланного на кодек. Приняв файл, Райдо вывел его на монитор... И здорово удивился: это были расшифровки кода с флэшки, которую дал ему путняк! Бегло пробежав глазами по нескольким страницам каких-то сводок и записей, он обратил внимание на один из чертежей, изображавший некое устройство в разрезе. Глаза киборга сразу стали примечать знакомые контуры и обводы...       – Чёрт, неужели... это оно?       Райдо активировал просмотр собственного видеолога двухнедельной давности. Тогда он в последний раз спускался на пятнадцатый уровень... И действительно: то, что видел там Райдо, внешне совпадало с устройством на чертеже.       «Ладно, последний поединок подождёт. Не мешало бы сначала выяснить, что это за хреновина там внизу...» – подумал киборг. Активировав кодек, он настроился на частоту рации путешественника, дождался, пока тот ответит на вызов, и произнёс:       – У меня хорошая новость – данные с твоей флэшки поддались расшифровке. Я просмотрел их – это чертежи и, кажется, что-то вроде полевых записок.       «Рад слышать», – раздался в его ухе голос путняка. – «Есть догадки, что это такое? Мало ли, вдруг что-то важное, без чего этот комплекс существовать не может...»       – Нет. Но я хочу кое-то показать тебе... Если моя догадка верна, это будет означать успех твоего задания.       «Понял. Где мне тебя встретить?»       – Иди по тому коридору, откуда мы пришли, но перед входом в реакторную сверни налево. Там будет лифтовая – это единственный способ попасть на пятнадцатый уровень. Найдёшь, или мне прислать за тобой кого-нибудь? – усмехнулся напоследок Райдо. Путняк хотел было ответить грубостью, но смягчился и тоже засмеялся:       «Ни деменцией, ни топографическим кретинизмом я пока не страдаю, уж прости. Через две минуты буду на месте. Конец связи».       Райдо поднялся со стула. Когда он вышел из кабинета и закрыл за собой дверь, его взгляд невзначай упал на небольшой чехол, висевший на поясе; Райдо не помнил, доставал ли он когда-либо что-то из этого чехла... Расстегнув его, Райдо извлёк на свет рукоять – вычурную длинную рукоять меча, разве что без лезвия. Задумчиво осматривая её, он невзначай, будто на уровне инстинкта, провёл сквозь рукоять заряд энергии. Та мгновенно налилась свинцом, став почти вдвое тяжелее, и мягко завибрировала; одновременно с этим Райдо ощутил, как несколько пластин на его спине и груди зашевелились, будто стремясь отделиться... В ужасе он сунул рукоять обратно в чехол: вибрация через мгновение прекратилась, да и пластины замерли, но Райдо ещё несколько секунд стоял замерев, переваривая произошедшее. Успокоившись, он снова достал рукоять, повертел её в пальцах и усмехнулся:       – Думаю, пора избавляться от этого дурацкого страха. А то старик ещё подумает, что я слабину даю...       В этот момент зазвучал сигнал вызова. Раздался недовольный голос путешественника:       «Где тебя носит? Я уже две минуты стою у лифта!»       – Уже иду! – ответил Райдо, сунув рукоять в чехол и направившись к лифтам.