Белая ворона

Он был ко многому готов, прибыв на Драконий камень, включая всеобщую настороженность, враждебность, быть может, даже и упрёки в присвоении Вхагар… но только не к тому, что скоро станет невидимкой. О нём забыли! Словно он вдруг превратился в тень. Эймонд запомнил, как это случилось — в тот день, когда он зачитался старинной хроникой до вечера, и у камина собралась вся большая семья. Увидел, как напрягся сразу Джейс. Услышал сказанные им Деймону негромкие слова: — Но он же тоже здесь, отец. И такой же тихий ответ: — Его здесь нет. — Совсем? — переспросила Бейла. — Да. Совсем. И почему-то этого хватило. Родня расслабилась, все стали обсуждать, кто как провёл день. Позвали музыкантов и потанцевали племянники с невестами, меняясь парами после каждой песни. Украдкой поглядывая на них, Эймонд видел лишь улыбки, слышал смех, наблюдал, как Деймон держит за руку свою жену Рейниру и как придерживает маленького Визериса, опирающегося на него… Настолько чуждая картина всеобщего спокойствия и крепких семейных уз, что долго наблюдать за ней он не смог и очень постарался вникнуть в текст. Его не стали замечать и после — лишь приветственно кивали раз в день. Джейс и Люк упорно не слушали никаких советов и отказывались тренироваться вместе. Бейла и Рейна отходили подальше и отказывались от помощи с драконьими яйцами или драконами, не захотели даже навестить вместе с ним Вхагар. Рейнира лишь спокойно выдавала новые книги взамен прочитанных, а её супруг… Что ж, лишь за ним Эймонд при каждой возможности наблюдал, всё больше проникаясь мыслью о том, как выгодно, оказывается, стоять за чьей-нибудь спиной. Пока Рейнира вела себя как наследница трона и будущая королева, Деймон позволял ей чувствовать себя такой. Она решала, о чём писать в посланиях лордам, какие пополнять запасы, чем заниматься сыновьям. Она распоряжалась всем, вот только о важном говорил последним всё же Деймон, и после всё происходило ровно так, как он сказал. Власть наблюдателя за всеми. Того, кто одним словом останавливал любого из своей семьи упрямцев, при этом оставался большей частью молчалив, насмешлив и расслаблен. Что ж, мягкая форма власти, как оказалось, могла быть и такой. Роль невидимки Эймонда всё же раздражала, тем более, когда письма из столицы стали прибывать по несколько каждый день: от матери, десницы, сестры, внезапно даже — брата. От сира Кристона! И все с одной и той же просьбой: вернуться поскорее домой. Он перестал писать на них ответы и каждый день вставал с надеждой, что уж сегодня пропасть в отношениях с теми, к кому он прибыл в гости, удастся преодолеть. Неделя пролетела быстро. В очередное утро Эймонд услыхал спор Деймона с женой и дочерью Рейной. Не понял, что у них случилось, но Рейнира с Рейной вышли из зала с чрезвычайно недовольными лицами и продолжили переговариваться в коридоре, даже не поздоровавшись с ним. — Папа не прав. — Я знаю, Рейна, но мы не докажем ничего, пока он не проверит сам. И вряд ли это будет долго. Эймонд нахмурился: «Ого!» Оказывается, всё не так уж благостно здесь было. Когда Рейнира с Рейной скрылись за поворотом, Эймонд заглянул в зал, где, к его удивлению, Деймон тихо общался за столом с парой лордов с юга. Но говорить те перестали, когда заметили его. — Мы немного растеряны, мой принц, — после выразительной паузы сказал один. — Племянник заглянул к нам в гости, — спокойно ответил Деймон. — Вам беспокоиться здесь не о чем, милорды. — Как скажете, мой принц. И дальше видеть эту неприязнь гостей Эймонд не захотел, отправившись на утреннюю тренировку. Люк с Джейсом уже традиционно от общего боя отказались. Затем прибежала Бейла и отвела этих двоих подальше, туда, где на стуле сидела Рейна с Джоффри на руках. Их шёпот разобрать было непросто, но слово «драконы» Эймонд услышал не единожды. — Ну что? Идём вместе? — повысив голос, спросил Джейс. — Я уже сказала Рейнире, что позанимаюсь с Джоффри, — возразила Рейна. — Если меня здесь не окажется, это вызовет подозрения. — Может, отложим на завтра, Рейна? — предложил Люк. — Несправедливо, что ты с нами не пойдешь. — Точно, надо отложить! — покивали остальные. — Нет, что вы, — покачала головой Рейна. — Бабушка может позвать Бейлу обратно на Дрифтмарк в любой момент, так что вы меня не ждите. Но вы расскажете всё, когда вернётесь! — Во всех подробностях, — заверил её Люк. Потом вздохнул: — Отец нас, правда, убьёт. — Скорее всего, — согласился Джейс. — Но оно того стоит, да? Может, он переоценивает опасность? Как по-твоему, Бейла? — Ему... обычно такое не свойственно, Джейс, — покачала головой та. — Но Сиракс принадлежит вашей маме и наверняка как-то привыкла к вам. А Караксес охотно подпускает к себе меня, папа меня на нём в Пентосе катал. У нас должно получиться! — Тогда идём! «Сиракс»? «Караксес»? Что задумали эти дети? У Эймонда не было сомнений, что нечто опасное, и он захотел предложить свои услуги по защите, но, шагнув к ним, успел лишь открыть рот. — Надеюсь, ты умеешь держать язык за зубами, дядюшка? — недружелюбно спросил Джейс, заметив этот его шаг. — И всё, что услышал, забудешь? — Какое там держать! — махнул рукой Люк. — Ты вспомни, как он нас называл! — Я называл вас правильно, Люк, — возразил Эймонд. — Сообразно вашему рождению. — Идём отсюда! — вклинилась в беседу Бейла. — Он явно доложит, но хоть что-то успеем. Они действительно ушли — поспешно, хмуро оглядываясь через плечо. Осталась только Рейна с Джоффри, но и та вернулась на свой стул, недружелюбно глядя исподлобья. Взглянув на свой зажатый в руке меч, Эймонд рубанул им тренировочный манекен, а потом со злостью зашагал прочь. Его достало! Всё и совершенно. То, что его тут не воспринимал никто всерьёз, не считал кем-то, заслуживающим доверия или хотя бы отношения на равных. Всеобщее равнодушие. Нежелание видеть в нём даже угрозу и полная свобода в том, куда по замку или острову ходить, каким оружием сражаться, что читать из древних книг… Поднявшись по камням на первую попавшуюся скалу, он принялся рубить мечом там камень, выплёскивая раздражение и досаду, пока не выбился из сил и сполз на землю. Потом нащупал в кармане последнее пришедшее от матери письмо и зацепился взглядом за слова: «Тебя там никогда не примут». — О да, матушка… О да… Зажмурился от бившего в глаза обеденного солнца и опустил голову, обхватив руками колени. — Высокомерные бастарды и вся такая же семья… Он просидел так долго с мыслями о том, что надо признаваться в неудаче и лететь домой. Подумал, что пора бы успокоить паникующую мать. Поделиться с ней и десницей всем, что выяснил у местных родственничков. При личной встрече обязательно сказать про три яйца — быть может, как-то выйдет завладеть и ими. Но главное — не верить больше в дядину непогрешимость, обычный же тиран, что тихим, а не громким голосом держит в подчинении свою родню. Он встал и отряхнулся от налипшей грязи и травы. — Так ты убедился? Голос Рейниры неожиданно прозвучал совсем близко, Эймонд даже застыл. — В том, что утром были правы вы с Рейной? Сказал же, да. «Что? Дядя извиняется?» Поняв, что эти люди появились на площадке под скалой, Эймонд пригнулся и осторожно лёг на неё у края, не желая выдать преждевременно себя. Он разглядел внизу троих: Рейниру, Деймона и Рейну. — Рейнира лишь хочет услышать, что ты поверишь нам в следующий раз, пап. — В этом вопросе — поверю. Дойдя до конца тропы перед обрывом, Деймон остановился и оглянулся. — И да, мне жаль. Рейнира с Рейной переглянулись. — Простим? — спросила Рейна. — Простим, — кивнула Рейнира. — Мои великодушные девочки, — с улыбкой произнёс Деймон и тут же оказался обнят с двух сторон, чему Эймонд откровенно позавидовал. Нет, правда, этого простейшего «мне жаль» хватило, чтобы на него смотрели с обожанием? Чтоб так охотно обнимали и бормотали что-то вроде «ты лучше всех»? Да что за... На склоне показались ещё трое — Бейла, Джейс и Люк. — Что тут у вас? — с подозрением спросила Бейла. — Всего лишь недопонимание, которое мы прояснили, — и не подумав отпускать мужа, поведала Рейнира. — Папа признал ошибку, — сдала его Рейна. — Уже третью за шесть лет... Деймон почему-то лишь усмехнулся. — О! — переглянулись Люк с Джейсом. — Так это же и нам свою можно признать! Джейс, ты расскажешь или я? — Нет, говорить нужно мне, — твёрдо вмешалась Бейла. — Я же вас на это подбила! — М-м, нет, — решил сыграть в рыцаря Джейс. — Не к лицу мне прятаться за спину моей невесты. И потому, любовь моя, прошу, встань с ними. — Джейс, ты… — Прошу сильнее, — умоляюще заглянул ей в глаза Джейс. Бейла недовольно вздохнула, но послушалась: — Как скажешь, жених мой. — И ты, брат, — повернулся к Люку Джейс. — Но, Джейс! — Считай, сегодня моя очередь, братишка. — В другой раз я не уступлю, — проворчал Люк и перешёл за Бейлой к взрослым. Расправив плечи, Джейс сделал глубокий вдох. — Мои драгоценные и любимые родные, — торжественно развёл он руки в стороны, будто собрался обнять всех. — Я каюсь. На чём низко поклонился и тем закончил. — И всё? — с улыбкой уточнила Рейнира. — Ну… матушка… — всё ещё стоя в поклоне, неопределённо протянул Джейс. Деймон же пожал плечами и проговорил: — Самое главное мы услышали. — И тебе не хочется знать, что они натворили? — повернула к нему голову Рейнира. — Их руки-ноги целы. Головы на месте. Подпалины намекают на какую-то глупость с драконами, но драконоблюстители мне расскажут. — На очень большую глупость, пап, — вздохнула Бейла, держась чуть правее от всех. — Ту, что ты нам тогда запретил. Утратив благодушный вид, Деймон резко развернулся к ней. Жадно наблюдавший за этим Эймонд не имел представления, о каком запрете речь, но Деймон явно о нём знал и укоризненно покачал головой. Бейла поникла. Попереводя взгляд с неё на Деймона и обратно, Джейс и Люк как-то одновременно решились и быстро встали возле неё, точно так же виновато опустив головы. Некоторое время вся их группа молчала, потом решился Джейс: — Отец, мы самонадеянные глупцы, — не поднимая глаз, но достаточно громко и чётко сказал он. — И мы туда больше не полезем, чтобы не умереть. Прости, что разочаровали, — добавил Люк. Затем, переглянувшись, они сделали по небольшому шажочку вперёд и друг к другу, ловко закрыв Бейлу от её отца собой. Она озадаченно посмотрела на них обоих и встретилась взглядом с Деймоном, которого, как увидел Эймонд, тут же успокаивающе погладили Рейнира и Рейна — каждая по близкому ей плечу. — Головы поднимите, — распорядился Деймон, держась строго. Джейс с Люком тут же выпрямились. Бейла положила руки им на плечи, встав между ними. — Неделю чтобы я вас не видел даже близко у пещер, — отчеканил Деймон. — Да, отец, — в один голос согласились Джейс и Люк. — Справедливо, пап, — кивнула Бейла. — И вы все посвятите это время чтению сборника свадебных историй. «Жестоко», — подумал случайно знакомый с этим сборником Эймонд. Его младшие родственники что-то тоже явно заподозрили, но возражать не посмели, выдав совместное: — Мы посвятим. — Ты что-нибудь добавишь, Рейнира? — повернув голову к ней, уточнил Деймон. — Пусть выберут из описаний свадеб те, что им придут по вкусу. Потом расскажут нам. — Хорошая идея, пусть. Что ж, это обсудили… Просияв и расслабившись, Джейс с Люком и Бейлой тут же подошли к остальным, начав о чём-то тихо и воодушевлённо переговариваться. Не найдя в этом более ничего интересного, Эймонд отполз от края, с удивлением осознав, что перестал испытывать и раздражение, и злость. *** То утро на Драконьем камне выдалось самым мирным почти за десять дней. Размышлявший накануне над тем, какие выводы сделает из подслушанного разговора случайно замеченный Эймонд, Деймон внимательно наблюдал за ним за завтраком и быстро убедился, что всё же верные. Племянник многое умел и знал, довольно высоко себя ценил и верил в свою силу, но до сих пор не понял, что за власть имеет слабость. Не мог не удивиться, что его — Деймона — за признанную вслух ошибку другие стали лишь любить сильнее. Но он хотел это понять и разобраться, в чём тут дело. Он вышел к завтраку со всеми, а не позже. Смотрел на остальных с живейшим интересом. Улыбнулся — недоверчиво и искренне, когда Люк ткнул его в плечо и шепнул: — Спасибо, что не сдал. А Джейс и девочки при этом покивали с одобрением. Поймав вопросительный взгляд тоже увидевшей эту маленькую сцену Рейниры, Деймон покачал головой, давая понять, что обсуждать сейчас не стоит, и получил согласный кивок. Затем, по мере завтрака выяснилось, что Эймонд, чуть оттаявший от невраждебности племянников и кузин, всё чаще косится в сторону Рейниры, будто хотел о чем-то с ней поговорить. Но раз не сделал этого при всех, имело смысл дать ему возможность обратиться лично. Так что, когда все поели, Деймон пропустил детей вперёд и вышел из зала следом, однако, сделав всего пару шагов, прислонился к стене, чтобы услышать всё. Он улыбнулся, когда практически тут же на цыпочках вернулся Джейс и встал у стенки рядом. — Как тут уйти, если мама там с ним одна? — шепнул он. Деймон кивнул: действительно никак. Из зала донёсся скрип отодвигаемого стула. Тихий голос Рейниры, говорящей что-то ласковое Эйгону и Визерису, с которыми сидела няня. Потом скрипнул ещё стул. — Да, Эймонд? — Мы можем поговорить с тобой не как с наследницей, а как брат с сестрой? — Да, думаю, мы можем. Садись рядом. По шороху Деймон понял, что Эймонд, в самом деле, сел. Потом вздохнул. — Что, всё так плохо, брат? — Да нет, я просто… Мне нужен совет. От той, кто видит всё со стороны и, может быть, подскажет, что я делаю не так? Услышав это, Деймон поднял голову, уперевшись затылком в стену и испытывая торжество. О да, племянничек дорос до осознания проблемы! Дорос до смены тактики, когда не получилось пройти напролом. Дорос, чтобы понять, в чём гордость — это выход, а где её смирение полезнее и даст лучший результат. — Речь о твоём желании быть принятым? — Да, сестра. — Пожалуй, подсказать смогу. Во-первых, очень правильно ты поступил сейчас, спросив меня. — Я рад, что это сделал. — Хорошо. А во-вторых… — Рейнира выдержала паузу. Деймон почувствовал, как рядом подобрался любопытный Джейс. — Позволь начистоту. — Давай. — Ты кажешься зацикленным на том, чтоб выглядеть сильнее всех. Но для расположения людей, что уступают, нужно ведь совсем иное. — Имеешь в виду слабость? Почему? — А ты не понимаешь? Эймонд, только наша слабость даст возможность другим проявить рядом с нами силу. — Хм. — Её мало перед кем можно показать. Слабость в нашем положении — это большая редкость и серьёзный риск. — Но редкость... Это одновременно и ценность, верно? — Да. — Что ж, спасибо за беседу, сестра. Я всё обдумаю. — Иди. Поняв, что разговор окончен, Деймон положил руку на плечи Джейсу и поспешил уйти подальше вместе с ним.