Секреты по запискам

      — Привет, — натянуто улыбнулся Син Цю, пытаясь не выдать своего волнения и сдержать рвущуюся злость, — Ничего не случилось, просто решили встретиться.       Понять по взгляду и поведению Мэй, догадалась ли она о том, что всем все известно, было сложно. Она вела себя как обычно, едва ли чувствовалось беспокойство и настороженность, но это скорее было надуманно самими ребятами в силу своего собственного страха перед тем, что будет дальше. Оставалось лишь надеяться на успех своего плана.       — Предлагаю пойти ко мне! — следуя уговору, заявила Сян Лин и немного поежилась, проводя руками по рукавам своей куртки, — На улице сегодня как-то особенно прохладно, а родителей не будет допоздна.       — Давайте, — зевнул Чун Юнь, — А то этот свет меня уже утомил, да и сидеть в кафе весь вечер не особо хочется, только места занимаем, — он хмыкнул, стараясь оставаться максимально естественным, пока сердце быстро отстукивало сумасшедший ритм.              Мэй лишь пожала плечами, не высказав никаких возражений, а значит и правда ничего не поняла. Син Цю незаметно для остальных выдохнул, вставая с места. План заключался в том, чтобы заманить ее куда-то, откуда она не сможет сбежать и закончить начатое или еще чего похуже, прижать к стене и узнать всю информацию из первых уст, и наконец покончить со всем этим.       По пути к дому Сян Лин в воздухе витало напряжение, заметное не всем. Чун Юнь то и дело сжимал руку Син Цю, слегка царапая ногтем чужое запястье, на что ловил его смиряющие взгляды. Кому из них сейчас более неприятно - Юню, чья подруга оказалась сущим дьяволом, или Син Цю, ставшему главной жертвой, судить сложно, да и незачем.       — Милости прошу, — пригласила всех в дом Сян Лин, открывая дверь и после сразу же замыкая.       — Скоро Хэллоуин, говорят снова будет вечеринка, — подметила Мэй, — Решили кем будете?       — Чудовищ и так вокруг хватает,— строго сказал Сяо.       — Кому-то даже наряжаться не нужно, — уже не стесняясь заговорил Син Цю, — Правда, Мэй?       Мучить ее долгими завуалированными подводками к главному никто не собирался, как бы не хотелось. С одной стороны, было бы вполне справедливо отплатить ей тем же, поиздеваться, держа в неведении, но с другой - уподобляться ей не стояло главной целью.       — Ты о чем? — в недоумении спросила она, сглотнув.       — Мы все знаем, — тяжело вздохнул Чун Юнь, скрещивая руки на груди, — Не нужно ломать комедию.       — Знаете, значит, — хмыкнула она, и на удивление даже не стала отпираться, строить из себя дурочку и прикидываться ничего не понимающей, однако, она очевидно занервничала, метаясь взглядом по дому, словно пыталась найти пути скорее выбраться отсюда. Теперь ей стало понятно, почему они оказались именно здесь. Ее и правда прижали к стенке, — И что дальше? — вскинула брови Мэй, смотря прямо на Син Цю.       — Что тебе нужно от нас? — грубо ответил тот, подходя ближе, практически вплотную к ней, заглядывая в зеленые глаза, — Точнее от меня.       — Ох, дорогой Син Цю, вы ведь все знаете, к чему же тогда эти глупые вопросы? — приторно саркастически протянула она, — Твоих страданий, — это прозвучало так невозмутимо и буднично, что по спине ребят пробежали мурашки.       — В том, что твоя мать убила себя нет моей вины! — надавил юноша на больное, стараясь вывести ее на эмоции, — Если она была так слаба и бросила тебя из-за какого-то мужика, то...       — Заткнись! Заткнись! — закричала она в ярости, граничащей с истерикой, — Не смей говорить так о ней! — казалось, вот-вот и она начнет крушить все вокруг, ее глаза расширились и голос срывался, вызывая хриплые вздохи, — Это ты во всем виноват! Все из-за тебя и твоей чертовой семейки! Твой отец пудрил ей голову, а она так любила его! И если бы ты не рассказал все, она была бы жива! — она оттолкнула Син Цю от себя, пытаясь отгородиться.       — Я не мог знать, что все получится именно так! — в ответ завопил тот, — Моя семья тоже рушилась на глазах! Да даже если ты и хотела причинить мне боль, зачем трогала моих друзей?! Разве они виноваты?!       — Сначала я не хотела трогать вас, — она окинула взглядом всех остальных, сбавив тон и медленно опустившись на диван, ее агрессия резко превратилась в бессилие, — Но в один момент я поняла, что ты забрал у меня самого дорогого человека, и захотела испортить жизнь всем, кого ты любишь.       — Но разве твоя мама хотела бы для тебя такой жизни? Хотела бы, чтобы ты стала такой? — вмешался Чун Юнь, обращаясь к Мэй спокойным тоном, пока все остальные в ступоре наблюдали за происходящим, не решаясь встревать.       — Нет! Конечно нет! — снова заистерила она, начиная плакать, болезненные воспоминания сразу же нахлынули стремительным потоком, режущим все внутренности, — Но какая теперь разница!? Ее уже нет!       — Я знаю, что мой отец виноват, — вздохнул Син Цю, прикрывая глаза, — Перед тобой и мной, перед твоей матерью и моей, но это не повод рушить чужие жизни.       — Ты разрушил мою! — не унималась Мэй, — Я не хотела заходить так далеко, но каждый раз, видя как вы счастливы, — она посмотрела на Чун Юня, — Как ты рассказываешь о том, что твои родители помирились, злость снова окутывала меня! Что вы хотите сделать со мной? — ее голос дрожал, напоминая расстроенные струны гитары.       — По-хорошему бы заставить тебя извиняться и сдать в полицию, — встал с места Син Цю, — Но если ты не расскажешь про то, что было в клубе, и про Сяо тоже, и наконец отстанешь от нас, то мы тоже будем молчать, — утвердительно заявил он, на секунду даже проникнувшись жалостью к ней.       Сдавать ее в полицию действительно было рискованно, она бы тут же раскрыла все их тщательно скрываемые секреты, без зазрения совести рассказала бы про незаконное проникновение, про непредумышленное, но все же убийство, вспомнила бы наркотики, а может и сверху придумала бы еще, ведь терять ей было бы нечего. Доверять ей тоже было бы странно, однако, она вряд ли хотела за решетку, и в отличие от Син Цю у Мэй никого нет, ни влиятельных родителей, ни друзей, способных помочь в случае чего.       — Да пошли вы к черту! Я ненавижу вас! — вскочила с места она, и тут все поняли, что хэппи-энда можно не ждать, девушка явно была не в себе.       Мэй ринулась на кухню, и Син Цю тут же побежал за ней, совершенно не понимая, что та задумала. Судя по лязгу металла друг об друга, она рылась в ящиках с кухонной утварью, и только Син Цю успел подумать о самом ужасном варианте, как тут же был прижат спиной к чужому телу, пока одна ее рука сжимала его, а вторая приставляла нож к горлу. Безысходность ослепила Мэй, заставляя хрупкую психику раскрошиться. Поняв, что планы окончательно сломаны и нарушены, единственным выходом казалось пойти на отчаянные шаги, сделать то, чего желала в моменты самого кошмарного гнева и скорби. Ведомая своим затуманенным разумом, Мэй вряд ли понимала, что именно делает, уже даже не стараясь сохранить и капли адекватности.       — Отпусти меня! — прохрипел Син Цю, цепляясь за ее запястье, — Сволочь!       — Что ты делаешь?! — глаза Чун Юня наполнились всепоглощающим страхом, прям как в ту ночь в клубе, — Мэй, убери нож! — он сделал резкий шаг к ней.       — Не подходи! — рявкнула девушка.       — Надо звонить в полицию, — дрожащим голосом проронила Сян Лин, впервые осознав серьезность ситуации.       — Только попробуйте позвонить куда-то и я прирежу его прямо здесь! — слезы все еще текли из глаз, и голос не переставал срываться. Ее действия не были понятны никому, чего именно она хочет добиться этим? Сбежать? Но как?       — Ну давай же, — подначивал Син Цю, — Убей уже... Кх..Меня, — говорить со сжатым горлом было трудно, — Убей и закончи уж-...уже все это.       Был ли он глупцом или придумал какой-то план - Чун Юнь даже не размышлял об этом, лишь мотая головой смотрел на него, шевеля губами как рыба, выброшенная на берег, пытаясь заставить юношу замолчать и не провоцировать ее на самое страшное.       Син Цю не хотел умирать, но сказать об этом вслух сейчас не мог, продолжая выкрикивать схожие фразы.       — Замолчи! — она заметно нервничала.       Син Цю воспользовался ее дрожащими руками, быстро выдохнув, ведь этому плану не был гарантирован успех, от чего становилось еще страшнее, он дернулся, заламывая руку, держащую нож, и несмотря на не самую лучшую физическую подготовку сил у него все же было больше. Вывернувшись из ее "объятий", острое лезвие все же прошлось по его ладони, заставляя капли крови покрывать пол. Чун Юнь тут же притянул его к себе, будто бы убеждаясь в том, что он живой, и пытаясь спрятать от этой сумасшедшей, которая, в свою очередь выглядела еще более пугающе, наставляя нож уже на себя. Неизвестно, к счастью для нее, или же к сожалению, но с реакцией у Сяо все было в порядке, и ударив по тонкой кисти, нож тут же вывалился, со звоном упав на пол.       — Звоните в полицию! — прокричал он, скручивая руки Мэй за спиной, смотря на Сян Лин и Ху Тао, — И в скорую!       — Отвали от меня! — брыкалась она, — Отпусти! — громкие вопли били по ушам, отдаваясь эхом внутри.       Скорая приехала вместе с полицейскими, и теперь пути назад уже не было - пришлось рассказать им все, что случилось. От и до, упуская лишь те самые нежелательные моменты. И пусть Мэй в агонии кричала обвинения и угрозы, обещала вернуться и закончить начатое, но ее никто не принял всерьез - слишком уж тяжелым было ее состояние.       Родители были в шоке, узнав правду, осознавать, что вокруг них творилось подобное, а они даже не заметили, заставило усомниться в их качествах как людей, обязанных опекать своих детей. Теперь, когда ситуация прояснилась, отец Син Цю впервые по-настоящему встал на сторону сына, забыв все прежние ссоры. Выяснения и разбирательства длились около месяца, и полицейский участок стал постоянным местом посещения для друзей, но правда на их стороне, а значит им нечего бояться.       Мэй теперь еще долго не сможет вернуться к нормальной жизни, а бизнес ее матери временно был передан другим партнерам. Даже родители Чун Юня совсем смягчились, и в этом была заслуга Син Цю - они знали его с детства, и он смог расположить их к себе уже по-новому, пользуясь природным очарованием. Жизнь налаживается.       — Не могу поверить, что это кончилось, — Син Цю посмотрел на свою ладонь, проводя пальцем по шраму, который теперь служил напоминанием о случившемся, — Надеюсь мы больше никогда не увидим ее.       — Сомневаюсь, — успокоил его Чун Юнь, беря его руку в свою, переплетая пальцы, — Ее закрыли в лечебнице надолго, даже когда она выйдет, мы все уедем учиться в колледж.       — Да... Колледж, — печально вздохнул Син Цю, — А ведь мы хотели уехать все вместе. Но даже мы с тобой будем учиться в разных местах, а видеться раз в месяц просто ужасно! Я так не хочу расставаться с тобой.       — Все будет хорошо, — заверил Юнь, — Я обещаю.       — Эй! — Син Цю легонько стукнул его в плечо, заметив несвойственное этим разговорам спокойное лицо возлюбленного, — О чем это ты?       — Это должен был быть сюрприз, все еще неточно, но... Я узнал, что в твоем колледже есть спортивная стипендия и даже направление для IT-специалистов, и я...       — Ты серьезно?! — радостно воскликнул Син Цю, заползая на чужие колени, — Ты правда хочешь поступить туда? Вместе со мной?       — Я уже подал заявку, — смущенно кивнул юноша, мягко притягивая к себе, — Кто-то же должен оберегать такого безрассудного дурака как ты! — в памяти сразу всплыла сцена, как Син Цю подначивал Мэй убить его.       — Если ты меня сейчас поцелуешь, то я обещаю забыть это ужасное оскорбление! — театрально надулся Син Цю.

___

Год спустя

      Син Цю разбирал свою сумку, сидя на кровати в комнате студенческого кампуса, а потом расслабленно откинулся на ненакрытое покрывалом постельное белье.       — Я устал! — громко заявил он.       — Не ложись в уличном на кровать! — как всегда приструнил его Чун Юнь.       — Все равно спим на твоей, — рассмеялся Син Цю, приподнимаясь на локтях и игриво смотря на юношу.       От шуточной перепалки их отвлекло шуршание около двери. Чун Юнь подошел ближе, увидев на полу белый конверт, в недоумении посмотрел на Син Цю, а в голове сразу промелькнула мысль, запрятанная глубоко в подсознании.       — Что там? — заинтересованно спросил Син Цю, поднимаясь с кровати и протягивая руку к письму.       "Скучали?" - печатными буквами было выведено на листке.       Парни даже не успели переглянуться, как в дверь раздался настойчивый стук, а затем кто-то усиленно дергал ручку. Чун Юнь медленно подошел к ней, резко дергая на себя.       — Только не говорите, что вы забыли про Хэллоуин? — опечалено смотрела Ху Тао на друзей, на чьих лицах застыла гримаса ужаса.       Ее розыгрыш удался.