Двуликий-2. Мир из нитей

Он не пожалел о своем решении даже когда спутница перенесла его в гостиную неизвестного дома. Жилище не было богатым или хоть сколько-нибудь запоминающимся. Неопрятная квартирка, коих в Лондоне сотни. — Я жду продолжения, — процедил Гарри. — Непременно, мистер Поттер, — улыбнулась Синистра Льюис, так она представилась. — Вы достаточно сговорчивы, это заслуживает поощрения. Ждите тут. Гарри хмыкнул. Успев покопаться у нее в голове, пока она его расспрашивала в холле министерства, он заметил мелькающие воспоминания о Драко Малфое. Она была той, кого прислали и за ним тоже. Гарри это заставило ухмыльнуться. Девица была ищейкой Рабастана и, само собой, на ее красоту велись многие. Вот только посылать ее за ним смысла не было. Многие знали о его вкусах. Девушке удалось его приманить, но отнюдь не телом. — Гарри, подожди! Поттер обернулся и увидел, что к нему направляется девушка, очень даже не знакомая для того, чтобы так фамильярничать. — Я вас не знаю, — довольно холодно ответил Поттер, отворачиваясь. — Прошу меня простить, я тороплюсь. — Конечно. Передавайте привет Рону и Гермионе, — нисколько не обиделась мадемуазель и нагло продолжила: — Они ведь живут в “Кленовом саду” в Грин Оре? И чете Уизли в Норе. Джорджу… его квартира над магазином УУУ, если не ошибаюсь? Джинни и Дину в их доме в Ростершире. Гарри резко схватил ее за кисть и прошипел: — Кто вы? — И можете передать привет вашему дорогому другу Северусу, — мурлыкнула она ему в лицо, притеревшись своей грудью к его. — Он сейчас, вероятно, в Хогсмиде. Щиты на доме сильные, просто жуть! Это он вас научил таким заклинаниям? — она как будто завидовала. Гарри недобро улыбнулся, упоминание Северуса его всерьез разозлило. Кто-то пытался прощупать щиты на их доме! Мимо проходящие волшебники должны были испуганно отпрянуть от него и его потревоженной магии, но не замечали ничего. Тогда Гарри понял, что кто-то держит вокруг отвод. Подосланная ведьма была не одна. Он оттолкнул ее от себя. — Идемте со мной и никто из ваших близких не пострадает, — сказала она, даже не дотронувшись до хрупкого запястья, на котором должен был остаться след от его руки. Ее глаза маниакально заблестели. — Нам нужны только вы. Конечно, он понял, что это ловушка, и первым порывом было послать Синистру к дьяволу. Однако он задался вопросом: как долго еще придется искать Макнейра и его мстительного дружка? Они ускользнут, не забыв цапнуть его побольнее: будь то друзья или Северус. Этого Гарри не мог допустить. Если бы он был обделен опытом или силой, то, может быть, и задумался бы о привлечении авроров и захвате подосланной шпионки. Но допросы могли ничего не дать. Горло пережало спазмом. Он балансировал на грани: перед ним ясно предстал путь, который мог решить проблему разом (и пусть Северус скажет, что он самонадеянный дурак… потом, когда не будет угрозы). Гарри обладал силой и умом, чтобы устранить ее. По крайней мере он так считал. Результат непростого выбора привел его в чужой враждебный дом. Гарри смотрел, как за девушкой закрылась дверь. Он сразу же выставил вокруг себя щиты и отошел ближе к окну, но так, чтобы вылетевшие окна его, если что, не задели. Вокруг ощущалась магия. Определенно, наложен антиаппарационный барьер. Ничего другого Гарри и не ждал. Звуки хлопков удивили. Перед ним появилось четверо волшебников. Рабастана среди них не было. Все они направили на него палочки. Разумеется, Гарри не стал ждать их действий и атаковал сам. Сдаваться на милость врагам и быть марионеткой в их руках он не собирался. Натренированное тело, как и знание техники боя, давали Гарри массу преимуществ. Несмотря на достаточно маленькое пространство вокруг, Поттер справился с противниками достаточно легко. — Или Пожиратели уже не те, или я… — пошутил он, присев рядом с оглушенным немолодым мужчиной. Остальные были связаны и без сознания. — Энервейт. Пойманный маг очнулся и сфокусировал на Поттере плавающий взгляд темно-серых глаз. Тугие путы не давали ему возможности пошевелиться. На Поттера он смотрел испуганно и зло. Гарри хотел начать допрос, но повторные хлопки аппарации помешали ему. Он прогадал в одном. Рабастан Лестрейндж знал, что такого мага, как Гарри Поттер, не победить горсткой Пожирателей. Сражаясь с тремя оппонентами, Гарри изворачивался и атаковал. Пожиратели падали, но на их место аппарировали новые. И со временем их число начало расти. Едва Гарри успевал отреагировать на проклятья с одной стороны, как ему тут же прилетало с другой, а то и одновременно. Он крутился волчком. Его щит искрил от обилия бившей по нему магии. Когда пот покатился по лицу, Гарри понял, что в помещении стало жарко и тесно. Он взорвал дверь. За ней оказалось глухая стена. Раздумывать как же так, ведь ведьма покинула помещение через нее, времени не было. Гарри начал бить по окнам. Результат он не успел оценить, так как сзади его просто толкнули — не магией, а грубой силой. Он отлетел и едва не упал, но успел локтем оттолкнуть другого нападающего. И вовремя зацепился за шкаф. Отшвырнув от себя Пожирателя сзади, он увидел, как аппарировали еще трое. На полу уже лежала дюжина человек в обломках мебели. Перемещаясь во время драки, Гарри, как и оппоненты, спотыкался о них и иногда падал. Пока подкрепление Пожирателей медлило, ему удалось взглянуть на окна. Его взрывные проклятия рассеяли магическую иллюзию, открывая бетонную стену. “Вот это сюрприз!” — Отведите меня к Лестрейнджу! — потребовал он. — Я готов пойти добровольно. — Ты пойдешь так, как мы захотим, — ухмыльнулся выступивший вперед Пожиратель: коренастый парень со шрамом на щеке. — Отдай палочку. — Нет. — Тогда сражайся. И бой продолжился. Гарри не знал насколько его хватит в таком интенсивном бою. Воздуха становилось маловато на всех. Похоже, его заманили в замкнутое пространство. Что-то наподобие пространственной ловушки или расширенного магией кармана в стене. Это чертовски умно, но фатально для него. Аппарировать было рискованно. Пожиратели могли это делать по одной причине — они вплетены в чары щита. Попытка прорвать его может окончиться для Гарри расщеплением или случайным застреванием в стене. * * * С течением времени, которое насчитывалось часами, перед глазами начало все плыть. Ему казалось, что побежденные маги исчезают из-под ног. Гарри наколдовал себе воздушный пузырь. Это спасло его от ошибок. Мозг глотнул кислорода, но тело все равно начинало уставать, хоть и выполняло все движения автоматически четко. — У меня много людей, Поттер. Мы можем заниматься этим дни напролет, — раздался громкий голос, заставив запыхавшихся Пожирателей и Гарри замереть. Поттер никогда не слышал голоса Лестрейнджа, но почему-то понял, что это он. — Чего ты хочешь от меня? — Ты мог бы догадаться, — процедил голос. — Я не размениваюсь наследниками. — Тогда, может, не стоило делать из него очередного Пожирателя Смерти? — Я долгие годы ждал пока его дед испустит дух. Дополнительные сбережения мне пригодились бы. Но стоило влезть тебе и все пошло к черту. Ты и сына моего убил, и денег меня лишил. И знаешь, Поттер, когда-то я бы больше расстроился из-за золота, но не когда обзавелся ребенком. — Я сожалею, — сказал Гарри. — Не я убил его. Он погиб от яда. В Группу без гарантий не допускали. Многие Пожиратели погибли из-за этого. — Не лги, Поттер. Я знаю, что ты стоял во главе всех Групп. Ты хотел иной власти. — Ты ошибаешься. — Мне все равно, что и как ты хотел сделать. Мой сын помогал тебе, а ты просто избавился от него, чтобы не попасться в лапы аврорам. Чтобы не замарать свое светлое имя. Как же, герой и надежда магического мира. Освободитель, — цинично рассмеялся Рабастан, но прервал себя. — Ты такой же Темный Лорд, которого так осуждал и, к слову, убил. Гарри начинал выходить из себя и крепче сжимал палочку, с которой срывались алые искры. — Я не собираюсь исповедоваться перед тобой, — процедил сквозь зубы он. — Может сам придешь и отомстишь, раз ты так праведно зол? — Непременно. Раздались хлопки, и Гарри снова окружили. Пожиратели ухмылялись или зло сверкали глазами, поднимая оружие. Не только волшебные палочки, но и клинки, и моргенштерны. — Сначала мои ребята тебя как следует погоняют, Поттер. Затем я с тобой поговорю… и, может быть, еще пара моих старых знакомых, — злорадно отозвался Рабастан. Дальше бой продолжился и длился много часов. Пожиратели иногда прерывались, скорее всего, чтобы обсудить тактику, и это давало Гарри передышку, время наложить обезболивающие чары и вылечить кое-какие кровоточащие раны, но затем все начиналось сначала. Один раз вместо волшебников появилось зелье, и, упав на пол, оно разлилось. Жидкость сразу превратилась в густой туман. Гарри фыркнул. Воздушный пузырь обезопасил его от отравления. Поэтому он собрал клубившийся по пространству красноватый газ палочкой. Пожиратели поняли, что подобными вещами его не взять и переключились на прежние методы. Гарри едва стоял на ногах. Действовал он уже на адреналине и чистой силе воли, ничего другого не осталось. Порой пропускал проклятья, и жгучая боль отрезвляла его и заставляла двигаться непредсказуемо для врага. Он начал понимать, что если так пойдет и дальше, то он отключится и окажется в их руках. “Ну нет, они меня не получат”, — не в первый раз твердил он себе, когда ноги начинали подкашиваться, а мантия на спине вымокла от пота и крови. Если он сдастся, то Лестрейндж придумает, как использовать его в своих интересах. Вряд ли все кончится слепой местью. Такие люди всегда преследуют разные цели и сентиментальность тут ни при чем. Подставлять свою семью под удар Гарри не собирался. Лучше пусть его убьют, чем используют. Поэтому очень скоро стены и основание комнаты начали дрожать. Это произошло еще до того, как Гарри начал читать заклинание стихийной магии. Это последнее, что он мог сделать, пока его сила настолько раздраконена и… пока не наступило опустошение. Пусть хоть здание рухнет на его голову, но он не позволит захватить себя в плен. Пожиратели, или, скорее всего, обычные наемники начали суетиться вокруг и бросаться на него, как бешеные собаки. Видимо поняли, что он пошел на отчаянные меры. Рабастан громко орал усиленным чарами голосом, чтобы Гарри обезоружили, вырубили, или, в конце концов, убили. Поттер ждал, когда начнут применять убивающее проклятье. Это было опаснее всего. Ему удалось разрушить часть потолка, но не стены. Тогда он сообразил, что находится не просто в пространственном мешке, а в закопанной в землю каменной комнате. Это было гениально! Стены он мог сколько угодно прошибать. Земля не позволила бы их разнести. Часть потолка придавила стоящих на ногах Пожирателей. Поднимающиеся успели отскочить, так как видели, что с потолка осыпается побелка и падают куски штукатурки. Они, не медля, продолжили осыпать Поттера проклятиями. Гарри отбил их, случайно попав рикошетом в одного. Второй волшебник воспользовался его замедленной реакцией и сбил Гарри с ног. Они упали, и под грохот падающих каменных плит дрались на полу. Пожиратель был вне себя и бил, куда придется. Гарри отвечал тем же. Получив несколько крепких ударов в скулу и болезненный в ухо, он едва не отключился. Видно, само провидение было на стороне Поттера, потому что упавший рядом кусок стены прищемил Пожирателю ногу, и тот взвыл. Гарри откатился, отплевываясь от пыли. — Петрификус Тоталус, — прохрипел он, направляя на того палочку. Последний час сосредоточиться получалось все сложнее и он произносил заклинания вслух. Пожиратель затих. Гарри осмотрелся вокруг. Настала тишина. Никто не шевелился и в воздухе стояла пыль. В потолке образовалась широкая трещина, через которую было видно что-то темное. Повеяло свежим воздухом. Стоило ли говорить, что он выбрался наружу с огромным трудом, несколькими горящими на теле проклятиями и кровоточащими ранами на животе и ногах. Часть из них была виной торчащих из стен и потолка металлических прутьев. Вокруг не обнаружилось ничего, кроме леса и свинцовых туч. Посмотрев вниз, он увидел в земле могилу, не иначе. По-иному назвать прямоугольную каменную комнату было нельзя. Она была расширена внутри, но снаружи была всего несколько футов в длину и в ширину. Пожиратели, что остались внизу, казались погибшими или без сознания, так как никто не шевелился и не издавал звуков. Гарри запечатал ее заклинанием из арсенала авроров. Если там кто-то выжил, они пригодятся Филсону для допроса. Пока он этим занимался, то не выпускал из поля зрения окрестности. — Струсил, Лестрейндж? — крикнул он в чащу. — Как же твоя месть?! Лес шумел из-за ветра. Никто не отзывался. Даже птицы молчали. Вокруг все затихло как перед началом грозы. Гарри рухнул на землю от усталости и истощения. По вискам еще катился пот пополам с кровью от ножевых проклятий, колючих моргенштернов и обычных кулаков. Тело ломило и пульсировало в разных местах, руки подрагивали. Задерживаться тут дольше, чтобы дождаться реакции Лестрейнджа, было весьма неразумно, поэтому он поднялся, чтобы аппарировать. Его ударило в спину внезапно. От силы удара из груди выбило воздух, он пошатнулся. Под лопаткой вспыхнула боль и стало горячо. Гарри невольно прижал руку к груди и ощутил что-то острое. Опустил голову и уставился на торчащее острие. В глазах помутилось, тошнота подкатила к горлу. Какой-то шум сбоку привлек его внимание. Гарри обернулся словно во сне. К нему шел рослый маг и поигрывал в руке вторым кинжалом. За его спиной стоял Рабастан Лестрейндж, чьи глаза победно блестели, а губы кривились в мстительной ухмылке. Природное упрямство или развитые способности в окклюменции способствовали тому, что Гарри как-то сразу подобрался, отгоняя на задний план боль от раскроенной спины. Это все неважно, нужно было закончить начатое. Осталось совсем немного. И Гарри не собирался останавливаться из-за каких-то там ран. Сила циркулировала по телу, не позволяя сознанию отключиться. Он оскалился: его зубы покрылись кровью. — Постой, я сам его убью, — сказал Лестрейндж своему наемнику. В этом была его ошибка. Гарри не стал нападать первым: ждал, когда тот подойдет. На полноценное сражение у него не хватит физических возможностей, это факт. — Передай привет Лорду, — выплюнул Рабастан и резко взмахнул палочкой. — Авада Кедавра! Гарри притянул к себе кусок поваленного дерева, отразив им проклятье, а затем им же сбил с ног обоих магов. Наемник упал, но быстро сориентировался и метнул в Гарри режущее проклятье. Гарри отскочил, и яркий луч срезал дерево, которое с грохотом повалилось на землю, ломая ветки лип и сосен. Резкое движение окрасило мир алым красками, и Поттер закричал от боли. Ухватившись за могучий шершавый ствол дуба, в который врезался, он хватал ртом воздух и гнал от себя темноту. Мироощущения начали отдаляться. В это миг он чувствовал, что конец… его конец может настать неотвратимо и внезапно. “Мерлин всемогущий, я такой дурак! Северус был прав… — глаза Гарри распахнулись, перед ними все плыло. — Он будет ждать… будет искать и найдет мертвый кусок мяса”. — Будь ты проклят, Поттер! — услышал он громкий крик Рабастана и его выдернуло из мыслей. Гарри дернулся и спрятался за дерево, когда услышал: — Авада Кедавра! Рабастан принялся сыпать непростительными. Гарри пришлось покинуть свое укрытие, потому что помощник Лестрейнджа обошел его с другой стороны. Притягивая к себе все, что видит, Гарри защищался. Уворачиваться почти не получалось из-за адской боли в груди. Заклинания его не теряли силы, видимо от злости на себя и свое безрассудство. Нет, он не мог проиграть! — Не дождешься, — зарычал Гарри, насылая на метателя кинжалов пустынное проклятье. Тот увернулся, но его задело волной чар, и он скатился за небольшую насыпь. А вот Лестрейндж, исходя негодованием, что осуществить свою месть до сих пор не вышло, неожиданно напоролся на свое же непростительное. Гарри отбил одно из его проклятий, оно отрикошетило от щита и камня, засыпанного землей, и ударило Рабастана в бок, осветив лицо зеленой вспышкой. Тот ошеломленно застыл. Гарри даже не сразу понял, что произошло, оттого что в ушах стучала кровь, а тело трясло. Под кожу волнами втекал холод. Только услышав громкий хлопок аппарации, когда наемник стремительно покинул поле боя, он заметил что остался один. Лестрейндж, раскинув руки, лежал с открытыми неподвижными глазами на земле, поверженный. Гарри склонил голову, разглядывая его. В этот момент он испытал облегчение. От обморока его останавливало понимание, что если он сейчас не аппарирует отсюда, то победа его не будет иметь смысла. Тут он и умрет. Его всего трясло. Плеснув в лицо водой из палочки, он немного пришел в себя и еще раз огляделся. Понять, где он, было тяжело. Гарри с огромным трудом сосредоточился и переместился. * * * Кингсли пришел совсем недавно и болтовней заполнял вакуум, в котором Северусу до этого прекрасно работалось. В Аврорате все кипело, в отличии от министерства. Скримджер заставил своих людей перевернуть Лютный переулок и Лунную аллею. Да и не только их. Дома бывших Пожирателей Смерти тоже подверглись проверке. На этот раз задействовали весь штат авроров, кроме кадетов. Министру магии оставалось только ждать и отбиваться от репортеров, которым само собой уже стало известно о пропаже Поттера. По всей видимости, именно нежелание общаться с прессой загнало Кингсли в подземелье Хогвартса. — Сколько еще осталось? — спросил он не в первый раз. — Еще раз спросишь, получишь Аваду, — угрожающе спокойно ответил Северус. Бруствер что-то проворчал себе под нос и отошел. Снейп прикрыл котел крышкой и убавил огонь. На столе он перевернул песочные часы на пятнадцать минут. — Мне нужно принести выявитель, а ты следи, чтобы цвет зелья не менялся. — Что значит следи? А если он изменится? — спохватился Кингсли, но Северус уже не слушал, исчезнув за дверью. — Проклятый ублюдок, — проворчал Министр. — Специально меня доводит. Северус переместился в гостиную дома в Хогсмиде по каминной сети и немедля отправился в спальню. В тумбочке Гарри нашлось сразу два выявителя, засветившихся белым светом. “Хоть какой-то смысл был хранить их тут”, — вздохнул он, убирая камни в карман мантии. Порталы домой Гарри, действительно, не приносил, поэтому заклинание призыва ничего не дало. От хлопка аппарации Северус прирос к месту. Оповещающие чары взвыли в ушах: чары, настроенные на появление Поттера! Снейп резко развернулся и выбежал в коридор. Сердце в груди пропускало удары. Оказавшись на лестнице, он вцепился в перила. Гарри стоял возле дивана. Живой! Но радость от этого быстро поблекла. Поттер был мертвецки бледным, мантия была изорвана, лицо залито кровью. — Гарри… Снейп бросился по лестнице вниз. Гарри не мог вымолвить ни слова. Глаза его, казалось, были единственным живым органом, и они блестели от облегчения и непосильной усталости. Северус потянулся к нему, чтобы обнять и не дать упасть, но тот резко остановил его, пошатнувшись… и рухнул на колени. Северус схватил его за плечи, не давая завалиться. К своему ужасу он увидел, что из груди Гарри торчит лезвие. Быстро заглянув ему за спину, он побледнел. Длинный клинок рассекал плоть спины и выходил наружу из груди. Пол заливала кровь. — Я убил его, — прохрипел Гарри, отплевываясь от крови. Снейп уставился ему в лицо с отчаяньем. — Я перемещу нас в Мунго, — проговорил он, приобнимая его за плечи. Они сразу аппарировали. В клинике, едва заметив тяжело раненного человека, сразу забегали. Гарри левитировали в палату, идти сам он уже не мог. Северус никому не позволил отогнать себя, наставляя палочку на любого смельчака. Времени на препирательства у целителей не было, поэтому они просто смирились с мрачной фигурой, внимательно следящей за их работой. Его слишком хорошо здесь знали, чтобы пытаться спорить. В Поттера пытались влить зелья. Тот пил, конечно, но мышцы сводило и он давился. Такое происходит от перенапряжения, граничащего с шоком. Северус знал это по собственному опыту и мог судить — Гарри пришлось сражаться долго и тяжело. От него веяло магией, ее давление не спадало по всему телу, поэтому кровь так сильно текла из ран, циркулируя по венам быстрее. От пережитого стресса Гарри не мог расслабиться, чтобы нити силы перестали его защищать и позволили чарам целителей излечить себя. Северус прикоснулся к его плечу и зашептал слова умиротворяющих чар. Подобный метод он не практиковал на пациентах, но однажды с Дамблдором у него получилось остудить его магию. После активации крестража в кольце Мраксов директор подпал под чары Лорда. Северус не знал, что там произошло, старик не вдавался в подробности, но фонило от него не меньше чем от Гарри сейчас. И магия его сопротивлялась целебным чарам. — Северус. Снейп открыл глаза и встретился взглядом с Гарри. Радужка его глаз стала полностью красной, затмевая остатки зелени. — Твоя магия продолжает тебя защищать и не дает исцелить, — пояснил Северус, осторожно прикасаясь к его лицу пальцами. — Ты в безопасности, постарайся расслабиться. Гарри хотел вздохнуть, но закашлялся. Булькающий звук вылетел из его горла и изо рта полилась кровь. Целители помогли ему справиться с приступом и удалили кровь. Магия Гарри начала смягчаться, видимо, от близящегося истощения. Лечение стало более продуктивным. Кинжал вынули из тела Поттера, когда убедились, что тот не проклят. Гарри болезненно застонал, сжимаясь. Из раны ручьем хлынула кровь. Обезболивающие зелья до конца не подействовали. Северус орал на торопливых целителей, облегчая боль собственными чарами. Не дожидаясь их действий, он наложил и останавливающее кровь заклинание. Гарри привалился к нему плечом, рвано выдыхая. Целители возмущались в ответ на действия Снейпа, но тот не слушал, придерживая Гарри за второе плечо и ощущая, какой он холодный. — Займитесь сращиванием тканей, а не болтовней! — рявкнул он. — Может, мне и это сделать? И сделал бы, если бы целитель Хоффман, краснея от злости, не принялся за колдовство. Поттер сквозь боль усмехнулся, слушая эту ругань. Посмотрев на Северуса, он потянулся к его руке. Тот сразу ее поймал. — Все будет хорошо, — прохрипел. — Не волнуйся. — Как ты? — прошептал Северус, с нежностью и состраданием в голосе. — Я усилю эффект чар, если невыносимо... — Мне не больно. С Гарри срезали одежду. Все это было страшно, сколько бы Северус не видел в своей жизни ран. На Гарри видеть их он был не готов. Ненавидел себя за то, что не уберег. И сейчас позволял этим… нужно было все сделать самому дома! Но он побоялся, что не успеет. — Выйди, — прошептали обескровленные губы Поттера. Северус сжал его руку. — Что? — Не смотри… — голос Гарри осип. — Не говори ерунды, — Северус провел палочкой над головой Гарри, заживляя ссадины от побоев. — Я должен увидеть все. Целители накладывали швы. Гарри дали зелья для восстановления крови. Поразительно, что тот еще был в сознании. О чем сообщил Хоффман. — Нам нужно погрузить вас в целебный сон, Поттер. Тогда мы займемся проклятиями, что в вас попали. — Хорошо. — Мистер Снейп, прошу вас. Дайте мы все сделаем. Вас пригласят, когда к нему будет можно. — Иди, Северус, — попросил Гарри, и в следующее мгновение его глаза закрылись. Снейп поднес его ладонь к губам. — Я буду рядом, — прошептал он спящему мужчине. — Мистер Снейп, пожалуйста… — Вы приготовили антидоты? — резко оборвал Северус, впиваясь глазами в целителя. — Что?.. Первичный осмотр не выявил наличия ядов, — покачал головой тот. — Вы идиот? — Снейп шагнул к нему. — Кинжал мог быть отравлен черт знаешь чем, а вы смеете утверждать что яда нет, не проведя ни единого анализа! — Но чары… — Ни черта не скажут! Существует полсотни ядов, которые определяются только через проверку крови! — Мы проведем анализы, — покраснел от злости целитель. — Сначала антидоты! Где Сметвик? — Снейп больше не смотрел на него, а быстро вышел за дверь. — Что за глупцы у него работают? Целитель Хоффман вздохнул, слыша за дверью еще не один нелестный отзыв в свой адрес. Лично достав из хранилища универсальный антидот, он заставил пациента его выпить. Даже во сне Поттер был не сильно сговорчивым. * * * — Как он? — Кингсли был первым, кто налетел на него с вопросами, стоило Северусу покинуть палату. — Жив. На нем живого места нет. Кингсли облегченно выдохнул. Казалось, что с его плеч упал камень. — Эти ублюдки поплатятся, клянусь, — пообещал он сквозь зубы. — Мне кажется, — медленно проговорил Северус, проводя рукой по лицу, — что они поплатились. Гарри сказал, что убил его. — Кого? — нахмурился Кингсли. — Не знаю. Кингсли непечатно выругался, чем смутил пробегающих мимо медсестер. — Ты будешь тут? — Где мне еще быть? — рявкнул Снейп. — Не кипятись, — поднял руки Министр. — Когда он придет в себя, мне сообщат, но я хотел бы, чтобы кто-то узнал, что там произошло. Я подозреваю, что только у тебя будет такая возможность. — Ты знаешь Поттера. Как только оклемается, тебе все доложит. — А ты его знаешь лучше, Снейп. Он доложит не все, — набычился Кингсли. Северус приблизился к нему и схватил за ворот: — За кого ты меня держишь! — Ты сам понимаешь, что такие встряски, и тем более убийства, могут сделать с психикой человека. Северус готов был сотворить с ним что-то страшное и Кингсли это почувствовал, поэтому держал палочку в руке. — Что здесь происходит? — между ними вклинился какой-то целитель, небольшого роста, но крепкой комплекции. — Министр, что это значит? Тут больница или что? Снейп развернулся и исчез за ближайшим поворотом. Кингсли остался разбираться. Северус нашел ближайшую уборную. Он долго стоял, опираясь на раковину. Его била нервная дрожь. Посмотрев в зеркало, он уставился в собственные черные глаза. Пожалуй, в бледности он теперь сравнялся с Гарри. Хлопнула дверь. — Северус. Министр так просто не сдавался. Но, по крайней мере, он был настроен на спокойную беседу. Снейп выпрямился, надевая свое самое неприятное выражение лица. — Иди к дьяволу, Кингсли, со своими просьбами! — Я не правильно выразился, хорошо, — примирительно начал тот. — Я не стал бы просить тебя шпионить за Гарри. Я прекрасно тебя понимаю. У меня тоже есть семья. — Тогда формулируй мысли четче. Мне казалось, Министр магии должен это уметь, — отбрил Снейп. — Туше, друг мой, — улыбнулся Бруствер устало. — Я волнуюсь за него. Пока не ясно, что там произошло, просто присматривай за ним, ладно? Выглядел Кингсли действительно разбито и просил искренне. — Я это делаю. Всегда. Кингсли кивнул. — Надеюсь, ты догадался наложить на котел чары стазиса? — спросил Снейп хмуро. Кингсли сначала даже не понял о чем он. — Когда прислали патронус из Мунго, я о котле и забыл. Прости. — Я попрошу Минерву выставить тебе счет за порчу школьного имущества. Кингсли фыркнул, но согласно кивнул и вышел. — Идиот, — бессильно пробормотал Северус и умыл лицо водой. Стало немного легче. Заметив разводы от крови на белом кафеле, он сузил глаза и удалил их магией. “Проклятье, все отделение в крови Поттера!” — это было очень плохо. Кто угодно мог ею разжиться. Северус провел ладонью по лицу и сжал переносицу. Выйдя в коридор через несколько минут, он вспомнил-таки, что обещал послать патронуса вездесущим друзьям Гарри. * * * Темнота окутала его ненадолго. Гарри уверенно шел по Косому переулку. Компанию ему составлял английский туман и утренняя прохлада. Несмотря на видимую мрачность этого утра, ему было легко на душе. Войдя в знакомый паб между аптекой и небольшим отелем, Гарри поискал глазами Рона. Заведение было заполнено под завязку, несмотря на ранний час. — Гарри, — позвал его друг, поднявшись из-за столика у дальней стены. Гарри направился к нему. Проходя мимо столиков, он заметил двух смутно знакомых стариков — мужа и жену. Они посмотрели на него и кивнули, мужчина сухо, а женщина слегка улыбнулась, как бы в благодарность. За ними сидело трое ребят: Эрик, Руперт и Стив. Они, так же, как и тогда в группе, болтали и пили. Когда Гарри прошел мимо, то заметил, как Эрик улыбнулся, а Стив толкнул его, чтобы не разглядывал посторонних. Поттер хмыкнул и пошел дальше. Возле окон расположились состоятельные волшебники. Даже странно было увидеть их в таком заведении. Хотя Гарри не было интересно, что тут забыли Эйвери, Креббы, Нотты и прочие аристократы, все они заметили его появление и подняли бокалы. — Не обращай внимания на этих неудачников, — сказал Рон, когда Гарри остановился возле их столика. — Я не опоздал? Сегодня здесь не протолкнуться. За барной стойкой, попивая пиво, сидели Сириус и Ремус. Тонкс болтала с Фредом. Они помахали Гарри. Он им улыбнулся. — Во всяком случае есть приятные лица, — заметил он. — Очень много новеньких, — покачал головой Рон и поставил перед Гарри кубок с водой. — Спасибо. Гарри взглянул на людей за другим столиками. Они разговаривали между собой и не обращали на него и Рона внимания. Гарри помнил их. Совсем недавно познакомился. — Я не хотел, ты же знаешь, — сказал Поттер другу. Но Рона рядом с ним больше не было. Напротив него сидел длинноволосый мужчина и понимающе улыбался краешком губ. — Это было предсказуемо. Ты не мог не догадаться, чем закончится твое решение пойти в руки к Рабастану, — он кивнул в сторону стола в углу, где, скрываясь под капюшоном, сидел Лестрейндж, а рядом вольготно расположились Беллатриса и Родольфус. — Не стоит лгать себе. Все они на твоей совести. Гарри опустил голову. — Ты прав. Кубок в его руках потеплел. Гарри заметил, что в нем теперь плещется алая блестящая жидкость. — Выпей, полегчает. — Где Рон? Собеседник помолчал. — Оглянись. Разве ты хотел бы увидеть его среди этих людей? Гарри повернул голову в сторону бара и поднес кубок к губам. — Порой мне хочется присоединиться к ним. Сириус потянулся за второй кружкой и заметил взгляд крестника. Он радушно похлопал по свободному месту. Поттер улыбнулся ему и покачал головой. На стул рядом с Сириусом сел другой человек. Так похожий на Гарри и в тоже время вовсе другой. Он радостно поприветствовал Блэка, похлопав по спине. Сириус отдал ему кружку, и они начали разговор. У Гарри в груди пронзительно защемило. Как же хотелось подойти к ним и обнять обоих. Гарри знал, что пока не время, а место его только тут, напротив старого знакомого. — Рано или поздно они тебя встретят, — ответили ему почти сочувственно. Гарри кивнул. Вглядываясь в черные, как бездна глаза, он не чувствовал страха или злости. Это была не первая их встреча. — Ты всегда прикидываешься Роном. Зачем? Собеседник не ответил, отпивая из своего бокала и хитро ухмыляясь. — Я не раз говорил тебе, что не ровен тот день, когда тебя попытаются убить твои же друзья. Нельзя жить с такой силой и не вызывать опасения других людей. — Дамблдор прекрасно жил. Да и какая сила? Ерунда. — Тебя не удивляет, что на тебя напали, как только министерство сняло след? Гарри нахмурился. Как это может быть связано? Всматриваясь в бескровное лицо своего собственного отражения, Гарри мог сказать, что, видимо, он что-то упускает. — Ты слишком расслабился. Как ты думаешь, почему Снейп до сих пор с тобой? От большой любви? Кингсли попросил его контролировать нас… тебя. Снейп прекрасно играет эту роль. Он читает тебя, как открытую книгу, и управляет твоими чувствами. Гарри хотел было возмутиться, но в горле отчего-то застрял ком, а в душе засело противное сомнение. А вдруг все так и есть? Как-то же Северус провел самого Темного Лорда. Когда-то он был холоден как лед и неприступен как скала. А теперь он позволял Гарри видеть свои эмоции и даже иногда читать мысли. “Вдруг это обман? Такое можно сделать при высоком уровне концентрации, которой Северус несомненно обладает”. — Знаешь, ты часто пытаешься внушить мне, что Снейп меня использует, — сказал Гарри, беря себя в руки. — Это начинает утомлять. — Я пытаюсь тебе помочь. — Тогда говори по делу, — отрезал Гарри. — Хорошо, — собеседник выпрямился и указал на угол. Гарри посмотрел туда. К Лестрейнджу подсел один из Пожирателей. Удивительно, что не сын, из-за которого Гарри недавно пострадал. — Ты не знаешь некоторых из этих людей, потому что они на моей совести, — пояснил второй Гарри. — Маг, что говорит с Лестрейнджем, работал в Отделе Тайн. Касиус Снарт добывал для меня сведения по новым зельям и разработкам. Так я и узнал про новое оборотное. — И что? — То, — выплюнул двойник, — откуда-то люди Лестрейнджа узнали, что ты в тот вечер будешь в Министерском холле. — Он сам сказал, что людей имеет в достатке. Кто-то просто следил за мной там. — Ты правда так думаешь? — насмешливо ответил двойник. Конечно, он сомневался, иначе двойник ему бы ничего не сказал. Гарри знал, что они одно целое. Братец был его внутренним отражением, тем скептиком и мерилом справедливости. Он говорил ему только то, что Гарри и так знал. Даже то, что он сказал о Северусе — он лишь озвучил глубинные страхи Гарри. Гарри отставил кубок, в котором снова была вода. И поднялся. — Надеюсь, мы больше не увидимся. — Ты всегда так говоришь, — фыркнул двойник. Гарри больше его не слушал, направляясь к выходу. Люди за его спиной исчезали. — Тебя кто-то предал. Гарри обернулся. Двойник смотрел на него своими гипнотическими глазами. Кроме него никого не осталось в пабе. Да и само место изменилось. — Не верь никому. Гарри открыл дверь в ясный день и вышел.