Двуликий-2. Мир из нитей

С полчаса он гулял возле нового поместья своих родителей и пытался не раздражаться на присутствие домового эльфа, следящего за каждым его шагом. Конечно, маленький наблюдатель старался быть незаметным, но для Драко, всю жизнь прожившего в поместье с домовиками, эти попытки выглядели нелепо. Младший Малфой сел на лавку возле небольшого фонтана. Дуновение ветра донесло до него капли воды и немного умиротворения. Запахи цветов, что любила его мать, напомнили позабытое ощущение родного дома. Дверь в сад спустя некоторое время открылась. На парковую дорожку ступил Люциус и поискал взглядом сына. Заметив его у фонтана, он направился к нему. — Ты осмотрел дом? — светским тоном осведомился лорд Малфой, остановившись в паре шагов от Драко. — Да, не такой большой, как в Англии, — без язвительных ноток проговорил молодой человек, не отрывая взгляда от птиц, прыгающих по белому мрамору. С недавних пор ему было трудно смотреть в глаза отцу, неожиданно постаревшему с последней их встречи. — Если у тебя есть желание, то мы можем выбраться на побережье, — предложил Люциус. — Нет, я не хочу пить оборотное, — поморщился Драко. — У меня есть там небольшой домик. Тебе не придется скрываться, — Люциус мгновение помедлил и присел рядом. — Я хотел бы поговорить с тобой о том, что ты мне рассказал. — Он долго откладывал разговор о случившемся, торопясь увезти семью подальше от возможных проблем. — О чем еще ты хочешь знать? — Я понимаю причины, по которым ты был вынужден исчезнуть. Однако… Драко, то, что ты скрыл это от меня — просто недопустимо. — Люциус намеренно подождал, пока сын поднимет на него взгляд. — Мне глубоко безразлично, как сильно ты неправ перед законом. Я бы в любом случае помог тебе. — Отец, мне не нужна была помощь, — лицо Драко похолодело, как и голос. — В тот момент я был не способен мыслить здраво. — А потом? Полагаю, два года достаточный срок, чтобы набраться смелости и сказать нам. — Ты захотел бы меня вернуть как единственного наследника, и это принесло бы тебе только проблемы. К тому же я хотел пожить своей жизнью. Люциус онемел от его слов. — Мне жаль, что я создал у тебя настолько ошибочное представление о моем отношении к тебе. Наследник, разумеется, важен для меня, но это совсем не значит, что я тебя не ценю, как сына. Драко мог бы цинично усмехнуться… но не стал. Отца всегда было сложно понять, поскольку свои чувства он проявлял слишком скупо и не последовательно, согласуясь только с собственной выгодой или тем, что хорошо для благополучия рода. Это причиняло боль Драко до той поры, пока ему не стало все равно. Отец превратился для него в главу рода, ментора, и перестал быть родным. Драко был уверен, что тот с легкостью мог бы завести себе второго сына, раз уж первый так неудачно погиб, при этом доставив массу проблем. Пожалуй, то, что он этого не сделал, удивительно. Не говоря уже о том, как тот был шокирован, когда увидел Драко живым. — Ты действительно не искал встречи с Рабастаном? Драко сузил глаза и скривился губы. — Зачем он мне? Я даже не знал, что он жив. — Зачем тогда тебе понадобился поход на невольничий рынок? — Люциус слабо верил, что все это не взаимосвязано. — Как я понял, ты жил на корабле. Не проще было найти помощника за деньги? С живой собственностью всегда много проблем. — Откуда тебе знать? — тут уж Драко не сдержал откровенной насмешки. — У тебя никогда не было рабов. — Потому что это запрещено, — ответил Люциус. — Мне всегда хватало домовых эльфов, чтобы разбираться с человеческими особями. Драко не хотел развивать эту тему. Он уже жалел, что рассказал отцу об осведомленности Северуса, потому что тот в отместку поведал старому другу о походе Драко на рынок и желании того купить раба. Теперь отец наверняка подозревает, для чего Драко это понадобилось. — Эльфа я купить не мог… — пожал плечами Драко, ограничение в сбережениях его нередко злило, но даже к этому он смог привыкнуть. — А на какого-нибудь симпатичного маггла у меня бы денег хватило. — Драко… — Люциус провел рукой по лицу. — Зачем это? Ты ведь молод и способен завести отношения. Драко фыркнул. Молод. Как будто это решает все проблемы. Романы и секс для него были не важны. Ему нужен был человек безгранично преданный… — Это все из-за него? — проницательно и резко заключил Люциус, читая в глазах сына протест и насмешку над его наивностью. — Того ненормального Поттера? Драко мгновенно вспыхнул и подскочил. — Причем тут он?! Я прекрасно знаю, как мне прожить свою жизнь. Прекрати делать вид, что знаешь меня! — выплюнув это, он пошел в сторону аллеи. Люциус не стал его останавливать. В памяти еще были свежи материалы, которые ему показывали на допросах и в суде касаемо преступлений, в которых обвиняли Драко. Похищение людей и применение к ним непроверенных зелий… сексуальное насилие. Тогда Люциус не мог поверить, что сын способен издеваться над кем-то. Драко никогда не был жестоким или сексуально озабоченным. Во всяком случае, при его финансовом состоянии последнее было решаемо. После похорон Драко, Люциус перевернул его поместье вверх дном и нашел письма и рисунки. Драко был влюблен в Гарри Поттера. Это было совершенно немыслимо… В данном случае, намерение Драко купить раба говорило об одном: сын все еще зависим от своих слабостей. Хуже того, он мог снова наделать глупостей, связавшись с Поттером. Последний дал однозначно понять, что его интересы лежат далеко от фантазий Драко. Да и Северус вряд ли захочет делиться. Хлопанье крыльев ознаменовало прибытие почтальона. Люциус поднял взгляд к небу и заметил летящую сову. Она села на лавку рядом с ним. Судя по печати, письмо из Гринготтса. Раз ответа от гоблинов пришлось ждать целую неделю, это говорило о том, что они перерыли свои архивные записи, и, вероятно, докопались до причины пропажи бесценного трезубца. Люциус прочитал текст и нахмурился. * * * Гарри прищурил глаза, рассматривая сидевшего напротив Келли. Тот несколько минут сосредоточенно рассказывал ему о расследовании, начатом в Отделе по Контролю за Магическими Животными. Не то чтобы сплетничать о подобных вещах было принято у работников Отдела Тайн, но поскольку тема касалась непосредственно Гарри, то Келли решил сказать ему об этом. — Стало известно, что Уильям Боуди продавал сведения о тебе. В том числе ныне почившему Лестрейнджу. При нем было обнаружено несколько зелий из белладонны. Я слышал, что его палочку проверяли, и там… использование Империо, Обливиэйта и различных дурманов. С Уильямом Гарри часто общался в рамках своей работы. Толковый и веселый парень, он нравился многим и Гарри тоже. Однако друзьями они никогда не были. — Он знал не больше других, — покачал головой Поттер. — Не будь так уверен. Он следил за тобой, — многозначительно произнес Харт. — Я точно не знаю, что он рассказал на допросе, но, скорее всего, он был тем, кто способствовал твоему похищению. — Это уже не так важно, Кел, — Поттер сложил руки на груди. Они стояли в небольшом закутке в коридоре отдела. Разумеется под чарами отвлечения внимания и прослушки. — Может и так, но шеф развернул бурную деятельность из-за твоего похищения, — возразил Келли, недовольный легкомысленным ответом Поттера. Хотя, подумав, он понимающе заметил: — Из-за этого нападения у многих открылись глаза. Лестрейндж уже давно не обладал таким богатством, как раньше, поэтому напрашивается вопрос: как он смог подкупить столько людей для нападения? Губы Гарри растянулись в усмешке. Келли был умным парнем и видимо часто размышлял над его ситуацией. Конечно, это льстило, но честно говоря Поттер обошелся бы и без такой заботы. После покушения он не доверял никому. Вероятно, Гермиона была права и сейчас многие задумаются о том, кто в Министерстве покрывает теневой бизнес. — Вот именно, Кел, — вдалеке он заметил, как к кабинету направляется Рон. — Мне нужно идти. Скажи, кому Барлоу поручил приглядывать за порядком в Лунной аллее? — Помимо авроров? Гарри прищурил глаза, ожидая продолжения. Келли вздохнул. — Он поручил это мне. Сегодня ночью иду на променад. Ходит слух, что арена никуда не делась. Гарри кивнул. Скорее всего, так оно и было. Магией можно спрятать все, что угодно и даже Министерство не пронюхает. С каждым годом подпольщики все серьезнее занимались своей охраной и конспирацией. Клиентов заманивали очень осторожно. — Будь начеку, — Гарри снял чары. Они разошлись. — Рон, — позвал Поттер, направляясь к другу. Тот его увидел, лишь когда остановился у двери. — Привет, я как раз искал тебя, — взволнованно проговорил Рон, на его одежде угадывались следы грязи, а на рукавах пятна крови. — Что случилось? — Гарри нахмурился. Рон поманил его в кабинет и, когда за ними закрылась дверь, он проговорил: — Я только что от родителей, Билл нашелся! Глаза Гарри расширились, но прежде чем он начал сыпать вопросы, Рон продолжил: — Он жив и относительно здоров. Ты не представляешь, какое это облегчение. Я боялся худшего. — Что с ним? — Гарри нервно сглотнул. — Где он? — В Мунго. Говорит, что пришел бы раньше, если бы не полнолуние. Он обратился в зверя, как только сошел в порту Англии. Когда влияние луны ослабло, он превратился в человека и аппарировал к дому родителей… Плохо сосредоточился, — сдавленно пробормотал Рон, — его немного расщепило. Но сейчас уже все в порядке. — К нему пускают? — Гарри поежился, прекрасно помня, на что похожи раны от расщепления. — Да, я как раз искал тебя, чтобы пойти вместе. Гарри кивнул. — Ты слышал о Уильяме Боуди? — Нет, а что с ним? — удивился Рон. Пока они шли по ОТ в поисках лифта, Гарри пересказал Рону разговор с Келли Хартом. Рону это известие не понравилось, он даже разозлился, чем удивил Гарри. — В чем дело? — Гарри, Уильям мог не знать чего-то важного о тебе или нас, но он часто бывал в Хогвартсе и заповедниках с магическими тварями. — Думаешь, он мог как-то осведомлять торговцев о редких экземплярах животных или еще о чем-то таком? Это выглядело бы странно и глупо, — покачал он головой, когда Рон согласно поднял брови. Они вошли в лифт. — Браконьерам или покупателям экзотики обычно проще договориться с лесниками или действовать в одиночку, чем лезть в Отдел по Контролю. — Может, — но Рон не выглядел согласным. — Посмотрим, до чего докопаются ребята из следственного. Через некоторое время друзья переместились по каминной сети в шумный холл больницы. В середине недели здесь было людно и начавшиеся затяжные дожди вызвали закономерную волну хвори. Некоторые кашляющие и чихающие пожилые волшебники заставляли вспыхивать свечи или выскакивать искры из носа. Гарри и Рон торопливо проскользнули мимо заболевающих и скрылись в кабине больничного лифта. Тот поднял их на пятый этаж. Палату Билла было найти не сложно, поскольку возле нее дежурили авроры. Гарри поздоровался с Луисом Максвеллом, с которым служил в аврорате. Парень с карими глазами и волнистыми волосами ему радостно улыбнулся и пожал руку. Рону тоже. — Луис, Билл один? — сухо спросил Гарри. — У него Филсон. Гарри кивнул. — Мы пройдем? — Мы вас ждали, — сообщил Луис, выпрямляясь. — Шеф предупредил, что вы, скорее всего, будете ломиться в палату. Гарри фыркнул и постучал в дверь, затем зашел. Внутри были зашторены все окна, создавая полумрак. На стене в подсвечнике горела единственная свеча. Билл сидел на кушетке возле стены, и на его ступнях были застегнуты колодки, служащие мерами предосторожности. Полнолуние шло на спад, но волчья сущность еще могла проявить себя. Это нисколько не омрачало настроения Билла, потому что он преспокойно пил чай и ел сэндвич. Заметив вошедшего брата и Гарри, он устало улыбнулся. Аврор Филсон сидел на табурете возле другой стены, рядом парил пергамент с быстро пишущим пером. Взмахнув палочкой, Ричард остановил запись пера. — Поттер, я надеялся, что вы появитесь. Гарри подошел к Филсону, но смотрел он в этот момент на Билла. Тот выглядел бледным и осунувшимся после полнолуния. Это было видно даже при скудном освещении. — Почему он в цепях? — Я сам настоял, Гарри, — хрипло ответил Билл. — Обращение в этот раз было полноценным, и я еще не уверен в себе. Сознание мутится, и я сильно злюсь, — он доел и отставил чашку. Поттер посмотрел в глаза Филсону с немым вопросом. — Я немного успел поговорить с ним, но вы можете присоединиться, — Ричард активировал перо. — Продолжайте, мистер Уизли. Что было, когда вы приехали в Румынию? — Когда я выяснил, что Лучиния не посылала мне письмо, то сразу все понял. К сожалению, было уже поздно. Нас обезвредили, наложив на ее дом чары сна. Когда я очнулся, то увидел тело Лучинии, она была убита Авадой Кедаврой, а я связан, — Биллу было тяжело рассказывать об этом, даже несмотря на то, что он недавно находился в теле злобного оборотня и убить для него было обычным инстинктом. — Как я понял позже, мое похищение совпало с кражей яиц дракона другими желающими поживиться. Вышла небольшая битва, когда мои похитители столкнулись с браконьерами. Поэтому через несколько часов меня переправили в какой-то дом вместе с драконьим пополнением. Пока он говорил, Гарри невольно рассматривал его лицо. Неуловимо, почти на грани запаха ему казалось, что в Билле что-то изменилось. Гарри приходилось ощущать магию оборотней и их темперамент, но то, что он испытывал сейчас было совсем другим. Какое-то время он не мог отделаться от этой мысли. Однако он точно чувствовал, что перед ним Билл. Знакомые повадки и манера говорить, даже прищур глаз и пожимание плеч — все это было сложно подделать с высокой точностью. Особенно, если Гарри знал на что нужно обратить внимание. На внешность он давно не смотрел. — Значит, твои похитители не были изначально заинтересованы в яйцах? — уточнил Ричард. — Нет, это вышло случайно, — покачал головой Билл. — Но эта случайность мне помогла. — Каким образом? — Через несколько дней из яиц вылупились новорожденные. Я не большой знаток драконов, но знаю, что их выводок, едва открыв глаза, зверски голоден. Меня это сильно беспокоило, поскольку я был с ними почти все время один. Так вот, когда те стали вылупляться, я испугался и начал звать на помощь. На мои крики явилось несколько стражников… и драконы накинулись на них. В общем, пока они их жрали, я смог сбежать. — Тебе крупно повезло, — покачал головой Рон, он был не менее бледен, чем брат. — Это точно. Я добрался до ближайшей деревни магглов. Английский там почти никто не знал, но мне удалось разжалобить одну девушку и она меня накормила. Из ее слов я понял, что рядом есть порт. Ночью я отправился туда и смог найти англоговорящего капитана. Он подсказал мне, куда нужно двигаться, чтобы найти судно до Англии. — Ты кого-нибудь узнал среди Пожирателей? — спросил Гарри. — Может кто-то приходил с тобой поговорить. — Никого. Я все время сидел один. Меня перемещали по ночам. Они спаивали мне с водой сонное зелье, я не сразу это понял. Комнаты, в которых я просыпался, были разные. А деревня, куда я добрался, находилась во Франции. Гарри добавил это сведение в копилку своих зацепок. Как-то подозрительно получается, что Драко Пожиратели тоже нашли во Франции. Если, конечно, они это первыми сделали. Возможно, зря он так скоро отпустил Малфоя, стоило еще расспросить… или сдать его под следствие Аврорату. — Послушай, Билл, можешь ли ты вспомнить что-то необычное, что с тобой там случилось? Я имею в виду, может ты ощутил странный запах или вкус? — спросил Гарри, намекая на употребление зелий. — Запах? — задумался Уизли. — Мое чутье сильно обострено, ты прав. Я ощущал всякое, но в основном все понятные запахи. Ничего особенного… — он нахмурился. — Знаешь, я видел, как охранники приносили землю в ведрах. Не знаю, важно ли это… — В ней что-то было? — сухо уточнил Филсон. — Семена, корни… живые создания? — Я не знаю. — Думаешь, они что-то выращивают? — предположил Гарри. Филсон неопределенно пожал плечами. — Мистер Уизли, после того, как вы поправитесь и лунная фаза пройдет, вам следует явиться в следственный отдел Аврората. Я хочу, чтобы вы описали эту землю нашим специалистам. Билл кивнул. — Хорошо, господа, — Филсон свернул свиток и подхватил перо. — На этом я закончу. Аврор покинул полату. Рон сразу же заговорил: — Это я виноват, Билл. Надо было заподозрить неладное с этим письмом. С чего бы Чарли заводить себе детей?.. Глупость какая! — Не надо, Рон. Я тоже не догадался. — Он посмотрел на Гарри. — Чарли говорил мне, что вы встречаетесь. Однако у него и раньше были партнеры среди коллег. Брат всегда был помешан на работе… счастье, что он не стал зоофилом, — хмыкнул Билл, но затем печально вздохнул. Поттер поморщился. — Мы все поторопились. Я не думал, что вокруг меня все настолько завертится. — Аврор Филсон сказал, что на тебя покушались, — Билл потер щеку и задумчиво продолжил: — Раз Лестрейндж мертв, можно ли считать, что на этом все закончилось? — Не знаю, Билл, — признался Гарри. — Я поставил Фиделиус на ваш дом. — Флер сказала, — кивнул Билл. — Она была у меня перед вашим приходом. В палату без стука зашел целитель. — Господа, мистеру Уизли положен покой. Лунная болезнь сойдет на нет к вечеру, когда луна потеряет вес. Прошу вас покинуть палату. Гарри попрощался с Биллом, Рон подошел к брату ближе и коснулся плеча, сказав что-то ободряющее. Билл улыбнулся ему, благодаря за поддержку и помощь Флер пока его не было. — Что ты думаешь? — спросил Рон, когда они с Гарри покинули больницу. — Думаю, что нам надо продолжить шерстить Лютный и Лунную аллею. К тому же не нравится мне, что некоторые нити ведут во Францию. Рон наклонился к нему и тихо прошипел: — Ты не думал, что хорёк может быть замешан во всем этом дерьме? — в голубых глазах друга бесновался огонь. — Я не уверен, но мысль такая проскользнула, — признался Гарри, открыто встречая его взгляд. — Ты знаешь где он? — напряженно спросил Рон. — Да… Я отправил его к Люциусу. Они покинули страну. Глаза Рона стали забавно огромными, вот только губы скривились. — Зачем ты его отпустил?! Вдруг он опять устроит тебе какую-то ловушку? Черт, друг, я тебя не понимаю. — Рон был в полной растерянности. — Я надеялся, что ты хотя бы будешь за ним присматривать, раз вытащил из беды. — Люциус присмотрит. Я не мог оставить его рядом. Рон, это все уже неважно, — отмел его возражения Гарри. — В одном я согласен с тобой, мне стоит еще расспросить Драко о том, как Пожиратели его поймали. Рон хмыкнул, разочарованно покачав головой. Видимо, смутные доводы Гарри его не убедили. В молчании они вернулись в Отдел Тайн. В кабинете Гарри поджидала нетерпеливо мнущаяся на подоконнике сова. Рама была приоткрыта и птица смогла пробраться внутрь. — Что у тебя?.. — пробормотал Гарри, забирая плотно свернутый свиток. Одним глазом он заметил, как друг расстроенно повалился на диван и со стоном закрыл рукой глаза. Разворачивая письмо, Гарри уже понял, что это от гоблинов. — Вовремя, — прочитав приглашение посетить банк по интересующему его вопросу, его лицо просветлело. — Что-то важное? — спросил Рон. — Да, встреча с ТугРуком в три. Грипхук по старой памяти помог мне найти к нему нужные ниточки, и тот оказался не прочь сотрудничать. Удивительно, да? — радостно проговорил Гарри, сворачивая письмо. — Сотрудничать? — хмыкнул Рон, зная, что подобный альтруизм гоблинам не свойственен. — Чего хочет? Гарри ухмыльнулся. — Воскрешающий камень. — Сдурел?! — Рон даже покраснел от возмущения. — Да, я так же подумал, — но Гарри не был ни сколько озабочен, скорее наоборот, преисполнен предвкушением. — Что ты затеял? — догадался Рон по хитрой улыбке своего лучшего друга. — У тебя же нет этого камня. Да ты никогда и не отдал бы его. Рон, конечно, знал, что все Дары Смерти были потеряны, за исключением мантии. Палочку Гарри когда-то сломал и выбросил. А вот камень вовсе исчез. — Ну, он об этом не знает. Скажу ему, где искать и пусть дерзает, — Гарри зарылся в шкафу с зельями и оберегами. — После похода к гоблинам, я наведаюсь в Лунную аллею. Патронуса мне не присылай, я поставлю отвод. — Распоряжений не было. Куда ты собрался? — Рон сел за свой стол и посмотрел на недописанный отчет. — Снова нарываешься на выговор? — Харт обмолвился об арене в Лунной. Я всего лишь разведаю. Он туда тоже сегодня идет. Если что, буду не один. — Осторожней, Гарри. Мне не с руки объясняться с Барлоу… или еще хуже — со Снейпом, — поежился Рон. — Кстати, ты ничего не хочешь мне сказать? — он скосил глаза на руку Поттера. — Мне казалось, что такие вещи стоит сообщать лучшим друзьям. Гарри понял его намек, и глаза его наполнились затаенной радостью. Закрыв шкаф, он проговорил: — Он согласился. — Ты весь светишься, знаешь? — задумчиво сказал Рон, и даже сам улыбнулся. Последние пару лет Гарри менялся, и это было видно невооруженным глазом. Он выстраивал свой мир вокруг другого человека и это было прекрасно. Гермиона не раз останавливала Рона от неуместных шуток над отношениями друга, просила не мешать. Со временем Рон и сам это понял. Особенно, когда заметил, что Гарри не один участвует в попытках устроить семейную жизнь: непрошибаемый профессор, оказывается, занимается тем же. — Счастлив просто, — тихо отозвался Гарри, не поднимая глаз. — Это видно. Я рад за тебя. — Спасибо, Рон. * * * Гарри прошел через высокие двери и попал в мрачное помещение. Его сопровождал рослый гоблин по имени ТугРук. Кажется, он был выше многих представителей своей расы, потому что доставал Гарри до плеча, в то время как остальные едва дотягивали до локтя. В его роду точно были свои скелеты в шкафу, но спрашивать о таком он, разумеется, не осмелился бы. К счастью, ТугРук оказался не настолько умен, как многие представители его народа, легко поверив обещанию Гарри раскрыть местонахождение Камня Души. Пару минут он вел гостя по витиеватым коридорам Гринготтса в свой кабинет. Они шли молча и под кожу Гарри порой заползали противные мурашки. Полумрак коридоров лишь кое-где разгоняли редкие вспышки факелов и мерцание свечей. Иногда попадались тумбы с масляными лампами. Ни сквозняка, ни лишнего шума, кроме их шагов — это добавляло нервозности. — Мы почти на месте, мистер Поттер, — заметив, что гость осматривается, проговорил ТугРук. — Помимо архивных дел, я ещё занимаюсь родированием металлов, поэтому мой офис не может находиться на поверхности. — Я понимаю, сэр, — вежливо отозвался Гарри. Гоблин ввел его в кабинет с высоким потолком, под самый верх которого стояли различной формы рамы. — Не вы ли занимаетесь изготовлением трансляторов? — удивился Гарри. — Отчасти, мистер Поттер, — гоблин сел на высокий стул и положил руки на стол. — Присаживайтесь. Здесь нас никто не потревожит, и я гарантирую конфиденциальность нашей беседы. — Хорошо. Что вы готовы мне предоставить? — Гарри опустился в кресло. — Письмо, — гоблин вытянул длинными пальцами тонкий пергамент. — Это копия послания, которое было отправлено утром мистеру Малфою. — Он протянул его Гарри. Поттер взял его и прочел результаты проверки истории хранения трезубца Атлантики. Там говорилось, что его изьяли два года назад. А вместо него был отлит трезубец из обычного золота. А сделал это не кто иной, как Драко Малфой. Гарри поднял голову и уставился в одну точку. — Проклятье… — Этого достаточно, для вашего расследования, полагаю, — зубасто улыбнулся гоблин. — Д-да, думаю, да, — растерянно пробормотал Гарри. Затем встряхнулся и уже уверенным тоном произнес: — Вы найдете камень в запретном лесу Хогвартса. Удачи. Лицо гоблина вытянулось и нехорошо потемнело. — Это не смешно, мистер Поттер, — гоблин осклабился. — Я пошел ради вас на нарушение должностных обязательств. Гарри поднял брови и напомнил: — Мы договаривались, что я скажу вам, где искать. Я свою часть выполнил. — Он поднялся. — Протяженность запретного леса слишком велика, а подобную реликвию, как Воскрешающий камень, обычными чарами не призвать. Вы меня обманули! — гоблин щелкнул пальцами и двери, к которым уже подошел Гарри, захлопнулись. — Вам придется быть более откровенным со мной, мистер Поттер. Гарри развернулся к нему, и в нос внезапно ударил резкий, незнакомый запах. Он был настолько отчетливым, что Гарри едва не чихнул. В голове сама собой всплыла сумасшедшая мысль: это пахнет гнев. Густой, удушливый аромат разочарования исходил прямо от гоблина. Потрясенный, Гарри уставился на него, видя подтверждение своему ощущению в мечущих молнии глазах и сжатом в полоску рте. Он судорожно втянул воздух еще раз, пытаясь разобраться в происходящем, но всё исчезло. Теперь пахло только как обычно — затхлостью и влажной землей. Ничего сверхъестественного, кроме странного предчувствия в груди.

Чем дольше Гарри вглядывался в искаженные черты мастера зеркал, тем отчетливее проступала жажда обладания. А следом ноздри защекотала еще одна тонкая эмоция, обдав позвоночник колючим морозом. Горечь. Вместе с этим едким ароматом в сознание Гарри хлынули чужие образы, хотя он вовсе не стремился к легилименции. Перед глазами встало темное кладбище, где в сырой земле истлевало тело старого гоблина. Боль утраты смешивалась с острым, почти невыносимым запахом нетерпения. ТугРук был близок к цели. Он был готов на все: запереть Гарри в этом кабинете или пойти на вещи куда более страшные, лишь бы вырвать у него тайну. — Мистер Поттер, вы должны сказать мне где камень, иначе… Гарри не заметил, как очутился возле гоблина, продолжая впитывать его чувства. ТугРук опешил от того, что волшебник положил руки на его стол и склонился к нему. Зелень глаз волшебника, хоть и затемненная полумраком подземелья, сменилась абсолютной чернотой. — Что с вами?.. — испуганно прохрипел гоблин и попятился, завороженный этой пульсирующей чернотой в глазницах мужчины. Поттер не шелохнулся, и это еще больше привело в волнение работника банка. Он упал со стула. Гарри стоял, взирая на сидящего на полу гоблина сверху вниз, втягивая носом дивный аромат его страха и смятения. Хотя сам за собой он этого не замечал. — Вы не сможете оживить своего отца. Он не будет жив, — скривил губы Гарри, кожа его лица побелела. — Это будет просто ходячий труп. Зачем вам так мучать себя? — догадаться о том, что именно члена семьи хочет вернуть ТугРук было не сложно. Эти чувства были хорошо знакомы Гарри. — Уходите! — внезапно взвизгнул гоблин и дрожащей рукой махнул в сторону двери. — Умоляю, уходите! — Дверь со скрипом открылась. Гарри поморщился и выпрямился. — В чем дело? — спросил он недоуменно. Гоблин подхватился с места и бросился к выходу. Оставляя позади озадаченно моргающего Поттера. — Да что?.. Торопливые удаляющиеся шаги стали ему единственным ответом. Гарри обреченно подумал, что не слишком запомнил путь, которым сюда шел. “Что вообще произошло?” То что гоблин чего-то испугался, Гарри разумеется догадался, но вот чего? Он ведь ничего не сделал, да и не хотел. Учитывая, что гоблин сам намеревался его запугать, то все выглядело еще глупее. “Может, гламур спал?” Поттер огляделся в поисках зеркала. У мастера их должно было быть в достатке. Однако в кабинете не было ни одного законченного. Дернув ручку соседней двери, где предположительно могла оказаться мастерская, Гарри вошел внутрь. В своих догадках он оказался прав. Вот только первое попавшееся зеркало явило ему привычное отражение молодого мужчины. Ничего необычного. Иллюзия на глазах не спала, они были зелеными и озадаченными. Вот цвет лица был подозрительно бледным, почти мертвецким, особенно в свете искусственного света Люмоса. “Может он и вправду немного дурачок, — успокаивающе подумал Гарри. — Недооценил силу своих собственных угроз, убоявшись национального героя”. — Во всяком случае Гарри мог в это поверить. Такое часто случалось с его почитателями, которые сначала лебезили перед ним, а потом начинали чувствовать себя увереннее и самодовольнее. Забывая, что он повидал в своей жизни. Такое также было характерно для взрослых волшебников, для которых он был мальчишкой, или для бывших любовников. Хотя с гоблинами такое впервые. Гарри покинул кабинет ТугРука и побрел по коридору, самостоятельно ища выход или другого работника банка.