Утро не придёт

—И эти люди называют себя «взрослые», — бурчит Хана, продолжая клацать пальцем по мышке. Как же она ненавидит информатику, вы бы знали! Всем нутром, серьезно. Слышал бы ее мысли сейчас Айки… Вполне возможно, что ее бы выставили за дверь. Почему на этих уроках домашние задания - полная дичь? По ее мнению, среднестатистический ученик просто не способен выполнить такие вещи. Но! Сейчас о приятном: судьба, видимо, заранее позаботилась об этом и познакомила ее с гением всех железок Сайто Айки! Японец хмыкает перед тем, как сделать глоток газировки, не отводя взгляда от девушки, что всем своим видом показывала как ей скучно на данный момент: Хана кладёт кулак под подбородок, кривя лицо. Он предупреждал, что поможет ей только когда ситуация станет критической, поэтому позволяет себе забавляться с этой картины, всё так же оставаясь в нескольких метрах от неё, стоя у окна и опираясь поясницей в край подоконника. —Знаешь, что нам с тобой надо сделать? — задумчиво предлагает Шин, хмуря брови и всё также не переводя на парня взгляд, продолжая гипнотизировать экран ноутбука. —Надо создать свою собственную компашку, чтобы не зависеть от Ликса и моей сестры. Брови удивлённо взлетают наверх, стоит Хане озвучить такую мысль. Она предлагает сейчас объединиться? Если спросить Айки, то девушка немного приукрашивает ситуацию: да, Рюджин отказалась пересекать их границу, но она не отказалась от него. Возможно, такая идея посетила голову младшей из-за ощущения неких «неровностей» в отношениях Рюджин и Феликса, поэтому таким образом она хочет разорвать все ранее имеющие связи между старшими. Но… бросить их и собраться в коалицию… Шин Хана, ты никогда не перестанешь меня удивлять. Смелости этого человека можно позавидовать. —Собственную компашку? — по-доброму усмехается Сайто. —И кто в ней будет? —Я и ты, очевидно, — Шин пожимает плечами, будто вопрос был риторическим. Она недовольно смотрит на японца, когда он выпускает смешок, качая головой, и снова возвращается к заданию. Интересно, она закончит к вечеру или придётся ночевать здесь в обнимку с этим чудом техники? Это она про ноутбук, если что. В таком случае она надеется, что Айки по-джентельменски предложит ей свою кровать. Она готова на эти жертвы только при таких условиях. А что, японец бессовестно забавляется, смотря, как она мучается и даже не пытается скрывать это, почему она не может выдвигать свои условия? Тем более в сравнении с ее мучениями, которые уже продолжаются третий час, поспать на полу - это пустяк, согласитесь. Ей кажется, что за минуту она кликнула по всем окошкам, которые высветились на экране, и именно в этот момент понимает, что до взрыва ее терпения совсем ничего. —Ради всего святого, Айки, помоги мне, — измученно просит она, прикрывая глаза. Айки отталкивается от подоконника и движется к девушке, поэтому Шин выдыхает. Появился хоть маленький шанс, что эта пытка скоро закончится. Брюнет кладёт железную банку газировки рядом на стол и хмурит брови, смотря на экран с таблицами, пытаясь вникнуть, на каком этапе задания застряла Хана. —Всё правильно, — задумчиво оповещает он, неосознанно опуская ладонь на мышку, не сразу чувствуя чужое тепло, — осталось это переместить сюда, а это… вот сюда. Сайто дурак, потому что выбрал совсем неудачное положение, чтобы совершать такие действия: парень стоит за спиной у Шин, нависая над ее головой, и почему то появляется дикое желание увидеть выражение Ханы в этот момент, потому как маленькая ладонь всё ещё лежит под его собственной. —Хотя, здесь бы я тоже подкорректировал, — парень двигает корпус чуть вперёд, оказываясь прямо над ухом. Он чувствует аромат смоляных волос, и осознаёт, что так близко не находился с Ханой никогда. Почему-то в голове появляются навязчивые мысли о том, чтобы найти фэйковые ошибки или предложить изменить что-то в работе раз десятый, однако их он отгоняет. Потому как Шин себя недооценивает; она сделала всё сама, ему нужно было только оформить результат. Он уверен в том, что выполненная работа получит высокую оценку. Это он гарантирует. —Поздравляю, ты это сделала, — сообщает Сайто, садясь рядом и гордо улыбается. —Всё было настолько ужасно? Произнесённые слова кажутся такими заветными, что Хана собирается терять сознание, серьезно. Ужасно - это самая безобидная форма слова, которое она хочет произнести, поэтому лучше оставить эти комментарии при себе. Девушка шумно выдыхает, зачесывая ладонями волосы назад и откидывается на спинку стула. —Я понял, — смеётся Айки, забавляясь. —А ты не веселись раньше времени. Забыл о тестах по корейскому, которые будут через две недели? Вот же… 1:1. Корейский - его раздражающая мозоль. Об этом уже стыдно говорить, но до идеала этот язык довести за время пребывания здесь так и не довелось, поэтому Хана имеет полное право издеваться, упоминая этот факт. —Целых две недели! — выкручивается брюнет. —И кстати, не ты ли пять минут назад говорила что-то о коалиции? Ты не поможешь мне? —Помогу конечно. Только ты же знаешь, что одной моей помощи мало, да? —Ты что, не веришь в меня? — Айки подозрительно щурит глаза. Губы тянутся в доброй улыбке и Хана кладёт ладонь на чужое плечо в своеобразном жёстче поддержки: —Верю. Я тоже хочу, чтобы ты был первым по успеваемости, поэтому нам с тобой нужно постараться. Нам с тобой. —Так точно, компаньон. Айки протягивает руку и по-доброму хмыкает, пожимая чужую ладонь.

***

Всё-таки она заблудилась. Как вообще можно заблудиться в этом двухэтажном доме? Тем более Шин Рюджин имела честь несколько раз бывать здесь, и всё равно появляются мысли о географическом критинизме, потому как незамысловатая миссия «найти кухню» для получения стакана воды становится неким вызовом. Шин корит себя за то, что отказалась от помощи Айки. Это когда-нибудь должно было произойти, поэтому рассмотрим ситуацию, как возможность наконец-то узнать расположение комнат. На телефон приходит сообщение и Рюджин лениво печатает ответ в группе с парнями, не забывая мельком заглядывать в открытые комнаты. Она не спешит, движется медленно, прислушиваясь к тишине строения: ни души. Странно, что старших парней нет, Шин была уверена в обратном. Значит, здесь только она и Айки? Эта мысль не может не вызвать радость. Блондинка поднимает взгляд с экрана телефона, пялясь в стену, когда до уха доносится глухой звук. Предположений, что это может быть, мало, поэтому единственным вариантом узнать - идти на него. Если доверять слуховому анализатору, это было где-то в конце коридора, куда ее исследования еще не дошли, поэтому Шин медленно движется туда. Скорее всего, мысль о том, что в доме только она с Сайто - ошибочная, поэтому всё что остаётся сейчас - узнать, кто из его старших братьев тоже дома. Рюджин возвращает телефон в задний карман джинс, заглядывая одним глазом в очередную открытую комнату, откуда доносились звуки. Ну да, конечно. Кто бы сомневался, собственно. В какой-то момент начинает казаться, что висящая груша, на которую беспощадно приходятся резкие грубые удары, скоро свалится. Однако картина маслом, честно говоря. Шин бессовестно наблюдает за тем, как агрессивно занимается Ли, не давая себе ни полминуты на передых, и видимо, такой стиль тренировок длится уже приличное время, потому что чёрная майка прилипла к телу, а дыхание сбилось, но Феликс и не думает приостанавливаться. Его организм спасибо точно не скажет за такое. То расположение, в котором она находится, позволяет ни в чем себе не отказывать и в полной мере осмотреть зал, в котором, по-видимому, занимаются парни: не густо, но поддержания тела, достаточно. У дальней стены - шведская стенка, несколько гантелей, блинов, и груша. Рюджин не сразу замечает витрину с битами различных дизайнов и материалов изготовления - есть и железные, и деревянные, которые ей больше по душе. Шаг. Его достаточно, чтобы привлечь к себе внимание. Ликс оборачивается через плечо, и изгибает бровь, когда Шин безмолвно движется к витрине, завороженно рассматривая спортивные атрибуты. —Ва-ау, — выдыхает она, бегая взглядом от одного к другому. —Господь, одна и правда с твоим именем?! Офигеть! Брюнет по-доброму хмыкает и качает головой, забавляясь с такой детской реакции, стягивая с себя перчатки. —Можем и тебе такую организовать, если нравится, — предлагает он, двигаясь к девушке. К слову, он знал, что Шин наведалась в дом к Айки, поэтому принял адекватное решение не мешать этим двоим своим присутствием, поэтому спустился в зал. Как раз тренировка была по расписанию. И что он видит сейчас? —Я оставила свою биту в багажнике твоей машины, — напоминает Шин, — а что если я оставлю именную биту на месте преступления? Это доставит мне проблем даже если я сделаю оттуда ноги. И он не может с этим поспорить. Слова Шин более чем логичны. Остается обреченно кивнуть. Феликс прислоняется спиной к прохладной стене, скрещивая руки на груди, продолжая следить за процессом изучения Рюджин его скромной коллекции бит. Неужели так впечатлила? Он думал, кроме него и парней это никому не интересно. Оказалось, Шин тоже является фанаткой таких вещей. Он слышит подытоживающее «классно» в тот момент, когда девушка вдоволь наслаждается тем, что видит, вызывая тихий смешок у Ли. —Ну так… как дела? — звучит весьма натурально. Рюджин приподнимает брови, моргнув раз, будто было удивительно услышать этот безобидный вопрос. —В норме, — пожимает плечами, — сам как? Всегда испытываю счастье, когда вижу тренирующихся людей, но тебя - особенно, знаешь? —Думаешь, в моей ситуации другой бы лежал на койке, не пытаясь снова подняться на ноги? —Разные люди бывают. Кто-то падает и не встаёт. А кто-то — ты. Ликс усмехается. Что-то ему не нравится настроение, в которое они перетекли. Всё же хорошо было в самом начале, что произошло? Ликс берет с пола бутылки с водой, наконец утолить жажду после беспрерывной тренировки, а вторую протягивает Шин. —О, спасибо. Как раз искала кухню, прежде чем заблудилась. Парень ухмыляется, кивая. Он не будет спрашивать насчёт его бывшего дружка, нет. Видимо, парень одним своим упоминанием вызывает триггер у Шин, и давить на эту больную точку он не станет. Хотя и так начинает проясняться причина такой меланхолии Рюджин. —Всегда получается вставать, после того как жизнь поставила подножку? Девушка поднимает на него взгляд, всматриваясь в глаза. Хороший вопрос. Шин грустно хмыкает, переводя взгляд на стену: —Я относила себя к людям, которые «встают», и всегда была без ума от таких же, но… ты спрашиваешь меня сейчас, и я не могу дать тебе ответ. «Да» - будет ложью. Феликс внимательно вслушивается в каждое слово, не желая пропустить ни одну мелочь в словах Рюджин. Он вопросительно хмурит брови, словно безмолвно прося продолжить. —Уже два года не понимаю, что со мной происходит, на какой я стадии. Справилась ли я? Словно головой я ещё там, в тех событиях, а сейчас живу по умолчанию. Блондинка шумно вздыхает, ныряя ладонями в волосы, устало откидывая голову назад. К чёрту всё. —Ты не можешь постоянно быть там. Тогда… чего ты ожидаешь, Рюджин? Какой точки ты должна достигнуть, чтобы осознать свою победу? Для тебя ведь только победа будет означать «движение», верно? Губы тянутся в загадочной ухмылке. —Верно. Это весьма впечатляет. Она отталкивается от стены, направляясь к окну, и садится на подоконник, скрещивая ноги. Глоток прохладной воды никак не действует на неё в лучшую сторону. Видимо, она и правда застряла в прошлом, иначе не возможно чувствовать тот же спектр эмоций, который ощущал тогда, чёртовых два года назад. Ей нужно лечиться. —Мой биологический отец погиб от опухоли в головном мозге, и с его смерти прошло несколько лет, когда моя мама познакомилась с моим первым отчимом. Интересный был человек, — Рюджин зло хмыкает, вспоминая период жизни, в котором присутствовал этот человек. — Спустился ночью в кухню за водой - гарантия того, что тебя прижмут к стене, пока мама и Хана спят, остался с ним один на один - та же самая история. Мне было шестнадцать, так же как и моей сестре сейчас, но даже пару лет назад этот маленький человек понимал что происходит в доме. В свои-то четырнадцать. Четырнадцать, блять… А я, как старшая, не знала, что мне делать. Когда такое дерьмо происходит в течение полугода, это становится стилем жизни, знаешь. Хоть ты и не понимаешь, как это прекратить, потому что ты - крошка по сравнению с этим широким лбом, который думал, что насиловать детей - весело. Ты беззащитный, ты никто, а значит, будешь терпеть, делать всё, что тебе говорят. Рюджин шмыгает носом, часто-часто моргая. Она не плачет, нет. Кажется, она выплакала все слёзы тогда. Эта способность покинула ее с того момента, хорошо ли или плохо. —Как ты думаешь, что происходит в голове у ребёнка, с котором так поступают? Я сходила с ума. Абсолютно точно. Я ненавидела себя, своё тело, часами застревала в ванной, пытаясь отодрать эту грязь с себя, но все равно чувствовала ее на себе, пока человек, делающий это со мной находился за стеной, — Шин грустно цокает губами, пожимая плечами, — Если хочешь спросить, мама не знала, нет. Этот ублюдок хорошо конспирировался. Но в один момент я нашла в себе храбрости рассказать всё маме. И к счастью, мне поверили. Благо Господь наградил меня адекватной матерью, которая была горой за своего ребёнка, а не покрутила у виска, сказав, что у меня больная фантазия в свои года. Такое тоже бывает. Рюджин делает глоток, устало прислоняя голову к окну. —До сих пор помню тот день, когда этот ад закончился. Мама взяла кухонный нож, и в бешенстве клялась этому уроду, что убьёт его, пока я закрывала Хане ладонями уши в самой дальней комнате дома, чтобы малышка не слышала, как летит посуда, — девушка с силой толкает языком губу внутрь, надавливая, — но он сбежал. Тогда мне было достаточно и этого. По крайней мере этот ужас, продолжающийся достаточно долгое время, закончился, верно? Случилось то, о чем молил шестнадцати летний подросток, плача ночью в кровати. Так что это был лучший исход для меня. Палец неосознанно начинает отбивать такт по подоконнику. Девушка продолжает: —Мама чувствовала себя ужасно, она места себе не находила, искала мне терапевтов, чтобы попробовать проработать это, но я уверяла, что со мной все в порядке. Было бы эгоистично принять помощь, потому что досталось нам троим, а не только мне. Поэтому мы пообещали друг другу пройти через это и постараться жить дальше, — губы дрогают в крохатной улыбке, — когда появился папа, мой отчим, нам всем было страшно. Присутствовал страх повторить прошлый опыт, но… видимо, небеса послали этого человека за всё дерьмо, которое происходило до этого. Он один из лучших людей в моей жизни, и в жизни Ханы и мамы. Меня до сих пор удивляет то, как человек настолько может любить чужих детей, серьезно. Он горой за нас. Она не может не улыбаться, говоря об этом человеке. Отец появился в тот этап жизни, когда казалось, что никто и ничего не исправит прошлое. Он смог. Он доказал, что в мире есть люди, наполненные светом и радостью, те, кто может осчастливить даже после того, как жизнь казалась адом. —Моя семья - это чувство безопасности. Мне хорошо, я живу в любви, я вижу любовь родителей, вижу любовь к младшей сестре, но… всё это время во мне присутствует чувство, будто я что-то не окончила. Каждый человек должен отвечать за свои действия и получать по заслугам, верно? И я безусловно верю в судьбу и Вселенную, однако с этим человеком я должна разобраться сама. Жизнь не накажет его так, как накажу его я. Рюджин мило улыбается, когда монолог подходит к концу. Она не берет на себя ответственность гадать о том, какие чувства рассказ вызвал у Феликса, но то, что он произносит через секунду, впечатляет ее. —Я хочу тебе помочь. Благо, это не слова о том, что ему жаль. Шин удивлённо приподнимает брови. —Хочешь помочь мне? Каким образом? —Сейчас я не дам тебе ответ, но дня мне будет достаточно для того, чтобы предложить тебе впечатляющих идей того, как прикончить этого ублюдка. Он серьёзен. И это, быть честной, пугает. Рюджин не заикалась о своих безумных идеях Айсу и Джину: для этих двоих - она давно прошла этот жизненный этап и живет счастливой жизнью, даже не вспоминая об отчиме. А вот Феликс Ли… Он ведь говорит о том, что пойдёт на всё, будь они в команде. Значит, не шутил. И это не может не радовать, честно признаться. —Значит, все сходится к тому, что нам следует объединиться? — хмыкает она. —Выходит так, — Ли расслабленно пожимает плечами. —И раз мы всё-таки пришли к этому, Шин, дам тебе совет: забудь о своих правилах. Мы буквально собираемся прикончить человека. Как бы ты не хотела - убийство не вписывается в «никакого физического насилия», согласись. А какое было вторым? Ах, да… Хана и Айки буквально сходят с ума, если не видят друг друга хотя бы день, так что со вторым, и по совместительству, последним правилом тоже как ты понимаешь провал, Окей? Забудь о правилах. Мы просто прикончим его. И для этого дисциплины будет достаточно, поверь мне. А ее я тебе гарантирую. Рюджин нервно выдыхает. По ее опыту отмена правил всегда ведёт к хаосу. Однако… она очень хочет верить человеку напротив. Одна лишь мысль о том, что Ликс поможет ей совершить давнее желание, вынуждает трястись внутренние органы. И ради этого чувства она жила. Поэтому… Девушка ловко спрыгивает с подоконника, подходя к брюнету. —Окей, — легко соглашается она, — посмотрим, можно ли тебе верить.