Ветра Иллинойса

...в которой можно получить удар в спину.

***

Во мне уже ничего не осталось

Глупый сон и усталость

Глупый сон и усталость*

***

       День пошёл по одному известному месту с самого утра, стоило только проснуться и встать с кровати. Всё началось с маленьких бытовых проблем, вроде пролитого чая на любимую футболку или небольшого, но очень неприятного пореза ножом на пальце. Одно неаккуратное движение острым предметом и ранка будет заживать несколько дней, нервируя небольшим зудом.       Джейк с матерью ушли по делам, в доме остались только Терри и Кейт. Терри и сам было собирался пойти по "собственным делам", но младшая сестра Джейка упорно засела в его комнате и не желала уходить, развлекая парня разговорами про своих друзей и школу. Не то, чтобы последний был против, но опаздывать не хотелось.       В итоге, когда Терри уже собрался покинуть дом, девочка резко подлетела к парню и обняла того со спины, уткнувшись лицом. - Не хочу, чтобы ты уходил. Останься.       Терри любил Кейт, как родную младшую сестру, а потому развернулся и погладил её по волосам. - Знаю, но я не надолго. Скоро вернусь.       Девочка только сильнее прижалась к нему. - У меня плохое предчувствие. Не ходи никуда. - Не переживай. Всё будет хорошо. Ничего не случится, я быстро на пару часиков до работы и обратно, - врать нехорошо, но приходилось. Он не собирался на почту, у него была иная цель. Но всё таки слова Кейт что-то затронули внутри. В глубине души ему и самому хотелось верить в то, что это просто лёгкие девичьи капризы. Для человека, выросшего в среде иудаизма, Терри относился ко всем эзотерическим штучкам весьма прохладно. Его не заботили вопросы религии, и сам он считал себя больше агностиком, напрочь игнорируя многовековые традиционные ритуалы своих пращуров. Разве что менору ставил и зажигал огни на Рождественские праздники. Ничего такого, ему просто нравилась данная вещь. Единственное, что он забрал в память из своего прошлого дома, так и не ставшему ему родным.       Если бы он только знал, чем закончится сегодняшний день, он непременно остался бы дома.

***

      Дуло Кольта Кобра смотрело прямо ему в живот. Терри сжимал рукой сигнальную ракетницу, не зная, как ему поступить дальше. Ситуация вырисовывалась прескверная. Прескверная хотя бы потому, что здание, в котором сейчас находились некоторые члены банды Седого Боба, было оцеплено полицейскими патрулями. Даже отсюда, из самой глубины здания, парень прекрасно мог слышать, как полицейские громко говорили в рупор, приказывая случайным прохожим расходиться, мол, глазеть тут не на что. Конечно, не на что. Ибо пока полицейские ожидают, что по сигналу ворвутся внутрь и всех причастных повяжут, эти самые причастные валяются уже, как десять минут мёртвые.       Том стоял посреди пустого заводского цеха с поднятой вверх рукой. - Сам посуди, - вещал он последнему оставшемуся в живых, коим оказался Терри, - даже при такой работе ничего не добиться. Мы пешки в их грязной игре. Денег нам достаётся мало, пока они ворочают десятками и сотнями тысяч долларов по всей стране!       Джеб оказался прав. Крыса действительно была в их рядах, но никто бы сроду не подумал, что им окажется этот безобидный с виду шлимазл. Маленький крысёныш, который решил продаться другой стороне на более выгодных условиях только потому, что его девчонка-соулмейт хочет поступить в элитное учебное заведение. Похвальное стремление, но только путь, который избрал для себя Том, оказался даже отвратительнее, чем тот, по которому несколько лет шёл Терри. Он рано или поздно завязал бы с этим.       Судя по звуку сирен, разносившихся с улицы, к полицейским прибыло подкрепление. Легавые, видимо, ещё не знали о том, что их поджидает, а потому стягивали сюда все возможные силы с северного района Чикаго. Боялись возможного отпора? Или Том не рассказал им о том, сколько человек сегодня будет на точке? У главаря неплохая чуйка на предстоящие облавы, а потому он оставил здесь тех, кто не представляет особой ценности. Конечно же, Терри входил в это число, но пока что ему повезло оказаться в живых. Оппонент держал его на мушке, но стрелять не спешил. Чего он этим добивался? Тянул время, чтобы когда полицейские ворвутся сюда, у них была возможность захватить последнего уцелевшего?       От мысли о том, что его могут надолго упечь за решётку, по спине Дженсена пробежали неприятные мурашки. Да, он крупно виноват перед законом, да, он участвовал во всём этом, но он ничтожная пешка. Такие же заслуживают снисхождения? Возможно, должны. Но страшило его не это, а то, как об этом отреагирует семья Мун. Никто из них не знал, чем Терри на самом деле промышлял в свободное время, но после всего этого ему будет очень стыдно смотреть в глаза Джейку. Стыдно за собственную слабость и ложь. Но ведь он хотел, как лучше. Для него. Для всех них. Они единственные в целом мире ему близкие люди. - Ты славный парень, но я не могу просто так взять и отпустить тебя, - Том крутанул револьвер в пальцах, как бы насмехаясь над положением, в котором оказался Дженсен. - Зачем? Ты не думаешь, что полицейские тоже повяжут тебя, как сообщника?       Тяни время. - Забавно, он мне тоже про это говорил, - Том медленно подошёл к одному из тел, валявшихся на грязном бетонном полу, и легонько пнул носком ботинка в живот. Мертвецу уже всё равно на подобное обращение. - Ты слишком самоуверен в своих словах. - Неужели?       Быстрый рывок на три шага вперёд и вот уже Том стоит напротив Терри, уперев оружие ему куда-то в область печени. Во рту Дженсена мгновенно пересохло. Он завёл руку с ракетницей себе за спину. В ней всего один заряд. Лучше приберечь его до лучшего момента. - Они пообещали, что если я помогу им накрыть несколько крупных шишек, тем самым они смогут выйти на крупный преступный синдикат в стране, то мне будет предоставлена защита и всё то, что я только попрошу. Смекаешь, да? - Они блефуют. - Не-а. Первоначально я тоже так думал, но у них были очень весомые доводы. Ты знаком с моим другом Бенджамином Франклином? Нет ничего убедительнее хруста десятки новеньких купюр с отцом-основателем.       Шум на улице усилился и в здание вошли. Терри надеялся, что Том не слышал этого. В конце концов, тот не мог похвастаться столь острым слухом. - Этот мир жесток, - улыбка расцвела на рябом от перенесённой в детстве оспы лице Тома, - кто-то всегда будет выше других. В этом вся прелесть. Я думаю, ты понимаешь, о чём я. Таким, как ты...       Не успел пронести до конца фразу, как Терри резко вцепился рукой в его рубашку, дёргая на себя. Парень не ожидал такого подвоха, а потому не сразу сообразил, что в его руке всё ещё верный револьвер. Достаточно одной пули, чтобы успокоить этого безумца навсегда.       Свободной рукой Дженсен ударил недруга по лицу, больно задевая щёку и скулу. Судя по небольшому хрусту, он удачно сломал ему зуб. - Тварь жидовская, - окровавленный плевок на пол, щелчок спускового крючка.       Прозвучал выстрел. Правый бок Терри обожгло отвратительной острой болью и он сложился почти пополам. - Чёрт, - приложив руку к ране, пальцы мгновенно стали алыми и липкими от крови.       Том выплюнул остатки зуба изо рта, вытирая кровь рукавом рубашки. - Ублюдок.       Дрожащей рукой лезет в карман штанов, где лежат несколько запасных патронов. Достаёт парочку из них и не с первого раза заряжает кольт. Один патрон падает на пол, но не спешит поднимать его. - Я хотел по-хорошему, но ты не оставил мне выбора.       Бам. Хлопок.       Единственный заряд из сигнальной ракетницы с быстрой скоростью полетел в сторону неприятеля. Достигнув его, он вспыхнул снопом ярких искр, набирая силу и загораясь.       В тот момент, когда огненный заряд достиг Тома, он сделал выстрел в сторону Дженсена. Целился он, вообще-то в голову, но впервые за долгое время промахнулся. Терри, больно ужаленный новой пулей в плечо, быстро валится на пол заброшенного заводского помещения. Он уже слышит шумы, которые раздаются с нижних этажей. Полицейские наверняка услышали выстрел и теперь большой толпой бегут сюда, чтобы задержать их. - А-а-а!       Крик боли отвратительно резанул по чувствительному слуху Дженсена. Похоже, что выстрел из ракетницы оказался куда более метким, чем из кольта. Том напоминал горящий факел; пытался сбросить с себя рубашку, путался в рукавах, отрывал пуговицы, лишь бы скорее избавиться от мучившей его ткани. Огонь тем временем уже перекинулся на джинсы, с удивительной лёгкостью поедая коттон.        - Умри! - подожжённый враг заверещал на высоких нотах, вскидывая объятую пламенем руку с оружием вверх.       Осечка.       Осечка.       Выстрел.       Этот звук удачно совпал с тем грохотом, с которым в цех ворвался вооруженный отряд представителей закона. Они быстро повалили Тома на землю, начав скоро тушить его, но и вместе с тем не давая ему уйти.       Терри уже не почувствовал, куда угодила третья пуля. Целился противник в сердце, но боль всё так же чётко поражает собой правый бок. Разрывает органы изнутри. Не повезло, если что-то задето.       Сознание постепенно ускользает от парня, и вот уже пространство перед глазами неумолимо темнеет, покрывается серой непроглядной плёнкой, где нет ничего. А может, над ним кто-то наклонился? О, любимый, где ты в столь такую трудную минуту!       Рука с ракетницей напоследок взмывает в воздух; холостая стрельба. Заряда нет, но этот звук привлекает к себе внимание остальных. - Эй, здесь раненый! Доктора сюда, живо! - Джейк...       Сделав ещё один холостой щелчок, рука Терри безвольно падает на пол, а сам он окончательно проваливается в кромешную тьму.