1
7 ноября 2022 г., 18:36
Этот день был таким же, как все предыдущие дни — долгим, утомительным, не сулившим ничего приятного в конце. На работе, как всегда, всё было не очень-то хорошо — шеф-редактор Генри Митчелл, прозванный сотрудниками «Люцифер» за крутой нрав, рвал и метал, потому что Кроули не успел к дедлайну. Пока Митчелл кричал, брызжа слюной, что Кроули недотёпа и никогда ничего не делает в срок, последний думал о том, что он тут вообще забыл, и тем ли он занимается в жизни. Работа давно не приносила ему того удовольствия, которое было, когда он учился в колледже и совмещал со своей первой «настоящей» работой в небольшой газете родного города Рипон в Северном Йоркшире. Тогда казалось, что весь мир открыт для юного Энтони Дж. Кроули, готовому к приключениям. Он мечтал, что станет известным журналистом и будет делать по-настоящему стоящие репортажи, писать статьи, о которых будут говорить, может, обзаведётся своей колонкой где-нибудь в Таймс.
Конечно, реальная жизнь оказалась иной. После окончания колледжа ещё юный и вдохновленный он решил поехать в большой город. А какой самый подходящий для мечтателей город в мире? Конечно Лондон! Вопреки мечтам колонки в Таймс у него не появилось, и он смог устроиться только в бесплатную газету Метро.
Сейчас, стоя в кабинете у Люцифера и чувствуя брызги его слюны кожей лица, Энтони думал о том, как он, мать его, здесь вообще оказался.
— Чтобы завтра материал был у меня на столе, иначе вылетишь отсюда, как пробка! Ты меня понял?!
— Да, конечно. Сделаю всё возможное, — безразлично ответил Кроули и повернувшись на пятках, ускользнул в приоткрытую дверь.
Через 10 минут, накинув на себя пальто и шарф, он уже тошнил в пробке по дороге к дому.
— Да открывайся же ты, чёрт! — прошипел Энтони, пытаясь открыть пачку сигарет одной рукой, а второй крепко держа руль. Он был умелым водителем, хоть и, чего греха таить, любил быструю езду. Но у погоды были свои планы, и сегодня пропускная способность дорог максимально снизилась, и по всему городу были заторы. Кроули затянулся, прикрыв глаза на секунду.
В личной жизни у него тоже не всё было гладко — после череды неудавшихся отношений и болезненных расставаний, он решил завязать с серьёзными отношениями, и предпочитал знакомства на одну ночь — ни к чему не обязывающие, ничем не обременяющие. Благо, внешние данные ему это позволяли: высокий, скуластый, жилистый, с тонкими длинными пальцами, красновато-каштановыми волосами и невероятного, почти жёлтого цвета глазами, он пользовался спросом у противоположного пола.
Прожив так несколько лет, он устал и от такого формата. Однажды он пришёл к мысли, выпроваживая с утра очередную девицу, которую он подцепил в баре, что не помнит, как её зовут. Мэри? Джулия? Или Элис?.. Или Элис была перед ней?..
— А-а, к чёрту всё! — сказал тогда Кроули и перестал пытаться вообще проявлять какую-либо инициативу в этой сфере. Если какая-то женщина хотела его внимания (и была его достойна), он, конечно, не отказывал, но сам перестал предпринимать что-либо, чтобы завоевать кого-то даже на одну ночь.
И сейчас, ерзая на сидении автомобиля и тихо злясь на вечерний снегопад и заторы на дороге, он думал о том, что приедет в пустую квартиру, в которой его никто не ждёт, кроме пары фикусов. С одной стороны, молодого мужчину это полностью устраивало — едва оправившись от последнего болезненного разрыва, он зарёкся влюбляться в кого-то. Но с другой…
Пепел внезапно упал прямо на сидение между ног Кроули, и он вдруг очнулся от громкого гудения других машин — загорелся зелёный, но из-за него машины позади не могли начать движение.
— Чёрт! — в очередной раз выругался Кроули и нажал на газ.
Припарковавшись около дома, он ещё немного посидел в машине. Он любил эту машину — раритетный Бентли 1926 года, заботился о ней, ремонтировал, и она отвечала ему взаимностью. За долгие годы владения Бентли ни разу не подвела своего хозяина, и он был очень благодарен ей и расстроился, что прожёг пеплом сидение любимой машины.
— Прости, моя хорошая, со следующей зарплаты перетяну, — ласково сказал Кроули и погладил обивку. Затем вышел из машины, аккуратно закрыл дверь и поставил Бентли на сигнализацию.
Дома было темно и холодно.
— Опять забыл закрыть окно, — раздосадовано произнёс Энтони и скинул ботинки и пальто и вихрем пронёсся в комнату.
Включив свет, он увидел квартиру ровно в том же виде, что и оставлял. Небольшое количество мебели (хорошего качества, впрочем), серые стены, мягкий свет. Плед так и лежал комком на диване, как он его и бросил, когда вчера читал там книгу. Книга лежала там же, на диване, раскрытая на странице, на которой он остановился. Вздохнув, Кроули пошёл на кухню в надежде чем-нибудь поужинать, но, увы, кроме горчицы, кетчупа и хлеба, ничего не нашёл.
— Мда-а, наверное, стоит съездить в магазин, иначе так и с голоду помереть можно, — сказал он сам себе и закрыл дверцу холодильника. — Сделаю это завтра, — решил он и вернулся в комнату.
Стараясь не погружаться в свои тяжёлые мысли, он решил послушать любимые пластинки. Хоть и на дворе уже был 21 век, и все давно перешли на более современное оборудование и цифровую музыку, Кроули очень любил винил. Немного покопавшись в своей коллекции, он вытащил то, что всегда придавало ему сил и вызывало радость — альбом «A Night at the Opera и A Day at the Races» его любимых Queen. Неспеша он вытащил пластинку, аккуратно поставил её и включил. Проигрыватель зашипел и начал играть, а Энтони почти упал в своё любимое кресло, стащил плед с дивана и прикрыл глаза.
***
Следующим утром Кроули проснулся с болью в спине — всё же, он уже не был так здоров, как в 20, и спать сидя было плохой идеей. Он даже не заметил, как уснул. Пластинка уже давно закончилась, и проигрыватель лишь тихонько шипел.
За окном тихо спал город, и солнце только-только показывалось из-за горизонта, а снежинки кружились в танце, медленно опускаясь всё ниже. Кроули взглянул на часы — они показывали 6:43, и так рано он просыпался, пожалуй, только в колледже. Вздохнув и опустив ноги на пол, мужчина решил больше не испытывать судьбу и не пытаться доспать, к тому же на дворе была суббота, и в офис редакции ехать не нужно, но домашние дела никуда не делись, да и статью надо бы закончить. Энтони встал и уныло поплелся в ванную, чтобы привести себя в порядок. Умывание холодной водой быстро его разбудило, и он уже чувствовал себя гораздо бодрее, чем пару минут назад. Он пригладил свои вихры влажными руками, и, оставшись удовлетворенным тем, что увидел в отражении, быстро оделся и вышел на улицу.
Всё вокруг замело снегом, и это было очень необычно для Лондона, в котором скорее шёл дождь, чем снег. Кроули подошёл к машине, скинул небольшой сугроб с капота и крыши и сел на водительское сидение.
— Я знаю, детка, ты не привыкла к таким условиям, но я в тебе уверен, — проговорил хозяин машины и повернул ключ в замке зажигания. Как ни странно, Бентли легко завелась и теплый воздух из обогревателя сразу обдул Кроули.
— Спасибо, — мягко улыбнулся Энтони своей любимице. Возможно, кто-то счёл бы странным, что человек говорит с неодушевлённым предметом, но он был уверен, что у его Бентли была душа, и посему всегда обходился с ней очень вежливо и нежно.
Кроули, выехав за пределы своей улицы, очень обрадовался, что проснулся так рано — никаких пробок и можно немного погонять! Правда, гололёд не давал разогнаться слишком быстро, но всё же гораздо приятнее было ехать по пустой улице без заторов и ненужных остановок.
Круглосуточный гипермаркет был далековато от дома, и Кроули не часто там бывал, но сегодня ему нужно было купить продукты, и желательно в одном месте, так как дел было ещё много. Припарковавшись, Кроули вышел из машины и направился ко входу в торговый центр, по пути хватая тележку, стоящую там же, на парковке. Настроение у него было отличное, несмотря на вчерашний довольно неприятный разговор с шефом. Напевая какую-то мелодию, он не спеша ходил по торговому залу и думал о своём. Магазин был практически пустым, лишь пара других покупателей так же ходили между рядов, да продавцы, выкладывающие товар на полки. Энтони остановился около полок с консервами, задумался, взял банку гороха и уже было двинулся дальше, но вдруг тележка упёрлась во что-то. Он недовольно отвлёкся от своих мыслей и уставился на преграду с недоумением.
— Мистер, вы хотите меня задавить? — улыбнулся незнакомец и слегка отодвинулся от тележки Кроули.
— Извините, я задумался и не заметил вас, — отстранённо проговорил Кроули.
— Может, вы всё же уберёте тележку?
— Да-да, конечно. Извините, кажется, я наехал на ваш ботинок.
— О, ерунда, всё в порядке. Хорошего вам дня! — радостно сказал незнакомец и вихрем умчался вдоль полок вперёд. Энтони только и оставалось, что смотреть ему вслед.
Судя по спине и затылку, которые видел Кроули, это был молодой мужчина со смешно подпрыгивающими в такт его шагов светлыми кудрями.
Кроули ещё немного постоял, пожал плечами и пошёл дальше. Он был всё ещё где-то далеко в своих мыслях, и точно так же, мысленно находясь где-то далеко за пределами реальности, он расплатился за покупки и сел в машину. Снег пошёл сильнее, и крупные хлопья уже успели немного налипнуть на лобовое и заднее стекла. Он завёл машину и начал выезжать с парковки задним ходом, но вдруг услышал какой-то грохот позади машины. Надавив на педаль тормоза и чертыхаясь, Кроули поставил машину на ручник и вылетел из неё. За доли секунды он преодолел несколько метров, чтобы посмотреть, что стало источником шума, и с удивлением обнаружил того самого молодого мужчину с кудряшками.
— Вот же чёрт! С вами всё в порядке?
— О, не волнуйтесь, я не пострадал, только испугался. И, кажется, мой джем разбился.
— Вы уверены, что всё в порядке? Ничего не болит? Может, стоить поехать в больницу?
— Да, — сказал мужчина и попытался встать, но гримаса боли исказило его лицо. — Кажется, я всё же немного пострадал, — с виноватой улыбкой произнёс незнакомец.
— Чёрт! Ладно, давайте я помогу вам встать и сесть в машину, — с этими словами Кроули буквально подлетел к нему и подлез под его руку, чтобы ему было легче опереться. Мужчина не сопротивлялся, лишь немного охнув, встал с опорой на плечо Энтони. Последний помог незнакомцу добраться до пассажирского места, усадил, и, не говоря ни слова, вернулся за его покупками и уложил их на заднее сидение.
Сев в машину, Кроули повернулся:
— Я Кроули, мхм, Энтони Кроули. А вы?
— Азирафель Фэлл, — представился мужчина. — И всё же, вы меня задавили, — усмехнулся он.
— О, простите меня ещё раз!
— Ну что вы, я сам виноват, витал в облаках и подошёл слишком близко к вашей машине.
В этот момент Кроули резко начал движение, и глаза мистера Фэлла округлились — он явно не ожидал такого резкого начала. Он повернулся сказать что-то водителю, но тот был слишком сосредоточен, смотря не мигая на дорогу и пытаясь больше никого не сбить. Азирафель открыл было рот, и тут же закрыл, так и не сказав ничего.
— Вы случайно не знаете, где здесь больница? Я редко бываю в этом районе, — не поворачиваясь, спросил Энтони.
— Да, нам по Кинг-Кросс-роуд до Лондон Докс, я покажу.
— Хорошо. Вы не против, если я закурю? — говоря эти слова, Кроули уже зажёг огонь, поднёс его к сигарете и вопрошающе посмотрел на собеседника.
— О, конечно-конечно, вы здесь хозяин, — ответил Азирафель и улыбнулся.
Энтони моргнул, зажёг сигарету и с удовольствием затянулся. Это была уже вторая за сегодня, и внутреннее чутьё подсказывало ему, что далеко не последняя, хоть он и пытался курить меньше.
Довольно быстро они доехали до больницы (конечно, в 8 утра в субботу!) и остановились на парковке. Кроули помог бедолаге вылезти из машины и снова подлез под руку Азирафелю, чтобы ему было на что опереться. Тот с благодарностью посмотрел на него, улыбнулся уголками губ и они маленькими шажочками дошли до приёмного покоя.
После череды обследований, снимков ноги, разговоров с врачом и накладывания лангеты они всё так же с передышками добрались до машины. Усадив своего новоиспечённого знакомого на пассажирское сидение, Кроули только сейчас заметил, как интересно тот одет. Его одежда — светло-коричневое пальто, аккуратно застёгнутое на все пуговицы, светлые брюки и оксфорды в тон пальто — выдавали в нём любителя винтажной моды. Шарф в светлую шотландскую клетку и светлые волнистые волосы завершали этот образ. Обычно угрюмый Энтони тут же подумал, что он бы скандалил и ругался, если бы был на месте этого чудака, который теперь сидел в его машине и просто-таки излучал позитив.
— Что ж, давайте я довезу вас до дома. Покажете дорогу?
— Да, это было бы очень кстати. Ну и, раз уж мы стали так близки за последние пару часов, может уже перейдем на ты?
— Хорошо. Так куда нам, говоришь, ехать?
