15
17 ноября 2022 г., 09:26
Азирафель всегда любил праздники и считал, что украшение дома к какому-то событию — необходимая часть, которую нельзя пропустить. В детстве мама не разрешала ему этого делать, только на Рождество, и в более зрелом возрасте и живя отдельно он окупил этот недостаток с лихвой. Нет ничего удивительного, что к Хэллоуину он попросил Кроули помочь ему с украшением магазина и квартиры.
— Ты ещё небось и костюм наденешь? — с ухмылкой спросил его Энтони.
— Да, и предлагаю тебе сделать парный: я буду ангелом, а ты — демоном.
— Почему ты думаешь, что я соглашусь?
— Давай сделаем так: если я выиграю у тебя партию в шахматы — мы будем в костюмах оба, если ты — оба без костюмов. Идёт?
— Ну что ж, если ты готов проиграть, то давай, — сказал Кроули и они пожали руки. — Когда?
— Сегодня вечером у меня, — сказал Азирафель, улыбнулся и поспешил к покупателю.
Чуть позже два великих ума сошлись в шахматном поединке. Оказалось, у Фэлла были не только шахматы, но и специальные часы, поэтому партия проходила по всем правилам. Жребием они выбрали, у кого будут белые, и Кроули сделал первый ход. Он был абсолютно уверен в своих силах, потому что Азирафель буквально через ход потерял свою пешку, бестолково подставив её под коня Энтони. Он уже был готов заранее отпраздновать свою победу, как вдруг Фэлл, сделав ход и переключив часы, откинулся на стуле и снял бабочку. Кроули удивлённо поднял бровь вверх — обычно Азирафель готов был носить бабочку даже с пижамой. «Что-то жарко здесь», — сказал он и расстегнул несколько пуговиц. Энтони задумчиво посмотрел на него, но не сказав ни слова сделал свой ход и нажал кнопку на часах. Фэлл тут же сделал свой ход, переключил часы и посмотрев прямо в глаза Кроули, медленно провёл кончиком языка по своим губам. «Что тут происходит?» — подумал Энтони, сдвинув шахматную фигуру на соседнюю клетку и ткнул пальцев кнопку. Азирафель сидел как ни в чём не бывало, немного подумал, подвинул фигурку, сказал короткое «Шах» и улыбнулся. «Какого…?» — пронеслось у Кроули в голове. Он тупо смотрел на доску и ясно видел — да, ему шах, но как?! В этот момент Фэлл расстегнул ещё несколько пуговиц на рубашке, и теперь Энтони мог видеть его милые кудряшки на груди.
— Ты меня соблазняешь, ты, хитрец! — полувопросительно воскликнул Кроули.
— Что, я?! Да ну что ты, если бы я тебя соблазнял, ты бы заметил, — ответил сама невинность Азирафель.
Энтони подозрительно посмотрел на него и сделал ход. Фэлл смотрел на доску и размышлял, как вдруг резко решил поменять позу — до этого сидя прямо на стуле, он вдруг сел нога на ногу. Кроули внимательно наблюдал за тем, с каким невинным выражением лица сидит Азирафель и при этом чувствовал, как его нога под столом ползёт вверх по бедру Энтони. Наконец, Фэлл сделал ход и переключил часы. Опомнившись, Кроули увидел, что тот загнал его в тупик: либо мат его королю сейчас, либо через два хода.
— Я сдаюсь, но ты играл нечестно! — нахмурившись, сказал Энтони.
— Правила игры в шахматы не запрещают флиртовать, — засмеялся Азирафель. — Что ж, значит, в костюмах? — как он ни пытался, не мог скрыть свою улыбку победителя.
— Да, — буркнул Кроули. — А теперь — иди-ка сюда! — и он встал и направился к Фэллу с самым серьёзным видом. Приблизившись, он жестом приказал Азирафелю встать, стянул с него рубашку и почти поволок за руку в спальню.
***
Хэллоуин прошёл весело: Азирафель заранее повесил объявление на дверь магазина, что покупателям, приходящим в костюмах 31 октября, будет дополнительная скидка на кассе, и торговый зал наполнился клоунами, медсёстрами, ведьмами и астрономами — кто во что горазд. Сам Фэлл облачился в белую тунику, подвязанную золотым поясом, сандалии типа тех, что носили римляне и, конечно, нимб и белые крылья за спиной. Увидев его, Кроули подумал, что тот не надел маскарадный костюм, а наоборот — предстал в своём истинном обличии. «Так вот кого он мне всё время напоминал», — пронеслось у Энтони в голове, — «он же вылитый ангел!». Для костюма Кроули не понадобилось ничего особенного — он надел свой любимый чёрный пиджак на одну пуговицу, чёрную же водолазку и чёрные брюки, а на голове прикрепил красные рожки. Заготовив всю одежду накануне, он придирчиво осмотрел каждый предмет, посмотрелся в зеркало и решил, что щетина только добавит ему демонического шарма. Когда Азирафель увидел Кроули, его глаза загорелись. Тот невозмутимо ходил среди покупателей и стеллажей, держа руки в карманах брюк и не видел его, но дойдя до последнего шкафа, Энтони развернулся на каблуках и их глаза встретились. Увидев этот блеск в голубых глазах, он усмехнулся: для того, чтобы соблазнить ангела на грех, даже делать ничего не пришлось, просто пройтись по залу, и вот уже он готов предаться пороку прямо здесь и сейчас. Когда наконец рабочий день завершился и последние покупатели были отпущены, Азирафель было хотел снять свой нимб, но Кроули положил свою руку на его и помотал головой: «Нет-нет, ангел мой, нимб останется!» и притянул его к себе. Их губы встретились в поцелуе, и руки Энтони забрались в мягкие кудри Фэлла. Он промычал что-то и прижался к телу Кроули, гладя его сначала по спине, а потом и ниже. Нет, решительно ни одна сила во Вселенной не смогла бы разделить их в этот момент. Рука Азирафеля сжала ягодицу Энтони и спустилась ниже, а потом резко притянула его ногу к боку Фэлла. Кроули откинул голову назад, обнажая шею для поцелуев. Они прервались буквально на секунду и синхронно посмотрели на дверь в магазин — закрыта! — улыбнулись и продолжили ласкать друг друга.***
Этот день был таким же, как все предыдущие дни, но кое-что отличало его от остальных — это был день, когда он встретил Азирафеля. Уже год прошёл с тех пор, но в жизни Кроули так много всего изменилось, как будто это было в прошлой жизни. Раз появившись в его жизни, Фэлл остался в ней, похоже, навсегда, и это радовало. Энтони хотел сделать нечто особенное для него и за пару недель до даты начал метаться в сомнениях. «Кольцо? Слишком серьёзно! Плюшевый мишка? Слишком несерьёзно! Цветы? Неплохая идея, но какие его любимые?! Может, опять купить ему рубашку? Чёрт, как сложно!» — проносилось у Кроули в голове, пока он ходил по торговому центру в поисках подарка для Азирафеля. Он почти отчаялся, как вдруг увидел в витрине магазина самые красивые карманные часы на свете. «Это оно!» — прошептал Энтони и резко свернул в открытые двери. Кроули всё же купил цветы — букет нежно-голубых гортензий, и с ними и коробочкой отправился к Фэллу. Он спешил, потому что как всегда опаздывал, и нёсся по городу, на который медленно опускался вечер. Добравшись, он почему-то заволновался: то ли боялся не угодить с подарком, то ли с цветами, то ли со всем сразу. Посидев минутку в машине и выкурив сигарету (последнюю, честно-честно!), Энтони поднялся, взял букет и положил коробку с часами в карман пальто. На улице по вечерам уже становилось ощутимо холодно, и он пожалел, что не взял шарф. Он шёл быстро и ощущал, как сердце колотится в груди. Кроули открыл дверь магазина своим ключом, пролетел по лестнице и робко постучал в дверь. Она мгновенно распахнулась, как будто Азирафель всё это время стоял около неё. — Привет, наконец-то ты добрался, проходи, — проговорил он, уступая Энтони дорогу. Тот моргнул и сделал шаг вперёд. — Это тебе, — смущённо проговорил он и протянул Фэллу букет. — Ах! Они прекрасны, дорогой! — восхищённо произнёс он, принимая цветы. — Их нужно поставить в воду, я сейчас, — сказал Азирафель и ушёл вглубь квартиры за вазой. Кроули снял пальто и повесил на вешалку рядом со светло-коричневым пальто Фэлла. Пройдя ещё немного, он заметил, что повсюду в квартире стоят свечи — большие и маленькие, освещающие бокалы и бутылку вина в ведёрке со льдом на столике. Определённо, Азирафель умел создавать атмосферу где бы ни находился, а у себя дома — и подавно. Каждая деталь говорила о том, что сегодня особенный вечер, он даже чёртовых лебедей из салфеток сделал! «Коробка!» — пронеслось у Кроули в голове, и он немедленно поспешил в прихожую, а вернувшись, обнаружил гортензии на столике между бокалов в изысканной вазе. — Азирафель? — Я на кухне, — ответил он. На кухне творился полный кавардак: все горизонтальные поверхности были заняты чем-то — тарелками, посудой для приготовления, разделочными досками. Фэлл очень любил готовить и умел это делать, но с поддержанием порядка во время творческого процесса у него было не очень хорошо, поэтому Кроули не раздумывая ни секунды засучил рукава и принялся мыть посуду. Азирафель благодарно ему кивнул и продолжил помешивать что-то в сковороде. Когда с посудой было покончено, они переместились в гостиную. Фэлл приготовил просто божественную пасту с креветками в сливочном соусе, и Кроули не переставал хвалить его талант. Беседа, как и всегда, лилась рекой — этим двоим всегда было о чём поговорить и о чём помолчать. Первым дарить подарок решился Кроули. Он робко достал из кармана коробочку и молча вручил её Азирафелю. Фэлл осторожно открыл её и невольный вздох вырвался из его рта. Там были карманные часы с витиеватым рисунком на крышке в виде цветов. Он с восторгом разглядывал их, трогая и гладя блестящий металл. — Открой их, — улыбнулся Энтони. Азирафель осторожно нажал на кнопку, крышка откинулась и взору предстала гравировка «Tempus tantum nostrum est» . — Сенека? — поднял блестящие глаза Фэлл. — Да, — вновь улыбнулся Кроули и тут же охнул, когда Азирафель крепко его обнял. Фэлл поднял голову и их губы встретились. Порозовев от выпитого вина или смущения, Энтони зарылся пальцами в мягкие кудри. Азирафель продолжил целовать его лицо влажными горячими губами. — Спасибо! — прошептал Фэлл, по-прежнему крепко обнимая его за талию. — Я рад, что тебе понравилось, — потупив взгляд, ответил Кроули. — У меня тоже есть для тебя подарок, — сказал Азирафель. — Я сейчас — и он торопливо поднялся и вернулся через несколько секунд с цветочным горшком, из которого торчало пышное растение. — Это спатифиллум? — спросил удивлённый Энтони. — Да. Я заметил, что ты любишь комнатные цветы, и решил, что нам необходимо такое, — смущённо проговорил Фэлл. — Он очень красивый, спасибо! — ответил Кроули, пытаясь скрыть нотку разочарования. — Это не всё, дорогой. Также я думаю, что нам нужно будет вот это, чтобы ты мог попасть домой — сказал он и протянул Энтони ключ. — Ключ? От чего? — недоумённо произнёс Кроули. — Ну, если у тебя не будет ключа, ты не сможешь попасть к нам домой. — Но у меня есть ключ! — начала было спорить Энтони. — Стоп, ты сказал «к нам»?! — Именно так я и сказал, — просиял Азирафель. — Я хочу засыпать с тобой и просыпаться с тобой, хочу вместе готовить, смотреть кино или просто молча сидеть рядом. Я хочу жить с тобой, Энтони, — от того, как он произнёс его имя, у Кроули поползли мурашки. — Я тоже этого хочу! Чёрт, да! — сказал он и тут же сгрёб Фэлла в объятия, от которых у него затрещали рёбра. Азирафель только охнул и засмеялся, обняв его в ответ. «Я люблю тебя», — шептал Кроули, слепо покрывая его лицо поцелуями. Фэлл поймал ладонями его лицо и поцеловал в ответ. Энтони тут же ответил, углубив поцелуй и облизнув его зубы. Азирафель начал двигаться в сторону спальни, и тут вдруг почувствовал, как руки подхватили его под колени и Кроули понёс его до кровати. Не отрываясь от поцелуя, он преодолел расстояние до кровати в пару шагов и бросил Фэлла на кровать. Когда их губы разъединились, он увидел ошарашенное лицо Азирафеля. — Я же тяжёлый! — взволнованно сказал он. — Тш-ш-ш, — приложил Энтони палец к его губам. Его вторая рука ловко расстёгивала бесконечные пуговицы на жилетке и рубашке Фэлла, а губы скользили по шее. Азирафель тут же прикрыл глаза, забыв об этом происшествии. Его руки скользили по шёлку рубашки Кроули, он мог чувствовать каждую мышцу и каждый позвонок. Тем временем сам он был уже без брюк — они только что отлетели в сторону, как и жилетка. Фэлл одним ловким движением расстегнул все пуговицы на рубашке Энтони, и тот охнул от удивления и вопросительно посмотрел на него. — Лайфхак из интернета, — пожал плечами Азирафель. — Потом покажу, — сказал он и отбросил рубашку в сторону. Его руки погладили Кроули по спине, потом спустились ниже и в итоге оказались на паху. Фэлл почувствовал, как его член напрягается от его прикосновений и продолжил его поглаживать, попутно расстёгивая брюки. Секунда — и вот уже абсолютно голый Энтони стоит перед ним, как статуя греческого бога, с диким блеском в глазах. — Я ещё кое-что прикупил, — загадочно прошептал Фэлл. — Хочешь попробовать? — Да, — ответил Кроули. — Тогда ложись, — ещё более таинственно сказал Азирафель и потянулся к прикроватной тумбочке. Энтони лёг, гадая, что же он там такого приготовил, но тот достал свечку и поджёг её. — Закрывай глаза и наслаждайся, — произнёс Фэлл. — Я уверен, что тебе понравится. Кроули повиновался и тут же почувствовал, как мягкие руки Азирафеля заскользили по его телу. Они скользили по животу и бёдрам, уделяя особое внимание чувствительным зонам. Азирафель налил немного масла из свечи на свои руки и растёр его по ладоням, а затем медленно провёл ими по всему стволу. Он не торопился, стараясь доставить любимому как можно больше удовольствия. Его руки скользили по мошонке и ниже, массировали лобок и живот, но почти не касались члена, который подёргивался от напряжения. Наконец, подлив ещё немного масла на ладони, он взялся за него обеими руками и Кроули издал тихий стон. Не пропуская ни миллиметра, он разминал и массировал, двигаясь вверх. Взявшись за член сразу под головкой, большим пальцем он нежно прикоснулся к уздечке, отчего Энтони вскинулся бёдрами вверх. «О, нет, дорогой, не время», — сказал Азирафель и переключился снова на яички и живот, не дотрагиваясь до члена. Он подлил себе на ладонь ещё немного масла и спустился ниже, ко входу, медленно массируя область вокруг ануса. Кроули поднял голову и вопросительно посмотрел на Фэлла. — Если тебе неприятно, я тут же прекращу, — сказал Азирафель. — А ты можешь…? — сказал Энтони, потянулся и положил одну руку Фэлла на свой член. Тот сразу же понял, что он имеет в виду и погладил большим пальцем головку, и Кроули тут же опять упал на кровать, шумно выдохнув. «Я буду очень нежен», — прошептал Азирафель, одной рукой проводя сверху вниз по стволу, а второй массируя вокруг входа. Очень медленно и осторожно он провёл пальцем прямо по анусу, отчего тот сжался и член Энтони дрогнул. Фэлл продолжил движение рукой по члену, берясь сразу под головкой и ловко массируя её пальцами, а второй рукой нежно надавил на вход, и Кроули сладко вздохнул. Азирафель налил ещё немного масла на руки, растёр их по ладоням и пальцам и обхватил член, слегка сдавив его и начал двигать рукой вверх-вниз, тем временем медленно вводя палец внутрь Энтони. Внутри было очень горячо и узко, и он очень осторожно продолжил движение. Кроули это явно нравилось, потому что стоны стали громче и интенсивнее. Фэлл не спеша вытащил палец и ввёл его снова, продолжая наращивать темп у второй руки. Его собственный член был так напряжён, что, казалось, сейчас взорвётся, но он не обращал на это никакого внимания. Медленно двигая пальцем внутри, он нащупал бугорок и нежно надавил на него, от чего у Энтони вырвался поистине звериный рык. — Азирафель! — прошептал Кроули и умоляюще посмотрел на него. — Два! Фэлл всё понял и медленно и осторожно ввёл второй палец, продолжая водить рукой по члену вверх-вниз. Он вращал пальцы внутри, двигал ими взад-вперёд, прикасался к бугорку и постепенно вход становился всё расслабленнее. Он ввёл третий палец и продолжил движение, пока Энтони стонал так, как никогда. Эти ощущения, ни на что непохожие, были так прекрасны, что из его глаз потекли слёзы. Азирафель увидел это и тут же остановился. — Тебе больно? — обеспокоено спросил он. — ТРАХНИ МЕНЯ! СЕЙЧАС ЖЕ! — прокричал Кроули, подняв на него озверевший взгляд. Дважды Фэлла просить не пришлось, и он тут же налил немного масла на свой член и размазал его по всей длине. Он продолжал ласкать Энтони, а второй рукой направил свой член ко входу и прикоснулся головкой к коже. Очень медленно и осторожно он ввёл головку внутрь Кроули, тот выдохнул «Ещё!» и Азирафель продолжил движение. У Кроули продолжали течь горячие слёзы, он не мог сдерживать стоны и почти кричал, пока Фэлл осторожно двигался в нём. «Прошу», — почти прохныкал он, и Азирафель начал двигаться чуть быстрее, не торопясь наращивая амплитуду. Фэлл чувствовал, как струйки пота стекают по его спине прямо на простынь. «Надо заняться спортом», — подумал он, чтобы отвлечься от подступающего оргазма. Он с такой силой шлёпался о бёдра Кроули, что как будто пытался вдолбить его в кровать. Не выдержав, Фэлл с громким стоном излился внутрь, продолжая двигаться, и Энтони кончил секундой позже. Азирафель, не выходя из него, наклонился и поцеловал Кроули, легко касаясь его губ. Упав рядом, он посмотрел на Энтони, лицо которого выражало блаженство. «Какой же он красивый», — подумал Фэлл, глядя на Кроули, который всё ещё тяжело дышал, не в силах привести дыхание в норму. Его грудная клетка высоко вздымалась и вся кожа покрылась мурашками. Азирафель провёл пальцем вокруг соска Энтони, и тот повернулся к нему. — Мне никогда в жизни не было так хорошо. Если бы я знал раньше, что это настолько охуенно, я бы занялся этим гораздо-гораздо раньше! Хотя… я рад, что ты был первым, кто побывал во мне, — улыбнулся Кроули, потянулся к Фэллу и поцеловал его в висок. — Рад, что тебе понравилось. Ты первый, в ком я побывал, — серьёзно сказал Азирафель. — Я был достаточно гостеприимным? — О да! — засмеялся Фэлл и прильнул к боку Кроули.***
Оказалось, что за 5 лет проживания в этой квартире Энтони нажил не так уж много вещей: не считая одежды и кое-каких книг были только растения. Пара коробок уже лежала в багажнике, и Кроули стоял рядом и раздумывал, как вместить всё, чтобы не ездить несколько раз. В квартире дожидались ещё 2 здоровенных фикуса, которые никуда не входили, и он задмучиво тёр подбородок, пытаясь выиграть эту партию в тетрис. — О, Энтони, здравствуй! — Добрый день, мадам Трейси, — улыбнулся он. — Как поживаете? — Замечательно, спасибо, что спросил. А ты? Кто-то въезжает? — спросила она, с любопытством заглянув в багажник. — Нет, я переезжаю к своему парню, — чуть смущённо произнёс Кроули. — К Азирафелю. — Да ты что! Поздравляю вас от всей души, мальчики! — мадам Трейси сделала шаг вперёд и обняла Энтони, отчего он порозовел ещё больше. — Я так и знала, что вы будете вместе, ещё с того дня, как впервые увидела вас. — Спасибо, мадам Трейси, — улыбнулся Кроули. — Но как вы это поняли? Я сам понял это только спустя несколько месяцев… — О, дорогой, за столько лет жизни я научилась видеть это. К тому же вы глаз друг с друга не спускали, пока второй не видит. И тот ваш поцелуй, которому я стала свидетелем… Не смущайся, Энтони, ну что ты, — она ободряющего погладила его по предплечью, когда он опустил глаза и зарделся. — Вам очень повезло, что вы встретили друг друга. Я вижу, что ты счастлив с ним и надеюсь, что это продлится как можно дольше. Она уже было повернулась и махнула ему, но он окликнул её. — Мадам Трейси, я бы хотел подарить вам кое-что. Поднимитесь со мной? Она кивнула и через несколько минут стала счастливой обладательницей Хлои и Джаспера — двух фикусов, которые теперь стояли у неё на окне. Они тепло попрощались, обменялись любезностями и обещались как-нибудь навестить друг друга — Кроули оставил адрес магазина. Мадам Трейси выглянула в окно и увидела, как Энтони сел в машину с абсолютно довольным выражением лица и поехал в свою новую жизнь. «Будь счастлив, мальчик, видит Бог, ты это заслужил», — подумала она и с улыбкой задёрнула занавеску.
