Восходящий Империум

Место: Дворец Малг-Данту на Церере Дата: 812.M30 Малг-Рот возлежал в глубинах жилища своего спорового сородича. Величественный дворец из пустотного коралла был одним из 79, усеивающих суровую замерзшую поверхность Ц’ера. По одному на каждый из 79 кланов К’Хрелов, правивших Поясом Солнца. Это было идеальное владение для сородичей Малг-Рота — бесплодное, далекое от звезды системы, богатое минералами и испещренное туннелями и пещерами, идеальными для рабов и порождений. К’Хрелы были древним видом, чья история насчитывала миллионы лет. За это время империи и виды сменяли друг друга, поднимались и рушились. А К’Хрелы лишь росли и угасали, выживая и существуя в тёмных, прогнивших уголках галактики, подобно Плесени, с которой они состояли в отдаленном родстве. В галактические Тёмные Времена они процветали, пожирая останки павших цивилизаций. И сейчас настала одна из таких эпох изобилия. Мясники Терры были сломлены своими же Автоматами, а Бесконечная Империя Кристальных Детей была ввергнута в Бездну с воплями. Когда пожары этих двойных апокалиптических войн начали угасать, К’Хрелы проскользнули в бывшие королевские миры терранских мясников. Мясники размножались быстро, и даже величайшая катастрофа в их истории не смогла существенно сократить их численность. Лишённые железных легионов, что некогда защищали их, они стали лёгкой добычей для сородичей Малг-Рота. Сколько помнили их исторические фрески, К’Хрелы были мастерами слома воли низших видов. Порабощение и эксплуатация других разумных существ давно уже было доведено предками Малг-Рота до совершенства, и продолжение этой практики оказалось весьма полезным. Терранские мясники, в частности, оказались практически идеальным видом рабов. К’Хрелов забавляло, что вид, некогда претендовавший на владычество над звёздами, стал столь превосходным топливом для их индустрии, сельского хозяйства и службы. Терране быстро размножались даже в самых отвратительных условиях, могли выживать и процветать на самых скудных объедках, а их даже можно было натравить друг на друга за лучшие куски отбросов — лишь бы подавить бунт. В отличие от орков или других быстроразмножающихся рас, их можно было легко сломить в покорных рабов. Ткань терран также оказалась весьма питательной, а их варп-след привлекал внимание Четверых из Потустороннего, что делало жертвоприношения их осквернённых разумов отличным источником благ. Они и вправду были идеальным видом рабов. Самого Малг-Рота обслуживала сотня фанатично преданных мясников, соревнующихся за честь быть выпитыми своим господином до последней капли спинномозговой жидкости. Споровый Клан Малга владел 89 602 819 терранскими рабами, а ещё несколько сотен тысяч использовались в качестве пищи или сырья. Своим ксеносским разумением Малг-Рот не сомневался — терраны были низшим скотом, и их порабощение и потребление продолжится, пока от них не останется и следа. Он знал это, ведь они не были первым видом, постигшим такую участь под властью К’Хрелов. Но чего Малг-Рот не знал — так это того, что тысячелетия человеческого рабства и пожирания вот-вот яростно оборвутся. И что он сам заплатит за свои преступления жизнью, когда шквал огня обратит его дворец в пепел. По самой своей природе лэнс-оружие космических кораблей бьёт первым в бою. Это подтвердилось, когда первые залпы гиперфокусированной энергии прожгли защитное поле Цереры и обрушили ад на мир под ними. Снаряды размером с боевой танк превратили выращенный за тысячелетия пустотный коралл в плазменную жижу из распавшихся атомов. Дворец Малг-Данту оказался идеальной первой целью для Первого Легиона. Изолированное экваториальное плато давало базовые данные об эффективности корабельного вооружения. Сканеры также показали, что основная масса жизненных форм, соответствующих человеческой биологии, находилась под поверхностью протопланеты. Удар обезглавил вражеское руководство, не причинив вреда порабощённым людям. Лэнс-огонь рассёк километровое сооружение, оставив угловатые разрезы, превратившие толстый слой инея, покрывавший его, в гигантские клубы пара. Целые секции макроструктуры оторвались от главного шпиля и замерли в шатком равновесии. Когда расчленённое здание начало оседать после разрушений, нанесённых имперскими энергетическими орудиями, в него врезались снаряды макропушек флота. Мегатонны взрывной силы разнесли дворец на ледяные осколки, разлетевшиеся в пустоту, частично увлекаемые разрушающимся искусственным полем тяготения дворца. Это создало жутко прекрасное зрелище: кристальный снег, плывущий в невесомости между ударами, сотрясавшими планетоид. Менее чем за десять минут гордый центр ксеносской тирании и все его обитатели были полностью уничтожены Первым Легионом.

***

Место: «Тай-Прайдвен» Дата: 812.M30 Первая атака оказалась оглушительным успехом — ксеносская крепость была стёрта в пепел без каких-либо осложнений, и началась следующая фаза битвы. Как гнездо паразитов, протопланета пришла в яростное движение. Над оставшимися шпилями вспыхнули защитные поля. Это были не слабые удерживающие барьеры, созданные для имитации атмосферы и защиты от космического мусора, а предельные щиты из запредельной энергии и искривлённого пространства-времени. По приказу Эддарда флот открыл огонь по другим доступным целям. Три крепости рухнули под бомбардировкой — их барьеры не успели стабилизироваться, чтобы выдержать гнев Империума. Остальным двадцати повезло больше — их щиты мерцали болезненным светом, останавливая снаряды. Но даже так армагеддон обрушился на барьеры, напрягая их до предела и не давая орбитальным защитным системам произвести ответный залп. Это не помешало роям ксеносских истребителей хлынуть из своих ульев. Поля реагировали на импульс и не блокировали медленные объекты, входящие или покидающие их. Убедившись в правильности своих предположений, Первый Примарх отдал долгожданный приказ своему Легиону: — Готовьте десантные капсулы к глубинному десантированию. Тысячи легионеров заняли места в спускаемых капсулах, готовясь быть выстреленными, как живая артиллерия, на поверхность Цереры. Сотня боевых братьев из Восьмого формирования заняла места на ударных кораблях, возглавив эскадрильи истребителей Ауксилии. Их задачей была защита флота и своих братьев от надвигающейся ксеносской орды. Вспышки энергии и масс-реактивные снаряды раскрасили пустоту, когда заговорила корабельная ПВО. Десятки тысяч ксеносских истребителей уже вырвались в открытый космос и открыли огонь из энергетических орудий. Даже массированные залпы их раскалённого оружия не могли пробить имперские пустотные щиты. Но они продолжали стрелять, сбиваясь в плотные группы и устремляясь к «Тай-Прайдвену». Подобно десантным капсулам Астартес, проносившимся мимо них, ксеносы стремились обезглавить врага. Но ни один не сумел даже приблизиться к пустотному щиту «Глорианы». Смертоносные штормы зенитного огня и искусные пилоты Восьмого формирования вырывали их из пустоты. Именно тогда наблюдения имперских ударных кораблей раскрыли истинную природу ксеносских истребителей. Это были не машины. Это были они сами. Около восьми футов в длину, покрытые омерзительными наростами, эти чудовищные билатерально-симметричные существа летели сквозь пустоту на неизвестном эфире, используя веерообразные крылья. В своих щупальцах они сжимали странные направленные энергооружия, выстреливающие ядовито-яркими импульсами, прожигающими броню любого невезучего ударного корабля.

***

Место: Церера, ксено Шпиль 5 Дата: 812.M30 Пока орбитальная битва между ударными кораблями и ксеносами накалялась, первые десантные капсулы врезались в поверхность Цереры. Тормозные двигатели скорректировали и замедлили их падение, позволив безопасно преодолеть силовое поле ксеносского дворца. Сотни спускаемых капсул обрушились на и вокруг каждого шпиля. С отработанной эффективностью Астартес покинули свои транспорты и зачистили периметр. Большинство десантных капсул приземлились в радиусе ста метров от основания шпиля, но несколько врезались прямо в его структуру. Этим боевым братьям выпала более сложная задача — создать внутренние зоны поражения, чтобы отвлекать защитников, пока основные силы готовят штурм. Как только десантники убедились в относительной безопасности, был отправлен сигнал флоту. Тогда на поверхность были доставлены специалисты из 2-го, 3-го, 4-го и 7-го формирований — с полным вооружением и техникой. Двадцать отдельных армий Астартес, каждая численностью в тысячи воинов, построились в боевые порядки. На поверхность выдвинулись колонны новейших «Носорогов» и «Хищников». Отряды сводились в роты, роты — в ордена. Скауты 3-го формирования быстро приступили к сканированию структуры ксеносов, оценивая силы противника и точки входа. Орбитальное сканирование показало, что каждый шпиль — это вход в разветвлённую систему катакомб, частично человеческого, частично ксеносского происхождения. Захват этих двадцати шпилей даст доступ к ядру протопланеты. Первые доклады 3-го формирования указывали, что сами шпили малонаселённы — скорее гибрид дворца удовольствий и крепости, чем полноценного города. Пока основная часть защитников участвовала в орбитальном сражении, новые силы уже готовились хлынуть из недр планеты, как только атака Астартес будет обнаружена. Это был ключевой момент битвы за Цереру — Первый Легион должен был захватить шпили быстро и вырезать ксеносов, прежде чем те успеют организовать оборону. Шпиль-5, отмеченный имперскими тактиками как приоритетная цель, стал первым, прорванным Легионом. Это была одна из крупнейших ксеносских конструкций, и её вход представлял собой широкую аллею, ведущую к полуорганическому арочному проёму. В отличие от других шпилей с их высоко расположенными трубчатыми входами, этот имел подобие грузовых доков, что делало его идеальным для бронетехники. Колонна танков 4-го формирования и транспортов с десантом 5-го формирования ринулась к вратам. Но когда они подошли на несколько сотен метров, причина столь нетипичного входа стала очевидна. Гигантский проём, размером с жилой блок, раскрылся, и два десятка массивных тварей вырвались наружу. Монстры, сравнимые с «Носорогами». Маслянистые, увешанные щупальцами создания, каждое размером с бронетранспортёр, несли на себе грубую броню и лезвия, вживлённые в конечности. На спине каждой твари восседал ксенос-погонщик — К’Хрел, сжимавший в щупальцах энергетическое оружие и укрытый бронированной паланкиной. Используя предельную мобильность, обеспечиваемую их четвероногой, обезьяноподобной стойкой, чудовища ринулись на бронеколонну Астартес. С хладнокровной выучкой «Носороги» отступили, уводя десант из-под удара, и заняли позиции за линией «Хищников», продолжая косить тварей из штормболтеров. «Хищники», выдвинувшиеся на передовую, открыли шквальный огонь. Даже под ливнем болт-снарядов и разрывов автопушек чудовища не дрогнули. Их броня мерцала маслянистым светом, гася разрушительную мощь обрушившегося на них огня. Но даже это не спасло их. Лавина реактивных снарядов прорвала ксеносскую броню и разорвала военных тварей изнутри. Но вместо крови и переломов, плоть боевых тварей затягивала раны, словно жидкий кошмар. Один из самых массивных экземпляров вздыбился и обрушил бронированные передние конечности на башню «Хищника». Оружие его наездника извергло эфирные щупальца электричества, которые затрещали по броне танка. Едва увернувшись от разрядов когтей, впившихся в башню, наводчик танка прицелился из автопушки прямо в грудь чудовища. Раздался оглушительный грохот. Снаряд пробил грудную полость твари и разорвался у самого подобия позвоночника, вышвырнув месиво органики и металла через спину монстра. Погонщик превратился в кровавую пасту. И тогда тварь… отступила. Мгновенно отпрянув, будто обожглась о корпус «Хищника», она замерла, её движения стали дёргаными, а затем голова чудовища упала на замерзший камень Цереры. Экипажу понадобилось мгновение, чтобы понять этот неестественный жест. Оно кланялось. Почти универсальный знак покорности. И тогда плоть твари начала отслаиваться. Старые раны, шрамы от плетей и клейма — всё проступило на её теле, превращаясь в зияющие язвы. Даже в столь чужеродной форме узоры были узнаваемы. Это не было животным. Это было разумное существо, закованное в настолько жестокое рабство, что даже смерть не могла стать избавлением. Какая-то омерзительная варп-ересь ксеносов удерживала его в живых — и распалась со смертью хозяина. Проявив инициативу, которая и сделала его командиром, танковый сержант Хоквуд немедленно вышел на связь с другими экипажами: — Цельтесь в наездников. Они — источник живучести тварей. Они такие же рабы, как и смертные внизу. Даруйте им быстрый покой. Десять танков дивизиона Хоквуда мгновенно взяли в прицел наездников К’Хрелов и разнесли их в клочья сосредоточенным огнём. Броня и щиты их уродливых паланкинов не смогли противостоять мести человечества. Вскоре от двенадцати рабов-ксеносов остались лишь искорёженные скелеты, покрывающиеся ледяной пустотной изморозью. На них установили биологический маркер для Ксенос Биологис, после чего танки двинулись к вратам. Из скрытых в пустотном коралле турелей хлынули энергетические залпы, но шквал болтерного огня быстро заставил их замолчать. Теперь зияющий вход в шпиль ждал их. Похоже, ксеносы попытались захлопнуть врата, осознав, что битва повернулась против них — но несколько заблудших болтерных снарядов превратили плотообразную арку в кровавую рану на боку башни. Врата пали. Время пришло. Собравшись в боевые порядки, Астартес готовились к маршу внутрь шпиля. Пять тысяч боевых братьев, объединённых в когорту, выстроились для штурма. Бронированные транспорты, танки, штурмовые шаттлы, атакующие байки, механические доспехи, элитные ударные отряды, поддерживающие специалисты. Все они — легионеры Первого. Гибель и разрушение ждали ксеносов. Освобождение — их жертв. В жизни… или в смерти. Они были Ангелами Смерти Императора. И страх был им неведом.