Amor Enim Vult

НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ

      

Имперская столица Берун

Кролль-опера, Кёнигсплац

июль 1931 года

Капитан Виктория Ивановна Серебрякова остановилась у входа в оперный театр Кролля и глубоко вздохнула. Забавно: она провела годы на кровавой сцене, где развернулась величайшая из войн, и теперь, стоя перед совсем другим театром, не может совладать с волнением. — Та ещё нервотрёпка, да? — рядом прозвучал знакомый голос, — Такое чувство, будто меня опять отправляют на торпеде в сердце вражеского тыла. — Капитан Гранц! — воскликнула Виктория. От облегчения она даже приобняла офицера за шею, порывисто чмокнув его в щёку. Капитан Уоррен Гранц залился краской и неловко отодвинул девушку на расстояние вытянутой руки. Когда он наконец рассмотрел Викторию как следует, его глаза распахнулись в изумлении. — Ты выглядишь просто головокружительно, капитан Серебрякова. Виктория покраснела. — Головокружение – как раз то, что я чувствую… На этих каблуках у меня баланса, как у Царь-танка руссов. Капитан Гранц рассмеялся. — Если тебя это утешит, то в этом смокинге у меня мобильности не больше, чем у республиканского Сен-Шамона. — Ну что ты за помешанный на войне клоун, капитан Гранц? — взревел голос позади них. — Красивая женщина целует тебя, и всё, что ты сделал – завёл беседу о танках? — Капитан Нойманн! — воскликнула Виктория, — И капитан Кёних, и майор Вайсс, вы тоже здесь! — Имперская армия неодобрительно относится к пристрастиям любого рода, капитан Серебрякова, — сказал капитан Райнер Нойманн, подходя к Виктории с широко расставленными руками. — Если ты не хочешь, чтобы мы подали жалобу в Генеральный штаб, тебе придётся дать остальным то же, что и капитану Гранцу. Виктория рассмеялась и по очереди обняла капитана Нойманна и капитана Вилибальда Кёниха, чмокнув обоих в щёку. Однако, когда она добралась до майора Матеуса Иоганна Вайсса, то удостоила его поцелуем в обе щёки. Майор Вайсс быстро отплатил за жест, подняв Викторию и закружив её. — Прошло слишком много времени, капитан, — майор нежно улыбнулся ей, прежде чем поставить девушку обратно на землю. — Что?! Почему командир получил два поцелуя? — сразу же завелся капитан Кёних. Майор Вайсс же повернулся к своим подчиненным и примирительно поднял руку. — Имперская армия следует меритократии, господа. Само собой разумеется, что командир крыла должен получать больше всего поощрений. — В таком случае, — размышлял капитан Нойманн, — Какие услуги капитан Серебрякова должна оказать полковнику? При упоминании бывшего командира на всех опустилась тяжёлая пелена воспоминаний – особенно понурой выглядела Виктория. Краем глаза она заметила, как капитан Гранц раздражённо глянул на капитана Нойманна; тот просто пожал плечами в попытке оправдаться. — К-кто-нибудь из вас знает, она будет здесь? — нерешительно спросила Виктория. Майор Вайсс тут же покачал головой. — Я почти ничего не слышал о полковнике после беспорядков в Арене. Генеральный штаб годами держал её местонахождение в секрете. — Ну, если вы спросите меня, то она обязана прийти, — пробормотал капитан Кёних, — Империя никак не может отпраздновать 4-ю годовщину со дня окончания войны без человека, который внёс наибольший вклад в прекращение военных действий. — Будет трудно заметить нашего крошечного командира среди такого-то стада, — съязвил капитан Нойманн, мотнув головой в сторону переполненного зала оперного театра. — Насколько мы знаем, она может быть прямо у нас под носом – я имею в виду буквально, а не метафорически. — В таком случае, — задумчиво хмыкнул майор Вайсс, — Я предлагаю расположиться в одной из галерей верхнего уровня. Так нам не придётся толкаться в толпе на первом этаже, вдобавок там отличный обзор на бальный зал. — Похвальный, хотя и несколько заурядный план. Как всегда, командир, — весело ответил капитан Гранц. — Однако, если мы не сможем обнаружить нашу цель к 21.00, я предлагаю прекратить операцию в пользу проведения серии вылазок на танцпол. В конце концов, — добавил он и улыбнулся своим коллегам-офицерам-мужчинам, — Как часто нам выпадает шанс встретить настоящих женщин? Виктория надулась. — Я возражаю против этого заявления, капитан Гранц. Полковник и я были – я хочу сказать, мы и есть – тоже настоящие женщины, ты это знаешь! Или… полковник, может быть, нет. То есть, я имею в виду, может быть, ещё нет. Хотя, она уже должна была стать одной из них… Ну, я так считаю. Четверо мужчин рядом с ней застыли. — Капитан Серебрякова, — серьёзно начал капитан Нойманн после минутной паузы, — Даже после всех ужасов, которые я пережил, в этой жизни остаются вещи слишком жуткие, чтобы даже думать о них. Давайте оставим в стороне эти рассуждения о женственности полковника и повеселимся, хорошо? И вот так, спустя два часа и бесчисленное количество бокалов вина, Виктория обнаружила, что в одиночку выполняет предполагаемую миссию их компании. — Джентльмены, — торжественно произнёс майор Вайсс, он казался трезвым, но его румяные щёки говорили об обратном, — Приближается час нашего освобождения. Я считаю, что мы сделали всё возможное для Отечества. Теперь мы должны послужить Матушке-Родине. Посмотрите на бесчисленных представительниц прекрасного пола, блуждающих внизу, и оплачьте их муки. Они, должно быть, чувствуют, что попали в ад, приехав на этот вечерний банкет без преданного компаньона или внимательного провожатого. Капитан Нойманн блаженно улыбнулся. — Ах… Какое благословение: то, что представляет собой ад для женщин, есть дорога в рай для мужчин. Капитан Кёних сложил руки в благочестивом согласии. — Тогда нам, избранникам божественной милости, выпала честь провести этих прекрасных созданий к небесным вратам… Внезапная суматоха у входа в Большой Бальный зал прервала их пьяную болтовню. Все остановились, чтобы посмотреть, как стройная фигура в платье без рукавов и перчатках до локтя легко пробирается сквозь толпу, оставляя за собой шлейф приглушённого шёпота. Единственной другой деталью, которую Виктория сумела разглядеть, был каскад золотистых волос, скрывающих бледное лицо. — Я думаю, теперь в аду на одну даму больше, командир, — доложил капитан Гранц. — Я бы посоветовал тебе придержать коней, капитан Гранц, — сухо ответил майор Вайсс. — Так двигаться может только прирождённая аристократка. Виктория была склонна согласиться. Даже на значительном расстоянии та девушка казалась притягательной – что-то было в том, как она держалась, излучая естественное благородство, это привлекало внимание людей. И, стоит сказать, немало внимания. Мужчины и женщины часто останавливали её продвижение по залу, чтобы завязать с краткую беседу. — Интересно, она из императорской семьи? — Пробормотал капитан Кёних. — Она, кажется, своего рода знаменитость. Виктория покачала головой. — Я не могу точно разглядеть её отсю— Их прервал громовой голос со стороны парадной лестницы. — А, вот и вы, полковник! Мы уже начали беспокоиться, что вы не прибудете вовремя! Услышав голос, светловолосая фигура обернулась. И тогда свет от массивной люстры бального зала упал на её лицо – Виктория ахнула. Это было лицо, которое она не видела уже четыре года, разве что, только во снах – именно это лицо спасало их от превращения в откровенные кошмары. Однако теперь кое-что отличалось от того, что она помнила, но Виктория узнала бы эти пронзительные сапфировые глаза где угодно. — Дамы и господа, — проревел генерал-лейтенант Курт фон Рудерсдорф, — Позвольте мне представить нашу почётную гостью на сегодняшнем вечернем празднестве: героиню, сражавшуюся на острие копья армии Рейха. Давайте же поаплодируем бывшему командиру Крыла Имперского 203-го воздушного магического батальона – Асу из асов и легендарному Белому Серебру, полковнику Тане фон Дегуршафф! *** Виктория смутно слышала гром аплодисментов, заполнивший тогда Большой Бальный зал. — Это действительно полковник? — капитан Гранц вытаращил глаза. Виктория разглядывала её. Полковник выросла – по крайней мере, стала выше, чем ожидала Виктория – и эльфийские черты лица, которые она так хорошо помнила, смотрелись взрослее, придавая её бывшему командиру нежную, почти неземную красоту. — Кто бы мог подумать, что она вырастет такой красавицей? — с благоговением пробормотал капитан Кёних. “Это несправедливо”, — в замешательстве подумала Виктория. Несмотря на юный возраст, полковник всегда была поразительной. Но подавляющая сила её личности всегда затмевала физические особенности, и мало кто замечал это. Начнём с того, что мало кто замечал, что она была ребёнком. — Это не самое важное, — воскликнул капитан Нойманн. — Кто бы мог подумать, что она вообще вырастет? Не раздумывая, Виктория схватила подол платья и побежала. — Капитан! — донёсся до неё голос капитана Гранца, — Куда, ради Бога, ты уходишь? — Эм… уборная! — крикнула она через плечо, задыхаясь. — Я сейчас вернусь! Только когда Виктория попала в толкучку на верхней площадке лестницы, то с опозданием поняла, что все в здании, вероятно, хотели аудиенции легендарного Серебра. Однако, учитывая плотность толпы, она не смогла бы прорваться… если только Виктория вдруг не активирует заклинание полёта с помощью своего Магического Талисмана… который сейчас валялся в ящике комода у неё дома. Короче говоря, оставалось только повернуть назад. Правда, возвращаться в прежнюю компанию Виктории тоже не хотелось. Вздохнув, она неуверенно развернулась и после нескольких минут бесцельного блуждания оказалась в одной из открытых галерей оперного театра. — Что ж… оказывается, она всё-таки настоящая, —услышала Виктория, а затем едкий запах сигарного дыма ударил ей в ноздри. — Ну, — произнёс второй голос, — некоторые легенды военного времени, по-видимому, правдивы. Я не мог и подумать, что у Дьявола Рейна будет лицо ангела. Третий голос усмехнулся. — Она хорошенькая. Интересно, в постели она такая же дикая, как на поле боя? В такой войне я не прочь провести наступление. Виктория застыла. — Уверяю вас, мой дорогой сэр, — перебила она ласково, её голос дрожал от едва сдерживаемой ярости, — если бы в постели полковник была такой же дикой, как на поле боя, вы бы не пережили эту встречу. Трое мужчин развернулись, и лицо последнего говорившего скривилось в гримасе — без сомнения, его задело оскорбление, нанесённое Викторией. Однако, когда девушка вышла из тени, мрачный взгляд быстро сменила ухмылка. — Ну и ну, да ты оказывается малышка не из робких — улыбнулся он, — Я должен сказать, что победа, принесённая героиней этой войны, дала не только сладкие плоды: теперь женщины Империи всё чаще забывают своё место, — затем он шагнул вперёд и больно схватил Викторию за запястье. — Теперь, если ты думаешь, что я не переживу схватку с Серебром, как насчёт того, чтобы мы с тобой… хм …как же это называют солдаты… провели серию совместных учений? Виктория как раз собиралась сбросить его с балкона – в классическом стиле совместных тренировок – когда самый холодный голос, который она когда-либо слышала, прервал их. — У Империи нет ресурсов на жалкие потасовки, господа. Однако, если вы все так жаждете вкусить прелести войны, я была бы более чем счастлива организовать для вас призыв на восточный фронт. Виктория подняла глаза и резко выдохнула. Прямо перед ней, словно видение из Книги Откровений, стояла никто иная, как сама почётная гостья вечера — полковник Таня фон Дегуршафф. Мужчина, схвативший Викторию, побледнел и немедленно отпустил её руку. — М-мои извинения, полковник Дегуршафф! Боюсь, я поддался боевому духу сегодняшнего, гм, военного праздника… Виктория, затаив дыхание, наблюдала, как взор ледяных голубых глаз прожигал нападавшего. — Тогда я советую вам следить за собой, сэр. Кто знает, что может случиться, если уже я поддамся боевому духу. — Да, да, конечно, полковник, — пробормотали трое мужчин и, спотыкаясь друг об друга, поспешно сбежали. Как только они остались одни, полковник искоса взглянула на Викторию. — Во всех битвах, в которых мы сражались вместе, — пробормотала она с весёлой улыбкой, — Я редко видела, чтобы ты так злилась, капитан. Виктория покраснела и пробормотала. — Он ставил под сомнение вашу честь, полковник Дегуршафф… Её бывший командир вздохнула. — Ну, правда, что один из самых горьких плодов победы – осознание, что мы рисковали жизнями, защищая таких идиотов, как он, — Затем Таня посмотрела на свою собеседницу, и что-то в том, как сапфировый взгляд пробежал по телу Виктории, зажгло слабый жар в её животе. — Насколько бы глупым он ни был, в этом инциденте я не могу обвинить его одного. Тебе нельзя быть такой красивой, ради своего же блага, капитан Серебрякова. Виктория прикусила губу, когда жар в её животе разгорелся в настоящее пламя. Это было так похоже на полковника, подумала она в тщетной попытке успокоиться – выдать похвалу за упрёк. — Вы… Ты и сама просто потрясающая, полковник… Её бывшая начальница пренебрежительно махнула рукой. — Я полагаю, у всех этих безделушек и побрякушек есть своё применение. Не то чтобы они мне нравились хотя бы немного. Но у нас был приказ надеть гражданскую одежду… — Тебе следует чаще носить такие вещи, полковник, — ответила Виктория, не задумываясь, — Тогда мальчики перестанут удивляться твоей женственности – я имею в виду, они оценят твою более женственную сторону! — Затем, осознав, что вот-вот затянет себе петлю на шею, Виктория резко сменила тему. — Но почему ты здесь… а не в бальном зале?.. Полковник вздрогнула. — Я бы предпочла оказаться в ракете V-1, чем в центре этого сборища. Виктория рассмеялась. — Капитан Нойманн сказал почти то же самое, — она сделала паузу на мгновение, прежде чем застенчиво добавить, — Я рада, что ты здесь, хотя… Это забавное совпадение, потому что я, эм, очень сильно хотела тебя увидеть… Девушка ухмыльнулась. — Совпадений не бывает, капитан, просто неизбежные пересечения возможностей и ожиданий, — Затем она прислонилась к перилам, и именно тогда Виктория поняла, что полковник более чем догнала её в росте. — Я просто случайно увидела, как ты выходишь с верхней площадки, и решила последовать за тобой. И к тому же, — её бывшая начальница вздохнула, — Независимо от обстоятельств, ты была на грани нападения на гражданское лицо. Мозг Виктории ненадолго перестал функционировать после откровения полковника. — Ты решила… последовать за мной?.. — Ошеломлённо прошептала она. Однако через мгновение до девушки дошла остальная часть сказанного её бывшим командиром, и она быстро опустила пристыженный взгляд. — Мои извинения, полковник… — Не зацикливайся на этом, капитан. Я полагаю, что высказала свою точку зрения. Но давай поговорим о более приятных вещах, я слышала, что ты делаешь исключительные успехи на посту инструктора Военной Академии. Мне говорили, что твои стажёры неизменно заканчивают обучение на верхнем 10-м процентиле своего класса. Виктория покраснела. — Я-я должна поблагодарить тебя за то, что порекомендовала меня на эту должность. Хотя признаю, поначалу я была встревожена расставанием с 203-м воздушным батальоном магов Империи… Таня фыркнула. — Я не собиралась оставлять тебя в их руках. Хотя я бы доверила майору Вайссу и капитанам Гранцу, Кёниху и Нойманну свою жизнь, но твою – нет. Всё-таки, — добавила она, изогнув изящную бровь, — Как показал сегодняшний инцидент, кто бы спас тебя, если бы меня не было рядом? Во второй раз за вечер Виктория не могла понять, хвалят её или критикуют. — Я-я хотела бы сказать, что вполне способна постоять за себя, полковник! Таня рассмеялась лёгким серебристым смехом, и сердце Виктории пропустило удар. — Мой дорогой капитан, на войне или в мире, никто из нас не способен выжить в одиночку. — Тень на мгновение накрыла лицо полковника, прежде чем та покачала головой и добавила, — Если отбросить в сторону трагедии человеческого бытия… то я просто больше никому не могу доверить адекватную подготовку магов для воздушных батальонов быстрого реагирования, кроме тебя. Двусмысленные комплименты внезапно сменила беззастенчивая похвала и Виктория потеряла дар речи. И прежде чем она смогла ответить, полковник резко посмотрела в сторону и пробормотала: — Ах… кавалерия, наконец, прибыла. Тогда мне пора уходить. Виктория обернулась и заметила внушительный силуэт майора Вайсса, шагающего мимо створчатых дверей. — Но разве ты не собираешься поздороваться?.. — она едва не расплакалась при мысли о том, что ей так быстро придётся расстаться со своим бывшим командиром после их недавнего воссоединения. Полковник снова рассмеялась. — Я бы с удовольствием осталась и поболтала, капитан, но если майор Вайсс делает всё по инструкции, как и раньше, когда я покидала батальон, он будет вынужден пригласить меня на танец, а этикет запрещает мне отказываться. Я бы предпочла избавить его от неудобств, а себя от унижения. Только в этот момент надвигающейся разлуки Виктория быстро вспомнила все вопросы, которые мучили её на протяжении этих лет. Почему ты оставила нас? Почему ты прогнала меня? Почему не писала и не звонила мне всё это время??? Однако, в итоге она выпалила тот единственный вопрос, который совсем не ожидала озвучить. — Н-но когда я увижу тебя снова, полковник? Её бывшая начальница посмотрела на нее, на её губах заиграла загадочная улыбка. — У меня новое задание… оно требует, чтобы я оставалась в столице на неопределённый срок. Ты сможешь найти меня в Имперском Министерстве по делам колоний на Вильгельмштрассе, недалеко от Вильгельмплац. Если позвонишь заранее, я позабочусь о том, чтобы персонал расчистил для тебя моё расписание. И с этими словами бывший командир крыла Имперского 203-го воздушного батальона магов исчезла так же быстро, как и появилась. — Вот ты где, — крикнул Виктории майор Вайсс, подходя ближе. — Ты так долго тянула, что мы начали беспокоиться. Что, ради всего святого, ты делала? — Ничего особенного, майор, — улыбнулась Виктория, взяв его за руку. — Полагаю, я просто нашла свой собственный кусочек рая среди этого ада. ___________________________________________________________________________ AMOR ENIM VULT OMAKE SERIES ВОЕННЫЕ ХРОНИКИ БЕЗНАДЁЖНОЙ ЛЕСБИЯНКИ Глава 1: Об оценке перспектив вступления в брак бывших товарищей по батальону КАПИТАН НОЙМАНН (с видом несколько неуместной гордости): Джентльмены! Вам не кажется странным, что хотя в нашем Имперском 203-м воздушном магическом батальоне всегда было только несколько женщин, две из них оказались самыми красивыми во всей Имперской армии??? МАЙОР ВАЙСС (выразительно кивает с видом столь же неуместной гордости): Совершенно верно, капитан Нойманн. Помимо их исключительных физических качеств, они обладают и другими достоинствами. Возьмём, к примеру, капитана Серебрякову. Она… КАПИТАН КЁНИХ (глубокомысленно кивает): Несравненно преданная. КАПИТАН ГРАНЦ (мечтательно кивает): Необычайно милая. ПЕРВЫЙ ЛЕЙТЕНАНТ ТЕЯНЕН (с энтузиазмом кивает): Удивительно добрая. КАПИТАН НОЙМАНН (сожалеющий и слегка печальный): Я уверен, что наш дорогой капитан женится в кратчайшие сроки… МАЙОР ВАЙСС (кивает в знак твёрдого согласия, продолжает после небольшой паузы): А ещё есть полковник Дегуршафф. Она… ПЕРВЫЙ ЛЕЙТЕНАНТ ТЕЯНЕН (решительно произносит): Неистовая и безжалостная. КАПИТАН КЁНИХ (серьёзно произносит): Свирепая и целеустремленная. КАПИТАН ГРАНЦ (произносит ровным голосом): Настоящий зверь. КАПИТАН НОЙМАНН (произносит примирительно со спокойным видом): Ну… женщинам на самом деле не обязательно выходить замуж в наши дни… Я уверен, что с нашим дорогим полковником всё будет в порядке. НЕСКОЛЬКО МГНОВЕНИЙ СПУСТЯ в нескольких метрах от компании мужчин КАПИТАН СЕРЕБРЯКОВА (задумчиво и тоскливо вздыхает): Кто-то настолько замечательный, как полковник, обязательно найдёт пару в кратчайшие сроки. (Делает паузу, поскольку эта мысль наполняет её крайним неудовольствием.) Я надеюсь, она понимает, что в наши дни женщинам не обязательно выходить замуж. (Хихикает, когда ей внезапно приходит в голову новая мысль.) Возможно, мы обе сможем остаться одинокими и, ммм, состариться вместе. (Снова вздыхает с мечтательной улыбкой.) Всё будет как в старые добрые времена…