Алая невеста | The Vermilion Bride

Гермиона вертелась на кровати совершенно измученная. Сначала она нахмурилась, затем хихикнула в ответ на понимающий смешок Забини. Ему снова удалось отвлечь Гермиону от того, чтобы она слишком глубоко погрузилась в свои мысли о том, что делать дальше, чтобы найти своих родителей. Предложение слизеринца помочь ей в поисках родителей было результатом дружбы, которая сложилась на восьмом курсе, и это оказалось взаимовыгодным. - Ты слишком самодовольный, даже для слизеринца! - В ее пробормотанных словах слышалось некоторое раздражение, что заставило Забини усмехнуться еще сильнее. - Мы больше не в школе, Грейнджер. Мы всего лишь двое молодых людей, путешествующих по Австралии в мистических поисках. Легкомыслие, которое принес с собой Забини, было идеальным фоном для интенсивности Гермионы. Хотя она никогда бы не сказала, что была благодарна за это, она знала, что он знал, что она была благодарна за то, что он сопровождал ее. Здесь, в придорожном отеле недалеко от Ньюкасла, Новый Южный Уэльс, они бездельничали в час ночи, голые, в постели, выслеживая ее потерявших сознание родителей. Если бы ситуация не была столь серьезной, то это казалось бы самым обычным делом для двух туристов из Европы. - Ты снова задумалась, дорогая Грейнджер? Ты знаешь, что за это приходится платить, - его тихое рычание снова воспламенило ее сердце. Даже несмотря на то, что она все еще тяжело дышала после совсем недавнего, очень тщательного траха, который он только что ей устроил. - Не о поисках, - быстро заверила она его. - Просто о том, как мы встретились. - Мышление есть мышление, - глаза Гермионы затрепетали и закрылись, когда голос Забини стал ближе. - Ты знаешь наш уговор. Придет время отключить этот невероятно большой и привлекательный мозг, чтобы отдохнуть или поспать, сейчас самое время, - он покусывал мочку ее уха с мрачным намерением. - Займи позицию, Грейнджер. Гермиона вздрогнула.

***

Это было на восьмом курсе, когда она боролась с последствиями войны и крахом магической экономики. Гермионе повезло в том смысле, что у нее было достаточно галеонов, чтобы провести учебный год в относительном комфорте, но будущее было неопределенным. Поскольку ее семейное богатство ушло вместе с Уилкинсами, это выглядело как выбор: жить на благотворительность Гарри и низкооплачиваемую работу в министерстве или вернуть своих родителей и восстановить с ними отношения, чтобы получить необходимую финансовую поддержку. Как будто случайно Забини застал ее однажды зимним февральским утром, когда она смотрела на Черное озеро, в то время как комбинации и перестановки того, как она совершит этот подвиг, проносились у нее в голове. Вздрогнув, она поняла, что кто-то сидит на валуне рядом с ней, и она поднялась с направленной на нее палочкой, прежде чем оценила ситуацию. Военные привычки еще не исчезли. Забини просто поднял руки в притворной капитуляции. - Я просто одинокий слизеринец, Грейнджер, - протянул он. - Интерпретируем маггловскую фразу... "серп для твоих мыслей"? - Гермиона снова села, но на некотором расстоянии, все еще держа палочку в руке. - Я не уверена, что ты бы понял. Я думаю, достаточно хорошо известно, что я наложила заклинание памяти на своих родителей, чтобы уберечь их во время войны, - Гермиона расправила плечи, глядя в темно-карие глаза Забини. - Они больше не знают, кто я такая. Я сделал это, чтобы они не попали в руки Волдеморта. Она посмотрела вниз на свои ноги в ботинках и продолжила тихим голосом: - Я не знаю, правильно это было или неправильно. Я потеряла своих родителей, - Гермиона покачала головой. - Не похоже, что я единственная. Просто посмотри на Невилла. Его родители были замучены круциатусом до безумия и... - Мой отец мертв. Все мои отчимы мертвы. Никто не знает, как это происходит. Моя мать с каждым разом становится богаче. Глаза Гермионы метнулись к лицу Забини в шоке от его категорично произнесенных слов. - Это не то, о чем я кричу с высокой башни, - пожал он плечами. - Каждый раз, когда в моей жизни появляется мужской образец для подражания.... ну, давай просто скажем, что эффект преходящий. В лучшем случае. - Забини встал. - Если ты когда-нибудь захочешь поговорить об этом, просто найди меня. Мир сейчас - довольно суровое место для жизни. И если я буду честен, когда Драко ушел, а Тео тоже решил не возвращаться, найти кого-то, с кем можно по-настоящему поговорить, достаточно сложно. Гермиона задумчиво прищурила глаза. Семья Забини сохраняла нейтралитет во время войны, но он оскорблял Джинни за то, что она была из семьи предателей крови. Насколько это было связано с самосохранением в таком доме, как Слизерин? Был только один способ выяснить это. Прежде чем она смогла заговорить, Забини сделал прощальный укол: - Ты была права, отослав их прочь. Из того, что Драко сказал мне, Яксли шел за ними. Он отключил очень впечатляющие защитные чары вокруг их дома и проник внутрь. У них не было бы ни единого шанса. Гермиона была ошеломлена и замолчала во второй раз за этот короткий разговор и могла только наблюдать за удаляющейся спиной высокого слизеринца. Затем она дала волю слезам, Забини одобрил ее действия, и мысль о мерзком Яксли, бродящем по дому ее детства, наконец, принесла ей частичку покоя от того, что ее действия действительно были абсолютно правильными.

***

Гермиона подняла руки над головой и скрестила запястья, затем раздвинула ноги, чтобы предоставить Забини полный доступ к ее обнаженному телу. Он начал с того, что прикусил это особенно чувствительное местечко за ее левым ухом, положив одну руку на ее плоский, подтянутый живот. Раздался стук в окно. Забини застонал, когда поднял глаза. - Невероятно. Это альбатрос. Трансконтинентальное сообщение. Постукивание продолжалось. - Во имя самых грязных дьяволов из ада, как волшебник может доставлять удовольствие своей ведьме всем этим шумом? - проворчал он, отходя от кровати к окну. Гермиона быстро села, натянула тонкую простыню под мышки и прикрыла свое тело до колен. Его ведьма. Это была мысль для другого дня. У нее было слишком много других событий, чтобы выразить все, что она чувствовал, этими двумя словами. Забини открыл окно, и большая птица запрыгнула внутрь со сдавленным криком. Он быстро достал пергамент, схватил свою палочку со стола и трансфигурировал несколько закусок в большую рыбу. Альбатрос с благодарностью принял угощение и улетел в ночь. - Волосатые яйца Салазара! - воскликнул Забини после того, как сотворил люмос кончиком своей палочки. - Что там? - раздался обеспокоенный голос Гермионы. Он посмотрел на раскрасневшуюся ведьму с буйными кудрями, придававшими ей еще более растрепанный вид. Голос Забини был немного прерывистым, когда он выдавил слова изо рта: - Малфои ведут переговоры о браке между Драко и Джиневрой. Гермиона выбралась из постели, плотно подоткнув простыню под мышками и вокруг спины. - Покажи мне, Забини, - приказала она. Он молча передал пергамент и с глухим стуком сел на край кровати, в то время как она применила свое собственное заклинание света. Забини, Мои родители настаивают на заключении брачного контракта между Джиневрой Уизли и мной. Лично я не думаю, что она пойдет на это, но меня зовет долг. Моя мать пригрозила серьезными и ужасными последствиями моему отцу, а следовательно, и мне, за любое недружелюбное поведение, если она согласится и переедет жить в поместье. Как идут дела с Грейнджер? Я надеюсь, она не измотала твой мозг размером с арахис. Я уверен, что ты изматываешь ее самой большой головой, которая у тебя есть. Помните об особых чарах. Они будут полезны. Я напишу, когда узнаю больше. Я также предполагаю, что любопытная Грейнджер тоже прочтет это письмо. А это значит, что она напишет Уизли. Не так ли, Грейнджер?

Малфой

- Черт, - пробормотал Забини себе под нос. - Я имею в виду, правда? К этому явно приложила руку Нарцисса. Чистокровный из семьи, которая является плодовитым производителем волшебников. Наследник. Наследник и, вероятно, запасной. - Джинни не племенная кобыла, - огрызнулась Гермиона. - У нее есть свои надежды и мечты, как и у всех остальных. Эта дерьмовая экономическая ситуация поставила их в тупик. Это будет временно, вот увидишь. Когда ответа не последовало, она посмотрела вниз на темное тело Забини, которое растворилось в ночи теперь, когда он погасил свой люмос. - Забини? Блейз? - спросила она. Нет ответа. Очевидно, он обдумывал последствия такого брака в такое время. Гермиона ухмыльнулась, когда озорная мысль пришла ей в голову. - Забини! - сказала она гораздо резче и увидела, как его голова дернулась в ее сторону. - Займи эту позицию, Забини. Ты слишком много думаешь, когда тебе нужно отдохнуть или поспать. Голос Гермионы был жестким и непреклонным. Мгновение спустя слизеринец лег, оставив ноги на полу, согнув колени на краю кровати. - Хорошо, - промурлыкала Гермиона, сбрасывая простыню и опускаясь на колени между его раздвинутых ног. Она лизнула линию от его черных яичек до кончика его члена. - Не смей шевелить ни единым мускулом, - предупредила она его. - Избавься от этой мысли, Грейнджер, - пробормотал он, а затем застонал, когда ее язык прошелся по его головке, а затем опустился на его тяжелые яйца. Она провела языком по его яйцам, как будто они были ее любимым мороженым. Наконец она широко открыла рот и пососала их. Гермиона приподнялась выше и приоткрыла губы, что позволило ей впервые за этот день засунуть его член себе в рот. Она погрузилась глубоко, захватив столько, сколько смогла, прежде чем это вызвало у нее рвотный рефлекс. Две ее маленькие ручки прошлись от основания его члена до того места, где ее губы прошли половину его огромной длины из темной стали. Громкий стон сказал ей, что Забини был в ее власти. Она потянулась обратно до упора и отпустила его голову с громким хлопающим звуком: - Похоже, мне, возможно, придется не торопиться с этим, чтобы убедиться, что обе ваши головы будут полностью пусты к тому времени, как я закончу с вами. Прежде чем он смог ответить, Гермиона снова опустилась, рот и руки работали в унисон, а стоны Забини становились все громче. Гермиона долгое время не давала ему расслабиться.