Суицидник35

      Мягкий приглушенный свет от ночника в виде белого кролика освещал небольшую часть кровати, когда в комнате оставалось практически темно. Ночник использовался Тэхеном больше для ощущения комфорта, чтобы помочь сыну преодолеть страх темноты, который появился два года назад после смерти его родителей. Он лежал на кровати, аккуратно и нежно перебирал чужие черные волосы, раскиданные по подушке, почти шепотом напевая песню из любимой детской песни про малыша-акуленка. Она давно приелась всем, но в печальные дни всегда поднимала настроение его сыну, а в минуты нежности хорошо того убаюкивала.       Мягко сжимая маленькую детскую ручку, Тэхен с наслаждением уткнулся носом в затылок и вдохнул в себя любимый аромат лаванды от детского шампуня. Четырехлетний сын любил долго купаться, намыливая волосы шампунем без слез и сдувая мыльные пузыри по всей ванной комнате, отчего насыщенный аромат всегда держался на волосах дольше обычного, а старший этим пользовался.       — Люблю тебя, — почти беззвучно прошептал он на ухо малышу и нежно поцеловал в макушку. — Очень-очень-очень.       Тэхен аккуратно встал с постели, прикрыв сына одеялом, и тихо покинул комнату. Была бы у него возможность, он уснул бы сейчас рядом с ним, проспал до самого утра, пока не проснулся от громкого детского смеха, как они обычно любили начинать утро, живя вместе в Барселоне. Но на часах было почти пять утра, и через час нужно было вернуться на работу для предоставления отчета о произошедшем.       — Ты не останешься? — огорченно прошептала женщина, увидев Тэхена, который зашел на кухню.       — Нет, ма. Мне надо на работу, но необходимо еще переодеться, а у вас нет моих вещей. — Тэхен подошел ближе и крепко обнял ее, пока та сидела на стуле, уткнувшись лицом ему в грудь и схватившись за черную толстовку.       — Неужели тебе не могут дать выходной за то, что ты сделал?       — Уже дали, целых три дня, но сначала мне нужно подписать пачку документов о происшествии, на это уйдет много времени. Но сразу после работы я постараюсь выспаться и вечером вернуться к вам за Ви, хочу провести с ним все выходные.       — Мой родной, я так испугалась, когда увидела тебя по телевизору, — прошептала она, шмыгнув носом.       — Ну, что ты, ма, успокойся. — Тэхен аккуратно поднял ее лицо и поцеловал в лоб, вытирая большими пальцами скатившиеся по обеим щекам слезы. — Все уже позади, со мной все хорошо.       — Знаю, но это было очень опасно, не стоило тебе туда идти… Ты же мог отказаться?       — Никого больше не могли найти. — Он крепко обнял маму, снова прижав ее голову к своей груди.       — Может, все-таки останешься, Ви будет очень рад увидеть тебя утром. Он безумно скучает по тебе.       — И я скучаю. Впереди есть пара дней для нас обоих, поэтому сейчас нужно доделать работу, чтобы побыстрее освободиться.       — Отец тебе позвонит, скорее всего, — хмыкнула в ответ мама, мягко улыбаясь. — Ты же знаешь?       — О, в этот раз у него вряд ли получится замять все быстро, — тихо рассмеялся Тэхен, отпуская маму и шагая вместе с ней в коридор. — Мне даже интересно, чем все закончится.       — Вы словно соревнуетесь между собой! Ты гремишь громче всех, а он прячет тебя лучше всех.       Тэхен не сдерживаясь рассмеялся, прикрывая рот ладонью, и увидел веселые глаза матери. За восемь лет вдали от дома ни одна видеосвязь не передавала всю ее нежность и любовь к сыну. Он поймал себя на том, что единственное, что тянуло его обратно в Сеул, это была его семья.       — Я не специально. Ты же знаешь, что я не хочу и не люблю светиться, — продолжил он, надевая кроссовки и добродушно улыбаясь.       — Отец сделает все возможное, чтобы все уладить.       — Знаю, ма, и я очень благодарен ему за это.       — И не забывай, родной, сейчас у тебя есть сын и ты должен беречь себя не только ради самого себя, но и ради него… И про нас, стариков, не забывай, — веселее прошептала она, еще раз обнимая его на прощание.       — Всегда помню, — довольно улыбнулся он в ответ и звонко чмокнул ее в щеку, как он любил это делать с самого детства.       — Люблю тебя, родной.       — И я тебя… Очень-очень-очень, — прошептал он свою мантру только для самых любимых.

***

      Мягкий приглушенный свет от ночника в виде белого мишки освещал небольшую часть кровати в комнате Чонгука. Он лежал на боку, прижав к груди колени, и смотрел в окно, за которым открывался вид на безоблачное звездное небо.       В их доме, в котором поселили всю их группу, у каждого была одиночная комната, за что он был сейчас очень благодарен. Он мог побыть наедине с собой, насладиться моментом и обо всем подумать. И не скрываясь, снова и снова вдыхать полюбившийся ему аромат, прижимая к носу рубашку Тэхена.       Прикрыв глаза, он вспомнил, как лучи вечернего солнца, которые пробивались в окно их студии, падали на его оголенный торс, ярко освещая загоревшую кожу. Его тело было красивым и стройным. Ему хотелось обнять широкие плечи, потрогать подтянутые мышцы живота, прикоснуться к красивым рукам, на которых отчетливо выделялись вены, а еще облизать ключицы, сексуально выпирающие над горловиной его толстовки.       Чонгук громко сглотнул от воспоминаний и простонал, снова уткнувшись лицом в чужую рубашку. Последний месяц его мысли только и делают, что крутятся вокруг Тэхена. Вокруг его восхитительного красивого лица, волнистых волос, родинки на кончике носа, пухлых губ, которые существовали только для того, чтобы их целовали.       У него голова шла кругом, и мысли метались в хаотичном порядке от этого мужчины. Щеки краснели и руки дрожали каждый раз, когда он смотрел и улыбался ему в ответ. В свои двадцать пять лет Чонгук почувствовал себя влюбленным подростком рядом с ним. И он понимал, что если верить Юнги, Тэхен уже сам все заметил и обо всем догадался, из-за чего было очень стыдно. Но несмотря на все попытки скрывать свое желание быть к нему ближе и прятать влюбленный взгляд, он ничего не мог с собой поделать.       Как бы ему хотелось сейчас оказаться в его спальне и на его кровати. Почувствовать тяжесть его тела на себе, его язык на своих губах, его ладони, ласкающие кожу на талии, и длинные музыкальные пальцы, впивающиеся в его бедра или крепко сжимающиеся на его члене. Чтобы Тэхен плавно растянул его, палец за пальцем, нежно, тягуче и аккуратно. А потом вошел в него, сначала медленно покачиваясь и привыкая, но постепенно пришел бы к резким толчкам на всю длину члена и под конец вдавливал бы его мокрое от пота тело в кровать, быстро двигаясь в нем с пошлыми шлепками на всю комнату, до звездочек перед глазами и сорванного голоса.       Чонгук уткнулся лицом в подушку и простонал еще громче, ощущая резкую боль в паху, которая все скрутила за считанные секунды. Он просунул одну руку под нижнее белье и обхватил головку члена, проведя по ней большим пальцем круговыми движениями. Член болезненно подергивался, налившись кровью и покраснев, и Чонгуку безумно хотелось получить разрядку как можно быстрее. Сжав его пальцами в кольцо, он снова и снова стал надрачивать себе, то увеличивая, то замедляя скорость и не забывая прокручивать вдоль длины рукой, иногда останавливаясь и быстро массируя головку, на которой выделялся предэякулят. И от приятных ощущений дыхание участилось, сердце мчалось куда-то со скоростью света, а легкие окутал теперь самый любимый для него аромат от лежавшей рядом рубашки.       Как бы Чонгуку хотелось сейчас впиться в манящие губы Тэхена, облизать его рот и прикусить нижнюю губу до крови, спуститься языком по подбородку к его шее, сделать засос на кадыке, потом еще один на шее, далее прикусить кожу на этих чертовых сексуальных ключицах и поставить еще один засос на его груди. Облизать и всосать в рот один сосок, пока пальцами другой руки зажимать второй. Опуститься легкими поцелуями по его груди к животу. Всосать карамельную кожу около пупка, запустив в него свой язык, спуститься ниже и провести языком от мошонки до самой головки и, смотря в его глаза, пошло облизать ее и вобрать член сразу наполовину, двигая во рту языком и ощущая каждую венку на члене, а потом заглотить полностью, уперевшись носом в его пах. Втянуть щеки, сделать вакуум и промычать, пустив вибрацию по члену. И услышать протяжный низкий мягкий бархатный стон с его уст.       Чонгук резко прогнулся в спине и еле слышно простонал в подушку, доведя себя до разрядки, кончая и выплескивая в кулак сперму. Он перевернулся с бока на спину и шумно выдохнул. Дыхание сбилось, капли пота выступили на висках, а перед глазами все потемнело. Было очень хорошо, чтобы спокойно уснуть до самого утра.       — Дрочка… Блять, — тихо прошептал он, усмехаясь самому себе.

***

      — На твоем месте я бы сейчас сексом занимался, а не в документах копался, — весело рассмеялся Намджун, ставя на стол перед Тэхеном стакан с горячим чаем. — Ты здесь с самого утра?       Намджун вернулся к двери и, закрыв ее за собой, присел напротив своего друга. Солнечные дневные лучи, проникая в окно, ярко освещали небольшой кабинет, придавая ему уединенную и спокойную атмосферу. Тэхен сидел за дубовым столом на кожаном кресле, с удовольствием делая глотки обжигающего крепкого чая, напротив стоял большой диван и два кресла, в одном из которых расположился Намджун, смачно попивая свой американо.       — Да, я бы не отказался от секса, — мечтательно потянул Тэхен, ухмыляясь. — Но чем быстрее я напишу рапорт и подпишу все документы, тем быстрее у меня начнется трехдневный выходной, который я намерен провести с Ви.       — Не представляю, как ты без него все это время. Я, если не поцелую дочь перед сном или хотя бы утром перед садиком, спокойно работать не могу.       — Вот я и стараюсь не думать, как может быть и как есть в данный момент. Надеюсь, получится побыстрее решить свои вопросы, чтобы забрать уже его к себе. — Тэхен простонал, продолжая просматривать документы и ставить свою подпись на разных страницах. — Я точно пропаду на все три дня, поэтому даже не пытайся до меня достучаться, меня ни для кого не будет. Кстати, получилось что-то найти на Ли Минхо?       — Сука, чист как стекло, и именно это вызывает еще больше вопросов. Явно кто-то чистил его досье. Думаю, он высоко метит куда-то, иначе бы я уже что-нибудь нашел.       — Не торопись все бросать, покопайся еще. Тут, скорее всего, нужно не на нем зацикливаться, а искать сведения в его окружении. Например, когда он учился в университете. Посмотри, какие происшествия были там в те года, — продолжил Тэхен, подписывая документ за документом.       — Понял, — быстро закивал Намджун в ответ, поднимаясь с кресла. — Тэ, мы не успели вовремя изъять видео из торгового центра, оно частично просочилось в инет. Так что ты теперь популярен, национальный герой, спаситель.       — Хуитель, блять, — недовольно покачал головой он в ответ и, бросив ручку на стол, откинулся на спинку кресла.       — Твой отец?       — Да, надеюсь, у него получится побыстрее все замять, мне не хочется проходить через это дерьмо опять.       — Забей, даже если не замнет, через пару недель все успокоятся, — улыбнулся Намджун, останавливаясь у самой двери. — Но ты все же молодец, Тэ! Ты же сам это понимаешь?       — Пиздец, я — молодец! — засмеялся Тэхен, кивая другу, пока тот выходил из кабинета.       Тэхен потянулся к ручке, но его мобильный телефон, который лежал на столе, прожужжал вибрацией без звука, оповещая о входящем сообщении. Он подхватил телефон и открыл чат с перепиской. Юнги: «Тэхен, привет!» «Сказать, что мы все в шоке оттого, что ты сделал, ничего не сказать.» «От всех нас — величайшее спасибо!» «P.S. Чонгук спрашивает, когда тебе будет удобно забрать рубашку?» «По секрету: он сейчас ее своими руками стирает. Говорит, что готов на нее молиться, ведь теперь это рубашка героя.»       Тэхен рассмеялся, облизав губы и прикусив нижнюю. Хотелось уже написать, что он готов подарить эту рубашку Чонгуку, но, возможно, это был отличный повод, чтобы сблизиться с ним и помочь. КТХ: «Привет.» «Всем спасибо.» «Мне нужна твоя помощь ;)»