Суицидник35

      — А теперь еще раз и поподробнее, — спокойно проговорил Намджун, сидя у кровати Тэхена.       — Где Чонгук и Хосок? С ними все хорошо? — тихо прошептал Тэхен, приоткрыв только один глаз, так как второй, опухший от удара и зашитой брови, стрелял болью на пол-лица.       — С ними все хорошо, у них концерт начнется уже через час.       — Не понял… Он же завтра? — Тэхен нахмурился и попытался привстать, но боль от сломанных ребер в груди заставила простонать.       — Тише, тише… — Намджун поднял руку, давая понять, чтобы он не двигался. — Ты пробыл без сознания почти сутки. Своим состоянием ты поставил на уши всю больницу. Тебе вроде врачи сейчас успели рассказать, что у тебя какое-то сильное сотрясение, и еще чуть-чуть и ты бы оказался в коме или на операционном столе. Я не знаю всех медицинских терминов, которыми сыпали тут врачи, но, к счастью, ты очнулся, и вроде теперь они дают хорошие прогнозы.       Тэхен помотал головой, пребывая в шоке от произошедшего, и шумно выдохнул, стараясь расслабиться на кровати. Перед глазами все до сих пор немного плавало и было тяжело сосредоточиться на чем-то, а боль в разных частях тела заставляла злиться. Не так он хотел провести свои ближайшие дни.       — Слушай, — привлек к себе внимание Намджун. — Врачи меня предупредили, что с таким сотрясением, которое получил ты, есть вероятность потери памяти, и мне страшно спрашивать… Ты хоть что-нибудь помнишь?       Тэхен прикрыл открытый глаз, ухмыльнулся и тихо рассмеялся, снова поморщившись от боли.       — Джун, — тихо прошептал он, снова посмотрев на друга одним глазом. — Я помню все.       — Это замечательно, — с облегчением вырвалось у друга, и он достал рабочий планшет для записи показаний.       — Но ничего интересного я не расскажу. И не спеши записывать показания, — прервал его Тэхен, подняв руку, на которой виднелся катетер для внутривенных капельниц. — Ты мне сначала скажи, мой отец уже что-нибудь предпринял?       Намджун автоматически посмотрел на вход, дверь была закрыта, и пододвинул свой стул ближе к Киму.       — Господин Ким сказал, что у него пока нет доказательств причастности Минхо к покушению на твою жизнь. Он в гневе рвет и мечет в поисках какой-либо информации. Он добрался до Баншихека, так как тот был последним, кто видел тебя до нападения.       — Что произошло?       — Он лично поговорил с ним, но Баншихек молчит. Господин Ким дал ему время подумать и принять решение, на чьей он стороне. Теперь за ним постоянно следят, так как предполагаем, что если Баншихек был в курсе, что с тобой хотели сделать, то Минхо может пойти на крайние меры и попытаться избавиться от него. Также Баншихеку подложили прослушку в машину и в его офис. Записи, к сожалению, нельзя будет использовать как улики из-за неофициальной установки, но нужна любая информация, чтобы держать все под контролем.       — Как только Баншихек промолчал о случившемся с кое-кем из группы, он попал на крючок Минхо, который теперь использует его в своих целях. И он отлично понимает, что стоит нам добраться до Минхо, он тоже попадет под раздачу. Скорее всего, он сейчас в панике и не знает, что делать. — Тэхен поджал губы от злости и прикрыл здоровый глаз. — Но выбор у него невелик, если он решит шантажировать Минхо из-за своих знаний о нем… Тот его банально закопает в землю. Надеюсь, он это понимает, особенно после того, что случилось со мной.       — Но если он все расскажет полиции, то окажется в тюрьме, — закончил Намджун. — Хотя… При хорошем адвокате он может отделаться маленьким или даже условным сроком, если, конечно, речь будет только о покушении на тебя. Ни Минхо, ни Баншихеку невыгодно, чтобы были озвучены сведения об изнасиловании. А они могут бояться, что мы именно этого и хотим добиться.       — Вариант с тюрьмой по статье из-за покушения на меня был бы для нас самым удачным решением всей ситуации, — прошептал Тэхен, выдыхая от новой боли в ребрах. — Не хотелось бы пока поднимать тему изнасилования, если только жертва или жертвы Минхо самостоятельно не захотят обо всем рассказать.       — Баншихек вырыл себе яму, пусть теперь сам из нее выбирается.       Тэхен прикрыл здоровый глаз и сжал губы. Голова продолжала немного ныть от боли в висках. Он шумно выдохнул, понимая, что отдохнуть в ближайшие пару недель ему точно не помешает.       — Знаешь, иногда осознание того, что рядом с чьим-то ребенком может находиться такой человек как Минхо, — очень тихо проговорил он, пока Намджун продолжал сочувственно смотреть на него в ответ, — заставляет меня думать о том, что я готов закрыть глаза и согласиться на то, что может сделать с ним отец.       — Я бы согласился на это, — хмыкнул друг, увидев непонимание на лице Тэхена. — Тогда, на стадионе, ты спросил… Если бы я узнал, что очень богатый и влиятельный человек что-то сделал с моей дочерью, что бы я предпринял… Мне не нужно озвучивать тебе свой ответ. Ты знаешь, что бы я сделал.       — Только самосуд никогда не будет единственным выходом в подобных ситуациях.       — Ты не удивишься, когда я скажу, что многие бы с тобой не согласились.       Тэхен уставился в окно, наблюдая за покачивающимся деревом на улице и безмолвно успокаивающим его в ответ. Он всегда знал, чем занимается его отец, как решает проблемы и какое влияние имеет в своем окружении. И он рано понял, что одному человеку с правильным отношением к жизни не изменить ход событий в стране, чего уж говорить о ситуации во всем мире. Нужно, чтобы таких людей было не просто много, а большинство. Один человек, сотня или миллион людей — это лишь винтики в большом механизме, который давно создан, запущен и живет своей жизнью. А людей во всем мире слишком много, у каждого свое мировоззрение, понимание, воспитание, отношение к окружающему. И все имеют право выбрать свой путь и жить так, как захотят. К сожалению, не всегда в рамках закона, доходя до насилия и убийства. Слишком много вокруг соблазна деньгами и властью, и слишком много падких на это людей.       — Кстати…       Тэхен перевел свой взгляд с улицы на Намджуна и нахмурился на жалостливое выражение лица друга.       — Вчера вечером в твоей квартире сработала сигнализация, при проверке обнаружили, что кто-то перевернул и разбил все вещи, словно что-то искали. Я думаю, хотели найти записи твоих сеансов с кем-то из группы как наличие у тебя доказательств об изнасиловании.       — У меня нет ни одной записи с моими клиентами, особенно с ребятами из группы, — довольно улыбнулся Тэхен. — Они ничего не смогли бы найти.       — Это хорошо.       — Эх, только ремонт закончил делать. Суки, — выругался Тэхен, поджав губы. — Ладно, теперь можешь записывать, пока я все помню. При такой длительной потере сознания, которая была у меня, моя память может сыграть со мной плохую шутку, например, со временем я могу забыть какие-то моменты.       Намджун быстро кивнул, убрав блокнот и достав планшет, включая запись разговора.       — Начни с момента, как Со Джун оставил тебя в коридоре для встречи с Баншихеком.       — Я был на втором этаже и зашел в кабинет, но Баншихек с кем-то разговаривал по телефону, точнее, он молчал и слушал, никаких слов он при мне не говорил. По его состоянию отмечу, что он был взвинчен, словно ругался с кем-то. Он махнул мне рукой, чтобы я подождал в коридоре. Как только я закрыл за собой дверь, то почувствовал удар сзади по голове и сильную боль. Я никого не успел увидеть, так как стоял лицом к двери и в глазах резко потемнело, видимо, я сразу отключился. Очнулся уже в другом коридоре оттого, что меня трясут. Как только я открыл глаза, увидел двух мужчин во всем черном, на голове кепки и черные медицинские маски. Я одного сразу узнал, именно он был тогда на дороге и приблизился к моей машине, угрожая мне пистолетом через стекло машины. У него в правую бровь вдета маленькая штанга из серого металла.       — Штанга?       — Это пирсинг в виде палочки, а не кольца.       — Ясно.       — Когда я пришел в себя, они стали бить меня туда, куда только могли достать. Один из них держал мои руки за спиной, он был сильнее, и сопротивляться у меня не получалось. Удары сыпались быстро и были очень сильными. Они не сдерживались от слова совсем.       — Они что-либо говорили?       — Да, но бесполезные фразы о том, что я зря полез туда, куда не надо, что нужно было мне остановиться и не рыпаться, что я глупый и теперь уже ничего не сделаю… Все это не припишешь ни к чему. Мало ли кому я дорогу перешел.       — Верно.       — В какой-то момент я услышал, как один из них разбил окно. Я сразу понял, что последует за этим. Но двигать телом уже не мог, все болело, голова кружилась от ударов и сильно тошнило. Потом я услышал чей-то крик, но меня уже поднимали на подоконник. Я увидел Хосока, испугался, что его тоже вслед за мной выкинут, хотел что-то предпринять, но меня тут же толкнули в окно. Дальше тебе уже все должны были рассказать. — Намджун кивнул в ответ. — Хосок меня поймал за руку и держал, чуть сам не выпал. Потом на этаже ниже подо мной разбилось окно, я услышал голос Со Джуна и Чонгука. Как только они начали считать, и на счете три я полетел вниз, ничего уже не помню. Видимо, потерял сознание.       — Ребята тебя спасли. Все до сих пор в шоке. Кстати, вместе с Чонгуком и Со Джуном был еще Тэ Хван. Чонгук тебя поймал на лету, а Со Джун и Тэ Хван затащили вас обоих обратно в коридор. Все сработали слаженно.       — У меня нет слов. — Тэхен улыбнулся, посмотрев на Намджуна, который с ухмылкой поджал губы. — Что ты лыбишься?       — Я знаю, что ты знаешь, что Чонгук влюблен в тебя.       Тэхен резко вдохнул сквозь зубы и нервно засмеялся, тут же замерев от боли в животе.       — Не начинай, пожалуйста, — простонал он.       — И я вижу, как ты на него смотришь и относишься к нему. А твой подарок на его день рождения. Боже-е-е.       — Так, захлопнись и проваливай. Ты, наверно, куда-то уже опаздываешь, — улыбнулся в ответ Тэхен.       — Нет, совсем нет, — рассмеялся Намджун, вставая со стула. — Хотя все же нужно сходить в кафе, хочу кофе.       — Кстати, одолжи мне, пожалуйста, свой телефон. Мне нужно позвонить.       — Держи, любовниче-е-ек, — протянул он ему свой мобильный и вышел из палаты.       Тэхен рассмеялся и набрал номер Чонгука, но ему никто не отвечал. Он быстро поочередно набрал номера Хосока и Юнги, но тоже была одна тишина в ответ. Предполагая, что ребята могли уже выступать или были заняты перед выходом на сцену, Тэхен быстро набрал номер Тэ Хвана, и после первого же гудка послышалось шуршание и чьи-то голоса вокруг.       — Слушаю, инспектор Ким.       — Тэ Хван привет, это Ким Тэхен.       — Господин Ким, как я рад вас слышать. Вы очнулись, все в порядке?       — Да, все хорошо. Тэ Хван, я не знаю, как тебя благодарить. Мне рассказали, что ты сделал. Спасибо тебе.       — Пожалуйста, Господин Ким. Всегда рад вам помочь.       Тэхен улыбнулся на дружелюбное отношение охранника и спокойно выдохнул в ответ.       — Скажи, пожалуйста, ребята уже на сцене или я могу с кем-нибудь из них поговорить? Я не смог дозвониться.       — Они сейчас в гримерке, через пятнадцать минут выходят на сцену. Позвать Чонгука? — тут же выпалил Тэ Хван, проходя в комнату отдыха.       — Да, будь добр.       — Тэхен, Боже мой, это ты? — послышался в трубке встревоженный голос Чонгука.       — Чонгук, — Тэхен не смог сдержать очередной улыбки и приложил пальцы второй руки на свои поврежденные губы, так как появилась трещина, и он почувствовал во рту свою кровь. — Я очнулся, со мной все хорошо.       — Тэхен!.. Как же хорошо. Мы тут места себе не находили. Врачи говорили о таких ужасных вещах из-за твоего состояния.       — Все хорошо, Чонгук. Всё позади. Я буду в полном порядке… Я могу тебя попросить включить громкую связь, чтобы все ребята слышали?       — Да, конечно. — Послышался электронный писк, и Тэхен услышал посторонние крики и возгласы от Хосока, Юнги и Чимина, которые одновременно пытались что-то спросить или рассказать, на что Чонгук стал недовольно ворчать: — Тише, дайте ему сказать.       — Ребята, со мной все хорошо. Понимаю, что вам было тяжело заниматься своими делами в прошедшие сутки, но теперь можете выдохнуть и скинуть с себя напряжение. Я буду в полном порядке недельки через две или три. Все-таки сломанные ребра и сотрясение не дадут быстро восстановиться. Но все будет хорошо. Не думайте, что вы от меня так легко отделались, у нас с вами еще по расписанию осталось несколько встреч.       Все громко рассмеялись, обнявшись между собой и смотря на телефон в руках Чонгука.       — Хосок, — немного тише заговорил Тэхен, — ты все-таки засранец, не отпустил меня… И спас мне жизнь. — Тэхен шумно выдохнул и сглотнул ком в горле. — Спасибо тебе. Спасибо. Я буду благодарен тебе до конца своих дней. Слышишь меня?       — Да, Тэхен, — рассмеялся Хосок в ответ со слезами на глазах. — И я очень рад, что я такой засранец.       Все снова рассмеялись, но не смогли сдержаться от эмоций, которые наконец-то нашли выход, по щекам почти всех ребят побежали слезы.       — Чонгук, — мягко прошептал Тэхен, представив перед собой его лицо и яркие черные глаза. — Ты поймал меня. — Ким понял, как двусмысленно прозвучали для него слова, и ему это понравилось. — Спасибо. Спасибо тебе большое.       — Я очень рад, что смог… Поймать тебя, — еле выговорил Чонгук сквозь слезы.       — Ну, что ж, — шмыгнул носом Тэхен, почувствовав на своих щеках слезы, которых у него не было более тридцати лет. — Звезды вы мои недоделанные.       — Вот это опять обидно было, — рассмеялся Чимин, обнимая Юнги, который еле сдерживался, но не расплакался и единственный не испортил свой макияж.       — Недоделанные, но теперь самые любимые, — с улыбкой продолжил Тэхен. — Вам пора на сцену. Сияйте и будьте счастливы. Вы должны насладиться своим выступлением. А я попозже проверю записи на Ютюбе и прослежу за вашими эмоциями на лицах. Договорились?       — Да, — закричали все хором.       — Все, прощаюсь с вами. После концерта хорошо отдохните и через пару дней, если захотите, приезжайте в гости. Буду ждать вас, хотя со сломанными ребрами я пока не смогу подарить вам крепких объятий, но я что-нибудь придумаю.       — Обязательно, — радостно прокричали все ребята, и тут же донесся звук отключения громкой связи и один голос Чонгука: — Тэхен, я могу завтра к тебе приехать?       — Тебе нужно отдохн…       — Я успею отдохнуть, обещаю.       Тэхен счастливо улыбнулся от жалобного голоса Чона и не смог противостоять своему желанию увидеть этого парня.       — Конечно, можешь приехать. Буду ждать тебя.       — Хорошо… До завтра.       — До завтра, Гуки, — мягко прошептал Тэхен, сбрасывая звонок и глупо улыбаясь в потолок.