опьяненные

Утро Хэ Сюаня не было даже близко добрым и умиротворенным. Голова раскалывалась на миллионы мелких осколков и собиралась воедино, каждый раз принося ужасную боль. Горло давно пересохло и требовало глотка воды, а живот жутко урчал и скручивался: хотелось есть и одновременно блевануть от вчерашнего явного переедания. Незнакомая обстановка, сильная головная боль и чужое тело, обвившее его руками и ногами, не давали шевельнуться. Стоило резко повернуть голову в бок — и Хэ Сюань почувствовал тошноту, так неприятно засевшую в его горло. А еще чье-то мычание. И от этого неожиданного звука все внутри перевернулось. Какого хрена он здесь оказался?! Хэ Сюань оценено замер, медленно разлепляя ресницы и переводя взгляд на человека, который обнимал его со спины. Вся боль и нужды тут же забылись. Девушка... или парень? Лицо прикрывали волнистые волосы, но по очертаниям груди больше похоже на парня. В любом случае Хэ Сюань аккуратно поднял чужую руку и положил ее на щеку незнакомца. Или незнакомки? А затем взял стройную ногу и убрал со своего живота. Помимо многих вопросов возникла еще одна беспокойная мысль. Почему тело, не привыкшее к легкости наготы, оказалось совсем без одежды?.. Неужели вчера, с этим лохматым чудом, у них было что-то... что-то вроде... секса? — ... Хэ Сюань мгновенно распахнул глаза и придирчиво окинул взглядом человека, с которым он провел эту ночь, тут же заходясь в румянце и возмущении. Ох, как же он злился! У него был первый раз и он абсолютно ничего не помнит! Ни как это было, ни с кем это было. Идеальные планы, которые он ютил в душе все эти годы, разрушились в одно мгновение. Красивая и умная девушка из приличной семьи, о которой он мечтал, свадьба, дети... И святое правило — никаких перепихов на ночь! Как он только на это согласился?! Или, может, он и согласился, потому что девушка подходила по всем критериям?.. Судорожно восстанавливая дыхание и переполняясь слепой надеждой, Хэ Сюань осторожно присел на край кровати и заботливо заправил волосы незнакомки за ухо. Это точно была девушка! Красивая, с ярким и привлекательным макияжем, даже если он и был немного размазан. Судя по всему, богатая. Ведь комната, в которой они находилась, пусть и походила на логово подростка, — вся в плюшевых игрушках, плакатах, в неестественном цветном освещении и полная яркой косметики и необычной одежды, — все же была явно выше среднего класса. Дорогие и приятные коже ткани постельного белья, искусный ремонт без намека на экономию... Повезло ему. Хэ Сюань старательно натянул самую естественную и очаровательную улыбку, на которую был способен, и наклонился к уху девушки, настраиваясь на красивый и низкий голос с небольшой хрипотцой. — Доброе утро. Незнакомка под ним вздрогнула, тут же проснувшись, и ошеломленно посмотрела в глаза. Но быстро успокоилась, похоже, вспоминая его. И ласково улыбнулась в ответ, вызывая тепло в груди. Она взяла руку Хэ Сюаня, которой он заправил ее локоны за ухо, и притянула ее к губам, оставляя краткий, блаженный поцелуй. Это действие немного смутило Сюаня, но он был в очарованном ожидании. В ожидании перемен и будущего, в котором будет не одинок. — Доброе утро, Хэ-сюн! Я так рад, что ты остался со мной этой ночью! Я очень хорошо поспал сегодня! Хочешь кушать? Давай что-нибудь закажем? Или можем попробовать приготовить что-то своими руками. О, а еще у меня есть тортик, но я его уже открыл! Но не волнуйся, я думаю, нам хватит его на двоих, он очень-очень большой! Мне его брат принес на днях, — Ши Цинсюань с блестящими от восторга глазами обнял Хэ Сюаня, нежась в его руках и щекоча кожу кудряшками. А Сюань застыл, неверяще сверля взглядом этого незнакомца. Это был парень! Самый настоящий! С пусть и не низким, но явно мужским голосом. И между его ног болтался... ох. — Хэ-сюн? Ты хорошо себя чувствуешь? Лицо Хэ Сюаня побледнело, и теперь он был похож на живого мертвеца: сердце бьется, но сам он завис и не шевелился. Глубоко разочарованный и униженный. Как... как он смог на это пойти? Что за позор! Проснуться в одной постели с парнем! Хэ Сюань резко встал с кровати и закрылся одеялом, которое стянул с незнакомца. И недоверчиво на него смотрел, пропитывая своей брезгливостью и презрением его невинное и ничего не понимающее личико. От этого внезапного действия в спине произошел резкий спазм, и парень согнулся пополам, падая на колени. — Хэ-сюн! Тебе помочь? — Нет! Не приближайся! Хэ Сюань тяжело встал и на скорую руку собрал свои вещи с пола, уходя в другую комнату. Незнакомец не пошел за ним и оставил наедине со своими мыслями. Скрывшись за ближайшей дверью, Сюань натянул брюки, с ужасом смотря на свою грудь — вся в синяках... Неужели тот парень еще и насильник? Пришлось скрыть это уродство за пушистым темным свитером, неверяще хлопая глазами. И, открыв дверь, рвануть к коридору, хватаясь за дверь, как за единственный способ скрыться от этой странной, смущающей и унизительной ситуации. — Хэ-сюн? Уже уходишь? Ты шоппер забыл! И свое пальто. Тебе помочь? Может, такси вызвать? — Нет! — Хэ Сюань взял пальто и в спешке накинул его на свои плечи, а следом и сумку. Его накрыло отчаяние и страх, и оставаться в этом месте стало своеобразной пыткой. — А почему ты так быстро? Точно не хочешь покушать? Вчера мне показалось, что ты очень голодный... Ты не хочешь тортика? — Нет, — Сюань вышел в подъезд. Но перед тем, как просто уйти, что-то остановило его. Может, это совесть вышла из комы? Или сердце в кои-то веки начало биться быстрее, видя неумелые предложения помощи? Но Хэ Сюань не смог просто так уйти. — Мгм. До свидания. — Пока?.. — Ши Цинсюань растерянно стоял у двери лишь в домашней футболке, одним взглядом провожая удаляющуюся фигуру. Это был первый человек, с которым он провел ночь и не встретил утро за чашкой кофе или чая, обсуждая все на свете. Было даже немного обидно! Но более всего его удивила реакция: Хэ-сюн был таким испуганным и растерянным! «Прямо как потерявшийся и не желающий принимать чужую помощь котенок», — от этой мысли на лице Ши Цинсюаня заиграла привычная улыбка, а глаза довольно расслабились. ｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+ Интересно, бывает ли утро Хэ Сюаня когда-либо добрым? Парень в этом очень сомневался. В выходные его заживо сжирали остатки совести и долгое время он пробывал в ненавистном себе чувстве — сожалении. Он помнил этого парня, у которого проснулся в постели. Тот, кажется, был в том же баре. Но все, что осталось в памяти, — это глупые отрывки, где они едут в какой-то машине, потом в лифте... А затем, будто в беспросветном тумане, все закончилось. И он помнит только ту панику, которую испытал, очнувшись в совершенно незнакомом месте. А теперь к этому комбо добавился разряженный телефон, который Хэ Сюань вчера забыл поставить на зарядку. Просто великолепно. В бешеном темпе Хэ Сюань забежал в ванную и проделал утреннюю рутину за считанные секунды, на ходу расчесывая волосы. И оделся в новые классические брюки с идеально выглаженной рубашкой, которые специально купил для университета. Его образу добавляли утонченности неизменно черное пальто и духи с нотками запаха моря и свежести. Пусть его сосед дразнил и сравнивал этот аромат с запахом тухлой речной рыбы, Хэ Сюаню просто пришлось смириться, что тот не имеет вкуса. И, кстати говоря, имеет повербанк. Пока Хуа Чэн беспробудно дрых, с головой укрывшись в одеяле, Хэ Сюань стащил его спасительный повербанк, подключая к нему телефон, и выбежал из комнаты общежития. Его задачей было добежать до стен университета за пять минут, ведь первая пара начиналась через десять. Обязательным пунктом было произвести хорошее впечатление. Он еле-еле попал на бюджет и ни в коем случае не должен вылететь, ведь обучение здесь стоит чуть ли не состояние! И каким же он был глупцом, что решил выйти именно в это время. Встревоженно подбегая ко главному входу, одурманенный плохим настроением еще с утра, Хэ Сюань приметил впереди двух опаздывающих людей. Все бы ничего, если бы одна из макушек не показалась ему подозрительно знакомой. Кудри, звонкий голосок и яркая одежда, за которую невозможно не зацепиться взглядом... Черт! Хэ Сюань резко развернулся и пошел в другом направлении. Если он отойдет в сторонку и немного подождет (лишь бы не видеть это лицо снова), то опоздает на минуту-две. Оставалось надеяться, что они не задержатся в раздевалке. Неожиданно для всех, особенно для Сюаня, сзади кто-то очень громко окликнул Ши Цинсюаня и заставил Хэ Сюаня вздрогнуть и окаменеть в безмолвном ужасе. Ведь в следующее мгновение та ненавистная фигура обратила на него внимание и побежала прямо в его сторону! — Хэ-сю-юн!!! Цинсюань набросился на Хэ Сюаня и заключил в крепкие объятия его шею, зачарованно глядя прямо в глаза. Он выглядел таким бесконечно счастливым-счастливым, будто только и ждал этого момента. Его не смущали ни звонок, ни друг, с которым он шел, ни человек, который его до этого окликнул, ни застывший на месте Хэ Сюань. Парень, который до этого шел рядом с Ши Цинсюанем, пошел на шалость друга и подошел к двоим, мягко улыбаясь и покачивая головой в разные стороны. — Се-сюн, знакомься, это Хэ Сюань! Ой, Хэ-сюн, я даже и не знал, что ты здесь тоже учишься! Мир начал распадаться, и краски перестали иметь какие-либо цвета, объединяясь в один сплошной беспорядок. Чем он успел так провиниться, раз небеса прислали ему личного дьявола? Все настроение полетело к чертям (недалеко от квартиры этого парня), и собрать себя по кусочкам не представлялось возможным. — У тебя все в порядке? Пара уже началась. Спокойный и красивый голос пронесся где-то рядом, и Хэ Сюань заставил себя поднять голову. Перед глазами предстал еще один знакомый парень — вроде тот самый друг Хуа Чэна, от которого он теряет голову. Он взволнованно рассматривал Сюаня, но заметно оживился, когда заметил, что его слушают. — Тебе нужна помощь? — задал он вопрос. — Нет. Парень кивнул и достал телефон, видимо, оповещая преподавателя, что они немного задержатся. Ши Цинсюань стал еще более оживленным, чем был до этого, и уже приготовился рассказывать все-все-все, что произошло у него на выходных, даже был готов прогулять первую пару, посвящая ее время своему новому другу, но Хэ Сюань ввел его в ступор всего одной своей фразой: — Мы знакомы? Ши Цинсюань громко ахнул, а глаза его удивленно расширились. — Ты меня не помнишь?! Мы же только недавно познакомились! Этот самый Се-сюн довольно улыбнулся. Видимо, эта ситуация случалась далеко не впервые. А Ши Цинсюань продолжил громко доказывать и активно жестикулировать, вспоминая все то, что происходило в день их знакомства. — Ну помнишь, мы сидели в баре? Мы еще постоянно переглядывались! А потом ты согласился переспать со мной, и мы поехали ко мне. Ты еще очень стеснялся! А еще… Хэ Сюань посмотрел на Ши Цинсюаня огромными изумленными глазами, грубо прикрывая ему рот своей рукой, чуть ли не ударяя его по губам. И только тогда Цинсюань остановился и хитро ему ухмыльнулся. — Значит помнишь все-таки! — подытожил Ши, направляясь ко входу в университет и ведя парней за их рукава. — Хэ-сюн маленький врунишка, ха-ха-ха! Се Лянь оценивающим взглядом прошелся по Хэ Сюаню, но никак не стал комментировать услышанное. Конечно, это был далеко не первый парень в постели его друга, но обычно они сами рвались к общению с Ши Цинсюанем, а никак не наоборот. Парень быстро находил себе новых знакомых и также быстро на них переключался, забывая о других. А здесь ситуация сложилась совершенно иная... ｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+｡⁠*ﾟ⁠+ Так и завелось довольно странное, но интересное знакомство. Ши Цинсюань в почти каждый перерыв между парами отыскивал аудиторию Хэ Сюаня и выводил его на разговоры. Правда, тот только слушал, но и в этом находил выгоду. Например, Ши Цинсюань оплачивал ему обеды и подкармливал разными вкусностями, а еще мог отыскать у своих знакомых конспекты, которые одалживал Хэ Сюаню. И у них как-то сам собой получился такой обычай, что по пятницам, после учебы, они ходили домой к Ши Цинсюаню. Но только по пятницам, в другое время Хэ Сюань пропадал на подработке, чтобы оплатить общежитие и хотя бы иногда пополнять холодильник. Не всегда получалось незаметно брать еду Хуа Чэна, особенно если это был какой-нибудь дорогой алкоголь или красивый торт с выпечкой. Однажды он уже попробовал отрезать себе немного такого торта, который, оказывается, предназначался для друга этого дьявола. И пришлось найти еще одну подработку, чтобы отплатить такой же новый торт! А сейчас, когда по пятницам его вкусно накормят и выделят отдельную комнату для отдыха, отпала необходимость выходить на работу по пятницам, и Хэ Сюань договорился с руководством, чтобы в этот день он в офисе не появлялся, за что ему добродушно урезали зарплату. Хэ Сюань искренне не понимал и как-то спросил между делом, как Цинсюань может оплачивать себе целую двухкомнатную квартиру, если не ходит ни на какую подработку? И даже немного позавидовал. Ведь парень всегда был дома, в этом красивом и чистом месте. И спокойно мог заниматься всем, что только захочет. Но, немного смущенно прочистив горло, Ши Цинсюань отмахнулся. Мол, не хочет об этом говорить. И никогда не давал поднимать эту тему. Зато сейчас, в этот прекрасный день, Ши Цинсюань, как и всегда, начинал отдых с бутылочки хорошего вина. — Хэ-сюн, я видел новый фильм и мне его очень рекомендовали! Я думаю, что тебе точно понравится! Хэ Сюань проигнорировал бокал перед ним и сразу взял бутылку, из кухни направляясь в просторную гостиную. Перед телевизором стояли два пуфика, и он с удовольствием улегся на один из них, ожидая, когда рядом опустится тушка Ши Цинсюаня. — Я заказал пиццу и картошку фри, они скоро будут! Так, где этот фильм? Ши Цинсюань пододвинул свой пуфик к Хэ Сюаню и лег на его плечо. И не успели пройти титры, как еду уже доставили. Хэ Сюань в тот же момент оживился и пошел открывать входную дверь, с удовольствием забирая все, что принес доставщик. За все время просмотра двое выпили по бутылке вина, и Ши Цинсюаню пришлось доставать баночки пива, которые тут же опустошились. А после окончания фильма они играли в приставку, не совсем понимая, куда нажимают. Точнее, конкретно зрение Хэ Сюаня поплыло, и он совсем не видел, куда нажимает и что отображается на экране. Фигуры бойцов становились разноцветными пятнами, прыгающими от одной точки экрана в другую. А Ши Цинсюань уже давно привык переносить алкоголь так, чтобы вполне соображать, что он делает. Возможно, он не отдавал себе отчета в действиях, но игра давалась ему довольно легко. А вот Хэ Сюаня хватало ненадолго: две-три баночки пива — и он уже пьян. По не известным для Сюаня причинам ему было не противно, когда Цинсюань лип к нему вплотную. То ли он тоже был слишком пьян, то ли пользовался случаем, но после таких посиделок Ши явно становился еще более тактильным и любвеобильным, только и поджидая момент, когда сможет прикоснуться к Хэ Сюаню. Ши Цинсюань уже так предсказуемо и привычно садился сзади Сюаня и обвивал его талию ногами, а чуть выше — руками так, что Хэ Сюань невольно ластился к его прикосновениям. Это было тепло и приятно. Оказывается, даже и к такому можно легко привыкнуть. При этом Ши Цинсюань клал голову на его плечо и начинал о чем-нибудь рассказывать. Его голос становился все тише и ниже, будто опьяняюще успокаивая и даря чувство нескончаемого удовольствия лишь от одного его тембра. А, бывало, после особенно тяжелого дня, когда ни у кого из них не оставалось сил, они все также выпивали по паре баночек пива, и тогда Хэ Сюань оставался на ночь, без желания пошевелиться и топать домой. Тогда, в такие ночи, Цинсюань уговаривал полежать рядом с ним и ложился на Хэ Сюаня почти всем телом, обнимая, как игрушку. Но его все еще не хотелось стаскивать с себя. Хотелось побольше насладиться его близостью, ведь они не могли позволить ее себе в стенах университета. И не потому, что Хэ Сюань такая ворчливая и нетактильная бяка, как его назвал Ши Цинсюань. Просто... что люди подумают?! Вот и сейчас, еле держа глаза открытыми, Хэ Сюань решил остаться на ночь у Ши Цинсюаня. И, засыпая в гостиной, утром каким-то чудесным образом обнаружил себя в объятиях этого маленького монстра. Несомненно, ему было приятно находиться в этой комнате и с этим человеком, но неужели его насильно перетащили из одной комнаты в другую?