Мама
15 октября 2022 г., 19:49
Мама.
— Хватит говорить глупости! Ты уже должен понимать, не маленький!
— Но я хочу свободы!
Резкий удар. Юноша пал на колени, не в силах сдержать сильную руку матери. Все тело ломит и дрожит, не слушается. Парень лишь боязно касается щеки. Вся правая сторона миловидного молодого лица печет от боли.
— Забудь об этом, — женщина бросила холодный взгляд.
Та, которая всегда рядом.
— За что? — зелёные глаза наполняются слезами.
Да святиться имя твоё.
— Ты знаешь, — немолодыми худыми руками она плавно приложила сигарету к губам.
Да будет воля твоя.
Запах сигаретного дыма окутал помещение. Женщина нервно затягивалась, выдыхая горькие клубки прямо в лицо сыну.
Там, где я. Там, где царство твоё.
— Ну от скажи мне, почему твои братья и сестры понимают? Насколько я плохая мать, по твоему мнению? — её синие глаза холодными искрами-иголками пронзали всё тело мальчика, бросая его в дрожь, а затем, словно змеями горгоны, заставляли застыть каменной статуей, не осмелясь сделать вдох. — Отвечай!
Новый удар.
И прости за мои ошибки.
— Н-нет, всё не так! Т-ты хорошая мама, прости меня, пожалуйста… — каждое сказанное слово звучало всё тише и тише, растворяясь в затворах большой комнаты, которую юноша привык называть «клетка».
Как и я прощаю обидчиков своих.
— Сколько раз говорила, не мямлить! — она закипала, — повтори громче и внятнее за что ты извиняешься!
И не введи меня в искушение.
— Я… извиняюсь за то… за то…– задыхаясь от слез, парень жадно глотает воздух.
— Громче!
Но избавь меня от лукавого.
— Я извиняюсь за то, что не послушал тебя, — на выдохе сказал парень.
— Повтори, — женщина приподняла брови, глаза её оценивающе сверлили жалкую сцену.
Ибо я твоё царство.
— Я извиняюсь за то, что не послушал тебя! — мальчик срывается на крик.
— Повтори! — звонкий голос ударил по ушам.
И сила.
— Я… извиняюсь за то… что не послушал тебя!!! — стиснув зубы, повторял он.
— Молодец. — тонкие губы расправились в удовлетворённой ухмылке.
И слава.
Женщина тушит сигарету о стол и уходит, бросая окурок в ноги сыну. Двери закрываются, как и глаза уставшего мальчика.
Навечно.
Как вдруг его будит шум моря. Юноша несмело открывает глаза и не понимает, как он оказался здесь — на пустом пасмурном пляже.
— Что происходит? — послышалось позади.
Парень суетливо оборачивается, крутится, осматривает все вокруг, но никого не видит.
— Я не знаю… точнее… я не понимаю, — слетает с языка.
— Опиши, — снова доноситься, словно из неоткуда.
И парень, как под гипнозом, поддается тихой команде.
— Мне сниться сон… бесконечность чего-то знакомого… я осознаю это место, но… противлюсь ему, не могу принять, — юноша на мгновение замялся: — Я осознаю эту свободу, но не могу ей поддаться. Я…боюсь.
— Чего ты боишься? — тихо, украдкой, слова метко, не встречая сопротивления, стараются вытянуть всё, что так хранит душа, которая болит.
— Я… — мысли прерывают чужие голоса за дверью.
Юноша резко открывает глаза. Он снова в комнате. Вяло поднявшись, парень смотрится в зеркало. Тяжело вздыхая, он привычно натягивает улыбку перед тем, как снова отправиться в мир фальши. Не в силах поступить иначе, юноша снова обещает себе стерпеть всё и идёт в новый день, оставляя в задворках сознания странное ведение. Нехотя оставляет и тот бархатный низкий голос.
Аминь.
