Can We Burn Something, Babe?

Эндрю Вкус у Нила во рту, как у тех ужасных капустных коктейлей, которые он пьет, когда безуспешно пытается свести на нет количество фраппучино и энергетических напитков, которые потребляет ежедневно. Его кожа на вкус, как пот, и она чуть-чуть напоминает кокосовый увлажняющий крем, который Эллисон подарила ему на день рождения. Сочетание сладковато-солоноватое, как пакеты с попкорном, которые Эндрю всегда покупает на заправке. Эндрю слизывает горький вкус капусты, жадно ищет вкус попкорна, оставляя поцелуй на кадыке Нила, когда он втрахивает его в матрас. Наслаждается каждым вздохом, каждым стоном и всхлипом, которые он может извлечь из него. Они делают это уже несколько месяцев. Каждый вечер, если возможно, иногда снова утром, а иногда, если Нилу особенно хочется, он приглашает Эндрю в кафе, в котором он работает, и запирается на обеденном перерыве с ним в кладовке, просит Эндрю разобрать его на части как можно быстрее. Нил увлекся сексом с самого начала, хотя поначалу это и было больше похоже на то, что он его изучал (а Эндрю был очень увлеченным учителем). Нил был девственником, когда они встретились, но быстро учился; он готов был уважать границы Эндрю, открыто выражал свои симпатии и антипатии — любовник, идеально подходящий для потребностей Эндрю. Но он никогда не стремился к этому, никогда не был инициатором, пока однажды ночью, когда Нил был особенно послушным, Эндрю не познакомил его с чудом анального оргазма (простата — весёлая штука) в качестве награды, и с тех пор он был надоедливой, возбужденной, ненасытной маленькой задницей. Хотя Эндрю вряд ли может жаловаться. Он далёк от того, чтобы признать это вслух, но эта маленькая интрижка с Нилом превратилась в полномасштабную зависимость. И когда Нил в таком состоянии — извивается под Эндрю, с красным лицом и блестящей от пота кожей — Эндрю, блять, не может насытиться им. Это страшная вещь. Он старается не думать об этом слишком много. Загоняет это глубоко внутрь, где это не может его беспокоить, закидывает одну из ног Нила себе на плечо, чтобы он мог вбиваться в него еще глубже, задыхается, когда Нил сильно сжимается вокруг его члена в ответ. — Ах! — восклицает Нил и протягивает руку, чтобы изо всех сил вцепиться в бицепс Эндрю. — Притормози! Дрю… Эндрю. Медленнее, я хочу… — Что? — Эндрю задыхается. Ему понадобится, наверное, титанический уровень усилий, чтобы двигаться медленнее, когда он так близок к концу. — Я хочу… — пальцы Нила на мгновение теряют хватку на скользкой от пота коже Эндрю, поэтому он опускает руки на матрас, хватаясь за и без того скомканные простыни. — Хочу почувствовать тебя всего. Медленно… Господи. Эндрю слегка стонет, затем он использует все оставшиеся в нем силы, чтобы ослабить импульс своих бедер. Он осторожно почти полностью выходит из Нила, затем медленно толкается обратно, проводя членом по комочку нервов внутри него, с которым он так хорошо познакомился за последние несколько месяцев. Нил вздыхает, его спина выгибается дугой над кроватью. — Да… Вот так. Продолжай, Дрю… — Властный, — бормочет Эндрю, делая это снова, и Нил вздрагивает, его бедра крепко сжимаются вокруг бедер Эндрю. В третий раз Эндрю задерживается на простате Нила и наблюдает за его лицом — как у него отвисает челюсть, он чувствует момент, когда подходит к краю — каждый мускул, прижатый к Эндрю, напрягается в ожидании. — Я собираюсь кончить, — предупреждает Нил, задыхаясь, как будто Эндрю не видит это. Эндрю давит сильнее, а затем Нил взрывается — он громко стонет и дрожит, когда его член оказывается нетронутым между их телами. — Черт, — шепчет Эндрю, закрывая глаза и прислоняясь лбом ко лбу Нила, когда он чувствует, как его дырочка бесконечно сжимается вокруг него. — О, черт. — Отпусти, Дрю. Давай, давай… — Нил фактически умоляет, прижимаясь к Эндрю, чтобы заставить его двигаться, руками хватая его за заднюю часть бедер, чтобы удержать его глубоко внутри себя. Эндрю издает громкий стон, когда отпускает, чувствуя, как Нил удовлетворенно вздрагивает, когда он замирает и бурно кончает в него. Эндрю уже давно перестал пытаться вести себя тихо во время секса — к большому огорчению других своих соседей. Он содрогается и постанывает, когда погружается в жар тела Нила, от оргазма его зрение становится туманным. — Твою мать, — бормочет Нил, когда Эндрю заканчивает и наваливается на него всем своим весом; он уставился в потолок, пока блондин лениво утыкается носом в его шею. — Срань господня. Падение никогда не бывает таким плохим, как ожидает Эндрю. Нил, кажется, наслаждается этим — проводит пальцами по волосам Эндрю, нежно почесывает его кожу головы. Он слегка покачивает бедрами под Эндрю, все еще гоняясь за ощущениями, время от времени издавая счастливое гудение. В конце концов, Эндрю открывает глаза и отстраняется, глядя на него и видя ту мягкую, довольную улыбку, которая всегда появляется на его лице после секса. Он ненавидит эту улыбку. Он закрывает лицо Нила рукой, чтобы ему больше не приходилось смотреть на него, и осторожно выходит, прежде чем перевернуться на спину рядом с ним и сделать долгий, глубокий вдох. — О Боже мой, — выдыхает Нил. — Это было… Он смотрит вниз на себя, на те густые лужицы на его вздымающихся животе и груди. — Черт. Это очень много. Эндрю тоже смотрит и соглашается. — Хочешь немного? Эндрю свирепо смотрит на него. Нил улыбается ему в ответ, затем проводит пальцем по животу, зачерпывая немного спермы, прежде чем предложить ее Эндрю. Эндрю, из-за того, что у него нет самоуважения, когда дело касается Нила, немедленно открывает губы, ловит каплю на язык, а затем втягивает палец Нила в рот. Нил наблюдает за этим, покусывая губу, пока он не вылизывает палец начисто, затем повторяет процедуру снова. Такого никогда не было ни с кем другим. У Эндрю было много секса и много партнеров до Нила, некоторые из них были ужасными, некоторые — хорошими. Но это никогда не было… этим. Никогда не было так интимно. Никогда не было так сильно. Эндрю не знает, что это значит для него, и еще меньше он знает, что ему следует с этим делать. — Ты когда-нибудь думал… — говорит Нил, приподнимаясь на локтях, чтобы посмотреть на Эндрю с другого ракурса. — …ты когда-нибудь думал, что мог бы заниматься этим вечно? Эндрю моргает. — Мы бы заработали обезвоживание. Нил усмехается. — Нет, имею в виду, как… Я не знаю. — Выкладывай, Джостен. — Я думал, тебе не нравится, когда я это выплёвываю? Нил ухмыляется, выглядя самодовольным, как будто он только что сделал выдал шутку века. Эндрю не удостаивает его ответом, поэтому Нил закатывает глаза, падает обратно на кровать и потягивается. — Иногда мне кажется, что я, возможно, немного влюблен в это. Эндрю замирает. — Это? — Говорит он после долгой паузы. — Мы, — уверенно уточняет Нил и делает движение рукой между ними. — Это. Мне это нравится. Может быть, я тебя немного люблю. Эндрю думает, что это, возможно, самая типичная для Нила вещь, которая когда-либо случалась. Лежа в постели, после секса, когда он накормил Эндрю своей спермой, а затем признаётся в любви так небрежно, как будто он говорит о фильме, который смотрел прошлой ночью. Эндрю чувствует тошноту. Ему нужен выход. — Иди в ванную, пока ты не запачкал матрас. Нил хмурится и неловко ерзает, корча гримасу. — Наш матрас, — говорит он раздраженно. Эндрю просто смотрит в ответ. — Фу, прекрасно. Он садится, затем свешивает ноги с кровати, прежде чем встать и выдать раздражающе милую, поспешную и неуклюжую голую шаркающую походку в ванную комнату. — Я ненавижу эту часть, — бормочет он, заходя внутрь и закрывая дверь пинком. — Мы всегда могли бы воспользоваться презервативом! — кричит Эндрю ему вслед. — Буууууу! — кричит в ответ Нил. Эндрю ложится на спину, уставившись в потолок и пытаясь унять головокружение. Может быть, я немного люблю тебя. Это была не совсем поэзия. Нил не любит, не мог любить Эндрю. Нил не знает, что такое любовь, неудивительно, что он не мог говорить об этом как нормальный человек. Но он не обычный человек. Как и Эндрю. Вот почему они… Нет. Это просто секс. Это всегда был просто секс. Просто очень, очень хороший секс. Эндрю не хочет и не нуждается ни в чем другом, и это не изменится только потому, что Нил хочет начать небрежно разбрасываться этим дурацким гребаным словом из четырех букв. — Не засыпай пока! — кричит Нил из ванной, когда Эндрю слышит, как спускается вода в унитазе. Эндрю зажмуривается и пытается вспомнить, когда все шло так плохо, так плохо. *** Иногда Эндрю думает, что его чаша Lucky Charms перед работой — это единственное, что заставляет его вставать по утрам. Это очень печальная мысль. И поскольку он настойчиво пытается насыпать на ложку как можно больше зефира, избегая настоящих хлопьев, он лениво размышляет, не следует ли ему просто перейти на завтрак из одних конфет. Избавиться от посредников. Может быть, я немного люблю тебя. Он сует ложку, полную сахара (Мэри Поппинс гордилась бы им), в рот так агрессивно, что удивительно, как у него не выпали зубы. «Черт, они что, заменили зефир на кроличий помет или что-то в этом роде?» Он поднимает глаза, когда Нил входит в кухню, только что принявший душ и с затуманенными глазами. Работа в кофейне привела его к сильной зависимости от кофе, и до первой дозы за день он представляет собой лишь тень того сгустка энергии, которым он становится, когда насыщается кофеином. Эндрю, моргая, смотрит на него. — Ты выглядишь сумасшедшим, — уточняет Нил, включая кофеварку. — Сегодня утро понедельника. Почему бы мне не быть сумасшедшим? — Такое клише, — он говорит голосом, который, как надеется Эндрю, не должен звучать как его собственный. — Оооо, понедельник, бууу. Я жалкая офисная обезьяна. Эндрю подцепляет ложкой кусочек хлопьев, затем умело бросает его Нилу. Она отскакивает от его головы. — Не все из нас могут просто прийти на работу в 11 и весь день играть в игры на телефоне. — Это не все, что я делаю, — Нил берет кружку из буфета и начинает готовить себе очень крепкий черный кофе. — Я также немного командую твоим братом. Эндрю ворчит, возвращаясь к игре со своей едой. Когда кофе Нила готов, он отпивает его маленькими глотками и подходит к табурету, на котором сидит Эндрю, наклоняется к нему и опирается бедром на барную стойку. — Если серьезно. Ты в порядке? Нил проводит свободной от кофе рукой по волосам Эндрю и наклоняется, чтобы поцеловать его в висок. Эндрю закрывает глаза, невольно откликаясь на его прикосновение. — Ммм. Устал. — По крайней мере, ты устал трахаться, а не устал слушать траханье, — бормочет сварливый голос из дверного проема. Эндрю быстро отстраняется от Нила, отталкивая его руку, когда Аарон топает на кухню, неуклюжий, как всегда. Нил закатывает глаза, делая еще один глоток кофе. — Не моя вина, что ты никогда не пользуешься теми шумоподавляющими наушниками, которые я подарил тебе на Рождество, — ворчит он. — Мне не нравится каждый вечер пользоваться шумоподавляющими наушниками в моем собственном доме. — Ты пробовал не быть таким гадом? Может быть, тогда ты мог бы заняться своим собственным сексом? — Джостен, в семитысячный гребаный раз, — он лихорадочно указывает рукой со своего лица на лицо Эндрю. — Мы выглядим совершенно одинаково, черт возьми. Нил пожимает плечами. — Я этого не вижу. У Эндрю болит голова. Он потирает виски, наконец, отказываясь от хлопьев и отодвигая их в сторону. Нил замечает это, снова запускает руку в волосы Эндрю и нежно дергает их, пока тот не поднимает на него взгляд. — Ты ведь не болен, правда? — Нет, я— — О, ребята, вы такие милые! Когда Ники тоже заходит на кухню, распахивает дверцу холодильника и хватает бутылку апельсинового сока, Эндрю быстро пытается что-то подсчитать в уме. Снять квартиру самому не может быть так уж сложно. — Они не милые, — возражает Аарон, бросая немного хлеба в тостер. Эндрю понятия не имеет, как столько людей вообще помещается на кухне. — Они разве не мешали тебе спать? — Нет. Между 12 и 2 ночи — время для наушников с шумоподавлением, ты разве этого не знаешь? Нил указывает на Ники. — Послушай своего кузена. Он мудр. Ники кивает. — Очень мудр. В любом случае, если бы и мой парень жил здесь, мы были бы как кролики в… — Нил не мой парень, — вмешивается Эндрю. Это, кажется, заставляет всех замолчать. Миссия выполнена. Эндрю пытается игнорировать то, как пальцы Нила, которые рассеянно играли с волосами Эндрю во время всего этого разговора, кажется, застывают. Он отодвигает свой табурет, и рука Нила опускается. — Я опаздываю на работу. Нил хмурится. — Хорошо. Ты уверен, что… — Я в порядке. Перестань спрашивать. — Хорошо, — Нил заставляет себя улыбнуться. — Увидимся вечером. Эндрю кивает, встает и берет свой рюкзак со стойки. Остальные быстро убираются с его пути, как будто он бешеная собака, и Эндрю это нравится. Когда дверь за ним закрывается, он слышит обеспокоенный голос Ники, который он, вероятно, называет своим тихим голосом: — Что, черт возьми, это было за дерьмо? *** Эндрю с важным видом убирает стопку бумаг со стола Кевина и садится на ее место, запихивая в рот свежую никотиновую жвачку. — Люди думают, что Нил мой парень? Кевин испускает свой лучший многострадальный вздох и отрывает взгляд от компьютера, приподнимая бровь. — Нил разве не твой парень? Эндрю свирепо смотрит на него. — У меня не бывает парней. Больше нет. — Я имею в виду… — Кевин пожимает плечами. — Вы действительно живете вместе. — Он мой сосед по комнате. Один из нескольких. — Вы делите постель. Эндрю слегка отмахивается. — Там не хватает кроватей. — Что это, фанфик? Эндрю моргает, затем так громко хлопает жвачкой, что Кевин вздрагивает. — Хорошо, но вы занимаетесь сексом. Постоянно. — Секс не делает нас парнями. — Значит, ты встречаешься с другими людьми? Этот разговор идет совсем не так, как Эндрю надеялся. Он спрыгивает со стола, хватает кофейную чашку, стоящую рядом с Кевином, и выливает остатки в изящное маленькое растение в горшке, которым он так одержим. Кевин заметно вздрагивает, затем пожимает плечами. — Как скажешь. Вы, ребята, выглядите счастливыми вместе, кого волнует, что люди думают, что вы встречаетесь? Бля. — Мы выглядим счастливыми вместе? — Да. Сраженными. По уши влюбленными. Бля. — Ты ошибаешься. Мозг Эндрю, каким бы ублюдком он ни был, вызывает в воображении воспоминания о поцелуях в лоб. Киномарафоны. Гребаные крепости из подушек. Тот раз, когда Нил поскользнулся на льду, а Эндрю смеялся так сильно, что у него болели щеки. Однажды Эндрю порезал палец, готовя ужин, и порез был таким глубоким, что им пришлось ехать в отделение неотложной помощи, и Нил продекламировал всю «Принцессу-невесту» в приемной, чтобы отвлечь Эндрю от крови. Может быть, я немного люблю тебя. — Это просто пиздец… Но Кевин уже потерял интерес, читая свои электронные письма и озабоченно грызя ногти. — Конечно. Ладно. Эндрю наблюдает за ним несколько мгновений, затем протягивает руку и убирает руку Кевина ото рта. Кевин слегка вздрагивает, убирая руку. — Что? — Ты снова их грызёшь. Что случилось? — Ничего. Эндрю протягивает руку и щелкает Кевина по лбу. Он морщится. — Говори. — Господи! Прекрасно, — Кевин откидывается на спинку стула, немного раскачиваясь взад-вперёд, прежде чем продолжить. — Помнишь, вчера вечером у меня было свидание? — Смутно. Эндрю лжет. Он все утро хотел спросить об этом свидании. Его мало что интересует, но личная жизнь Кевина находится на первом месте в списке. — Мы… — он оглядывается вокруг, предположительно в поисках своего отца-тире-босса, прежде чем продолжить. — Мы переспали. Эндрю поднимает брови. — Хорошо. И что? — И они ушли сегодня утром. — Ага, — Эндрю постукивает ногтями по столу. — И когда ты говоришь «они», ты имеешь ввиду небинарного индивида или ты теперь занимаешься групповым сексом на первых свиданиях? Кевин закатывает глаза и возвращается к своему компьютеру. — Я должен прекратить рассказывать тебе такие вещи. — Это важно знать. Быть накачанным и брошенным одним человеком достаточно неловко, но целая группа людей… — Ты придурок, — он фыркает, оглядываясь через плечо. — Они были немного в ссоре, но вряд ли дело в этом. — Какой в этом смысл? Ты переспал, и они помирились. Вы оба получили то, что хотели. — Ты же знаешь, что я не такой. Я чувствую себя… странно, в этом что-то есть. Я смущён. Эндрю хмыкает. Уверенность Кевина в себе — хрупкая вещь. Он наблюдал за ним, когда они замечали друг друга в спортзале. Наблюдал, как другие парни наблюдают за ним. Пристально. Он выше шести футов ростом, стройный, мускулистый, красивый — любой в этом спортзале заплатил бы хорошие деньги, чтобы трахнуть его. Но Кевин этого не видит. В основном благодаря некоему бывшему парню, который заставил его почувствовать себя никчемным, уродливым и ничтожным. Некий бывший парень, с которым Эндрю надеется когда-нибудь снова встретиться, чтобы он мог насадить его голову на пику и предостеречь всех, кто хотел причинить Кевину вред. Не то чтобы ему было насрать. — Знаешь, ты должен ценить то, что у тебя есть. — Кевин продолжает. - Нил без ума от тебя. — Что, если я не хочу, чтобы кто-то сходил по мне с ума? Кевин поворачивается достаточно, чтобы многозначительно прищурить на него глаза, а затем снова отворачивается. — Тебе следует уйти. Ваймак следит за тобой. — Не пора ли тебе перестать называть его Ваймаком? Кевин пожимает плечами. — Я работаю над этим. Эндрю фыркает и встает, не забывая провести рукой по идеально уложенным волосам Кевина и как можно больше их растрепать, прежде чем уйти. Кевин стонет и пытается исправить это, используя отражение в своем мониторе. — Эй, Миньярд! — кто-то, чье имя недостаточно важно, чтобы его знать, звонит из-за ксерокса, когда Эндрю возвращается к своему столу. — Ты придешь в бар выпить сегодня вечером? Эндрю — потому что отдел КАДРОВ на данный момент отказался от него — лаконично отвечает, показывая средний палец. Нил: эй, НЕ парень (видимо) Нил: когда ты возвращаешься домой? Нил: думаю, ты мог бы съесть меня где-то на несколько часов Нил: если ты хочешь Нил: было бы неплохо

Прочитано: (5:54 вечера)

*** Эндрю идет в бар. Кевин этого не делает, все еще раздраженный своей попыткой нормального социального взаимодействия прошлой ночью. Бар напротив офиса агентства невероятно прост: неоновая надпись «УРА!», из динамиков доносится спокойная музыка, по вечерам в пятницу коктейли «два в одном». По какой-то причине коллеги Эндрю любят это место. Кто-то кричит, и Эндрю сразу же начинает обдумывать стратегию выхода. — Эй! — Эшли, одна из продавщиц с третьего этажа, плюхается на табурет рядом с ним. — Совсем один? Он оглядывается по сторонам, потом снова смотрит на нее. — Думаю, больше нет. — Твой парень был занят? Эндрю моргает. Эта женщина никогда не встречалась с Нилом. Никогда даже не слышал о Ниле. — Сегодня он действительно выглядел немного усталым, — продолжает она. — Хотя все ещё горячо. Разве не странно, как сильно он похож на своего отца? Эндрю снова моргает, и она ахает. — О боже, прости! Я уже не в себе! — Кевин не мой парень. — О! — Она выглядит смущенной. Во всяком случае, так смущенно, как только могут выглядеть пьяные придурки. — Я думала, ты гей! О боже мой. — Я гей, — сухо говорит Эндрю. — Кевин не мой парень. Она морщится, берет свой напиток и что-то бормочет себе под нос, прежде чем скрыться, чтобы позлить кого-нибудь еще. Эндрю подпрыгивает, когда его телефон снова жужжит в кармане. Нил: дрюююю? Нил: скучаю по тебе Нил: в самом веселом смысле

Прочитано: (9:36 вечера)

-Ого, ничего себе. Эндрю отрывает взгляд от телефона, когда кто-то тихо хихикает, прислонившись к барной стойке рядом с ним. — Тебя кто-то беспокоит? — Прошу прощения? Этот парень определенно не коллега по работе. Эндрю оглядывает его с ног до головы, оценивая ситуацию. Он блондин. Примерно пять футов семь дюймов. Он выглядит как спортсмен. Стоковая фотография горячего парня. — Твой телефон, — продолжает Стоковая фотография. — У тебя был такой вид, будто ты хотел швырнуть его в стену. Эндрю блокирует свой телефон, кладет его обратно в карман и наклоняет голову. -И что? — Я Дэмиен, — Стоковая фотография — уже Дэмиен — протягивает руку. — Приятно познакомиться с тобой. Раньше Эндрю был хорош в этом. Парни в барах. Он позволял парню угостить его выпивкой, отвести на задний двор, и у него подгинались колени. Он смотрит на протянутую руку Дэмиена. Может быть, я немного люблю тебя. Он снова смотрит на него. — Хочешь, чтобы я отсосал тебе? Глаза Дэмиена расширяются. — Я… я имел в виду, я собирался угостить тебя выпивкой, но… — У меня уже есть выпивка. Ты либо хочешь минет, либо нет. — Я имею в виду… — Дэмиен прочищает горло. Очевидно, он не ожидал, что это будет так просто. — Если ты предлагаешь. Эндрю оглядывает бар — его коллеги уже бросили его, чтобы пробиться к жалкому подобию танцпола этого заведения. В поле зрения нет никого из его знакомых. Он допивает свой напиток, затем встает, хватая Дэмиена за запястье. — Давай. Эндрю приходится встать на цыпочки, чтобы поцеловать этого парня. Он к этому привык. Дэмиен на вкус как барная закуска, а пахнет спортивным дезодорантом, которым все крысы из спортзала брызгаются в раздевалке. Он хорошо целуется. Немного болтливый. Его руки отваживаются дотянуться до задницы Эндрю — Эндрю хватает его за запястья, прежде чем они успевают добраться, и сжимает их так сильно, что Дэмиен пищит, отрывая свой рот от рта Эндрю. — Ой! Ладно! Господи… — Не трогай. — Хорошо. Эндрю отталкивает его назад, пока тот не ударяется о стену переулка, и Дэмиен слегка хмыкает, прикусив губу. — Что насчёт шеи? — Что насчет этого? — Я хочу поцеловать её. Эндрю закатывает глаза. — Займись этим. Эндрю грубо расстегивает ширинку Дэмиена, наклоняя голову, чтобы дать ему больше доступа, когда он наклоняется и начинает грубо целовать и лизать шею Эндрю. Эндрю вздрагивает, затем тянет Дэмиена за пояс, бесцеремонно стаскивая с него штаны и нижнее белье, пока его наполовину твердый член не высвобождается. Он опускает на него взгляд. В этом нет ничего особенного. И тогда он начинает задаваться вопросом — что делает член особенным? Является ли Нил особенно хорошим членом? То, как он помещается в его руке? Его рот? Является ли Эндрю особенным? Может быть. Если это может заставить Нила кончить три раза за один… Дэмиен впивается зубами в шею Эндрю. — Черт, — Эндрю поднимает глаза, отталкивая его. — Что ты делаешь? — Привлекаю твое внимание, — говорит Дэмиен с самодовольной ухмылкой на лице. — Ты собирался сосать его или просто пялиться на него весь вечер? Эндрю свирепо смотрит на него. Он не хочет этого. Он не хочет подшучивать. Это не то, что сейчас происходит. Его так и подмывает засунуть член этого парня обратно в штаны. Забудь обо всем этом. Но… к черту все это. Сейчас он здесь. Он падает на колени, прижимая Дэмиена к стене руками за бедра, и берет его в рот. Дэмиен ахает, его руки тянутся, чтобы коснуться плеч Эндрю, затем он вспоминает инструкции, которые ему дали в последнюю секунду, и вместо этого скребётся по кирпичной стене позади него. — Черт, — выдыхает он. — Срань господня! Эндрю знает, что у него это хорошо получается. Знает, что это его фишка. Он слегка качает головой, чувствует, как Дэмиен становится еще тверже, и заглатывает его глубже. Пытается очистить свой мозг от чего-либо еще, кроме того, чтобы заставить этого мудака развалиться на части. Прислушивается к звукам, которые он издает, чувствует, как дрожат мышцы его бедер. Он зажмуривается и яростно пытается не думать о том, как Нил проводит рукой по его волосам всякий раз, когда Эндрю делает это. Как он шипит, когда Эндрю прижимается языком к чувствительному месту под головкой его члена. Как он повторяет его имя, когда приближается к цели. «Дрю, Дрю. Черт возьми, Дрю, я…» — Я собираюсь кончить, — выдыхает Дэмиен, и глаза Эндрю распахиваются. Он внезапно отстраняется, отступая, и Дэмиен ахает от удивления, быстро обхватывая рукой свой член, когда он беспорядочно кончает на пол переулка. — Ох! Черт! Он тяжело дышит, когда заканчивает, его голова с глухим стуком откидывается на кирпичную стену. Эндрю встает, отряхивает пыль с коленей и вытирает рот тыльной стороной ладони. Дэмиен свирепо смотрит на него, заправляя свой уже вялый член обратно в штаны и натягивая их. — В чем, черт возьми, твоя проблема? Эндрю пристально смотрит. — Я отсосал тебе, не так ли? Дэмиен закатывает глаза, делая глубокий вдох. — Ты хочешь— — Уходи. — Господи, да с радостью! Он топает обратно в бар, качая головой. Эндрю смотрит ему вслед, смотрит на беспорядок на полу, затем вздрагивает. Он достает телефон из кармана и открывает сообщение от Нила, на несколько мгновений зависает над клавиатурой, затем набирает: «Ты еще не спишь?» Он смотрит на него пару секунд, чувствует, что вкус все еще остается во рту, затем удаляет его.