Октябрь в писательском кресле

Град — вид ливневых осадков в виде частиц льда преимущественно округлой формы (градин).

Над Лондоном шел огненный град. Рушились Небеса. Ангелы падали на Англию. Новостные каналы и соцсети захлебывались от восторга, выкладывая видео и комментируя редчайшее в этих широтах атмосферное явление. Более того - уникальное, потому что наблюдалось повсюду, во всех странах и на всех континентах. Но мудрые, о, мудрые Просвещенные знали, что происходит на самом деле. И когда на следующий день градом посыпались сообщения о том, что люди просто взрывались изнутри без видимых причин, одного из ангелов удалось захватить живым. Благодаря случайности - мелкая небесная сошка с пышным именем Аранаэль избрал своим сосудом такого же маленького человечка – одну из техников лаборатории по изучению негуманоидных сущностей. До сих пор лаборатория работала, в основном, с демонами. Иногда - с монстрами, не имеющими человекоподобной формы. И сотрудники, привыкшие иметь дело с демоническими сосудами, немедленно поняли, что именно с техником не так. Девушку, заговорившую цитатами из Библии и испуганно таращившуюся по сторонам, Просвещенные изолировали и допросили. Довольно ласково. И выяснили много любопытного. Ангелы были испуганы. Ангелы были растеряны. Большинство из них никогда не покидало Небеса и не сталкивалось с людьми. Те души, что содержались в запертых ячейках индивидуальных райков – не в счет. Ангелы метались по земле в поисках подходящих сосудов, но лишь немногие праведники могли принять в себя ангельскую сущность без вреда для себя. И ангелам очень нужна была помощь. И тогда британские Просвещенные нашли способ помочь ангелам, лишившимся дома и крова. Аранаэль по «ангельскому радио» призвал своих сестер и братьев, нуждающихся в в помощи и сосуде, в штаб-квартиру ордена Просвещенных. И там их с распростертыми объятиями и благодарной молитвой ждали вызвавшиеся добровольно сосуды. Благочестивые помыслами, чистые душой, здоровые телом, дополнительно укрепленным с помощью заклинаний енохианской магии. И лишь когда ангелы заняли так великодушно предоставленные им вместилища – поняли, что укрепляющие заклятия служили оковами и сосуды стали тюрьмами. Ангелы не могли покинуть их и не могли противиться приказам, которые отдавали Просвещенные. Пять десятков ангелов были пленены, и последующие годы им пришлось служить британским Просвещенным. К ним привыкли и воспринимали их как нечто среднее между рабами и домашними питомцами, не затрудняясь запоминанием их сложных имен. Порой давали «человеческие» имена, чаще обходились безликим «эй, пернатый». И когда мистер Кетч после своего эффектного появления видит, как ангел в дурацком плащике лейтенанта Коломбо недоуменно рассматривает взорвавшийся автомобиль ФБР, он не удивляется, что американским охотникам тоже пришла мысль обзавестись ручным ангелом. - Пернатый, сотри им память, - бросает он между делом, направляясь к тем, кого до этого видел лишь на фотографиях в досье. И снисходительно улыбается, когда возмущенный ангел говорит, что у него есть имя. Кастиэль. Это имя немедленно вылетает из памяти мистера Кетча. Хочется американцам делать вид, что ручной ангел им ровня - их дело, пусть развлекаются игрой в равенство и братство. С тех пор, с самой первой секунды знакомства Кастиэль терпеть не может Кетча. Даже когда тот всеми силами старается доказать свою полезность. Даже, когда Дин и Сэм отправляются выручать его и Чарли из плена. Даже когда Кетч приходит им на помощь с вырвавшимися из разлома призраками. Пять десятков его собратьев все еще в плену и ангелам так и не удается освободить их. Да и пленники, похоже, свыклись со своим положением – они так и не узнали, что такое свобода и она им не нужна. А на Небеса им нет пути.