fire dragon

Зардеть — покраснеть. Голдеть — шумно разговаривать. Лежать под святыми — под иконы на лавку клали покойника. Журливый — ворчливый.

✧✿☆

Соленые дорожки от прозрачных, холодных хрустальных капель застыли и неприятно стягивали кожу прекрасного лица. Маг не смел пошевелиться, чтобы не потревожить изнеможенное тело юноши. Чонгук все ещё крепко сжимал руку Тэ и спал, накрытый теплым одеялом. Тэхен поглаживал выступающие косточки на руке и погружался в свои думы, предполагая, что же все-таки скрывает от него Гук. Пока он сам не расскажет, нет смысла нагружать себя лишними мыслями. — Чонгук, ты так напугал меня, — прошептал маг, поглаживая большую руку юноши в своей ладони. — Мы едва знакомы, но я так привязался к тебе, — и на глазах снова слезы, а в голове момент, когда юноша ревел от боли, пока его кости ломались. Юнги сказал, что конечности восстановятся уже к утру, потому что Чонгук имеет невообразимо огромную силу, которая как сломала его, так и восстановит. — Прости, — раздался в комнате знакомый шепот, — я не хотел тебя пугать, — Чонгук медленно раскрывает тяжёлые веки и устремляет усталый взгляд на Тэхена, который от неожиданности аж подпрыгивает, пытаясь высвободить свою ладонь. Но Гук не даёт этого сделать, сжимая ее крепче. — Я могу все тебе рассказать прямо сейчас, — хрипловатый голос юноши проникает в самое нутро, забирая остатки хоть какого-то здравого смысла. — Поведаешь мне все, как только восстановишься, а пока спи, тебе нужны силы, — Тэхен в ответ сильнее сжал теплую ладонь, со всей нежностью смотря на измученного парня. Смотрел в глаза и не видел в них яркого блеска. Раньше в них можно было увидеть созвездия, мир, галактику, целую вселенную, а сейчас только боль и усталость. Внутри что-то неприятно ёкнуло от такого нездорового вида всегда активного юноши, а на глазах вновь эти проклятые ручьи из слез. Тэ закрыл глаза, морщась от противных ощущений внутри себя. Несколько секунд и маг чувствует что-то теплое на своей щеке. Горячие пальцы Чонгука медленно касаются его скулы, обводя контур профиля, обжигают медовую кожу. Внутри воспламеняется огонек и растворяется уже до боли родным теплом, что помогает Тэхену расслабиться и прильнуть ближе к теплой ладони, покрывающей его щеку касаниями. Пока все тело Тэ расслаблялось, он успел заметить, что кажется, конечности Гука начали восстанавливаться, раз он мог протянуть руку. И это удивляло, ведь такая быстрая регенерация никому не была под силу, даже сильнейшим магам. — Прости, — снова прошептал Гук, поглаживая щеку, раскрасневшегося рядом мага. — Пожалуйста, ляг рядом, тебе нужно поспать, — дрожащим, все ещё хриплым голосом попросил парень. — Я не смогу превратиться в твоего малыша, — а у Тэ от этих слов сердце сжалось, то ли от боли, то ли от слишком приятного чувства. Почему-то захотелось ответить, что Чонгук и есть его малыш, но маг воздержался. Сначала Тэхен немного помешкался, взвешивая все за и против. В комнате одна небольшая кровать, спать на полу не вариант, а Гук не сможет вернуться в облик ящерки из-за сломанных и не до конца восстановленных конечностей, поэтому его просьба весьма логична. Тэ аккуратно перелез через юношу и устроился возле стены, почти вжимаясь в нее, чтобы парню было удобнее. Но Чонгук кажется, почувствовал это, поэтому медленно с шипением и кряхтение повернулся на бок, прямо лицом к магу и одним лёгким движением притянул его за талию к себе, чтобы тот расположился поудобнее. Гук руку убрал моментально, но такой незамысловатый жест заставил Тэхена сильно зардеть*, и уже пунцовые щеки гореть ярким пламенем, внутри появилось приятное чувство, а сердце забилось быстрее. Маг свалил это на то, что внутри него все ещё в неспокойствии находилась энергия Чонгука.

✧✿☆

Комната погрузилась во мрак, но двое магов в ней не спали из-за одного надоедливого мальчишки. Чимин лежал на кровати и голдел*, задавая слишком уж много вопросов старшему, который устроился на деревянном полу. Водный маг предлагал Юнги поменяться местами, но старший отказался, уступив место молодому парню, хотя сам уже сотню раз пожалел об этом. На полу было неудобно, слишком жёстко, от чего все конечности ломило, а голова болела от сильной нагрузки. — Так, что вы будете делать с Чонгуком? — не унимался Чимин. — Я натравлю на него злых духов, чтобы они забрали его душу, и он лежал под святыми*, — раздражённо выпалил Юнги. — Но, Юнги, он же наш друг, — испуганно выдал парень. — Чимин, если ты не заткнешься, то под святыми окажешься ты, — грубо произнес старший. — Ладно, журливый* маг, пора спать, — огрызался в ответ младший. — Никакого уважения к старшим, — ворчал Юнги, полностью оправдывая слова парня. — Идем спать ко мне, места хватит, я же вижу, как ты страдаешь, — умоляет Чимин, а сам весь трясется от волнения, что может оказаться в кровати с давно баженым магом, но отгоняет эти мысли, потому что это невозможно? Младший правда думал, что этого не случится, но слишком уж страдающий Юнги уже лежал рядом, спиной к юноше. У Чимина сердце замерло, а он сам перестал дышать, как только почувствовал энергию тела рядом с собой. Его собственная водная сила рвалась наружу к земной, стараясь объединиться. Но также нельзя, Юнги не позволит, это же слишком интимный и важный процесс. Но ведь Гук и Тэ уже обменялись энергиями и сплелись душами. Только вот у этих чудных все произошло слишком странно и вообще случайно. Тэхен просто не смог устоять перед сильнейшей энергией Чонгука. А Чимин хотел по-настоящему, чтобы это было результатом открытых чувств, доказательством крепкой любви. — Угомони свою силу, она не даёт мне спать, — пробурчал полусонным голосом маг, тем самым, вытащил младшего из своих дум. Чимин покраснел, пытаясь контролировать столь сильный поток своей энергии. Она не слушалась, будто вообще пыталась покинуть тело хозяина. Младшему было тревожно и неспокойно, приносить Юнги дискомфорт совершенно не хотелось, поэтому он как можно сильнее зажмурил глаза, вдохнул приятный запах старшего мага с нотками мяты и расслабившись уснул, представляя, как обнимает Юнги прямо поперек живота и зарывается личиком в чёрно-белые волосы. Но он и не догадывался, что во сне действительно прижмется к старшему магу вплотную, обнимет того за талию и зароется маленьким носиком в черно-белую копну волос на затылке, а Юнги его не оттолкнет, не потому что крепко спит и ничего не чувствует, а потому что приятно ощущать младшего рядом с собой.

✧✿☆

Утро началось с допроса. Юнги вломился к ещё не восстановившемуся Чонгуку и разбудил его огромным потоком неспокойствия и волнения. Тэхен сидел рядом и кажется, чувствовал себя ещё хуже, чем Гук. Старший маг объяснил это тем, что Тэ ночью отдал Чонгуку часть своей энергии, которой и так было не очень-то и много. Чтобы полностью восстановиться необходимо провести время в компании сугробов около трёх дней. Тэ было невероятно интересно, а самое главное необходимо знать, что же за проклятие мучает Гука, но в таком состоянии он не мог воспринимать никакую информацию. Поэтому Юнги выставил его обнаженным за дверь и приказал набираться сил в компании Чимина. Юнги на Гука не напирал, захочет —сам расскажет. И Чонгук рассказывает, ведь старший маг уже о многом догадался, возможно поможет ему собраться с мыслями и подскажет, что делать. Юнги не меняет эмоций, пока слушает рассказ парня, а внутри на самом деле целый спектр прожигающих его чувств. Несколько сотен тысяч лет назад ведьмы и драконы были заклятыми врагами. Драконы имели целые города и поселения. Кто-то жил среди людей и полностью отказывался от своей сущности, кто-то жил в городах с драконами в человеческом обличии, лишь иногда обращаясь в огромных существ, кто-то предпочитал провести всю свою жизнь в своем естественном теле. Ведьмы не могли терпеть могущество и властность этих "тварей", поэтому почти весь род был уничтожен. Существовало огромное количество видов чонгукуподобных: водные, пещерные, земляные, огненные. Чонгук относится к последним — самым могущественным и сильным. В то время развязалась война, которая погубила огромное количество существ. Многие драконы были убиты руками ведьм, а некоторые прокляты и обречены на мучения. Но каждый из проклятых драконов имеет свое личное проклятие, и есть те, кто смогли вернуть свою сущность, а такие, как Чонгук все ещё страдают в муках. Но с появлением молодого мага в его жизни, появился шанс вернуть прежнюю силу и могущество, снова обрести свою мудрость и встретиться с внутренней энергией и гармонией. Тэхен — его последняя надежда. Юнги вдумчиво внимал каждое чонгуково слово. Все знали, что драконы существовали и до сих пор существуют, но никто и не догадывался, что несколько тысяч лет назад развязалась судьбоносная война, которая уничтожила самых могущественных существ этого мира. Их осталось всего единицы. — Есть поселение, где живёт дракон, который смог вернуть свою сущность, — говорит Чонгук. — Но ты до сих пор не отправился туда, потому что ждал такого, как Тэхен, — утверждает Юнги и знает, что прав. — Да, — чуть слышно соглашается парень. — Я позову Тэ, думаю, вам есть о чем поговорить, — Юнги чуть улыбается уголками губ. — Объясни ему все, он обязательно поможет тебе, — старший маг поглаживает Гука по плечу, а тот как-то грустно улыбается в ответ.

✧✿☆

Юнги выходит из комнаты и спускается вниз, проходит мимо Хосока, который все ещё спит и усмехается, его друг даже после женитьбы не поменялся. Старший здоровается с Адель, которая что-то готовит на кухне и заходит в гостевую комнату, где видит Чимина, который сидит в кресле, пьет что-то вроде чая и смотрит на камин. Юнги садится в кресло рядом с парнем и устремляет свой взор на огонь в камине, обдумывая все, что рассказал ему Чонгук. Гук — огненный дракон, самое могущественное существо в мире, возможно остался единственным живым в своем роде. Юнги его силу и мощь издалека чувствует, она давит и заставляет подчиниться, склонить голову перед огромным могуществом. Но из-за проклятия его энергия сейчас действует намного меньше, в драконьем обличии она в разы больше уничтожает и подчиняет. — Иди позови Тэхена, не хочу видеть его голую задницу, — Юнги поворачивается и смотрит на Чимина, который даже внимание на него не обращает. Взор падает на белоснежные волосы, странно, что именно у него они белые, а у Тэ голубые, на длинные черные ресницы, аккуратный маленький милый носик-пипочку и пухлые, неописуемо красивые бледно-розовые губы. Юнги восхищается идеальным профилем и даже не замечает человека позади себя. — Я уже давно одетый, — возмущается снежный маг, смотря на старшего сверху вниз. Чимин и Юнги отвлекаются на звук и обращают внимание на Тэ, что хмурит брови, стоя прямо "над душой" старшего. — Тэхен, не знаю готов ты или нет, но ты должен помочь, — моментально начинает Юнги. — Именно ты тот, кто сможет уменьшить его страдания, ты тот, кто нужен ему. — Почему именно я? — снежный маг интересуется, но уже заранее догадывается каков будет ответ. После того, как он лицезрел его мучения, то принял решение помочь Чонгуку, который медленно закрадывается в самое сердце мага. — Иди к нему, он сам расскажет, — земной маг поднимается с кресла и направляется в сторону выхода из дома. Старший выходит на улицу и вдыхает морозную утреннюю свежесть. Лёгкий морозец обжигает кожу на щеках и носу, оставляя красные морозные ожоги. Юнги проходит чуть дальше от дома и замирает, наслаждаясь видом гор. Вокруг снег переливается блеском от утреннего солнца, которое выходит из-за гор. На улице очень холодно, но тело расслабляется в окружении такой красоты. Приятное одиночество нарушает тот, чьи шаги становится слышно совсем близко. Скрип снега под весом человека приятно бьёт в уши и почему-то расслабляет ещё больше. Рядом останавливается Чимин, который кротко, посмотрев на старшего мага, устремил свой взор на незабываемый вид перед ним. Горы кажутся чем-то фантастически-прекрасным, радуют глаз и греют сердце своим холодом. Так уютно, красиво и комфортно от одного только вида и человека, который стоит рядом и будоражит чувства. Юнги завороженно смотрит на природную фантастику, пока маг рядом с ним не шмыгает носом. Старший переводит взгляд на Чимина и замечает морозец на его щеках и носу, который отображается нежным румянцем на коже, ресницы заледенели и теперь стали белыми, нежно розовые губы темнее чем обычно, а тело и вовсе мелко дрожит. Тогда Юнги замечает, что младший стоит в одной рубахе. Чимин боялся потерять старшего из виду, поэтому выбежал на улицу в том, в чем ходил дома, даже пуховик не накинул. Очень хотелось прогуляться со старшим магом и насладиться его обществом. Рядом с Юнги сердце заходится, душа покидает тело, волнение накрывает с головой, также как и приятное чувство любви, жаль, что безответной. Что-то внутри старшего неприятно колит, когда он видит, как Чимин трясется от холода. Он не задумываясь снимает с себя пуховик и накидывает на плечи младшего. Чимин распахивает глаза и устремляет взор на земного мага, который возмущённо сдвигает брови к переносице, явно недовольный тем, что водный маг так безответственно относится к своему здоровью. — Когда Тэхен уедет, кто тебя будет лечить? — грубо задаёт вопрос Юнги, у которого внутри ярость только больше увеличивается, наполняя нутро. Злость на мальчишку рядом так и просится наружу, хочется отчитать Чимина за его безрассудство. Но почему Юнги так волнуется о его здоровье? — Как уедет? — взволнованно спрашивает младший, заворачиваясь в большой теплый пуховик. — Мы вернёмся домой, а Тэ и Гуку предстоит отправиться в одно место, я предполагаю, на большой период времени, — Юнги тяжело выдыхает, заранее догадываясь сколько трудностей и испытаний ждёт Чонгука и Тэхена. — Им необходимо решить много проблем. Чимин утыкается маленьким носиком в воротник пуховика, вдыхает баженый запах старшего, пытаясь скрыть слезы, которые подступают к глазам. Юноша понимает, что у Чонгука проблемы, которые срочно надо решить, но новость о том, что им придется уехать бьёт в самое сердце, оставляя кровоподтёк, который теперь будет неприятно ныть. Как бы Чимин не пытался сдерживаться, хрустальные холодные капли все равно льются из глаз, прокладывая соленые дорожки на щеках и прячутся в воротнике пуховика, оставляя мокрые следы. Юнги, который все это время не отрывал взгляд от парня замечает моментально изменившееся настроение мага, а выступившие слезы из красивых океанических глаз делают старшему больно. Юнги понимает, что Чимин Тэхеном живёт, они одно целое, они неразделимы. —Я же без него и одного дня не проживу, — дрожащим голосом произносит Чимин, сильнее зарывается в воротник и с громким звуком втягивает успокаивающий аромат. — Кто же будет рядом со мной? — водный маг задаёт вопрос сам себе. Он действительно не проживет без Тэ и дня, за Чимином, как за ребенком глаз да глаз нужен. — Я буду рядом с тобой, — неожиданно для самого себя и для Чимина еле слышно говорит Юнги, все ещё не отрывая взор от нежного и такого хрупкого мага перед ним. Парнишка поднимает влажный, красный от слез взгляд и устремляет свои ледяные океанические глаза прямо на Юнги. Старший тонет в глубоком океане, который утягивает на дно, а младший утопает в тьме магических глаз, которые поглощают его душу, забирают сердце, его чувства, которые накрывают с головы до ног. Взгляд глаза в глаза, сердца бьются в унисон, а дыхание сбито. Медленно умирают друг в друге. Чимин даёт себе слабину и поддается вперёд, обнимая подрагивающего то ли от холода, то ли от переполняющих его чувств Юнги. Старший ловит ступор и сначала напрягается, но быстро расслабляется, когда чувствует, как маленькие пальчики младшего комкают его рубаху на пояснице, а сам водный маг начинает плакать ещё сильнее. Юнги вдруг становится смешно с реакции Чимина на обычную временную разлуку с Тэхеном, поэтому он тихо смеётся и прижимает младшего к себе, зарываясь длинными венистыми пальцами в белоснежные шелковистые волосы. Баженые Чимином пальцы перебирают волнистые локоны, а водный маг в руках обмякает, шмыгая маленьким милым носиком. Мальчишка тонет, тонет и тонет. С каждым своим вздохом умирает в руках старшего мага, которого так давно желает. В его объятиях тепло, комфортно и уютно. Внутри все органы узлом связаны, а сердце из груди выпрыгивает и кажется, его стук слышит даже сам Юнги, который расслабленно и нежно перебирает копну белых волос на затылке. Чимин задыхается, не имея возможности вдохнуть воздух, потому что Юнги его перекрыл своими прикосновениями. Собственная энергия внутри ликует, чувствуя, как в медленном танце она кружит с энергией Юнги? Не может быть! Так нельзя! Он это не контролирует! Они не должны связаться, не должны переплестись и объединиться! Чимин в панике пытается отодвинуться, но Юнги только сильнее притягивает его к себе. Старший сходит с ума. В голове никаких мыслей, кроме чувств, которые вдруг накрыли огромной океанической волной, которую он видит каждый раз, когда смотрит в глаза водного мага. Юнги вдруг отдается, спустя столько времени открывается. Старший давно знал о том, что милый импульсивный малыш, друг сильного снежного мага, медленно погибает от безответной любви, не смея даже признаваться в чувствах. Чимин много лет просто наблюдал издалека, наслаждаясь небольшими диалогами и мимолётным взглядами друг на друга и вздыхал, не мечтая ни о чем большем. А старший все знал, замечал и чувствовал, но не мог позволить овладеть его телом и равнодушной ко всему душой и давно забытыми чувствами. Но его энергия, его сила прямо сейчас требует любви, требует чувств одного человека, который сможет подарить искренность, которую так не хватает. Юнги и сам много лет страдал, прятался, притворяясь равнодушным, но сердце не обманешь, а уж тем более собственную энергию, которая предательски, наплевав на всю бессердечность и безразличность, за которой Юнги скрывается, сейчас объединяется с чужой энергией, которая скоро станет роднее собственной. Старший это не контролирует, но не смеет противиться, потому что прижимать подрагивающее тело Чимина к себе нравится, нравится получать эйфорию от того, как водная энергия младшего сейчас соединяется с его собственной, создавая зеленый росток. Нравится смотреть на Чимина, слушать его болтовню, даже нравится раздражаться от его чрезмерной активности. Младший никогда не замечал, но Юнги и сам засматривался на него, постоянно думал, засыпая с мыслями о водном великолепии, его сердце тоже разрывалось на части от вида милого творения, тело дрожало стоило хоть издалека услышать нежный певчий голос. Земной маг неосознанно сдался, сам, не понимая, как это произошло. Сотни лет жизни без чувств, в одиночестве и безразличии, пока на окраине леса не поселился милый водный маг, который дико раздражал, но и так же был невыносимо желаем. Юнги страшно было впускать внутрь то самое чувство, которое когда-то погубило его и сделало чёрствым. Но его сила и энергия Чимина, которые сейчас переплелись в душах двух магов способны разорвать все цепи и предотвратить все препятствия, которые закрывают Юнги от любопытного, давно любимого мальчишки. Юнги приходит в себя, все ещё поглаживая переполненного чувствами парня в своих руках и осознает, что только что произошло. С каких пор энергии соединяются отдельно от желания и разума своих хозяев? Как так получилось, что Юнги не смог контролировать свою силу и допустил ее связь с энергией другого мага? Но думы старшего приходят к выводу, что он не жалеет, что дал слабину. Может все произошло слишком быстро, но им предстоит ещё огромная работа, прежде чем полностью открыться друг другу. Но объединенная энергия никак не влияет на появление внутри душ чувства любви. Поэтому Чимин только напрягается, осознавая, что Юнги позволил их энергиям объединиться, но не учел тот факт, что у их натянутого общения есть огромные проблемы. Эта проблема — односторонняя и безответная любовь Чимина. Так думает водный маг, не подозревая, что старший, который все ещё не выпускает его из своих объятий чувствует тоже самое, только боится снова потерять себя, отдавшись чувству любви, которое когда-то давно принесло ему огромные страдания.