Кровавый рассвет с любовью

Любить друга? Да. Особенно когда от него всегда веет весной и ромашковым полем с ярким солнцем. И когда у него невероятной красоты глаза, в которые хочется смотреть вечно, не отрываясь. Снег в океане. Именно так можно описать голубой цвет доброго омеги, а их владелец хитрый, острый на язык парень двадцати двух лет. Альфа, который думает, что влюблен, - его сосед по квартире, и мыслит он всегда только об этом омеге. Конечно, дружить теперь не хочется, хочется, наконец, поцеловать, прикасаться и вдыхать приятный аромат Арсения. — Арс, ты идёшь? — кричит Антон, стоя уже в обуви и верхней одежде. Он вздыхает и ждёт, когда же омега соизволит выйти, кружась до этого перед зеркалом. — Секунду! — слышится из спальни, а альфа только облокачивается о стену, опустив голову. Арсений всегда заботился о своём внешнем виде, потому-то его хотели все без исключения, и только Антон желает сделать этого омежку своим навсегда, пропуская мимо мысли о пошлости, ведь просто хочется защищать его и держать около себя. — Если ты сейчас не выйдешь, то я уйду и ты будешь добираться один! — вскипает альфа, потому что становится жарко в куртке. Попов выбегает и тормозит перед альфой, глазея большими кристаллами. — И ради этого тебя стоило так долго ждать? — ухмыляется и проводит визуальный контроль, подмечая, что в этих джинсах, белой футболке и мягкой куртке, Арсений выглядит сногсшибательно. Он понимает, что и сегодня придётся слушать разговоры своих «друзей» об этом сексуальном омеге. — Я не мог понять, нравится мне или нет, — как ребёнок, отвечает Арсений, сделав виноватый вид. Захотелось крепко обнять этого котёнка и не отпускать никуда, дыша только весной. — Арсень, я тебе уже говорил, тебе идёт все и ты нравишься всем, — выдох. — И да, ты выглядишь ахуенно. — Спасибо, — застенчивая улыбка. Он надевает кроссовки, берет рюкзак, повернувшись к альфе, который хочет скорее покинуть квартиру. — Слава богу! Идём уже, — берет за руку Антон омегу, открывая дверь. Он не опускает никогда возможности лишний раз прикоснуться к соседу, потому раз за разом привыкает к нежной коже. Они выходят на улицу и Шастун-таки отпускает омежку, шагая все равно рядом. До ВУЗа топать почти двадцать минут, за которые они всегда говорят о чем-нибудь, а альфа утопает в прекрасном голосе. Арсений — тихий омега, который смог открыться только этому альфе, лучшему другу-омеге-Матвиенко и его парню-альфе-Позову. Эта компания часто проводит время вместе, в то время как Антон поглядывает на невероятного Арсения, чей мир так прекрасен. Поле — безграничное мышление омеги, а ромашки — нежность, как эти цветы, кажется, что простые, но на самом деле восхитительные и любимые. Их уже ожидают друзья: Димка и Серёга. Альфа чувствует, как некоторые посторонние омеги выпускают свои феромоны для него, но все они противны и неестественны, потому что никто не знает о влюбленности Антона в омегу рядышком. — И где вы ходите? Звонок через десять минут, — высказывает недовольство Дима, когда те подошли к ним. — Из-за меня опоздали, проспал, — быстро отвечает альфа, чтобы не винить во всем омежку, что разомкнул губы, желая что-то сказать до этого. — До поздна в интернете лазил. — Ладно, — вздыхает Позов, притянув к себе своего омегу, которого любит, и любим тем в ответ. Антон завидовал этой искренней и чистой любви, ведь видно как они смотрят друг на друга и улыбаются. Хотел бы Шастун такой любви. — Тут Ирка недавно была, кажется, тебя искала. Ира не нравится Антону, она проста и совершенно не интересна ему, как спутница жизни. Ира - омега, но, тем не менее, не привлекает внимание альфы своим запахом. Её можно считать лишь подругой, хорошим человеком, но никак не объектом обожания Антона. Арсений, что стоит рядом со своим соседом, поднимает на него голову, ожидая реакции. — Ну, и пусть. Она мне не нравится, да и есть у меня уже тот, от кого я схожу с ума, — хмыкает альфа, смотря в глаза Позова, передавая глазами образ обожания. Попов сглатывает и глядит в глаза лучшего друга, поджимая губы. Его сердце начинает биться сильнее, а запах ромашкового поля становится ярче и обильнее, что чувствует Антон и Дима, но второй не ведётся на феромоны омег, ведь у него есть свой, истинный и любимый. — Арсень, идём. Альфа берет за руку омежку, кинув лучшему другу, что придут ко звонку. Первый готов дышать этой весной, не нуждаясь в кислороде. Он чувствует напряжение Арсения всегда, когда тот начинает волноваться или грустить. Сейчас омега волнуется и поддаётся сильному Антону. — Арс, ну, что с тобой? — выдыхает альфа, приведя того к тихому месту. — Всё хорошо, — но что-то все равно тревожит. — Просто вспомнилось кое-что. — Не ври, — делает Шастун полшага вперёд. — Я знаю, что тебя тревожит что-то, а ты скрываешь. Арсений тихо вздыхает, слыша отчётливо запах родникового источника и долголетних деревьев. Ему нравятся эти ароматы, которые отравляют молодой организм каждый день и ночь. — Ты говорил про Иру... Она тебе, правда, не нравится? — с мольбой в глазах смотрит омега, выглядя настоящим котёнком. — Правда. Она мне не нужна, — улыбается альфа, лёгкими движение притянув своего омегу к себе и прижав близко к сердцу. Он утыкается кончиком носа в тёмную макушку, закрывая глаза. Спокойствие и весна. Ромашки и солнце. Как прекрасно, воодушевленно и незаменимо. Попов часто интересуется личной жизнью соседа, ведь так хорошо становится на душе только с этим альфой. Нравится и когда тот обнимает, даря свое тепло и приятный запах. Все годы, за которые они знакомы, парни дышат друг другом с первого дня знакомства. Пусть у этого альфы вспыльчивый характер, и он может быть резок, но у омеги черты личности такие, что можно сгладить все углы и жить в спокойствии. Но покоя не даёт одно, что должно быть скрыто и не выведено в свет в ближайшее время.

***

Чтобы Антон не был голодным, омега всегда кормит, готовя так, что тот чуть ли пальцы не облизывает. Так и сейчас. Арсений стоит спиной к Шастуну, что испепеляет взглядом идеальную фигуру соседа, желая провести тыльной стороной ладони по лопаткам и позвоночнику, чтобы у того мурашки по коже побежали. Арсений настолько увлёкся приготовлением ужина, что пугается, повернувшись. — Антон! — вздрагивает омега, нарисовав улыбку на лице Шастуна, который делает несколько шагов навстречу. — У меня так инфаркт будет. — Нет, я хочу, чтобы ты жил, — останавливается альфа у окна, оперевшись бёдрами о подоконник. — Со мной, — одними губами поговаривает он. — Садись за стол, — спустя с десяток секунд выдаёт Попов, поглазев на соседа. Он быстро поворачивается к плите, хватая две тарелки. Накладывает в одну посуду картофельное пюре и жареное мясо, а в другую только первое наименование. Антон уже сидит за столом, подперев подбородок ладонью, и улыбается глупо. — А себе? — видит альфа лишь в своей тарелке мясо, а после поднимает голову на соседа. — Я не хочу. А ты кушай, ты любишь такое, — заботливо говорит омега, присаживаясь напротив альфы, пряча глаза. — Арс, что с тобой? Я понимаю, ты устал, но в последнее время ты странно реагируешь на мои вопросы, — Шастун давно заметил, что с Арсением творится что-то неладное, но не закидывал вопросами, зная, что тот все равно уйдёт от темы. — Со мной все в порядке, я же говорил, — вздыхает мальчишка, смотря устало на того. — Я знаю, ты врёшь. Но если не хочешь говорить, то не будем об этом, — принимается Шастун за еду, уважая решение Арсения не говорить о том, что тревожит. Они, молча, ужинают и думают друг о друге. Альфе не нравится, что омега и слова не молвит о возможных проблемах. Второй может легко манипулировать властным Антоном по природе, не подозревая об этом. За четыре года они узнали друг друга «от» и «до», доверяя все секреты. Арсений прекрасно знал прошлое Антона, когда тот любезно рассказывал. А второй эти годы пытается разгадать скрытную личность, задавая вопросы, на которые получал ничего. Возможно, и этим привлекал его молодой омега, манящий запахом и самим собой. Когда за окнами была ночь, то Арсений прокручивает в своей голове один и тот же разговор.

_____

— Арсений, я хочу с тобой поговорить, — начинает отец, сложив руки в замок на столе, за которым сидят ещё Арсений и папа. — Я желаю тебе всего самого лучшего, и хочу знать. Есть ли у тебя человек, с которым у тебя любовь? Вопрос обескураживает и ставит в тупик. Отец мечтает о внуках, выжидая время, когда оно наступит. — Это что-то поменяет? — чуть выгибает бровь омежка, не понимая, к чему этот разговор. — Да, поменяет. У моего друга есть сын-альфа, а у меня есть ты, — будто озвучивает приговор. — То есть... Вы хотите, чтобы я и он... А как же мой выбор? — Поэтому сынок, я спрашиваю, есть ли у тебя любимый человек. Пытаясь найти поддержку, Арсений переводит взгляд на папу, который выглядит спокойным. Но как? На дворе двадцать первый век, и он должен выходить замуж не по своей воле? — Есть, отец и папа. Антон. Вы знаете его, он любит меня, а я его. И да, простите, что не сказал раньше, но скоро мы поженимся, — выдаёт молодой омега все на одном дыхании, не найдя иного варианта избавления от этого замужества, которого он не хочет. — Не злись. Теперь я убеждён, что у тебя есть свой альфа. Сколько же длятся ваши отношения, если вы дружили? — В конце того года закрутилось, хотя, верно, раньше были друзьями, — все слова как воробей. — У вас взаимная любовь? — Да, отец. Я безумно люблю его, а он меня. И... Я так понимаю, вы хотите внуков, да? — смотрит то на папу, то на отца, но не дожидаясь ответа, продолжает: — Ждите через год. — Арсюш, прошу тебя, успокойся, — нежно просит папа. — Мы ведь просто хотели знать. Арсений вскакивает, выбрасывая феромоны ярче, чтобы родители поняли, что разозлили. — Но это моя жизнь! Я хотел, чтобы у меня было все постепенно! Мне осталось несколько месяцев учиться, а потом бы я начал работать. Но раз вы хотите поскорее, то хорошо, будь по-вашему. Арсений кипит от злости, потому что влезают в его личную жизнь, в которой не планировалось замужества и рождение детей в ближайшее время. Он не знает, почему упомянул именно Антона, просто этот альфа пришёл на ум в такую минуту агрессии. Младший Попов покидает квартиру с хлопком дверью и выбегает на улицу, по которой бежит в неизвестном направлении. Отец и папа никогда не требовали чего-то сверхъестественного, но просили иметь голову на плечах, — что идеально выполнял всю жизнь омега. Несмотря на свою принадлежность, Арсений мог грубо ответить, ударить, злиться так, что окружающим может стать на секунду страшно. Лишь Антону он готов подчиняться, как любой настоящий омега. От ответственности, что теперь он несёт за сказанные слова, на него нападает грусть и безысходность. Что теперь делать-то? Сказать родителям, что все было ложью, и тогда они могут выдать его замуж за какого-то альфу, которого и знать не знает? Рассказать об этой ситуации Антону, который не осудит, и они вместе найдут выход? Из двух зол Арсений выбирает наименьшее.

_____

Именно это угнетает Арсения, не давая покоя вот уже месяц. Он так и не признался родителям, что наговорил от обиды, ведь тогда он покажется ещё слабее, чем является на самом деле. А если скажет Антону, то будет выглядеть так, что хочет выйти замуж только за него, или, снова проявит слабость. Да, по своей натуре омеги слабее альф не только физически, но и морально. Получается, либо выставить себя слабым, либо выставить себя слабым. Запах альфы, что спит за стенкой, манил все годы и по сей день. В лёгкие въелся давно запах родниковой воды и зеленых деревьев рядом, а также свежей травы. Арсений боялся принять мысль, что далеко не просто так он при разговоре с родителями упомянул Антона, выставив будущим мужем.