А сложен ли выбор?

Пауль вышел из такси напротив дома Тилля. Он приехал один, оставив Рихарда с ребятами. Сначала они хотели вдвоем поехать поговорить, но в последний момент ему показалось, что он один должен это сделать. Он, расплатившись, отпустил водителя и стоял, смотря на большой красивый дом. Кулаки в его карманах были крепко сжаты, он хотел успокоить разгулявшиеся нервы прежде чем войти в дом. Событие сегодняшнего утра приобрело для него полную картину, только когда он подъезжал. Успокоиться не получалось, его мысли упорно возвращались к разговору с Рихардом, к его глазам, когда он просил прощение за то, что решил с ним расстаться. Тилля он уважал, но не мог понять: почему, какого хрена, зачем? Сначала он им мешал просто, потом стал сам на него иметь виды. "Что за хрень? Нашел гея. Если не Круспе, то только баба". Стоя рядом с дорожкой у входа и смотря на дом, он услышал, как рядом с ним остановилась машина. - Я пойду с тобой, даже если ты мне не разрешишь, - сказал Рихард и встал рядом. - Пойдем, - Пауль пожал плечами. - Чего говорить-то ему будем? У меня, кроме злости в душе, ничего к нему нет. - Пока не знаю, пошли посмотрим, само как-нибудь скажется, - он смотрел на дом вместе с Паулем и думал: почему все в жизни так тяжело? Он первый раз столкнулся с такой проблемой, где нужно было выбирать, и он не мог сделать этот выбор. Просто не мог. Ночной порыв ни к чему бы не привел, сейчас он это знал точно. Увидев Пауля, он бы все бросил и остался с ним вместе, даже ценой потери вокалиста. Ребята зашли в дом и прислушались - там была полная тишина. - Может, спит? – предположил Пауль. - Всех поднял на уши, а сам спит. - Да нет вроде, вон голова виднеется из-за кресла. Они подошли к Тиллю, он сидел, откинувшись и с закрытыми глазами, держа здоровой рукой загипсованную. Друзья прислушались к его дыханию - оно было спокойное и ровное. - Спит! – шепнул Пауль и сложил руки на груди. Тилль знал, что пропадает. Понимание, где-то в глубине души, терзало его, оно кричало, что не следует быть эгоистом. Он должен был что-то решить для себя. Но не мог придумать, что именно. Нет, он знал, что ему делать, просто не мог себя заставить. Не мог себе признаться в том, что не прав. Тогда Тилль решил вырвать душевную боль и заменить ее физической. Когда ушел Пауль, он сунул кисть между дверью и косяком. Все произошло быстро, он с силой закрыл ее и услышал хруст. А потом стало больно, очень больно. Раскидав по кухне стулья, он пробирался к выходу на улицу, чтобы покричать - в доме он не решился, не хотел будить парней. Но, черт, зацепился ногой за коврик и упал, упал на больную руку. В таком состоянии его и застали друзья. Легче, конечно, не стало, а вот понимание пришло. Понимание того, что он полный козел, того, что он лезет туда, куда его не просят и рушит то, что сам не создавал. Из раздумий его выдернули ребята. Пауль и Рихард стояли напротив кресла, в котором он сидел, и молчали. - Простите меня. - Нет! – голос Пауля разнесся по дому и Тилль вздрогнул. - Почему? – Рихард дернул его за рукав, чтобы он так не говорил. - Тебе захотелось испытать боль? Поразвлечься? Поставить всех на уши? – Пауль продолжал, не жалея собеседника. - Обратился бы ко мне, я бы из тебя всю дурь выбил. Зачем самому было руку ломать? - Ты чего так с ним грубо? – начал заступаться за Тилля Рихард, но Пауль не обращал на него внимания. - Поль… я… - промямлил вокалист и попытался привстать к нему, но Пауль его резко остановил жестом. - Ты кретин! Если ты решил поставить нас перед выбором, то я выберу его, - он указал на Рихарда. - Мне условия ставить не нужно. - Я все понял - никаких условий, да он сам предложил, - Тилль посмотрел на Круспе, ища у того поддержки. - Да, это я… - Молчи, - Пауль снова не дал Рихарду вставить слово. - Он предложил от безысходности, и ты это знал. Он просто смалодушничал. - Да, я знал, но… Прости меня, я был не прав. - Ты оставишь нас в покое теперь? - Да. - Из группы не уйдешь? - Нет. - Надеюсь, инцидент исчерпан? - Да. - Чтобы тебя не раздражать, до выхода диска я переезжаю жить к матери. Тебя это устроит? - Нет, не нужно, это лишнее. - Хорошо, тогда до вечера, тебе нужно немного успокоиться, а нам на работу, иначе мы никогда и ни черта не закончим в кафе. - Когда вы придете? - В шесть! – Пауль глянул на Круспе. - За мной, - он махнул головой в сторону двери и быстро направился к выходу. - Зачем ты так с ним? - Иногда, чтобы что-то вылечить, нужно сделать очень больно. - Садист. - Договоришься - выдеру. - Эй, полегче. - Давай я правда пока у матери поживу? Пусть успокоится, а к тебе буду украдкой приходить. - Давай ему лучше бабу найдем, наподобие Хельги: такую хваткую, чтобы ему выбора не оставила, - придумал Рихард выход из положения - ему совершенно не хотелось отпускать Пауля от себя. - Боюсь, такая нам всем покажет, где раки зимуют, и запретит репетировать. - А мы ее из музыкальной среды найдем, чтобы понимала нас и не мешала. - Ты волшебник? - Нет. - Тогда ничего не выйдет - таких нет. - Я думаю, что у нас все получится, - Рихард полез в карман и достал записную книжку. - Ну вот, - засмеялся Пауль, глядя, как Рихард переворачивает исписанные странички. - Ты становишься сводником. - А ты что предлагаешь? Ты его лицо видел - он на грани. - Ерунда, отойдет. Да это полный бред, - Пауль развел руками в стороны, - разве можно так любить? Ладно бы еще девушку, а то меня… Ужас, - он даже засмеялся. Рихард, выслушав Пауля, свел брови, ему не понравилось, что он говорил. Но выяснять он сейчас с ним ничего не хотел. - Я думаю, она согласится, - сказал Рихард, найдя нужный телефон. - Сейчас мы ей позвоним из кафе и поговорим. Главное, чтобы она замуж не вышла. - Твоя бывшая? – Пауль посмотрел на Круспе. - Не совсем, это был просто интим без обязательств. - А у тебя что-то с обязательствами было? - Пауль, почему ты такой злой? - Потому, что меня все бесит. - Не выспался? - Я и не спал. - Так, все ясно, сиди в машине, - Рихард, уже припарковавшись у кафе, вышел и направился внутрь. - Я так понимаю, вы нас с Паулем решили сейчас одних тут оставить, - встретил его Шнайдер с недовольной физиономией. - Какой ты догадливый, прямо телепат, заканчивайте и в шесть к Тиллю. С ним все нормально, кстати. - Рих, - позвал Флаке, - руку он как сломал? - Упал неудачно, все, до вечера, у меня еще дела есть. Оставив ребят в полном недоумении, он вернулся в машину. - Поехали домой: ты поспишь, а я позвоню девочке, - он завел машину и тихо тронулся с места, поглядывая по сторонам, чтобы не попасть в аварию. - Рих, ты серьезно решил от меня уйти сегодня ночью, - Пауль задал вопрос, так неожиданно, что Рихард даже схитрить не смог. - Ночью казалось все по-другому, но сейчас я понимаю, что не смог бы быть без тебя, по крайней мере, не сию минуту и не так. Пауль сжал свои щеки и провел ладонями по лицу. - Риха, я с тобой столько чувств испытываю - лавину, и все такие разные. Никакого спокойствия. От радости до разочарования, от надежд до полного их краха, от любви до ревности и ненависти, а потом все заново. - А ты думаешь, я меньше испытываю? Все тоже самое, у меня никогда такого не было раньше. - И как мы будем со всем этим жить? Рука Рихарда легла ему на колено и чуть сжала. - Вместе, вместе мы будем со всем этим жить. По крайней мере, еще лет десять не меньше, а там поглядим.