Приручить Королевича

Пространственный разрыв оказался небывалых масштабов. Даже Зимослав, увидев поле деятельности с высоты драконьего полета, на мгновение застыл в шоке. Казалось, сцена вместе с кулисами в Вольнопольской Королевской Опере была меньшего размера, чем арка дыры, очерченная неровными всполохами, и «язык» порога перед нею. Дыра неторопливо, но безостановочно расползалась вширь и ввысь, проталкивая через себя в здешний мир часть чужого, заменяя им вспаханное поле и полосу некошеного луга. Земляные борозды исчезли под асфальтной разбитой дорожкой, зелеными деревьями и кустами, кирпичной будкой подстанции, столбами фонарей, ржавым забором из дырявой рабицы, клумбой, скамейкой… Заглядевшись, Варя приземлилась жестко, едва-едва не перекувырнувшись, хоть и тормозила всеми лапами. Зимослав психанул — спрыгнул с ее загривка, не дожидаясь полной остановки. Финик с его плеча брызнул в руки Чаруши, поджидавшей неподалеку вместе с остальной уже собравшейся командой. (Даже Вран и Краса прилетели на пару минут раньше — Белокрас, пунцовый от смущения, как раз заканчивал одеваться за кустиками, огрызаясь на подтрунивание Венцемира и несмешные шутки Будигора. В отличие от Вари, Краса мелочами перевоплощения не озаботилась — или наоборот коварно воспользовалась предлогом, чтобы посмущать «молодожена» в качестве мести за многолетние отказы). — Зеленые! — завопила Варя, едва обернувшись человеком, тыкая пальцем в сторону растительности. — И это всё остальное! Это же из моего мира всё! Правда, не знаю, откуда именно, страна у нас огромная, раскинулась на четверть планеты, но судя по матерному граффити на будке, это точно нифига не Америка и не Китай. — Удивительно! — насмешливо воскликнула Краса. — Можно считать, нам повезло? — Ничего удивительного, если подумать, — ответил Зим, отряхнув одежду после прыжка на рыхлую пашню. — Но в чем-то повезло, да — местные ядовитые испарения в воздухе хотя бы не убивают мгновенно. — Вообще-то я ждала атаки драконов, — честно выдала Варя, пропустив шпильку в адрес привычного с детства городского смога. — Не говори, что разочарована. Нам хватит тех ящеров, что у нас есть, и больше не надо, — хмыкнул Зим, стараясь за нарочитым спокойствием скрыть нервозность. Впрочем, Варя-то отлично видела, что ее королевич целый день не в своей тарелке, напряженный, как натянутая струна. — Вспомни: ты разбила Ограждающий Камень с желанием иметь возможность возвращаться в свой родной мир. Из кристалла высвободилась вся сила, что копилась в нем столетиями — и вплелась в неосознанные чары твоего желания. И вот итог — наши миры и так были связаны самим фактом твоего присутствия здесь, от добавочной немалой энергии они столкнулись до взаимопроникновения. — Разбила? Камень? — охнул Венцемир, однако от ехидных комментариев воздержался. Варя оторопела: — Так это что же, теперь два мира поглотят друг друга? И опять я виновата… — Нет, на это не хватит энергии, — сказал Зим. — Надеюсь. — Я бы не поручился, — возразил Вран мрачно. Кивнул на дыру: — Это тот самый мир, где пропал его величество Кудеяр Смур. Никогда в жизни не забуду и ни с чем не спутаю эту жадную атмосферу: это не взаимопроникновение — это пожирание! Тот мир высасывает из нашего энергию. Поэтому дыра постоянно растет — она просто не может остановиться, ведь в нее утекает всё больше и больше потоков силы. Если не закроем разрыв в самое короткое время, нас всех туда затянет, выжмет и вывернет, вместе с обеими Лунами и Кольцом напоследок. — Не преувеличивай, — попросил Будигор, впрочем, без уверенности. — Это значит, — тихо проговорила Варя, пораженная догадкой, — колдовать на той стороне ни у кого из вас не получится. Зим, ты помнишь? Когда ты был у меня дома и разбил плафон торшера, у тебя… — Помню, — резко перебил он. — Варя права, — поддержал Алояс, — мы не можем допустить, чтобы тебя постигла участь твоего отца! — Допустить, чтобы наш мир исчез, мы тоже не можем, — отозвался Зимослав, наградив компанию тяжелым взглядом. — Так что вспоминайте скорее, что делал отец. И думайте, как мы сможем избежать его ошибки. И побыстрее соображайте, иначе наших сил не хватит — дыра-то ждать не станет! Приказ его был обращен к Белокрасу и Вихрю, раз они, самые старшие члены команды, присутствовали при трагическом случае с прежним правителем Синегорья. Вот только оба казались слишком подавленными мыслью, что беда может повториться, и было ясно, что озарения от них ждать не стоит. Впрочем, Тихун тоже супил брови, усиленно соображая. — В любом случае дыру незакрытой не бросим, так что пока поставлю маячки по периметру, — негромко объявил Венцемир. Направившись в обход портала, он украдкой оглянулся на Чарушу. Та, не сводившая с него глаз, торопливо отвернулась, будто стыдясь быть застигнутой, завесилась волосами и хвостом Финика. (Кролику надоело, что его тискают, и он перебрался к чародейке на макушку, вить гнездо из лимонно-блондинистых мелких кудрей). Краса, стоявшая позади Врана, обняла его за плечи, намереваясь влить в новоиспеченного супруга как можно больше своей силы, чтобы тот смог участвовать в плетении чар, не прибегая к амулетам, ибо заряженные подругой Вихря накопители в этот раз потребуются самому Алоясу. Варя совершенно не представляла, как и чем может помочь. И разозлилась на себя за это — с нею всегда так будет? Вечно бесполезная, всего лишь батарейка!.. Лихорадочно перебирая в памяти всё, чему ее успели научить, напрягая мозги в поисках гениальной идеи, она машинально направилась к зеленым кустам и клумбе. В спину ее нервно окликнул Зимослав: — Только не входи в портал! Там воронка энергии, ты не сумеешь закрыться от такого массивного течения! — Я просто поглядеть. — И я только взглянуть! Чаруша бесстрашно последовала за Варей — ей было жутко любопытно, что же это за чужой мир такой, где даже листья на деревьях оказались другого цвета. — Я считала, плавить камень умеют только белогорцы, — удивилась она, потопав каблучком по асфальтовому покрытию дорожки. — Угу, — не подумала отвлекаться на пустяки Варя. Она оглядывалась по сторонам, но ничего дельного не бросалось в глаза. А самое обидное, что за аркой разрыва определенно пролегала улица или шоссе, но обзор закрывали густые кусты давно отцветшей сирени и низкие кроны лип, к которым подходить ей запретили. Конечно, не факт, что за этой зеленой преградой она смогла бы увидеть нечто важное, что дало бы подсказку, куда именно выводит разрыв, и тем более не факт, что это знание ей чем-нибудь помогло бы, но всё-таки. И в то же время что-то неуловимое мешало сосредоточиться на мыслях о магии… — Мяу! — Ой! Какая милашка! Это полосатый цуцик или миниатюрный зяблик? Обернувшись на щебет присевшей на корточки Чаруши, Варя узрела опасливо выглянувшую из кустов кошку — глубоко беременную полосатую уличную, но вместе с тем неожиданно упитанную. — Не трогай!.. — заикнулась было Варя, но опоздала. Договорила неуверенно, с затаенной завистью взирая, как ласково гладит Чаруша «пришелицу», а та охотно трется о ноги: — У нее могут быть блохи и лишай, неизвестный в вашем мире. Если не принять меры предосторожности, запросто разразится глобальная экологическая эпидемия. — Что за ерунда? — фыркнула чародейка. — Не бывает болезней, с которыми не справится колдовство. Смотри, какая она ласковая! А мурлычет-то — такая маленькая, а громче зяблика! — Поймай и подари Злату, — невесело пошутила Варя, — он влюбился в наших кошек с первого взгляда. Пусть разводит котят и скрещивает с вашими цуциками. И прикусила язык, поняв, что Чара совет приняла всерьез и вознамерилась сцапать экзотическую зверюшку! Вот только не вовремя Финик высунулся из копны кудряшек — кошка мгновенно его заметила и, как всякий порядочный хищник при виде белки (или почти белки), уставилась на него голодным немигающим взором. Финику взгляд неведомого зверя не понравился, он брызнул белой молнией прочь и подальше — к счастью, в противоположную от портала сторону. Кошка кинулась за ним. Чаруша, напролом через кусты, устремилась за ними обоими. (Краса, видимо, закончив вдохновлять новоиспеченного мужа на подвиги, засмущав его до пунцовости, встрепенулась и поспешила за приятельницей — всё-таки не доверяла она взбалмошной девице, не оставляла без присмотра). Варя уставилась на клумбу с пахучими лиловыми флоксами и оранжевыми бархатцами. Лепестки цветов незаметно подрагивали, точно от ветра, но при этом ветра не было. Значит, даже растения ощущали те самые потоки местной магии, всасываемые в воронку. — Зим! — закричала она, ухватив мысль, — что если ты не станешь штопать дыру собственными силами? А поймаешь в накопитель завихрения магии, текущие отсюда туда? И уже из накопителя направишь, куда тебе надо. Алояс ведь ловил так мою энергию на тренировочной площадке. — Не я, а Роза, — поправил занудный учитель. — И там была совершенно иная ситуация. Зимослав задумался. — Где бы еще такой кристалл взять, чтобы… — проворчал Будигор. Но Снежен продемонстрировал ему целых два Ограждающих Камня, не считая короны белой королевы, в которой крупных кристаллов тоже хватало. — А плести чары мы будем здесь, — осенило и Огнеяра. — Сплетаем, отпускаем — и на ту сторону они уходят с потоком эфира. Зим их там ловит, насыщает из кристалла и использует — сам при этом остается в безопасности! — Может получиться, — кивнул Алояс. Но радоваться не спешил: — Однако на финальной стадии поток иссякнет, и всё равно придется… Зимослав его перебил, неприметно сделав знак молчать и нахмурившемуся Врану: — У меня хватает накопителей. Наверняка уж сколько-то запаса останется и на последний шаг. Варя не очень поняла, в чем суть выразительных переглядываний между этими тремя, но сердце нехорошо ёкнуло, намекая на то, что выданная ею идея не гарантирует ста процентов успеха. Только другого способа всё равно никто не придумал. — Заряди для меня? — пока остальные готовились исполнять свою часть работы, попросил Зим, протянув ей амулеты. Заодно сонного дракончика вытащил из-за пазухи, посадил ей на плечо. — А ты точно?.. — промямлила она, боясь высказать опасения вслух. — У нас всё получится, — улыбнулся он, нахлобучил ей на голову корону. Опустил взгляд, занятый кольцами и браслетами: — Не может не получиться. Что-то Варе очень не понравилось в этой бледной улыбке. И в нервных движениях слегка подрагивающих пальцев, перебирающих застежки на амулетах. Но делать-то нечего, пришлось натужно улыбнуться в ответ и пожелать ни пуха ни пера. На что Зим кивнул. И неожиданно громко чихнул, прикрывшись рукавом. Возмутился на клумбу с флоксами: — Что это за цветы такие? Отвратительный запах! Поначалу всё шло, как надо. Варе велели отойти в сторонку, к ней после присоединилась и Краса, шепнув, что Чаруша с добычей отбыла в Кукушкин Дол. Вдвоем они с восхищением взирали, как парни медленно, но верно, шаг за шагом отвоевали захваченную чужим миром территорию, буквально выталкивая кусок земли с зеленой растительностью назад в дыру и заставляя арку разрыва стягиваться. Причем Краса особенно наслаждалась видом воодушевленного и деятельного Белокраса. Варя, понятно, не сводила глаз с Зимослава. Снежен делал вид, будто во всём полагается на свою команду, экономя силы для финального этапа чародейства — ведь всё-таки он успел сегодня и повоевать с белогорцами, и гору своротить. Однако Варя чуяла, что он не просто так встал перед уменьшающейся дырой и сжимает в руках Ограждающие кристаллы. Подвох раскрылся, когда пришла очередь ему вступить в плетение общего заклятья. Зимослав легко подкинул вверх оба кристалла, и те зависли в воздухе. Сам же он быстро вошел под арку разрыва, наконец-то сделавшуюся немногим шире дверного проема. — Почему?! — вскрикнула Варя. — То-то я смотрю, уж слишком легко всё удается, — заметил Венцемир ядовитым тоном. — Ледомир заставил кристаллы не поглощать магию эфира, а отклонять течения в сторону от этого места, — помрачнев, пояснила Краса для всполошившейся Вари. — Если б я не убрал воронку, затянуть разрыв не получилось бы и за год, — с невозмутимым видом пояснил Зимослав через «порог», будто ему было плевать на общее молчаливое негодование за обман. — А если бы перенес камни через портал, ваша идея с отзеркаливанием чар тем более не сработала бы — разнонаправленные струи потока их развеяли бы. К тому же, направлять энергию эфира в камни у меня не вышло бы — как вы все знаете, я вообще не умею заряжать накопители. Ну так что? Чего встали? Или мне самому тут заканчивать? — поторопил он своих парней. Пусть с общим зубовным скрежетом, но приступили к следующему этапу: Тихун и Будигор удерживали разрыв, чтобы не захлопнулся раньше времени и не растянулся снова, а Венцемир, Алояс и Вран отправляли на ту сторону почти готовые «узлы» и «скрепки». Но всё равно Зимослав, подхватывая и распределяя чары, использовал и свой дар тоже. Варя видела, как он невольно морщится и вздрагивает от резких уколов боли, когда при малейшем усилии у него каждый раз вырывается намного больший заряд энергии, чем он рассчитывал потратить. Не удивительно, что вскоре кристаллы в амулетах на нем начали один за одним взрываться осколками, но он продолжал колдовство, будто не замечая столь незначительных помех. — Почти закончили, — объявил Вран без капли радости. — Зимослав, возвращайся. — Сам же знаешь: мог бы — вернулся бы, — отозвался тот. Приказал: — Венцемир, давай последний узел. Но все остановились. — Я жду! Венцемир, опустив голову, подчинился, сплетая чары медленно, против желания. Остальные нервно переглядывались между собой, только выхода не находили. — Погодите! — метнулась к разрыву Варя. — Стойте! Это как понимать?! — Он не может вернуться. Из-за особенностей тамошнего эфира последний узел получится затянуть только оттуда, — пробормотал Огнеяр. — Иначе всё будет напрасно — миры столкнутся и поглотят друг друга, ну и так далее. — Хорошенькое дельце! — всплеснула руками Краса. Варя же кинулась к дыре, но Вран успел перехватить ее, стиснул за пояс, не подпустил ближе, чем на пять шагов: — Нельзя! — Но там мой мир! — Но ты не участвуешь в заклятии и навредишь всем нам, — осадил ее Снежен. Однако получилось у него совсем не строго, а взгляд выдавал затаенный страх. — Зим… — жалобно позвала Варя, — неужели ничего не сделать? — Всё хорошо, Варя, — заверил он, кривовато улыбнувшись. — Раз это твой мир, мы с тобой обязательно найдем друг друга, рано или поздно. Может даже, я наконец-то отыщу своего отца. — А ты?.. а я?.. Ей хотелось заорать, заплакать, затопать ногами, так жутко было прощаться, так ужасала неизвестность. Но Вран держал почти на весу, не вырваться, сколько ни дрыгай ногами, не вздохнуть толком, чтобы рявкнуть на весь свет. Да еще проклятая корона, о которой она совсем забыла, съехала на ухо. — Погоди-погоди! — вскинулась Варя, ожив от внезапной новой мысли: — Зим, можешь раздвинуть ветки сирени? Вон те, где листья сердечками! Черт, у липы тоже сердечками… Да, эти! Еще немного, правее! Белокрас, отпусти! Мне надо увидеть! Понять, где этот чертов закоулок! Может, там где-нибудь написан адрес — номер дома, улица, хоть реклама с телефоном и кодом города… Белокрас, не отпускай — подними-ка меня повыше! Пока Зимослав послушно шуршал ветками, Варя тянула шею и таращила глаза, взмыв на полметра выше своего роста с помощью вновь подхватившего ее Врана. — Кафе… Кафе! Вашу маму, Анькино кафе!!! — заорала она, опознав угол безусловно знакомой вывески над почти родным заведением. Сорвала с головы корону и без спроса швырнула в портал: — Зимка, лови!!! Это тебе запас накопителей! Жди меня на этом самом месте, никуда не уходи! Я буду через час! — Обещаешь? — чуть улыбнулся Снежен, не скрывая облегчения. — Клянусь мирозданием! — завопила та. — Отпустите, мне домой надо! Срочно! Туда еще ехать полчаса на трамвае!.. Пока она барахталась в руках Врана, не приученного обращаться с девушками, тем более с брыкающимися, Зим сделал знак остальным, и разрыв затянулся. Варя оглянулась на громкий чих, но перед нею простиралось лишь голое поле. Два кристалла в воздухе, будто потеряв невидимую распорку, внезапно примагнились друг к другу, резко ударились. Треск! Землю осыпали неровные осколки. Ладно, ни в кого не попали, но напугали изрядно, дернув всем и без того истрепанные нервы. — Ничего себе! Как же мы справились, раз даже Ограждающие Камни не выдержали напряжения? — изумился Тихун. — Парни! — Варя выкрутилась-таки из объятий Врана, который машинально прикрыл ее собой от взрыва кристаллов, не заметила ревнивый взор Красы и запрыгала на месте от нетерпения: — Ну, кто откроет мне портал в Златоград?! Спохватилась, сняла с себя весело чирикающего дракончика, повесила на Огнеяра. Команда снова переглянулась. Дружно виновато покачали головами. — После такого только через два часа, в лучшем случае, — ответил за всех Алояс. Краса тоже развела руками — она лишь недавно отправила домой Чарушу с кошкой, к тому же немало сил отдала Врану. — С Зимкиной аллергией и мнительностью за лишние два часа он там с ума сойдет, а я здесь чокнусь! — возмутилась Варя. — Я могу, — неуверенно предложил Тихун. — Только не в Златоград, а в Жуков Улей. У меня специальный амулет есть, настроенный на одно возвращение. — Давай! — согласилась она и на это. Амулет Огнеяра выставил Варю прямо на порог башни. Проморгавшись после звездочек в глазах — всё-таки пользоваться подобной «запаской» было не очень комфортно по сравнению с уже привычными порталами — Варя стартанула бегом с места. За считанные секунды пролетела по коридорам и залам дворцовой пристройки. Хотела было с разбега же нырнуть в колонну, но поостереглась. И не зря. Переходы в арках колонны не открылись. Ни тот, что вел к ней в квартиру. Ни тот, что выводил на крыльцо академии Чуролюта. Варя запретила себе расстраиваться и вообще нервничать — то, что чары не работают, говорит лишь о том, что маг, их создавший, покинул сей мир. К тому же портал домой барахлил до этого, она в спешке просто забыла. — Тьфу-тьфу! — шикнула Варя на собственные неуклюжие мысли. — Всего лишь ушел в мир иной… А-а-а, черт! Верну с того света — за всё у меня ответит!!! Бегом, не в силах впустую тратить ни единой минуты, она взлетела на вершину башни — чтобы оттуда, прямо с крыши, вновь сигануть в небо драконом. Заодно на чердаке сверилась с подробной картой погодника и хорошенько запомнила маршрут до Златограда. Лететь предстояло, правда, не близко, но у нее на этот счет имелась одна революционная идейка, которую давно хотелось опробовать на практике. Вот и выпал шанс проявить себя, дождалась. Это испытание для будущей королевы не сравнится с заданиями на конкурсе у Тугохвала — тут вам не пряники печь! Вот только то ли переволновалась, то ли по неопытности допустила ошибку в рецепте зелья, то ли потому что включила в заклятье сохранение одежды — в общем, по сравнению с Чарушиными похождениями время действия оборота сильно сократилось. Драконом Варя далеко не улетела. Едва взмыла над поместьем, распахнув крылья и поймав ветер — началось обратное превращение. Зарычав матерно да громогласно на всю округу, она изо всех сил замахала конечностями, стремясь доплыть по воздуху до крыши башни — на нее падать будет гораздо ближе, чем прямо на землю, хоть за черепицу ухватится как-нибудь… Но нет, край крыши мелькнул перед глазами и взмыл к небу, в то время как сама Варя неуправляемо понеслась к бирюзовым кронам сада. За мгновение не жизнь промелькнула перед глазами, нет — служанки, всполошенные драконьим ревом, с криками метались по приближающемуся двору, точно перепуганные куры. Варя хихикнула, не веря в свою скорую кончину… И правильно — в следующий миг она плавно приземлилась на твердь земную, ровно встала ногами. И хлопнула себя по лбу, обругав за запоздало пришедшую мысль: — Я ж левитировать умею! Вот растяпа! Однако предаваться размышлениям было некогда — во-первых, следовало спешить. Во-вторых, к ней бежала со всех ног Зореслава, (которая своими силами и затормозила падение), чуть не со слезами крича: — Варенька! Не надо! Мне Краса всё рассказала! — Что рассказала? — удивилась та. — Когда успела? — Когда вы от Белых Гор улетали! Час назад уж, я еще в Златограде была. Варя, ты только не расстраивайся! Всё можно исправить! — В порыве сентиментов принцесса хотела было кинуться обниматься, но из-за разницы в росте ограничилась тем, что схватила невестку за руки и крепко сжала в своих тонких пальчиках, прочувствованно заглядывая в глаза. — Пусть ему сватают тамошнюю королеву — ничего страшного! Разберемся! Это не повод тебе прыгать с крыши! Он только тебя любит! Он найдет способ избежать навязанной женитьбы! — А-а, — поняла Варя. Отмахнулась: — Не переживай, с крыши я прыгала не поэтому. Вообще, прости, конечно, но мне надо торопиться. Раз с драконом не вышло, попробую уговорить Друню. Мне, понимаешь, удобнее колдовать на крупном объекте. Да и на небе вдвоем не так страшно будет. — На небе? — пискнула Зорька, подумав о самом трагичном варианте. — А Друню-то зачем? — Так за любимым хозяином отправиться в иной мир, надеюсь, не откажется! — весело пояснила Варя, запутав впечатлительную принцессу до полуобморока. Благо вокруг столпились служанки — успели подхватить под руки закатившую глаза хозяйку. Друня встретил Варю с радостью, охотно согласился отвезти ее на прогулку. А когда понял, что про полет она ни в коем разе не шутит, от счастья боялся лишний раз моргнуть, чтобы сбывшуюся наяву заветную мечту не проморгать. Поднятый Вариной волей в воздух, крыльями замахал усердно, лапами задрыгал в щенячьем восторге. Так и поделили роли: она была за баллон цеппелина, седло — за корзину, крылья сайгачьи — за пропеллер, а хвост — сразу и за руль, и за развевающийся стяг. Получилось лететь вполне себе сносно, без укачивания, соблюдая верное направление, ориентируясь по местности, лежащей внизу, будто на ладони. Жаль, двигались медленно — по сравнению с драконьими виражами полет на сайгаке казался вроде поездки на ослике. Однако Варя была готова к этой задаче и заранее придумала оригинальное решение. (Хотя, может, и не очень оригинальное — давно крепли подозрения, что подобным трюком пользуются кролики для своей «фирменной» незаметной глазу сверхшустрости). Чувствуя себя гением от магии, она применила к путешествию принцип, который узнала в саду Жукова Улья при консервировании свежих фруктов. Здесь точно так же предстояло манипулировать временем и пространством. Только вместо запечатанного туеска перед нею был сравнительно пустой простор неба. Именно поэтому и потребовались крылья — ведь на поверхности земли замучаешься учитывать все препятствия, горки-спуски и повороты. Итак, Варя выбрала точку над горизонтом и мысленно прочертила вектор в ее сторону. Отпихнула с намеченного пути всякую мелкую летучую живность. Затем по прямой продернула сквозь окружающее пространство пузырь воздуха вместе с собой и сайгаком, руководствуясь логикой: «Я всё равно там оказалась бы рано или поздно, так кому какая разница, если я появлюсь там сейчас? Скажем, через секунду». После столь стремительного рывка требовалось несколько минут, чтобы перевести дух, сосредоточиться на новой точке и повторить чародейство. Но что значат минуты по сравнению с сэкономленными часами! Друня, кстати, совершенно не замечал прыжков — он просто наслаждался полетом. Когда на горизонте показались пригородные деревеньки, пришлось с прыжками заканчивать — Варя побоялась, что легко проскочит мимо нужной улицы. Поглядев на смартфон, она недоверчиво ухнула — дорога между двумя королевствами отняла всего десять минут. Еще четверть часа потребовалось, чтобы добраться из пригорода до центра столицы, и Варе это время показалось если не вечностью, то близко к оной. К тому же в голову сразу полезли пакостные предположения: а если и отсюда путь домой окажется закрыт? Ей же тогда придется потратить годы, чтобы научиться строить порталы самостоятельно, не полагаясь на счастливую случайность! И как она отыщет свой мир среди множества чужих параллельных? Вон же, отец Зима пропал сколько лет назад и до сих пор не вернулся, бедняга, прямо как тот заблудившийся король из сказки. Недаром Варя эту сказку любила в детстве — история-то оказалась вещей! Теперь суженый ее точно так же пропал, штопая дыру между мирами, и сама она рискует остаться без связи с родиной. Ой, видно и «Нарнию» зря перечитывала столько раз! Да и «Алису» тоже ей будто с намеком подарили — словно кто-то заранее знал, что и за Варей однажды явится белый кролик. — Погоди-ка, — нахмурилась она. — Почему «будто»? Так и есть — специально подарили-то! Мне ж сам Зимка сказал тогда, что именно эти две книжки точно содержат заряд колдовства! От озарения Варя чуть из седла не выпала — аккурат над крышами академии Чуролюта. — А сказочку-то — ее вообще кое-кто специально для меня сочинил! Устное, блин, самодеятельное творчество! Ух, этот кое-кто у меня получит за намеки и экивоки! Вот дайте только я домой доберусь, ну задам!.. пару вопросиков! — заорала она, не зная, то ли злиться на свою недогадливость, то ли радоваться, что дырявая память хоть от стресса проснулась. Так и кипела, размахивая руками и счастливо ругаясь, пока снижались с Друней и аккуратно приземлялись на сайгачьи «босоножки». На крик и характерный цокот деревянных «каблуков» о булыжную мостовую из окошка академии выглянула подруга Вихря. Варя проорала и просемафорила ей, чтобы приглядела за Друней. А сама понеслась сломя голову к первоначальному своему порталу. Пугая прохожих чумным видом, добежала до заветной стены. И с разбега ринулась вперед, трусливым краешком сознания боясь при неудаче размазаться о кирпичи и свернуть шею… …но беспрепятственно вылетела в квартиру! Затормозила, лишь рухнув с разбега на диван, успев навернуться коленкой о низкий столик. Перекатившись на бок, пытаясь отдышаться, Варя обернулась к шкафу — и увидела, как портал закрылся. Будто рассеялась дымка с проекцией вида улицы, явив вместо себя плотно выставленные корешки книг. И это при обеих распахнутых дверцах, исписанных поблекшей помадой. Шумно вздохнув, Варя решила, что восстановлением телепорта займется позже. Сейчас более актуален вопрос о транспорте местном обыкновенном, с четырьмя колесами. Добираться до кафе, где работала подруга, было привычней на трамвайчике — экономно и просто. Но не быстро! Да и на остановке можно прождать лишние полчаса, а каждую утекающую минуту Варя буквально ощущала вздыбленными волосками на теле, до мурашек по «гусиной» коже. Так что она включила смартфон, чтобы вызвать такси. И градом на нее посыпались уведомления о пропущенных звонках и непрочитанных эсэмэсках. — Что у них там стряслось? И отец, и Машка… И даже Смурфик? Хотя вот этот кстати, — хмыкнула Варя. Решительно отметала вылезающие на экран ярлычки: — Всё потом, потом! Столько времени ждали, еще часик потерпите, не до вас пока. Такси подъехало через пять минут. За это время она успела переодеться и, мечась по квартире на скорости, какой позавидовал бы любой кролик, собрала рюкзак «спасения»: цапнула из шкатулки с украшениями горсть побрякушек с камушками; прихватила бутылочку с водой, пузырек нашатыря, лейкопластырь, упаковку валидола и плитку шоколада. В аптечке же нашлась тоненькая пачка наличных — заначка «на самый черный день». Ее Варя тоже кинула в рюкзак, чтобы не пришлось расплачиваться за такси карточкой — вдруг электроника подзависнет на лишние пару минут! И это еще крупно повезло, что не в час пик пришлось выезжать. Поглядев через зеркало на пассажирку, подпрыгивающую на пружинистом заднем сидении от нетерпения, водитель усмехнулся: — На свидание, что ль, опаздываешь? — Почти, — кивнула она, — жених позвонил — у него приступ паники, надо скорее домой забрать. — Вот же молодежь чахлая пошла! — Мужчина сочувствующе покачал головой и прибавил газа. Варя снова взглянула на заставку смартфона: таксист, мастерски объехав круглосуточные хронические пробки, потратил ровно восемь минут. Итого она управилась за сорок четыре минуты. Плюс еще минута, пока расплатится, попросит водителя подождать — и от парковки добежит до сквера. Так и вышло без малого час, как и обещала — хватит, чтобы Зим извелся в одиночестве, но вроде бы недостаточно, чтобы вправду успел запаниковать. _________ Анна завернула в салфетку остатки недоеденной посетителем рыбной котлетки и помахала товаркам-официанткам, что выйдет на минуту прогуляться. В соседнем заросшем закоулке, громко именуемом местными жителями «сквером», поселилась бездомная беременная кошка — к ней-то она и спешила. Кошка, против обыкновения, не вышла навстречу и на «кис-кис» не откликнулась. Вместо мяуканья из-за буйной сирени донеслось безостановочное чихание. Анна оставила салфетку с раскрошенной котлетой на видном месте — не кошка, так птицы подберут, — сама же, движимая любопытством, направилась по изрытой провалами и трещинами дорожке вглубь тенистой зеленой прохлады, напоенной резкими ароматами цветов, высаженных активными пенсионерками на клумбах из автопокрышек. Оказалось, чихал престранный на взгляд Анны тип — молодой высокий парень, бледный, как вампир, в историческом костюме и с шевелюрой, радикально выкрашенной в светло-сиреневый тон. В одной руке у него поблескивала корона, в другой был платок, в который он, собственно, и чихал. Несчастный косплеер очевидно явился жертвой аллергии: слезы так и лились из красивых глаз, подкрашенных темно-фиолетовой тушью, без сомнения водостойкой. Впрочем, виноватыми могли быть и линзы — сумасшедшего желтого цвета с яркими золотыми искрами. Анна не могла остаться в стороне при виде заплаканного красавчика. Подошла, поздоровалась — тот лишь сумел кивнуть в ответ. Взяла под локоток, отвела к скамейке, усадила, предварительно проверив, не покрашено ли, не испачкано ли сидение, а то жалко было бы испортить роскошный и наверняка дорогущий костюм. И платок тоже было жалко — видно же, что ручная работа, под стать костюму, с отделкой вышитым кружевом «ришелье». Анна решительно отобрала пока еще не совсем загубленный мини-шедевр и вручила недоуменно вскинувшему фиолетовые брови косплееру пачку одноразовых салфеток, которые по долгу службы всегда носила в кармане форменного передника. Платок же поместила в целлофановый пакетик и вернула владельцу с напутствием: — Сунь в карман, потом постираешь. Такой аксессуар для королевской фотосессии сгодится! — Благодарю, — рассеянно отозвался парень, но, шмыгая носом, послушался. С упаковкой салфеток недотёпа сумел справиться только с помощью Анны. — Ты бы хоть линзы снял, — хмыкнула она, — а то не видишь ничерта и слезами, поди, от раздражения заливаешься. Ну что за удовольствие здоровье себе портить? — Что, простите? — ролевик захлопал глазищами. — Боюсь, сударыня, я не все слова в вашей речи понимаю, прошу извинить. — В роль вошел? Красиво, будто с настоящим принцем сижу болтаю, — хихикнула Аня. — Где у вас тут клуб-то открылся? Я что-то не видала вывесок. — Что вы имеете в виду? — Ну как же, сперва Варвара является, сама в платье гугенотки, а с ней два костюмных парнишки романтического облика. Теперь вот ты. — Варя? Вы ее знаете? — мигом оживился ролевик, даже шмыгать прекратил, затрепетал влажными длинными ресницами. Аня усмехнулась — вот как чуяла! И этот оказался из той же компашки. Откуда только Варька-домоседка берет столько кавалеров? Из интернета выписывает разве что. Да хорошенькие все на мордочку, как на подбор — любой за принца сойдет! — Варьку-то? — важно изрекла Аня. — Знаю одну. Правда, не факт, что мы одну и ту же Варвару имеем в виду. Твоя какая? — Моя… она такая… Простой вопрос заставил принца смутиться — он осекся на полуслове, будто вместо краткого описания внешности из него рвалась стихотворная ода в честь прекрасной девы, но из чувства такта он счел неуместным восхвалять одну даму в беседе с другой, тем более незнакомой. Выручил новый приступ чихания, заполнивший неловкую паузу. — Моя — с красными волосами, — в итоге сообщил косплеер кратко. — Ага, она самая! Ты ее здесь ждешь, выходит? — Надеюсь, что она скоро придет, — кивнул. — Она обещала. — Составлю тебе компанию, давненько с ней не видались! Ты не против? — Нет, наоборот, я вам благодарен, — искренне улыбнулся тот. Еще больше он преисполнился благодарности к любезной незнакомке, когда Анна отогнала от него шумную стайку подростков. Те всегда обожали шастать через сквер — а тут на скаку застряли посреди дорожки, воззрившись на ролевика в костюме, загоготали в восторге. Разумеется, мигом вскинули смартфоны. Анна заметила растерянный взгляд парня — и вскочила со скамейки, закрыла его собой, гаркнула на челяду грозным ультиматумом: — Каждая фотка по двести рублей! Эксклюзивный костюм! Авторские права соблюдаем, товарищи, иначе конфискую гаджеты! Хотите красивое селфи — можете сфоткаться со мной, разрешу за полцены. — Фотку за сотку? С замызганной официанткой? Да ну-у! — разочаровалась молодежь и упылила по своим делам. В качестве награды Анна получила от спасенного принца очаровательно застенчивую улыбку — и согласие сфоткаться вместе на фоне флоксов и кустов сирени. Она еще и корону напялила, чтобы соответствовать в кадре. — Классная бижутерия! — решила, примерив так и эдак. — Только тяжелая, на макушку давит. Вот если б не отсутствие клейма, решила бы, что настоящее белое золото. С брюльянтами! Утомившись фотографироваться, взвесила венец в руке, отвела руку подальше, поймав лучик солнца, пробившийся сквозь густые кроны: — А сверкает-то как, мама дорогая!.. Ролевик выразил согласие громким чиханием. ________________ — Зимка-а! Я за тобой пришла! — заорала Варя на бегу. Завернула за куст сирени — и глазам не поверила: муженька даже на час нельзя оставить одного, тут же вокруг начинают виться всякие кокетливо лыбящиеся особы! Хотя, конечно, с другой стороны, так даже лучше — в глубине души она желала этой встречи в качестве реванша за когда-то разбитое подругой сердечко. — О, наша Варежка явилась! — бесцеремонно пихнула Анька Зимослава в бок. Тот, едва услышав голос суженой, вскочил со скамейки, сияя неподдельным счастьем в мерцающих от слез глазах… и поспешил отвернуться, дабы чиханием и сморканием не осквернять взор невесты. Анька загундосила ворчливо-успокаивающе, заботливо вынула из упаковки и протянула ему очередную салфетку взамен той, что отправилась в мусорную урну. Оно, конечно, счастье, что подруга случайно тут оказалась и поддержала, не дала Зимославу в одиночестве зачахнуть. Только Варю всё равно прошило болезненным уколом ревности. Да и на шею своему принцу с разбега не повесишься — стыдно под пристальным взглядом, а ведь так мечталось всю дорогу от Улья. — Мы тебя уж заждались! — объявила Анька. — Я тут полчаса работу прогуливаю, а собиралась только кошку покормить. — Ой, Ань, спасибо, что присмотрела за ним! — от чистого сердца поблагодарила Варя, задвинув неуместную ревность поглубже. — Да не за что, я с удовольствием присмотрела, полюбовалась… — хихикнула та двусмысленно. Отдала корону и стрельнула глазками, вновь смутив еле прочихавшегося королевича. — Говорю ему: ты от флоксов чихаешь! Они так воняют, что любой соплями изойдется. Давай, говорю, отойдем! А он твердит: нет! Буду, мол, тут сидеть, мне Варенька сказала ждать, не сходя с места! Я б уж давно его в кафе увела, хоть чаем бы напоила, мороженым бы угостила. А пойдемте сейчас? Варь? — Ох, извини, нас такси ждет, надо домой ехать, — отказалась та, поглядывая на расклеившегося супруга с тревогой. Вспомнила: — Кстати, о кошке можешь не беспокоиться, наши со Снеженом подружки ее забрали, насовсем. Воспользовавшись минутой, пока Зим снова отвернулся пообщаться с салфеткой, Анька восторженно зашептала подруге на ухо: — А этот ряженый тебе кто? — Суженый, — веско отрубила та. — Еще один? Тоже фиктивный? Ну хоть этого, бракованного-сопливого, можно отобью? Тебе предыдущего хватит! А то, ишь, развела женихов! То блондин, то!.. ну, вроде тоже блондин. — Простите, — вернулся к ним объект спора, хмуро шмыгнул носом, — Варя — моя нареченная перед богами и людьми, у Злата я ее отбил в честной дуэли. «Вот фиг тебе, разбежалась!» — ясно читалось в Варином взгляде горделивое превосходство. — Ишь ты — на дуэли! — протянула завистливо Анька, подразумевая: «Было бы за что тут сражаться, девица-приз не первого сорта!». — Ох уж эти ролевые игры! Значит, ты теперь мадам Снежина будешь? Фамилия-то какая красивая! А на свадьбу не пригласила! — Не было еще свадьбы, не до нее пока. А если будет, то за границей. Всё, Ань, прощай! С тобой можно часами болтать. Еще раз спасибо! Варя прильнула к своему потеряшке, крепко уцепилась за локоть и решительно развернула на выход. Быстро дошли до машины, слыша сзади не отстающий цокот каблуков и невнятные восхищенно-завистливые возгласы. Варя не удержалась: прежде чем усадить Зима на заднее сидение, на мгновение прижалась к его груди, без слов пожаловавшись, как она волновалась за него. Зим в ответ порывисто обнял ее, будто еле дождался разрешения, стиснул свое самое дорогое и желанное на свете сокровище. Сзади умиленно охнули. Варя досадливо шикнула, разорвала объятия и, собственнически положив ладонь на сиреневую макушку, чтобы не приложился головой с непривычки, запихала муженька в машину, пока его кое-кто окончательно не сглазил. — Погоди! — потянула ее за рукав Анька. — Ну что? — пришлось развернуться. — Тебя столько времени было не видать — ты совсем уехала? Или как? — И так, и сяк. Чего я тут буду, если у мужа за городом целый замок на природе? — Ёшкин кот — замок! Принц! И свадьба за границей!.. Машка меня спрашивала, почему ты давно за брюльянтами не приходишь — а тебе, поди, натуральные каменья теперь дарят? И где ты только таких мальчиков себе находишь?! — Да, конечно, бриллианты, скажешь… Ой, Ань, хорошо, что напомнила! Надо Машке сказать, чтобы крупные фианиты мне откладывала, я зайду как-нибудь, возьму у нее оптом — мне для Снежена много надо камушков, на него не напасешься, всё перещелкает! — Ты чего, подруга, — изумилась та, — парня вместо ёлки новогодней наряжаешь? Кто из вас фетишист — он или ты? — Ай, ничего ты не понимаешь! — Куда уж мне, это ты у нас стала спец по извращенцам! — захохотала приятельница. Позволила наконец-то Варе сесть в такси, захлопнула за ней дверцу, помахала ручкой: — Ну, счастливо тебе наслаждаться богатой замужней жизнью! Уж не пропадай совсем-то! Пока ехали домой, несчастного королевича слегка укачало от запаха бензина — и от петляющих переулков, по которым снова объезжали пробки. Варя ему уж и шоколадку кусочками прямо в рот подсовывала, и за руку держала, и салфетками с ландышевой отдушкой обмахивала. Потом догадалась: сунула его руки в раскрытый рюкзак и вручила прихваченные из дома украшения. Раздались характерные щелчки, но Варе было не жалко ни изрешеченной подкладки любимой торбы, ни колец и браслетов — Врану потом отдаст, починит. Таксист, крутя баранку, с любопытством поглядывал на них через зеркало. Варя посчитала нужным пояснить, что у нее там в рюкзаке щелкает: — Игрушка-антистресс, для успокоения нервов. Мужчина кивнул сочувствующе: — Бледный он у тебя какой! Может, вас в больницу подбросить? — Аллергик, — отмахнулась Варя. — С ним бывает, не впервой. — Ну уж надеюсь, что не наркоман. Нариков-то и алкашей жены если и ездят забирать, то так по дороге костерят, что даже мне за компанию стыдно делается! Зим разговор пропустил, осев в короткий обморок, уронив тяжелую голову ей на плечо. Варя ему сразу пузырек нашатыря под нос сунула, растормошила, благо уже затормозили перед родным подъездом. — Помочь довести? — предложил таксист, уж больно парочка нежная попалась на загляденье, да красивая при всём своеобразии. — Справлюсь. — Варя поблагодарила, расплатилась. И в лифте ухватила вялого супруга за воротник, слегка встряхнула: — Ты почему короной не пользовался?! Я ж тебе ее специально зарядила! — Прости. Думал, лучше оставить на самый крайний случай. И если бы ненароком взорвал камни, что сказал бы кузине? — Ох, горе ты мое… Так, обнявшись, кое-как отперли замок в две руки — у Вари рука дрожала, никак не попадал ключ в скважину — и ввалились в тесную прихожую. Встали, притулившись к двери, взаимно не желая отпускать друг друга. — Обувь надо снять, — строго сказала Варя, расплющив щеку о рельефные застежки на камзоле. — И обниматься лучше в комнате на диване. — Угу, — согласился Зим, тепло сопя ей в макушку. — Останься со мной? — Да тут я, тут. — Навсегда останься. — Ну, «навсегда» слово страшное, — хихикнула она смущенно, — мне надо поду-у-умать… — Прости меня! Варе почудился всхлип, она бы вскинулась, но из сильных рук без борьбы не выкрутиться, а сопротивляться абсолютно не хотелось. На макушку капнули две горячие капли. — Ш-ш… — погладила по спине. И тоже против воли задрожала подбородком.— За что прощать-то? — Что не верил в тебя, не доверял так, как ты заслуживаешь. Я ждал… и так боялся, что ты не придешь. — Как бы я могла не прийти? Это мой мир, и ты — мой! — Вот именно. Твой ли? — В смысле?! — Варя аж реветь расхотела. — Я не знал, что думать. Ты разозлилась на меня почему-то. Около не открывшегося портала — ты так посмотрела на меня тогда… — Так вот почему у белогорцев ты был таким дерганым — не из-за войны, а из-за меня? — Я решил, что ты меня возненавидела, — прошептал он. — И ты имеешь право меня ненавидеть. Презирать. За то, что я заставил тебя остаться, заставил стать моей женой, удерживал тебя при себе, использовал, подвергал опасности, не отпускал домой… Сейчас ждал и думал — вот твой шанс уйти и бросить меня. — Да ты что? Да как же я бы?.. — Возмутилась она, такое предположение выглядело почти оскорбительно. — Как же я смогу без тебя? — продолжал Зим, глотая слова и слезы. — Ты приучила к твоей поддержке, к твоей любви, я не выживу, если ты меня оставишь! — Да я просто ревновала тебя к Красе, дурак ты эдакий! — заорала Варя, со всей досады стукнула его кулаком по плечу, отпихнула от себя, чтобы поглядеть в глаза. Глаза были покрасневшие, зареванные, испуганные и недоумевающие. — Зачем? — Это я у тебя должна спросить: зачем ты с ней миловался?! — снова вцепилась в его камзол Варя. — Когда?! — Да тогда же! О чем вы с ней в библиотеке секретничали, а? — Она… что я… — прошелестел Зим, вознамерившись сползти по стеночке в обморок. Но кто б ему позволил уйти от ответа! — Не слышу!!! — Она сказала, что я влюбился в тебя, — зажмурился он, точно ожидая пощечины. — А? Хм… И? Варя отпустила несчастный воротник, пригладила ладошкой помятый лацкан. — Что? — чуть слышно выдохнул он. — Ты-то сам как думаешь? — усмехнулась она. — Думаю, что Краса права, как всегда, — с несчастным видом пожал он плечами. — Ой, какое интересное признание в любви получается! — Прости. — Ладно, будем считать, что сейчас я ничего не слышала. Но потом, как придешь в себя, чтоб признался мне как следует! Понял? — Да, — вздохнул он с облегчением. — Ладно, иди-ка ты умойся. А то ты такой милый, так хочется тебя зацеловать! Но не сопливого, извини. Чур не краснеть! Стоп! А то еще в обморок рухнешь, оно мне не надо. У меня квартира маленькая, тут вообще падать негде! Видишь? — она приподняла штанину, показала «расцветшую» ногу: — какой я себе синяк набила, к тебе спеша и спотыкаясь! Зим, словно в покаянии, опустился перед нею на одно колено. — Э-э, ну чего всё в прихожей-то?.. — промямлила она. Однако он не собирался просить ее руки и сердца, а завладел ушибленной ногой — бережно освободил от кроссовки, поставил ступней себе на колено, закатал штанину. И нежно провел ладонью по ушибленному месту. — Не надо! — взмолилась Варя, но дергаться и прыгать на одной ножке остереглась. — У нас же колдовать нельзя! Сейчас как шарахнет! Тем более ты не восстановился… Она осеклась, широко распахнутыми глазами взирая, как свежая густая фиолетовость исчезает под теплой ладонью. В довершении лечения Зим легонько чмокнул ее в ямку под чашечкой. — Вообще-то никогда не верила в присказку «поцелуй чтобы не болело», — ошеломленно хихикнула Варя. — Интересно, почему тебя током не дергало? — Потому что мы с тобой единое целое, — улыбнувшись, произнес Зим. — Ага, энергетически замкнутая система! — фыркнула она. Позже до дивана они всё-таки добрались. Вернее, истомившись ждать под дверью, пока ее ненаглядный чистюля закончит плескаться в ванной, Варя, как только он вышел — вкусно пахнущий ее шампунем, в широкой футболке и трениках, оставленных ее отцом на случай гостевой ночевки… Такой свой и непривычно-привычный… Облизнувшись, Варя схватила его за оба запястья и повела в комнату, где просто пихнула на заранее торопливо застеленный диван. И сверху на него кинулась, оседлала, припав грудью к груди, нос к носу, собираясь зверски замучить ласками в целях обоюдной энергетической подзарядки и снятия нервного напряжения. И после первого жадного поцелуя приподнялась на руках, уточнила: — Ой, а может сначала поесть чего-нибудь приготовить? И на миг выпала из реальности, залюбовавшись смущенно трепещущими ресницами, рассыпавшимися по подушке влажными сиреневыми прядями. Не отказала себе в удовольствии провести подушечками пальцев по щеке, ощутив едва-едва покалывающие щетинки, пока еще невидимые. Обвела невесомыми прикосновениями чуть порозовевшие приоткрывшиеся губы, манящие, как и мелькнувший между ними кончик языка… — Поесть потом, — шепнул он стеснительно, — сейчас бы чая горячего… с долькой шоколадки… Варя прыснула смехом, упала на него, торопливо вжимаясь всем телом. Но тут же взяла себя в руки, поднялась, снова фыркнула и с наслаждением взлохматила вихры: — Сейчас, мой принц, любое ваше желание будет исполнено! Но с дивана слезть не успела — оба оглянулись на шорох, донесшийся от распахнутого книжного шкафа. Вслед за скрежетом крошечных коготков на нижней полке сами собой выдвинулись из тесного ряда четыре томика, корешками вперед. И упали на пол с глухим стуком. Из промежутка же появилась миниатюрная острая лисья мордочка, увенчанная носом-черничкой. — Финик? — не поверила своим глазам Варя. В ответ белко-песец радостно тявкнул. Протиснулась голова и широко расправились уши-лопухи. — Как ты сумел пролезть к нам?! — недоумевала она, всплеснула руками, при этом не порываясь покидать насиженное местечко. — Я думала, портал придется восстанавливать неделю, не меньше! — Почему? — не понял Зим. — Ну… — замялась Варя, принявшись чертить пальчиком узоры у него на футболке. — Не хотела тебе говорить, чтобы не расстраивать. В общем, когда я вернулась, портал почему-то сразу выключился. Зимослав нахмурился. Приподнялся, опираясь на локти, присмотрелся: — Так вон же две книги с верхних полок упали! Наверняка их выбил созданный тобой шлейф потока — это как раз книги-накопители, самые емкие в твоем шкафу. Теперь и Варя заметила лежащие под столиком томики: «Алиса» и «Нарния». — То есть, если поставим всё на место, портал починим? — Конечно! Будет, как прежде. Он и не ломался, раз Финик добрался сюда даже без участия этих элементов цепи. Кролик, сидя перед шкафом и вылизывая помятую шерстку на хвосте, согласно тявкнул. Вдруг вспомнил о чем-то — нырнул головой обратно в свой секретный лаз и принялся что-то усердно тащить, топорща хвост и упираясь всеми лапами. — Как думаешь, ему помочь? — тихонько спросила Варя. — Только если попросит, иначе обидится. Белко-песец сам управился: свалил с полки еще две книжки, но вытянул-таки из темной «норы» объемистый круглый сверток, перевязанный шнурком. — Бандероль с того света, — хихикнула Варя. Как ни жаль было слезать с покорного супруга, однако ж любопытство пересилило. Она развязала шнурок, зашуршала бумагой обертки. Задумалась в сомнении: — Кажется, нам прислали супер-амулет. Специально для тебя, Зим! Наверняка Вихрь стащил у Чуролюта из кабинета, он раньше там красиво стоял в витрине — большой, сверкающий, драгоценный. Снежен сел рядом, опасливо тронул камень пальцем. Вскинул брови: — Ты зарядила такой громадный накопитель?! — Угу, — смутилась, хихикнув, Варя. — Заправила под завязочку! Но это было давно и я не специально! Потом как-нибудь расскажу. Удивительно, как Финик сумел его дотащить. Иди ко мне, моя лапуля! Я тебя поцелую, заботливый ты наш! Кролик ехидно фыркнул и мигом спрятался за Зимославом, намекая, что для лобызаний у нее есть муженек. Что ж, Варя момент не упустила. — Я помню-помню: шоколадка и чай… — пробормотала она в губы. Чмокнула еще разик, добавила: — А если согласен немножко меня потерпеть, сбегаю нам за тортиком… Или двумя… Там на паласе и накинулась, прогнав кролика на кухню. Потом все вместе вернулись на диван, и Варя, растекшись счастливой медузой, вымаливала прощение за обман и некупленный тортик, скармливая с рук одному шоколадки, найденные в заначке, второму — цельные орешки, выкрошенные из разломленных на дольки плиток. И только с новыми силами вернулись к сладким поцелуям — звякнул смартфон эсэмеской. — О, дядя Смурфик. — Кто это? — Друг семьи, — расплылась в хитрой улыбочке коварная женушка. — Легок на помине! Только два часа назад про него вспоминала. И принялась набирать номер, не слезая с мужа. Просемафорила ему, чтобы смело подставлял ухо подслушивать разговор. Слушая гудки, Варя рассеянно запустила пальцы в сиреневые пряди. — Дядя Слава? Привет! Как дела? Не ругайся, никуда я не пропадала: я ездила устраивать личную жизнь. Потом расскажу, куда. У меня к тебе вопрос первостепенной важности! Ты с какого возраста лысый? А до этого на голове что-то росло, кроме усов? А какой масти? Фиолетовые кудри, шутишь? Ах, как интересно! Так ты нарочно бреешься или сам по себе оплешивел? Мне важно! Потому что я хочу знать, станет ли у меня муж лысым. Муж-то? Анька говорит, блондин. Машка подозревает, что покемон. Вихры сиреневые, глаза желтые. Отзывается на имя Зимослав. Знаешь такого? Мой ровесник. Хотя если считать по-тамошнему, то на пять лет младше выходит. У нас, знаешь ли, обнаружилась разница во времени — ихний год длиннее маленько. Может, Кольцо тормозит или вторая луна гравитацию оттягивает… Нет, с ума я не сошла. И нет, еще не обвенчались, тебя ждем. Да, ребята в странных костюмах, которых видела Маша, именно оттуда. Угу, я его и сейчас вижу, вон он, на моем диванчике еле уместился, маловата мебель по длине. Нет, не может говорить, у него приступ аллергии, он опять весь в слезах и соплях. Ничем я его не травила! Я его лелею, как умею — это он флоксов на улице нанюхался. Нет, с ним всё в порядке, ну, теперь-то в порядке вполне. Да долго рассказывать — повоевали с белогорцами, чинили пространственные разрывы… Одна дыра осталась, не волнуйся, она не закроется благодаря твоей предусмотрительности и моими усилиями. Ты же специально мне сказки рассказывал и в колдунов со мной играл! Признавайся, наверняка сразу почуял, что во мне потенциал есть, чтобы порталы открывать? Ну, вот и открыла, уж извини, что так долго ждать пришлось. Из дыры вот недавно белый кролик вылез, такой, на песца похож. Тоже внимательно тебя слушает. Я его Фиником зову, а как ты его звал? Случайно не Фикус? Белко-песец тоже навострил лопухи, усевшись Зиму почти на голову — и при своем имени тявкнул, счастливый, затоптался на подушке и волосах. — Ладно, всё понятно. Значит, жду в гости. Лучше через пару часиков! Ага, тоже пей варельянку. Пока! Поглядела на втихомолку льющего слезы мужа, утешающе чмокнула его в губы, сунула еще шоколадку. Вздохнула: — Эх, и правда надо было тебя сперва нормально накормить, чтобы нервы крепче были. Потом позвонила Машке: — Сядь, если стоишь. У твоего отчима нашелся сын от первого брака. Нет, не скажу, какой он из себя — я пристрастна! И расхваливать не хочу, а то еще влюбишься заочно, а тебе нельзя по закону. Если не терпится, позвони Аньке, она сегодня нас с ним видела, наверняка себе на телефон нафоткала, пока меня рядом не было, так пусть тебе скинет. Следи за Смурфиком, чтобы не переволновался! А лучше вместе приходите в гости. Нажав отбой, извинилась: — Еще один звоночек — и займусь обедом, честно-честно! Папе своему позвоню. Сдается мне, что он был в курсе Смурфиковых приключений. Видимо, дядя Слава что-то предъявил в свое время в доказательство, раз отец его в психушку не сдал, а на первое время поселил у нас на даче. А бабушка и мама были так очарованы его манерами и интеллигентной внешностью, что запросто отдали его мне на растерзание нянькой на летние каникулы. — Почему Смурфик? — Машка придумала — может, подглядела, что у отчима щетина фиолетовая. А смурфики мультяшные — они ж синенькие как раз. И стал у нас Кудеяр Славомир Смур дядей Славой Смуровым по кличке Смурф. — Так получается, у меня еще одна сестра есть? Сводная? — Угу, — отвела хитрые глаза Варя. — То есть, у него новая жена здесь? — у Зима с трудом укладывалось в голове. — О да! Боевая бизнес-дама. Он за ней как за каменной стеной. Но ужасно ревнивая! — Теперь-то маме точно придется согласиться на развод. Они давно женаты? — Лет тринадцать уж, по нашему летоисчислению. У наших женщин, знаешь ли, принцы и короли непристроенными никогда не останутся!