Зависимость

      Фантомная тяжесть, сковывающая легкие, еще долго преследовала Тимоти. По телу то и дело проходили липкие мурашки, напоминающие ощущения охватившей его безысходности. Вроде бы прошли часы, но чувство, что он все еще был прикован позвоночником к холодному бетону никуда не исчезло.              Словам демонессы о непричастности Джека, он не верил. В голове просто не укладывалось, что существует еще один демон способный сотворить с ним такое. Не хотелось даже допускать подобных мыслей. Ведь если все сказанное Мокси правда, то он чертовски недооценивает способности демонов.              Как понимал Тимоти, Джек и так занимает высокое место в иерархии демонов. За небольшое время проведенное вместе с этим чудовищем он успел услышать достаточно. Слишком уж его убийца был беспечен общаясь с демонессой. То и дело он проговаривался о работе, надоедливых сотрудниках и нем.              Джек ни разу не упоминал имени этого человека в присутствии Тимоти, и это становилось одним громким звоночком. Слишком сильно тот человек задел душу демона. Джек жаждал отмщения, но в его планы не входил фамильяр. И когда от проблемы не удалось наспех избавиться, не задумываясь он сбросил Тимоти на попечение своей давней знакомой. Мокси — чудесная девушка, милая, заботливая. Рядом с ней он в коем то веке ощущал себя свободным. Настолько, насколько позволяла цепь связи, сковывающая их с Джеком души воедино.              Но насколько бы добра она не была, Тимоти не верил ее словам. Если эта тяжесть не навеяна Джеком, то кому сдался такой, как он. Ведь прошло уже около для, а его все еще не отпускало. Казалось, становилось только хуже, что не могло укрыться от прозорливых глаз Мокси. И в отличии от Тимоти, она явно настроена на разговор.              — Прекращай хмурить брови, иначе морщин не избежать. Зайчик, что стряслось? — наманикюренные пальчики легкими движениями очертили скулы двойника. Снисходительный взгляд Мокси дурманил застланное болью сознание. — Скажи мне, как я иначе помогу тебе?              — Не бери в голову, это все Джек.              Наспех отмахнувшись, Тимоти настойчиво намекал, что разговор окончен. В кладовке его уже ждут чудесные швабра и тряпка, а головная боль сама по себе должна пройти. Рано или поздно Джек наиграется и его отпустит, может даже выйдет жить так как раньше. По крайней мере Тимоти на это надеялся.              До этого момента Тимоти остается лишь надеяться, что он так и продолжит жить под крышей у Мокси. Здесь есть все: комфортное жилье, работа, еда. Вот, что еще ему для счастья надо, просто продолжать посменно драить полы, приглядывать за официантками, и в лучшем случае осесть здесь.              Расписывая планы на будущее, он оперся о ручку деревянной швабры и погрузился в мечты с головой, так и не заметив вошедшую со спины девушку. Не двинувшись она наблюдала за окунувшимся в мечтания сотрудником, который заметил чужое присутствие лишь спустя пару минут.              Громкий вскрик разлетелся эхом по небольшой комнатке, застывший на лице Тимоти ужас слегка развеселил Мокси. Один лишь взгляд на него вызывал в девушке смешки, и это ранило парня. Ведь именно она не давала ему забыть, кем он был. Подобными моментами, она лишь подливала масла в огонь, непроизвольно напоминая, чье лицо теперь навечно запечатлено на нем.              Неспешным шагом Мокси сократила расстояние и, заранее попросив прощение, накрыла его обкусанные иссохшие губы своими. Нежные касания девушки приносили удивление, но не больше. Это не было актом страсти, скорее чем-то поддерживающим. Так не целуют любовников. Это было скорее чисто соприкосновение кожи к коже, не более.              Всего лишь касания, однако почему тогда его душу так будоражила чужая близость? С головы сваливается тяжесть, становится проще дышать, свет больше не приносит боли, звуки перестают резать слух. Существование словно становится терпимей, и Тимоти с облегчением выдыхает:              — Что? Зачем?              Сладкий привкус помады остался напоминанием об этой чудесной неожиданности. Все сразу встало на круги своя. Мокси смотрит на него словно ничего не было, в ее взгляде вновь проглядывается легкая кокетливость, притягивающая и мужчин, и женщин.              — Надо было кое-что проверить, — задумчиво поделилась мыслями девушка, отдаляясь от двойника и вновь кинув на него взгляд. — Пошли, голубчик, а то здесь даже у стен есть ушки.              Тимоти послушно следовал за девушкой, совершенно не представляя, чего ожидать. Длинный коридор быстро привел их на место, запрятанное в глубине заведения. Кабинет встретил их умиротворяющей мглой, которая не тревожила и без того расшатанные нервы Тимоти.              Они прошли внутрь, но свет так и не зажегся. Только легкий отголосок неоновых вывесок отливал пурпурными переливами. В приглушенном свете демоница выглядела серьезней и устрашающе. Розовые оттенки мягкими тенями ложились на ее безжизненно фарфоровую кожу, из глубины кукольных глаз исходило легкое зеленоватое свечение. В голове неустанно билась мысль: «Она до одури опасная, но столь же завораживающая.»              Свет так и не включился, оставаясь в потемках двойнику было не по себе. Но девушку это ни капли не смущало, Мокси просто уселась на диван, не дожидаясь пока Тимоти осмелеет, начала разговор первая:              — Иди сюда. Не тяпну. Если и укушу, то тебе понравится, — поманив пальчиком, она поудобней уселась и похлопала по местечку рядом. Легко рассмеявшись, Мокси продолжила. — Шутка. Темка обещает быть поинтересней обмена слюнями. Тимми?              Опасливым шагом Тимоти подошел ближе, усаживаясь на предложенное место и только после поправляя девушку:              — Я Тимоти.              — Знаю, но Тимми поприятней звучит, — растянувшаяся на лице улыбка заставляла простить этой даме все. И он прекрасно поддавался ее чарам, — хотела у тебя спросить кое-что. Тебе ведь все еще не по себе? Почему не говоришь тогда?              Застигнутый врасплох Тимоти не знал что и ответить, слов было не подобрать. Что он скажет? Правду, что не доверяет ни Джеку, ни ей? Ага, конечно. Сказать правду — отвернуть единственное существо заинтересованное в его жизни, так еще и так просто. Он сидел, уперевшись ладонями в лицо, лишь бы на она не смогла прочесть правду скрытую, под маской чужой кожи.              — Это серьезней, чем мне показалось в первый момент… — неспешные слова Мокси остановились. Она словно подбирала правильные выражения, лишь бы не навредить еще больше. — В тебе оставили частичку силы и она постепенно сжигает тебя изнутри…              — Кто? Джек? — ярость, слетевшая с уст, была не его, не Тимоти. Это было поведение Джека, не его. На миг округлившиеся глаза являлись тому подтверждением. Тимоти замолк и только отрицательный ответ Мокси заставил Тимоти вновь заговорить. — Если это был не красавчик — сиятельство всея ада — Джек, то кто? Почему именно я, какого черта. Как так вышло, что никого кроме меня эта шляпа не затронула?              — Ошибаешься. Не только тебе поплохело, — осадила его Мокси. Окончательно усмиряя гнев закипающий в двойнике легкими поглаживаниями по плечу. — Я тоже это чувствовала, девочки так же ощущали это давление. Оно коснулось всех нас, но не так сильно. Тим, ты самый молодой, самый слабый. Боюсь, если бы не связь с Джеком, оно бы сразу же расщепило тебя. Пойми, я пытаюсь тебе помочь.              — Ладно, прости, — опустошенно произнес Тимоти и откинулся на спинку новенького дивана. Риторический вопрос повис в воздухе. — И почему оно сразу не убило меня? Стало бы в разы проще… А что делать теперь, скажи?              Взгляд, полный надежды, искал ответы в другом человеке. Казалось, в Мокси хранились все тайны мира. Она его ключик. Прожившая множество десятилетий или столетий, демонесса. Только вот разноцветные глаза встретили лишь сожаление.              — Я не знаю, но если ты умрешь, то потянешь за собой Джека, — странная дрожь, промелькнувшая в голосе, настораживала. — Понимаю, перспектива приятная, но разве ты не хочешь жить? Может мы еще придумаем, как тебя спасти и оборвать вашу связь. Не вы первые, не вы последние. Мы освободим тебя.              — А выйдет?              — Если не попробуешь будешь жалеть всю оставшуюся жизнь, правда коротенькую и мучительную, — ухсмехнулась Мокси. Она всячески желала разбавить гнетущую атмосферу, воцарившую кабинете, — Могу дать тебе слово или покляться.              — Ага, смешно…              Смешок, слетевший с уст Тимоти, словно и не принадлежал ему. Снова он, в каждой бочке затычка. Это был снисходительный тон Джека, но не его самого. Неустанно в мыслях пролетал вопрос, а сам Тим то еще остался? Не копия своего хозяина, не слепок когда-то живой души, а живущий от стипендии до стипендии простой студент. Существует ли Тимоти Лоуренс?              Уставшие глаза двойника устремились в темноту потолка, притупившаяся до этого головная боль с новой силой ударила по ослабшему сознанию. Теперь даже слабое свечение доставляло дискомфорт. Хотелось закрыть глаза, ощутить полнейшую пустоту раздирающую душу. Казалось, прикрой он глаза и почувствует, как огрызок чужой силы разъедает его изнутри, как разрушается цепь связывающая их с Джеком, а следом и сам Тимоти. А может процесс уже пошел, а это и есть оно, тянущее вниз чувство потери и обреченности, сковывающей болью сердце?              — Подумай пока, погуляй. Может решишься. — с надеждой проговорила Мокси. Ее легкий взгляд плавно проходился по фигуре рядом, — А мне предстоит вызвать Джека. Пойми, ему нужно знать. Всю злость беру на себя, иначе боюсь он тебя прикончит. Возьми наличных на столе, купи себе что-нибудь. Так уж и быть из зарплаты вычитать не буду. Сойдет за моральную компенсацию.              Припирайся, не припирайся — исход один. Мокси насильно выгнала его на улицу, приговаривая, что ему надо пройтись, проветриться, отдохнуть от постоянного пребывания в четырех стенах, облаченных в пурпурные цвета. Однако сам Тимоти так не считал. Он, как бы ужасающе это не звучало, призрак. Даже нет. Он оболочка, впитывающая чужую силу для существования. Зачем такому даже мнимая свобода, если все существование — одна сплошная иллюзия?              Ответа ему было не найти ни в деньгах, быстро сунутых в карман, ни в асфальте, шуршащем под ногами, ни в свете ночных фонарей. Тимоти просто продолжал идти дальше на свет вывесок, как заблудший мотылек, так отчаянно ищущий тепло.              Вывески сменялись одна за одной, а Тимоти все шел вперед, совершенно не зная, что делать дальше. Сколько ему еще бесцельно бродить по округе. Казалось, сейчас, шаркая по тротуару, время шло чертовски медленно. Минуты растягивались в года ожидания. Секунды в вечность. Это выводило, заставляло думать, зарываться в дебри сознания, прокручивать последние события, снова слышать фантомный шелест листвы, вой ветра и разящую боль от выстрелов Джека. Мысли неизбежно приходили к этому моменту. Иногда Тимоти вновь чувствовал те предсмертные муки. Всплывало ненавистное лицо, теперь запечатленное на нем самом. Он не помнил ни слов, ни звука снятого затвора, ни взрыва выстрела. Ничего. Лишь жуткую боль и сожаление, окутывающие его душу.              А ведь не захоти он в тот вечер пройтись до магазина и купить себе лапши, ничего не случилось бы. Его сгубило тупое чувство голода, схватившее посреди ночи. И самое ироничное он так и ничего и не съел ни в ту роковую ночь, ни после. Теперь голода не существовало, да чувство пустоты неустанно преследовало, но это другое. Ее было не заполнить едой, требовалось большее. Сила своего хозяина. В моменты когда Джек снисходил до него, Тимоти ощущал, как липкая пустота на время покидала его тело, но уже на следующий день ее цепкие руки неизбежно возвращались, окутывая Тимоти чувством голода.              Проходя мимо очередного магазина Тимоти на секунду замер. Может вот он шанс проститься с самим собой. Правда каким именно: расщепляемым в данный момент призраком или трупом, закопанным в множестве километров? Ответа он не знал, даже задумываться об этом больше чем на две секунды не хотел. Сейчас Тимоти желал просто ощутить забытый вкус быстро завариваемой лапши. Просто вкушать ее и ничего больше.              Быстро завернув в ближайший магазинчик, Тимоти сразу же нашел нужные полки. Поспешным взглядом прошелся по ассортименту и выбрал что-то не слишком дорогое, но и не самое дешевое, как в былые времена. Все просто - обычная лапша и не более.              Дойдя до единственной открытой кассы, он увидел, на кассе никого. В момент просмотрев весь магазин, Тимоти увидел еще одного покупателя. Точнее единственного на магазин. Молодая девушка старательно вглядывалась в полки, наполненные печеньем. Синие волосы аккуратно спадали ей на лицо, она отдаленно кого-то напоминала Тимоти, только вот кого? Скорее всего одну из многочисленных сокурсниц, выкрашенных во все цвета радуги.              Воспоминания приятным теплом растекались по сердцу. Он безумно скучает по этим временам. Больше так не будет. И эта прекрасная девушка, словно источающая свет, очередное напоминание об ускользающем прошлом. Часть его личного реквиема. Тимоти был благодарен ей, один взгляд на нее повысил его настроение. И когда он наконец сместил внимание вновь на кассу, там уже стоял мужчина.              Расплатившись и выйдя, Тимоти собирался уже идти обратно в сторону бара, только вот его внимание случайно переключилось на мелькающий в темноте переулка огонек сигареты. Взметнув взгляд на человека в подворотне, он замер. Тяжесть, повисшая на сердце, усилилась стократ. Всего в пяти метрах от него стоял полностью опустошенный человек. В воздухе словно витало отчаяние, так и норовившее забраться под кожу.              В мерцающем свете тлеющего фитиля сигареты Тимоти разглядел лицо парня. Огни, падающие на белоснежную кожу, оттеняли глубоко залегшие тени под глазами. Уставший пустой взгляд, направленный на стену напротив, заставлял Тимоти съёжиться. Незнакомец словно искал ответы в старинной кирпичной кладке, и никак не находя, лишь сильнее втягивал в легкие сигаретный дым. Казалось, словно еще секунда и парень сольется со стеной, такой же безэмоционально и безучастной.              Наблюдая за парнем, он не мог не подметить как тот красив, с каким изяществом тонкие пальцы держали дотлевшую до фильтра сигарету, что так и норовила обжечь нежную на вид кожу. Тимоти был готов наблюдать за ним вечность, если бы не этот удрученный взгляд карих глаз, отражающий огонек, дарующий им какой-то намек на жизнь.              Что-то внутри отзывалось при взгляде на парня. Чувства буйствовали, накатывали с новой силой. Тимоти его понимал, в нем скрывалось схожее чувство тихого пожирающего изнутри отчаяния. Пустота, поглощающая этого человека, была в разы больше его самого. И она так и норовила дойти и до Тимоти, просочиться внутрь, заполнить все возможные уголки его бренной души.       

      ***

             Раздражение, скапливающееся в просторном кабинете, заставляло нечисть содрогаться перед более сильным и подавляющим их существом.              — Знаете, но это уже никуда не годится. Это умопомрачительный отстой, — завещал Джек, вглядываясь в едва тронутое страхом лицо сотрудника. — Просто новый антирекорд!              Оправдания, застревающие в горле у одного из руководителей отделов, в мгновение заглушились голосом Мокси, раздавшимся из ниоткуда. Слова демонессы лились прямиком в его уши. Джек хоть и отвык от подобного рода связи, но не дрогнул. Лишь усмехнулся, вспоминая слова девушки про старость и неудобство таких методов. И если бы не услышанное, он бы незамедлительно припомнил ее же слова, только вот сообщение Мокси выветрили все посторонние мысом из головы Джека.              «Оторвись от безумно увлекательной работы и гони в бар. Твой прекрасный фамильярчик серьезно пострадал… И если тебя не будет к утру, боюсь, он окончательно кони двинет, а потом я подвешу твоё бездыханное тело за яйца. Надеюсь, теперь понимаешь насколько важно твое присутствие.»              Голос Мокси слегка дрогнул в момент когда она заикнулась о Тими. Зная ее, все сказанное могло оказаться ложью, но Джек быстро осознал — это не так. Это тревожило. Ведь проверяя расположение Тимоти, он не мог точно сказать где тот. Все сбоило, и когда Джек посылал импульс новой силы, ему приходила ощутимая отдача. Тимоти так просто-напросто не мог, его собственных сил хватало лишь на поддержания сущности. Не более.              Что-то случилось, так еще и прямо у него под носом. Снова. Черт, а ведь он снова доверился и вот итог — Тими на грани смерти. Просто прекрасно, лучше и быть не могло, а тут еще и особо раздражающая мушка, так и норовила выслужиться перед начальством. Подчиненный все оправдывался, доказывал свою правоту, хотя Джек прекрасно ощущал, как страх пропитал рубашку и как в волоски встали на его стремительно лысеющем черепе. Смешно, безумно. Настолько, что аж руки чесались открыть верхний ящик, взять пистолет и выстрелить этому оболдую прямо в голову. Может тогда он наконец заткнется, ведь кричать и собирать свои размазанные по поверхностям мозги гораздо важней.              Еще одно слово слетело с губ подчиненного, и терпение Джека кончилось. Молниеносно достав пистолет, он одним быстрым движением сделал прелестную дыру в черепе этого зазнайки. Кровь с ошметками мозгов разлетелись по полу и стенам кабинета, стремительно окрашивая дорогой паркет грязной кровью. Отчаянный крик боли наполнил помещение, и Джек готов был поклясться этот вой страха звучал в разы лучше муторных слов.              — А вот это было здорово! — усмехнулся Джек, глядя на оторопевшую нечисть, которая старалась закрыть кровотечение. — Мои указания понял? Не возвращайся пока не разберешься с этим.              Как только голос Джека затих, так сразу мужчина сбежал, оставляя за собой море грязи, витающий в воздухе запах железа и пороха. Наступила блаженная тишина, никто больше не капал на мозг. Если, конечно, не считать Мокси и этой небольшой проблемки с Тими.              Уставши потерев переносицу, он встал и пошел в сторону кофеварки. Пару нажатий и машина выдает тебе свежесваренный кофе — просто чудо. Именно то, что надо. Усевшись обратно в кресло, Джек просматривал письма, параллельно глотая в меру горький кофе. Ничего сверх срочного или важного найдено не было. А если и было, подождут.              Кружка согревающего напитка опустела достаточно быстро, даже слишком. Никакой энергии она не дала, казалось словно наоборот сонливость накрывала его с новой силой. Глаза становились тяжелыми и даже густой запах запекающейся на полу крови уже не бодрил. На секунду прикрыв глаза, Джек уже не смог их открыть. И вторил себе, что буквально пять минут и он соберется, отправится к Мокси. Главное, чтоб эти пару минут длились подольше.              Его стремительно накрывал дурман дремоты, все тело ощущалось ватным и до ужаса тяжелым. Сознание, одурманенное легким сном, не хотело уплывать, оно безбожно цеплялось за всяческие образы. Перед глазами проносилась размазанная по полу кровь, выстрел, залитое алым лицо мужчины. Постепенно его образ стирался, превращался грязный, как и сам человек, силуэт. Он стремительно растворялся в воздухе, а вслед за ним являли себя размытые образы, сопровождаемые тихим шепотком. Джек уже слышал этот голос, когда-то давно, множество лет назад.              Блеклая тень стремительно обретала черты. Снующий под ногами ребенок, просящий поиграть с ним. С ней. Хоть Джек и не видел ее лица, но эти лоснящиеся черные волосы и заливистый смех ему не забыть никогда. Только вот в миг все веселье стерлось, исчезла бегающая под ногами девочка, теперь он был в том самом подвале и когда-то радостный ребенок сидел на полу и не смотрел на него. Лишь всхлипы, разрывали тишину.              Подойдя ближе, Джек обнял дочь за плечи, стараясь унять ее плачь, но выстроенный фантазией образ рассыпался прямо на глазах, оставляя за собой лишь руки со стекающей багровыми каплями кровью.              Как бы Джек не пытался стряхнуть ее, ничего не выходило. Она липла обратно, желая запятнать его целиком и полностью. Он бы погряз в кошмаре, если бы не чужой голос. Обернувшись на который, Джек встретился взглядом с человеком, которого совершенно не ожидал увидеть в своем сне.              В дальнем углу стоял и смотрел Риз. Потухшие карие глаза с болью всматривались в него. Будто бы он старался разглядеть каждый мускул на озадаченном лице Джека.              — И почему ты не уничтожил меня, когда была возможность?.. — еле слышный шепот Риза эхом разлетелся по подвалу. — Зачем заставил стать этим? Пройти через столько боли, а главное ради чего?..              Слова ошарашивали, вызывали затаившуюся внутри злобу. Хотелось прорычать в ответ, накинуться на парнишку, придавить его к полу и окрасить его изящную шею кровью. Джек жаждал вкушать боль Риза, поглощать каждый болезненный стон.              Пока затуманенный разум поглощала жажда мести, его взгляд очерчивал исхудавшее тело бывшего любовника. Первым в глаза бросались темные синяки под поблекшими глазами. Затем разномастные глаза очертили силуэт парня, и взгляд зацепился за покрытые чернотой руки. Эта деталь в момент отбросила мечтания о скорой кончине Риза.              В этих осквернённых руках Джек видел самую худшую сторону их жизни. Тело парня не выдерживало, рвалось на лоскуты, пропуская в мир все скрытое под кожей. Нутро ликовало, вкушая страдания, но какая-то часть души рвала и метала. Как кто-то посмел сделать такое с Ризом, кто посмел прикоснуться и так извратить его собственность?              Постепенно образ мерк и все в округе становилось туманом уходящего сна. Джек неизбежно просыпался. Резко оторвав голову от стола, он снова и снова прокручивал в голове события сна. Те образы, которые он уже и вспомнить не мог, но чувствовал ту тяжесть на душе лишь при одной мысли.              Несмотря на разбитое состояние и гнетущие мысли, Джек быстро собирается и садится в машину. Всего пару часов пути и вместе с рассветным солнцем он подъезжает к уже закрытому бару Мокси. Входная дверь также закрыта, но всего через пару стуков она отпирается одной из подопечных демонессы. Милая девушка открывает ему и встречает, как горячо любимого гостя, отводя к управляющей, которая как раз Джека и ожидала.              Бросив пару лестных слов прелестной даме, Джек пошел прямиком к Мокси, уже ни на кого не отвлекаясь. Войдя он кинул наигранно приветливую улыбку девушке на диване и наспех осмотрелся в поисках фамильяра. Тимоти здесь не было.              — Где наш виновник торжества? — саркастичные слова мигом слетели с губ Джека.              — Вот, передо мной стоит, — мгновенно парировала Мокси, ехидно глянув на оскалившегося красавчика. — Ну скажи еще, что неправа. Не хотелось бы указывать пальцем, кто пустил мальчика в свободное плавание почти без сил. Ай-яй-яй…              Помахав а воздухе пальчиком, Мокси вернулась к рассматриванию бумаг. Странное сочетание этой женщины и документов просто не укладывалось в голове Джека. Через слой косметики проглядывал серьезный и уставший взгляд, время от времени желающий прожечь в нем сквозную дыру. Но слава богу Мокси могла лишь охмурить или спутать сознание.              — Ответь мне, где горячо обожаемый Тимми? И что у вас тут случилось за последнюю неделю. Не юли, дорогая, — растянувшаяся улыбка на лице Джека была до ужаса доброжелательной, так еще в купе с ней шел нарочито ласковый голос мужчины.              — Зайка, не смей угрожать мне, — уставший взгляд серых глаз взметнулся на присевшего на стол Джека. — Я тебе и так все расскажу, надо было просто немножко подождать. Не переживай, твой фамильярчик уединился в одной из комнат вместе лапшичкой. Попозже подойдет. А к чему вопрос? Ты его не ощущаешь что ли?              Вдумчивый интересующийся взгляд устремился на Джека. Прищур серых глаз не предвещал ничего хорошего.              — Ощущаю, просто прекрасно, — откровенно врал Джек, моментально переводя тему разговора в интересующее его русло, — Так что же случилось?              — Ничего особенного. Кто-то накрыл город сильнейшей волной энергии, Тимоти досталось, как мне кажется, больше всего, — будничным голосом проговорила Мокси и подняла взгляд на Джека.              Вникая в слова демоницы, Джек вспоминал то чувство усталости настигшее его этим днем, да еще и всплывали в голове слова о головной боли других демонов. Только вот в чем дело, ну плохо было малышу Тимми, что такого? Помучается немного, потерпит и все пройдет.              — Всего-то… — хмыкнув начал Джек, но его прервали слова Мокси.              — Думаю тебе хочется узнать, почему мучения твоей зверушки должны волновать такого занятого дядьку? — протягивая слова, демонесса все вглядывалась в растущее нетерпение и как назло откладывала момент. — Так вот. Частичка чужой силы засела у него внутри. Как вижу напоминать последствия и, что следует сделать во избежание худшего, не надо?              Чертова демонесса была права. Джек знал, такое случается, только вот никогда не задумывался, что это коснется его напрямую. Блять, лучше и быть не могло. Сначала отвратительные сны, теперь фамильяр с разлагающейся душой. Выход был только один, и он до безумия не нравился Джеку. Ладно, умер бы парень — не велика потеря, только вот между ними была связь. Их души все еще скреплялись воедино нитями негласного контракта, что значило умрет Тимоти — умрет Джек.              — Охуеть не встать… — смачно выругнувшись, Джек свалился на диван рядом с ухмыляющейся девушкой. Ей словно это было сравни представлению. — Злорадствуешь?              Пододвинувшись и освободив побольше места в ногах своему ночному другу, Мокси отложила бумажки.              — Не без этого. Я тут задумалась, кто мог устроить волну такой силы, что даже мне было сложно держаться…              Мокси не договорила, но Джек уже знал, чье имя вылетело бы с ее алых губ. Снова он, слишком много этого человека в голове Джека, то сон, то это… Было множество демонов, подходящих под кандидатуру, только вот в голове неизменно всплывало лишь одно имя.              — Риз, — вторил своим мыслям Джек. — Сходи позови Тимоти. Черт, почему я не избавился от него сразу, меньше проблем…              Мокси ушла. Тишина, повисшая в комнате, разбавлялась лишь шуршанием за стеной и мыслями, беспорядочно снующими в голове Джека. Даже для него было не известно к кому в большей степени относились его последние слова. Снующие мысли вызывали сильное желание выпить, ополоснуть пересохшее горло чем-то продирающим до костей, но Мокси вернулась раньше.       Даже сейчас, глядя на вошедшего следом Тимоти, Джек не чувствовал его близости. Он не ощущал власти над фамильяром, и учитывая, что ему придется сделать, это просто отвратительный исход. Однако выбора другого у него не было.              Парниша больше не жался и не сотрясался лишь при взгляде на Джека, он словно видел в лице Мокси защиту и старательно держался у демонессы за спиной. Особенно учитывая, что она сильнее его в разы, это просто смешно.              — Тимми, под юбкой спрятался и хорошо, — ехидно бросил Джек и обошёл девушку, — Я не желаю тебе зла, надо кое-что сделать, чтоб тебе стало лучше.              Чем ближе подходил Джек тем дальше отодвигался Тимоти, не давая приблизиться и на метр.              — Не верю. Все, что с тобой связано, одно сплошное зло! — возразил Тимоти, впечатавшись спиной в дверь, он взметнул взгляд на Мокси. В ее взгляде промелькнуло сожалении, серые глаза ясно давали понять — права выбора у него нет.              — Ого, у кого-то прорезался голос?              Наигранное удивление всплыло на лице Джека. Одно резкое движение и Тимоти уже был вжат в дверь. Да, воздействие на связь не давало никакого результата, однако пока у него оставалась физическая сила, Джек в этом и не нуждался.              Одной рукой оторвав прущегося на свободу Тимоти от пола, Джек проник молниеносным рывком прямиком в грудь фамильяра, ломая кости груди, проходя за сердце и забираясь туда — ближе к позвоночнику, где хранится самая важная часть человека. Пальцы руки неизбежно достигли места, что еще когда-то могло называться душой. Сейчас это было лишь вместилище энергии.              Внутри было пусто. Не осталось и следа от Джека, лишь крупинка чужой энергии, которая одновременно поддерживала и убивала фамильяра. Прикоснувшись к обжигающему светящемуся огоньку, Джек почувствовал, как по телу пробежала дрожь. Таящаяся внутри сила ему знакома, эти до безумия родные волны энергии не могли принадлежать никому кроме нее. Однако это никак не могло быть правдой. Ангел мертва.              Оторвав руку от чуждой силы, Джек старался не думать о дочери, чтоб поскорее закончить этот цирк с конями. Собственная энергия посредством прямого контакта с фамильяром вливалась в тело Тимоти, стараясь всячески вытеснить чужое.              Ничего не выходило. Сколько бы сил он не влил, Джек ощущал чужую энергию, исходящую от фамильяра. С этим ничего не сделать. Только время, выведет это из Тимоти. Но пока частичка чужой силы сидит в фамильяре, Джек все четче чувствует, как остатки энергии пульсируют на руке. И теперь он ощущал изменения, это не была Ангел, это Риз.              — Иди, — скомандовал Джек, вытащив руку из фамильяра. Висящее в воздухе тело с грохотом рухнуло на пол. — А я ведь хотел по-хорошему. Мокс, надо поговорить, но не при этом.              Перешагнув через бездыханное тело, Джек вышел за дверь идя в сторону бара. Не дожидаясь прихода Мокси, он налил себе самый хороший виски и опрокинул залпом, вновь наполняя стакан огненным пойлом.              — Не боишься увидеть счет за выпитое? — неслышно подошла сзади Мокси.              — Нет, оплатить не проблема, — сухо ответил Джек, выпив содержание второго стакана, но не помогало. И неизвестно отчего больше жгло горло, от алкоголя или от накатившего отчаяния. — Это Риз. И в нем сила Ангел. Что мне делать… а если ещё не поздно и ее можно воскресить.              — У меня мелькали подобные мысли, но чтоб настолько… Не ожидала … — выдохнула Мокси, обходя барную стойку и вставая напротив размышляющего Джека, — А сам то ты что хочешь? Существование Ангел и без того было неправильным. Понимаю, она твоя дочь. Но прознают сверху, и это коснется всех нас. Знаю, ты меня не послушаешь и сделаешь по-своему. Джек, но ты же понимаешь, что если воскреснет Ангел — умрет Риз.              Заветные слова слетели с губ демонессы. Она говорила это так, будто Риз ещё что-либо значит для Джека. Словно те трепетные чувства, пылающие ещё месяц назад, до сих пор горели в нем. Это не так. Гнев рос вместе с непониманием. Почему она неустанно лезет к нему в душу, почему делает жизнь его дочери равносильной ее же убийце?              Риз умрет и не изменится ничего, да и когда Джек говорил, что собирается так просто отпустить его? О нет, он сделает все, что в его силах, чтоб вытащить силу из Риза и оставить его в живых. Ангел будет жить, а Стронгфорка он прикует к ноге и заставит молить о смерти. Но такой моралистке, как Мокси, Джек не собирался раскрывать свои мысли.              — Сначала надо его найти, потом уже решу, что делать, — отмахнулся Джек, и догадываясь какие слова последуют дальше, он продолжил, — Остаётся найти его мелкую демоническую задницу, только вот у него чертовски хорошая маскировка. Не могу выследить.              В темном зале бара повисла тишина, разбавляемая лишь легким постукиванием накрашенных ноготков по деревянной стойке. Уставший Джек не мог придумать новых способов. По восторженному возгласу девушки можно сказать — это вышло у нее.              — Можешь использовать Тимоти, — непонимающий взгляд демона взметнулся на повеселевшую Мокси, — О-о-о, так ты не знаешь? Как частное тянется к общему, так и осколок души потянется к ее обладателю. Тимоти будет тянуть к твоему писаке, и он найдет выход в любом случае. А если пташку отпустить в свободный полет, все случится в разы быстрее. Улавливаешь, сладкий? Запусти наживку и рыбка клюнет.              — Хочешь, чтоб он жил не в вашем борделе? Ой прости, баре. Не думаешь, что дорогая наживка выходит? — хмыкнул Джек, встав со стула и обойдя барную стойку, он остановился рядом с девушкой и заглянул в ее кокетливые глаза, — Если о нем узнают, мне конец. Рискованно, но тебе я же могу довериться? Черт… Не верю, что ввязываюсь в твою авантюру. Я снимаю самую задрипанную квартиру. А ты, Мокси, обязана присматривать за ним и рассказывать мне.              — По рукам, Джек.              Договор был скреплен рукопожатием. Джек ушел, оставив Мокси саму разбираться с небольшой проблемой в форме, наверняка все еще лежавшего без сознания, Тимоти. План был запущен в действие и, как только Джек найдет квартиру, сбросит адрес, а пока задача Мокси состояла в подготовке парнишки.              Вернувшись в кабинет, Мокси обнаружила его лежащим на диване. Мертвецки бледное лицо свисало с подлокотника, и не знай Мокси, что он умер, подумала бы, что на диване ее ожидает свежий труп. Казалось, еще немного и это тело вывернет наизнанку. Только вот розовый велюр не так просто будет отстирать, и оставалось надеяться, что все обойдется.              Налив бедолаге воды, девушка присела рядом с Тимоти и протянула ему стакан. Вобрав в трясущиеся руки тару, он поблагодарил и мигом опустошил ее. Мокси хотела рассказать, что случилось, ввести его в курс дела, но Тимоти прервал ее не сказанные слова.              — Мокси, а возможны отношения человека и такого, как я? — сиплый голос Тимоти, заставил демонессу усмехнуться. Явно не поняв, как воспринимать это, он глянул в честные глаза девушки, — Освобожусь я от Джека и, что дальше? А если я влюблюсь? Это же нереально, все будут видеть это чертово лицо. Я не он.              Последние слова, наполненные непроизвольной дрожью, стали последней каплей. Мокси чувствовала спиной, как содрогалось тело парня, слышала тяжелые прерывистые вздохи разносящиеся по комнате, но не решалась повернуться к Тимоти. Она желала оставить его гордость не тронутой, лишь нежная рука успокаивающе погладила его по колену.              Мокси еще долго не решалась что-то сказать, но когда Тимоти поуспокоился, слова нашлись сами собой.              — Если думаешь, что я молода и красива, ты ошибаешься. Я суккуб, совращаю парней вроде тебя и ем их души. Для каждого человека я выгляжу по-разному. Но несмотря на это, нашелся мужчина, разглядевший меня такую, какая я есть, — усмехнувшись выдохнула Мокси, попутно поправила спадавшие на глаза волосы и скрутила пальцы на подоле юбки, — Я любила безумно, а он любил в ответ. У меня есть двое чудесных детей от этого человека. И теперь они мой якорь. Я ответила на твой вопрос?              — Да, — нервно сглотнув Тимоти присел рядом, — А что случилось с этим человеком, почему «был»?              — Все просто. Жизнь. — тяжело вздохнула Мокси, на секунду сбросив маску, но следом на кукольном лице вновь расцвета улыбка. — Раскрою секрет. Люди видят тебя таким же, каким ты был до смерти. Лицо Джека видят только сильные ангелы и демоны. Так что не переживай, все у тебя будет. Ты не он, поэтому ты будешь счастлив. И кстати, ты теперь будешь жить отдельно…              Рассказав, что скоро Тимоти переедет в отдельную квартиру и начнет жить один, Мокси встретила изумленный счастливый взгляд парня. В его глазах в коем-то веке играла надежда, ее не уменьшали слова о ежедневных визитах к ней в бар. Не пугала его и просьба в поиске человека, сильно насолившему Джеку. Нужна была лишь фотография бедолаги и время. Тимоти был готов сделать все, лишь бы оторваться от демонического мира и вновь почувствовать вкус обычной жизни.              За пару дней они обзавелись одеждой, телефоном и самое главное квартирой. Небольшой рюкзак был закинут на спину, указания получены, а Тимоти окрылен возможностью и верой в когда-то оброненные Мокси слова. Она освободит его от Джека. Тимоти верит ей. Он уже не чувствовал поводка, сковывающего движения и главное волю.              Ступая по бетонным ступеням пятиэтажного дома, Тимоти считал проступи, ведущие его к заветному этажу свободы, ну и конечно же квартиры.              — Девяносто восемь. Девяносто девять. Сто… — шепотом считал Тимоти. И на последней ступеньке он не заметил несущегося вниз человека.              Низкий мужчина зацепился за его плечо, снеся вниз на пару ступеней. Оторопевший Тимоти застыл. Он не успел толком сказать и слова, как незнакомец побежал дальше вниз, попутно выкрикивая слова извинений.              — Блин, прости чувак!              Человек унесся, а Тимоти все стоял как вкопанный. Глубоко вдохнув, он словно почувствовал, как свежий кислород наполняет неработающие легкие и как на языке ощущался давно забытый вкус свободной жизни.              Неужели все становилось на круги своя. Подобные мысли преследовали Тимоти вплоть до входной двери квартирки. Найти оставленный под цветком ключ не составило труда, пару щелчков ключом и новая квартира явила себя взору Тимоти.              Серая обшарпанная прихожая, пару шкафов, грязные, тронутые пылью полы. НО насколько бы задрипанной и старой не была квартира, она нравилась Тимоти. В ней была та самая доля свободы. Тимоти мог сотворить здесь что его душе угодно, и она в любом случае стала бы приятней взгляду.              Закинув сумки и расположившись в прихожей, Тимоти глянул на телефон. На экране сразу высветилось парочка уведомлений. Гадать от кого они были смысла не было. Сейчас там имелся всего один контакт — Мокси, и сообщения приходили только от нее.              В последнем письме она говорила, что высылает фотографию человека, которого надо было найти. И уже буквально в следующем сообщении висело фото насолившего Джеку мужчины. Тимоти сразу узнал эти черты.              С экрана телефона на него смотрел тот самый парень из подворотни. Только здесь он выглядел в разы свежее и живее. Глаза горящие и ловящие на себе восторженные взгляды. Так что даже через фото Тимоти чувствовал спокойствие и энтузиазм, исходящие от мужчины, не как тогда. Если встретившийся ему человек умирал изнутри, то этот цвел. И улыбка, тронувшая губы, была его личным аксессуаром, притягивающим взгляды.              Оторвавшись от фото, Тимоти не знал, что ответить девушке. Следовало дать ответ, сказать правду. Не найдя другого варианта, он решил позвонить Мокси. Гудок успел прозвучать всего пару раз, она взяла телефон слишком быстро. Тимоти рассчитывал, что у него еще было время на подумать собраться с мыслями, только вот голос Мокси в трубке раздался быстрее.              — Приветусик, — задорно проговорила Мокси с другого конца трубки. — Как вижу фоточку получил. Есть вопросики или звонишь рассказать про комфортабельность жилья?       — Я видел его недавно.              Слова сами собой слетели с губ Тимоти. Из трубки исходила вгоняющая в ужас тишина, которая все сильнее и сильнее нагнетала атмосферу. Но в момент, когда заговорила Мокси, все изменилось.              — А вот это интересный поворот, — смазано хмыкнув с другой стороны трубки, прошептала Мокси, чтоб было слышно только ему, — Давай-ка мы не будем так сразу говорить Джеку? Думаю ты не откажешься от отсрочки возвращения ко мне или встречей со смертью. Так что, сладкий, это будет наш маленький секретик.