Чешуёй загар

Оксана Утро было заполнено событиями, проносящимися со скоростью паровоза. У девушки было ощущение, что именно под него она и попала. Завтрак-тошнота-медкапсула-мечущийся супруг-второй супруг, Оксана ещё не осознала перемены, а Шорм уже половину вопросов решил. — Подожди-подожди, я не успеваю за тобой! Я беременна что ли? Мы спускаемся на планету? А когда? А как… — девушка пыталась упорядочить мысли. — Да, моя драгоценная, — харг присел рядом с ней. — Давай по порядку разберёмся. Вот видишь, — Шорм вывел на дублирующий экран результат сканирования, — это малыш, даже хвостик видно, на меня похож… — умилился будущий папаша. Оксана, всмотревшись в изображение, фыркнула: — Боюсь тебя расстроить, но на этой стадии у человеческих зародышей у всех есть хвостики, может он на человека будет походить… — А куда потом ваши хвосты деваются??? — спросил поражённый таким поворотом харг. Оксана развела руками: — Никто не знает… Загадка природы… Шорм уставился на неё с недоумением. Девушка не выдержала, расхохоталась: — Ой, не могу! Вот это лицо сейчас было! — веселилась Оксана, — прости, я пошутила! Отсмеявшись, она рассказала про особенности внутриутробного развития человека. — Хорошо, я понял. Давай дальше… Насчёт дома я распорядился, все коммуникации подключат, он будет готов к нашему приезду. Сейчас закажу продукты для тебя, как раз успеем забрать перед посадкой. Свяжусь со специалистом-репродуктологом, он тоже будет тебя ждать. — Со специалистом? — Да, я давно нашёл. Это один из ведущих профессоров Оссивар Эраши. Он ответил согласием на моё предложение сопровождать твою беременность. И сейчас изучает физиологию людей, готовится. Оксана не находила слов… "Это когда он успел-то всё это??? Неее, этот не соломкой, этот матрасами всё застелил. Хрен ушибёшься…» Девушка была поражена уровнем заботы. На неё накатило ощущение полного доверия, в такой безопасности она не ощущала себя наверное с детства. А тем временем харг продолжал: — Тебе нужно определиться, как ты будешь выбирать себе второго супруга в гнездо. — А как можно? Шорм стал рассказывать. Как оказалось, вариантов очень много. Можно заявить конкурс по определённым параметрам (силе, внешности, интеллекту, уровню материального обеспечения). Иногда брак заключался по политическим соображениям, тогда проводился закрытый кастинг только для избранных. Ещё было традиционное сватовство: ришту с белым цветом в одежде, её нужно догнать и сразиться с соперниками или с харгами, которые уже состоят в её гнезде. Но такой ритуал практически не используют, он архаичный. Сейчас всё более современно. У Оксаны возник бАААльшой вопрос. — Милый… А какого чёрта, если это древний ритуал, ты меня на той планете так резко в оборот взял?! Даже не задумался: «А вдруг я что-то не так понял?» А? На что Шорм, усадив девушку на колени, бессовестно заявил: — Милая! Харги, которые задавались вопросом: «А вдруг?», потомства не оставили. В этом деле не до сомнений и колебаний. Зато теперь я с самой нежной ришту и продолжу свой род. Девушка признала правоту супруга, действительно, у харгов конкурс в гнездо как в престижный ВУЗ, двадцать человек на место. — Я всё спросить хотела, а почему именно белый цвет, он что-то символизирует? — Да, мы же разноцветные, яркие. Ришту, надевая что-то белое, сигнализирует этим, что есть место в гнезде, можно занять. Так как ты хочешь выбирать? Мы можем устроить большой конкурс, оповестив все планеты, будет много достойных харгов. Оксане не нравилась эта идея, она с детства не любила огромные сборища, а тут по её душу соберутся. — А давай как-нибудь локальнее… Мне не по себе будет в такой толпе чужих харгов. Шорм Риш загрустил, он хотел для своей ришту самого лучшего, а она хочет ограничить выбор. Но вообще, это было ожидаемо, характер Оксаны он уже изучил неплохо. — Можно и локальнее. Городок около порта небольшой. Свободных харгов с подходящими параметрами наберётся около пятисот. — Сколько?! Пятьсот?! Мамочки… — ришту испугалась, — это очень много, я не хочу столько! Шорм вздохнул: — А сколько ты хочешь? — Не знаю… Пятьдесят, или сто на худой конец. — Зачем нам худой конец? Всё хорошо пройдёт, я уверен. Тогда не объявление нужно будет давать, а слух пустить про сватовство, первые сто, кто успеет заявку подать, те и будут учавствовать. На том и порешили. Накормив с трудом свою ришту, Шорм занял Оксану изучением традиций и культуры Харгов, а сам занялся решением предстоящих задач. После ужина ришту спросила: — Шорм, сегодня в видео про культуру упоминалась ваша музыка, можно послушать? Ты не включаешь почему-то… Не любишь? — Люблю, но она расслабляет сильно. Как-то не до того было, даже не вспоминал, если честно. У вас тоже музыка есть? Харг нашёл в галонете свою любимую композицию и включил для Оксаны. По каюте поплыли чарующие переливы высоких нот, уходящие плавно вниз. Звон тоиро переплетался с шелестом щитрэ, всё это оттеняли нежные звуки струнной хориты. Оксана внимательно вслушивалась. — На скрипку немного похоже… И когда на бокалах играют… Странно, но красиво. Ришту закрыла глаза и вдруг начала издавать звуки, они странным образом вплелись в мелодию, это было волшебство какое-то. Оксана тянула голосом слышимые ей ноты. Шорм пару раз в детстве слышал, как поют Хлоты — вторая ближайшая раса разумных, после Краксов. Тогда он был под большим впечатлением, это было удивительно и красиво. Делать музыку голосом! Люди тоже такое умеют!? Оксана Девушка слушала музыку, закрыв глаза и уловив ритм, она начала подмурлыкивая подпевать мотиву, растворяясь в мелодии. Через пару минут, по окончании произведения, Оксана посмотрела на Шорма. Тот замер с ошалелым взглядом. — Ой, прости, я часто забываюсь и подпеваю, дурацкая привычка… Харг покачал головой: — Это было очень красиво! Мы любим музыку, сочиняем её и исполняем на инструментах. Только не поём. Для нас это чудесно… Ты же ещё будешь мне петь? — Если ты хочешь, то буду, — застеснялась девушка. Оксана не обладала вокальными талантами, так, в караоке попеть хватало. А тут такой восторг супруга, что ей стало неловко. Надо дать послушать Шорму действительно красивое пение. На лайнере показывали выступления оперных певцов, звучал блюз, рок и совершенно новые направления. Через пять дней состоялся первый сенс связи с профессором Мажюлисом. В назначенное время пришёл вызов в формате конференции, ещё один собеседник присоединился к разговору из Федерации. Экран показал мужчину чуть старше средних лет. С новой продолжительностью жизни, Оксана затруднялась с определением возраста, но выглядел тот лет на пятьдесят пять. Людвиг Абрамович представил своего коллегу: — Знакомтесь, Оксана Николаевна. Фирнис Барт Тольевич — профессор геологии и географии Старой Земли. Вы себе не представляете, голубушка, в какую меня тут взяли осаду, все хотят с вами пообщаться. От биологов до кинологов. Ужас! Я отбиваюсь, как могу, но пришлось по одному вопросу разрешить задать, иначе же линчуют! Прошу вас, коллега. — Доброго времени суток, Оксана Николаевна, очень рад знакомству. Мне хотелось бы прояснить один момент. Я и моя команда, мы много лет ведем исследования, поиск одного затонувшего континента, и очень надеемся, что вы нам поможете установить его местонахождение. "Про Атлантиду что-ли спрашивает?" — заподозрила девушка. А учёный тем временем продолжал: — Мы изучали древние хроники на мёртвых языках. У нас уже есть предположения, где может находится континент Рим, и нам хотелось бы... У Оксаны вытянулось лицо: — Рим? Континент Рим? Вы уверены? — Да! На нём располагалось государство Ватикан, центр мировой религии. Вот, посмотрите, у нас есть довоенные снимки со спутника. Вот тут скопление островов, — Фирнис водил указкой по снимкам родной Оксане планеты. — Тут рельеф дна приподнят, и вот ещё одно место, что же из этого Рим? Пролейте свет на эту загадку. — Господа, вы не верно расшифровали древние хроники, — начала просвещать ученого девушка, водя пальчиком по карте. — Рим не континент. Вот Апеннинский полуостров, на нём государство Италия. Вот столица — город Рим. А вот от этой улицы, вот эти сады, эта площадь, вот это всё — Ватикан. И да, он имел статус отдельного государства. Сердце католического христианства, но не всей мировой религии. По лицам учёных Оксана предположила, что им понадобится медкапсула, казалось их сейчас удар хватит. — Сенсация! Это же сенсация!.. Наши многолетние исследования… Какие заблуждения! Немыслимо… — бормотал в прострации Барт Тольевич. — Извините меня, я вынужден сейчас отключиться… Если позволите, я хотел бы ещё раз связаться с вами... Вопросы только множатся... Экран погас. Людвиг Абрамович смотрел на собеседницу, как ребёнок на рождественскую ёлку. — У меня нет слов, Оксана Николаевна, нет слов… Когда мы с вами снова свяжемся? — Это к Шорму вопрос, я его сейчас позову. Шорм Риш поприветствовал профессора: — Доброго времени, через восемь стандартных суток мы будем на Рарши. Моя ришту в положении, ей нужен дом. Я пришлю номер, по которому вы будете с ней связываться. — Спасибо, Шорм, я же могу вас так называть? Послушайте, я не хотел расстраивать Оксану Николаевну, но вы должны знать. На корабль, на котором мы все должны были лететь, было совершено нападение. Его нашли дрейфующим почти около границ Федерации. Вся команда и Мстислава Витторовна были убиты. Следствие всю информацию держит в секрете, но я опасаюсь за нашу Оксану. Это хорошо, что вы спускаетесь на планету, там она будет в большей безопасности. Тем более в нынешнем положении... Берегите её, Шорм! До свидания! Сеанс завершился.