Чешуёй загар

Оксана Голова кружилась, зрение на какой-то миг расфокусировалось, само время будто вздрогнуло. "Очередной гиперпрыжок", — подумалось вяло. Сколько их уже было… Пять… Шесть? После отчаяния пришло безразличие, девушка стремительно скатывалась в депрессию. На столе заветривалась питательная смесь. Сегодня Ян угрожал насильственным кормлением, если она не начнёт есть… Пусть… Пусть делают, что хотят. Ничего не имеет значения, сил нет ни двигаться, ни жить. Оксана не смогла придумать, как спастись. После уничтожения чипа, надежда на помощь пропала. Новость о малышах удивила, обрадовала и принесла боль. Это очень страшно — попасть в зависимость от чужой злой воли. Да как они могут?! Зачем убивать её детей? Мысль о супругах приносила ещё больше страданий. Шорм может и выберет блокаторы, всё же сын у него — нужно растить. А Иш? Чувство потери разрывало сердце. Хоть бы оно не выдержало, пусть остановится! Что угодно, лишь бы эта боль прекратилась! Сначала девушка пыталась договориться со своими похитителями, но скоро поняла — это фанатики какого-то движения, возможно незаконного. Что-то доказывать им было бесполезно. На все её доводы она только и слышала: «Всë будет хорошо, это для вашего блага, вас освободили из плена». Всё звучало настолько убедительно, что Оксана боялась начать сомневаться в себе. Ей казалось, что Ян способен внушить правильность и верность своих идей. Девушке не хотелось терять себя, свои чувства. Оставалось только твердить как мантру: «Нет! Нет! Не плен, семья! Родная и любящая. Вы враги, вы разрушители всего светлого, что было в моей жизни. Вас ненавижу!» Может всё же удастся договориться с врачами там, куда её привезут? Она согласится на всё, только пусть они оставят детей. Их, наверное, двое… В семье были случаи двойняшек, и Оксана тоже всегда мечтала родить близнецов. "Мечты, @@@, сбываются…" - с горечью усмехнулась она своим мыслям. Девушка поднялась с кровати. Небольшой огонёк надежды побудил к действию. Пока детки с ней, надо заботиться о них, нельзя голодать... Шорм — Они запутывают след. Прыгают совершенно бессистемно! Но тут вы ошиблись, детишки! От папочки Горззии ещё никто не уходил! — груо весь был в азарте погони. — Ты точно их отследил? Мы сможем перехватить судно? — уточнил Ишиэри. Уже несколько суток они находились на борту этого разумного. То ли с ним, то ли в нём… Странное это было бы ощущение, если бы харги могли сейчас чувствовать что-то ещё, кроме гормонального напряжения. Все эмоции и рефлексии отошли на задний план. Все мысли заняты только поставленной целью: спасти и вернуть драгоценную. Кто тут сейчас бездушная машина? Похоже не груо. — Обижаешь, кэп! Не только догоним и перехватим, ещё и пристыкуемся! Доберётесь до своей женщины, и свалим к Великой Шестерёнке домой! Шорм уточнил: — Как ты собрался пристыковываться? Не думаю, что они ответят положительно на запрос. Только если обмануть их? — А в чëм сложность? — не понял Иш. — Более мелкое судно не может подлететь к крупному кораблю самостоятельно. Обычно челноки ведёт «искин» большего корабля. Слишком многое нужно учесть: инерцию, скорость, массу, траектории и даже орбиты окружающих небесных тел, — объяснил сиреневый. — Ага! Именно так и есть! Только я то не челнок, малыш! Я ещё и не на такие штуки способен! — веселился Горззии. — Я уже нашёл «карту» этого судна. Пристыкуюсь там, где проходит коммуникационный тоннель. Вскрою обшивку и выстрою вам переход. Найдете вашу ришту и обратно на борт ко мне. И всё! — иллюстририруя на экране свои действия, пояснял груо. — Но оружие всё равно возьмём, - подытожил Ишиэри. Шорм был согласен с ним. Хоть Горззии и упростил им задачу по максимуму, но внутри чужого корабля их может ожидать что угодно. Всё же ффыыы знал, кого послать им на помощь. Спустя пару стандартных суток харги тихо пробирались по коммуникациям судна похитителей. Где конкретно держат Оксану узнать не удалось, оставалось прочёсывать все подходящие помещения. Иш, как более мелкий, смог протиснуться в вентиляционную систему. Через какое-то время наушник системы связи, которым их снабдил груо, тихо проворчал: — Я нашёл каюту, только туда не пробраться, слишком узко. Зайдем с коридора. — Понял тебя, иду, — подтвердил Шорм. По коридору прогуливалась охрана — придётся прорываться с боем. Ну что ж, они готовы! Майор Николус Фëдрыч Жилкин Просматривая на экране запись с внутренних камер захваченного судна, майор все больше приходил в бешенство. Вся операция, разрабатываемая несколько лет, пошла коту под хвост! Чёртовы харги! Чтоб им провалиться в чёрную дыру! И как только они умудрились оказаться на корабле раньше группы захвата? На экране метались две тени, серая и сиреневая, методично уничтожая команду террористов. Даже для допроса никого не оставили! А как эффективно действовали! Майор залюбовался: все их движения рассмотреть можно было только в замедленной перемотке, до того молниеносно они ликвидировали противника! Когда космолет подозреваемых был окружён и лишён возможности перемещения, Жилкин транслировал требования о состыковке, которые, впрочем, игнорировались. И только когда к трансляции подключился представитель Ффыыы, о присутствии которого на спецоперации в приказном порядке настояло начальство, «искин» начал процедуру сближения. Сам ффыыы должен был прибыть с минуты на минуту к месту событий. Судно встретило группу захвата тишиной и трупами. В медотсеке два харга с оружием в руках караулили медкапсулу с похищенной девушкой. Майор с яростью и досадой осознал, что они опоздали. — Да вы понимаете, что сорвали нам операцию?! Мы разрабатывали её несколько лет! Эти фанатики — верхушка айсберга, у нас был шанс выйти на тех, кто стоит за этим на самом деле. Вы уничтожили всех свидетелей! — не удержался Жилкин от упрёков. Сиреневый зарычал: — Так вы знали, что Оксане грозит опасность и подвергли её риску? — проскрипел переводчик. — Она была им нужна живой, ей ничего не грозило! Сиреневый, рыча, вдруг схватил майора за горло и приподнял над полом, как котёнка. Задыхаясь и царапая огромную лапу, Николус пытался вырваться из этого стального захвата. Спасло майора то, что в эту минуту в рубку вошёл господин Ахха. Он дотронулся до сиреневого, курлыкая что-то на своём языке. Переводчик шипел для харгов. Душившее мужчину чудовище разжало тиски, и тот, закашлявшись, упал на пол. Воздух с трудом протискивался в лёгкие. — Я советую вам не злить харгов в боевом режиме, это может плохо для вас закончиться. Мы в нейтральном космосе, и закон будет на их стороне, — теперь ффыыы обращался уже к майору. — Вот отойдут от гормонального шторма, и пообщаетесь спокойно. — А когда они отойдут от этого самого шторма? — всё ещё отдыхиваясь, уточнил Жилкин. — Как только вылижут свою ришту, — прозвучал ответ ффыыы. «Боже, я НЕ хотел этого знать», — майора передернуло внутри, впрочем, он не подал присутствующим вида, что ему не по себе. Оксана Сознание возвращалось медленно, тягуче. «Медкапсула...», — определила девушка. Она уже спец по нахождению в этом чудо-аппарате. «Спасли!» — вспомнила Оксана вломившихся в каюту супругов. Несмотря на успокоительные, сердце пустилось вскачь от радости. Она же даже не успела с ними пообщаться, осознать, что вот они, рядом, когда её в полубессознательном состоянии внесли на руках в медотсек. Оксана привстала и осмотрелась. Где же Шорм и Ишиэри? Сейчас они нужны ей как никогда! Интересно, они узнали новость о малышах? Словно услышав ее мысли, в медотсек входит Шорм. Его хвост мечется из стороны в сторону, движения резкие, зрачки круглые, почти на всю радужку. Иш выглядит не лучше. — Оссана! — шипит сиреневый. — Нужна нам, прямо сейчас, нельзя ждать!!! Они с серым обступают девушку, и достав её из медоборудования, зажимают между собой. Гладят кожу, избавляя от одежды. Она водит руками по бархатной чешуе, боже, как же приятно к ним прикасаться! Шорм поднял Оксану на руки, подхватив под попу. Девушка приникла к любимому, обхватив его ногами. Она нуждается в них сейчас не меньше, чем они в ней! Прогнувшись назад, обняла серого за шею, притянула вплотную. Его язык нашёл нежные губы ришту, чтобы в следующее мгновение вылизывать сладость её рта и пить стоны драгоценной. Шорм уделял внимание груди, играл с сосочками, вставшими для него. Как горячо! Кровь кипит в жилах! Хочется уже почувствовать мужей внутри, утолить эту жажду, хочется требовать, а получается только жалобно хныкать. Шорм опустился прямо на пол, усадив Оксану на себя. Иш прижался сзади, продолжая доводить своим языком до безумства. Девушка потерлась промежностью о член сиреневого супруга, смазки было настолько много, что всё скользило и хлюпало до самых колен. Это очень понравилось Оксане, она чувствовала себя странно уязвимой и открытой, но вместе с тем требовательной и развратной. Член Шорма погрузился в лоно, порождая громкие стоны. Прижимая девушку к груди, риш начал двигаться. Пока он таранил её чрево, язык серого добрался до попки. Девушка впадала в неистовство, чувствуя ласку сзади. Ей хотелось, чтобы Иш тоже вошёл, чтобы супруги прямо отодрали её вдвоём!.. Сейчас ей нужно почувствовать их обоих! И серый не смог отказаться от предложенного. Было больно, но так нужна была эта боль! Возбуждение только усиливалось, Оксана уже выла на одной ноте, скребла ногтями по чешуе, кусалась. Это не секс, это сумасшествие, но именно так, только так ей было нужно сейчас. Они рядом, оба, живые, любимые! Шорм Придя в более-менее адекватное состояние, риш ужаснулся. Что они наделали?! Причинили вред своей ришту! Шорм всегда боялся этого, боялся в состоянии агрессии навредить любимой. Она не подпустит больше к себе, и будет права. Это их ришту приспособлены выводить риш из гормонального шторма. А человеческая женщина хрупкая. Страшно представить, как они её могли травмировать! В следующее же мгновение драгоценная опять была в медкапсуле. Благо не ушли далеко творить своё безумство. Программа диагностики была запущена, на экран выводились результаты. Иш, который стоял впереди, и читал отчёт, вдруг захрипел. — Что? Что там? Всё так страшно? — подскочил к экрану Шорм. Прочитав написанное, он замер в шоке. Травм почти не было, к огромному облегчению харгов, а вот новость сразу о трёх малышах женского пола, обрушивала знакомую картину мира.