Дотянуться до тебя

      Стук в дверь посреди ночи не был такой уж серьёзной причиной для беспокойства, особенно для Техноблейда. Поэтому когда он услышал его в первый раз, он проигнорировал это. Вместо этого он только фыркнул, предпочтя не покидать постель. По крайней мере до того момента, как стук раздался снова, уже более настойчивый. Поняв, что стучавший, видимо, не собирается прекращать, Техно недовольно вздохнул.       — Кого там принесло так поздно ночью? — проворчал Техно, садясь в кровати. Кто бы это ни был, он пожалеет, что решил нарушать ночную тишину именно в этом месте.       Техноблейд направился к двери, заодно подобрав топор, который всегда на всякий случай держал рядом с кроватью. Сопровождаемый тихим эхом от постукивания копыт по деревянному полу, он дошёл до двери, в которую всё ещё стучали.       От грубого толчка дверь распахнулась, позволяя наконец узнать личность незваного гостя. Тем не менее, это был последний человек, которого он ожидал увидеть.       — …Квакити?

***

      Свой вечер Квакити проводил так же, как и любой другой: готовя еду для своих парня и пасынка. Иногда Квакити забывал, что Туббо был ему неродным сыном. Это было не сложно, ведь ему нравилось заниматься воспитанием ребёнка. Особенно учитывая, что Шлатт практически всё время был на работе.       Пока Квакити занимался готовкой, Туббо сидел за столом, болтая ногами в воздухе, потому что до пола они не доставали. Он был занят игрой с машинкой и маленькой плюшевой птицей.       — А что на ужин? — поинтересовался он, следя за работой Квакити.       — Ммм, угадай. Туббо задумчиво хмыкнул, почёсывая несуществующую бороду.       — Спагетти? — предположил козлёнок, но Квакити покачал головой.       — Не-а, но ты был близок! Я готовлю остатки равиоли. Нам не стоит быть расточительными, — услышав это, Туббо кивнул и вернулся к своей игре.       И какое-то время так всё и шло. Готовка еды много времени не заняла, и когда с ней было покончено, Квакити стал раскладывать всё по тарелкам, отложив порцию и для Шлатта.       Он уже должен был быть дома к этому времени, что волновало Квакити. Это значило, что либо он где-то снова напивается, либо случилось что-то плохое. Хотя, если подумать, ни то, ни другое вовсе не было чем-то хорошим. В любом случае, было уже слишком поздно, чтобы ждать его, так что они сели ужинать. Но хотя бы обошлось без напряжённой тишины — Квакити с Туббо нашли о чём поговорить.       Но даже после ужина, когда Туббо уже давно спал, Шлатт всё ещё не вернулся. И только когда на часах уже было полпервого, дверь их дома вдруг резко распахнулась, заставив Квакити подпрыгнуть на месте от испуга. Но он быстро успокоился, заметив, что это был его парень.       — Чёрт, я напугал тебя? — сказал Шлатт, смеясь. Квакити пришлось встать и закрыть за ним дверь. Мобы, разгуливающие по их дому — это последнее, чего ему бы сейчас хотелось.       — Вообще-то да. Где ты был? — спросил утёнок грубым тоном. Этот допрос был вызван разочарованием и беспокойством, потому что данное явление стало чуть ли не еженедельным. Это начинало утомлять.       Шлатт замер на секунду, покачиваясь то назад, то вперёд от количества выпитого алкоголя. Он хотел было что-то ответить, но в конце концов отмахнулся и вместо этого направился в сторону кухни. Его тарелка всё ещё стояла на столе, но еда уже успела остыть. Даже не нужно было проверять, чтобы понять это.       — Я целыми днями работаю, чтобы когда я наконец-то прихожу домой, меня кормили холодной едой? — в голосе Шлатта было достаточно злобы, чтобы заставить Квакити вздрогнуть. Его слова были сродни грязи, но это не имело значения.       — Она была бы тёплой, если бы ты вернулся домой вовремя, — ощетинился Квакити. Смелое решение с его стороны.       Хотя если бы он знал, к чему приведут его слова, он не стал бы ничего говорить. Он оставил бы их при себе. Но он никак не мог знать, что это настолько сильно разозлит Шлатта.       Квакити видел это, видел, как с каждым шагом его пьяный партнёр всё больше закипал от гнева. Но прежде чем Квакити успел объясниться, он почувствовал боль от пощёчины.       — Неужели? Вот как всё будет? Не собираешь уважать человека, который платит за тебя, ленивая сука? — Шлатт практически выплюнул эти слова. Ауч. Слова ранили гораздо больше, чем боль в щеке.       Баран схватил его за плечо, грубо оттолкнув назад. Квакити дёрнулся, безуспешно пытаясь сохранить баланс.       — Ш-Шлатт, мне жаль. Только, пожалуйста, будь тише, ты разбудишь Туббо, — начал умолять Квакити. В конце концов, это было последнее, что их сыну стоило бы видеть.       — Даже не пытайся ускользнуть от этого! Ты чёртов… — проворчал Шлатт перед тем, как действительно ударить утёнка. Удар был достаточно сильным, чтобы сбить Квакити с ног. Он попытался отползти в сторону, но тут же получил ещё один удар в живот. Хоть он и пытался сдержать любые звуки, последний удар заставил его зашипеть от боли.       — Тебе повезло, что я всё ещё не вышвырнул тебя, потому что ты то ещё чмо! — Шлатт перешёл на крик, а его удары становились только сильнее.       Слёзы начали наворачиваться на глаза Квакити. Он был зол, расстроен, унижен — все негативные эмоции враз. Тем не менее, что-то внезапно надломилось в его сердце.       Это был не первый раз, когда Шлатт бранил и избивал его, особенно, когда был пьян. С него хватит. Квакити был обязан выбраться отсюда, если не для себя, то хотя бы для Туббо.       После очередного удара он нашёл в себе силы схватить Шлатта за лодыжку, что уже застало барана врасплох.       — Что ты-?! — Квакити не дал ему времени договорить, он дёрнул того за ногу, от чего нападавший грохнулся на спину. Благо, что он был пьян и не успел ничего с этим сделать.       От шока Шлатт и не думал сопротивляться и просто продолжил лежать на спине, постанывая от боли. Это дало Квакити возможность подняться с пола, которой он и воспользовался, тут же устремляясь к комнате Туббо. Он не стал тратить время на то, чтобы разбудить мальчика и всё объяснить — просто схватил его, завёрнутого в плед, и в срочном порядке выбежал из комнаты.       К его ужасу, Шлатт уже поднимался с пола. На секунду их глаза встретились и сердце Квакити замерло.       — Куда, чёрт побери, ты собираешься?! — прорычал Шлатт, медленно приближаясь к ним. Собравшись с силами, Квакити бросился к входной двери. Шлатт предпринял попытку остановить его, но, к счастью, она не увенчалась успехом — Квакити оказался быстрее.       Утёнок бежал сквозь ночь, не имея ни малейшего понятия, куда он направляется. Он мог слышать, как Шлатт надрывался позади, крича, чтобы тот отпустил его сына. Квакити сделал вид, что не слышит и продолжил бежать.

***

      — Я… Мне очень жаль, я знаю, мы не в лучших отношениях и…       — Можешь не продолжать. Я не собираюсь сидеть с твоим отродьем. Пусть твой парень этим занимается, — с этими словами Техноблейд попытался закрыть дверь, но Квакити грубо вклинил ногу в дверной проём.       — Прошу тебя! Нам всего-то нужно место, чтобы переночевать! Я обещаю, после этого мы тут же уйдём, просто… пожалуйста! — стал умолять утёнок. Ребёнок плакал у него на руках.       Больше всего Техно сейчас хотелось захлопнуть дверь прямо перед их лицами, чтобы они убрались отсюда. Пиглины не привыкли делиться своими вещами. Или домами, в данном случае. Но голоса в его голове считали иначе.       — Грустные? Нещадный, сжалься! Помоги им! — наперебой тараторили они. Обычно ему удавалось заглушить их, но в этот раз они были гораздо более настойчивыми, чему он был совершенно не рад.       — Ладно! На одну ночь! Но не думай, что я собираюсь и дальше влезать в вашу странную семейную драму, — вздохнул Техно, распахивая дверь шире, чтобы те могли войти. Квакити шустро проскользнул внутрь и опустил Туббо на пол. Не нужно было приглядываться, чтобы заметить, как тревога в его лице сменилась облегчением и признательностью.       — Спасибо, спасибо! Клянусь, я отплачу тебе за это. — воскликнул Квакити, заключая пиглина в объятия. Это заставило Техно застыть на месте, но уже через секунду он снова расслабился. Неужто это было чем-то типичным? Техноблейду потребовалось всё его самообладание, чтобы не выдать саркастического замечания.       — …не упоминай об этом.