До костей

Утром Антон был очень удивлен тому, что Арсений не на роботе. И это явно не просто так. Он подходит к двери ведущей на кухню, мимо проходит Маша к миске куда только, что насыпал еду Арс. - О, Тоша, уже проснулся, - Арсений поворачивается и смотрит прямо на парня стоящего в дверном проёме. - Да, а ты чего не на роботе? - Мне сделали выходной, если коротко. - А если не коротко? - А если не коротко, вас, Антон Шастун это не касается. Антон по детски надувает губы и скрещивает руки на груди, показывая всем свои видом, что он обиделся. Арсений только улыбается и начинает ставить еду на стол. - Врачебная тайна? - Она самая, садись давай позавтракаем. Шастун садиться на свое место и упирается взглядом в окно. Смотреть на Арса не особо хочется. Нужно понять почему он остался дома. - Сегодня обещали снег, - Арсений тоже смотрит в окно и садиться на свое место. - Ну так, сегодня ж первое декабря. Давно пора. - Слышал, если загадать желание на первый снег оно обязательно сбудется, - Попов молчит пару секунд, а потом добавляет смотря прямо на Антона, - я бы очень хотел чтобы ты побыстрее поправился. Антон молчит, и о чёрт, смотрит Арсу прямо в глаза. Голубые и чистые, уже такие родные и домашние. Он бы тоже хотел поправиться, во всех смыслах этого слова. - Ты вслух зачем сказал, не сбудется теперь. - Если сильно этого хотеть, не важно вслух я это скажу или нет, оно сбудется. Антон вздыхает и опускает взгляд на тарелку в которой лежит салат. - Я тебе что ппшница!? Кроме салата в этом доме вообще ничего нет? - Нет. Если хочешь можем сходить в магазин? - Да, хочу, пошли, - Шастун уже начал вставать из-за стола, как рука Арсения крепко схватила его за запястье и усадила обратно. - Съешь хотя бы это, а то на голодный желудок не особо хорошо что-то делать. - Хочу тебе напомнить, что я мог неделю ничего не есть. Так, что мне не привыкать. - А я хочу тебе напомнить о том, что нужно есть. Антон зажмуривается и сцепляет зубы, но потом медленно берёт вилку. Он не хочет есть. Ни физически, ни морально. Но, чёрт возьми, в этом голосе Арса есть что-то такое, что заставляет слушаться. Он не давит — просто говорит. Не так как обычно это делала мама, зло и с наставлением, не так как Окс или Ира, с упреком, а по другому. По своему. По Арсеневски. Как он любил. Секунду оба молчат. - Ты чертовски раздражаешь, когда прав, — бурчит Шастун и, морщась, засовывает в рот салат, — Доволен? - Очень, — Арсений тянется через стол и мягко трогает его за локоть. - Пошли уже в магазин, пока я окончательно не передумал. - Салат доешь и пойдём, — упрямо кивает Арс. Антон вздыхает. Всё же, не смотря на все его любящие чувства к Арсению в такие моменты он хотел его придушить. Но кто будет сдаваться, если на кону стояли их отношения. Он пообещал набрать вес. Он наберет. Он обещал начать есть. Он начнет. Может не так как ожидает Арс, хотя.. что вообще он может от него ждать? Шастун бросает быстрый взгляд в сторону Попова и взяв тарелку в руки поворачивается к нему спиной. Есть под взглядом Арса — как под прицелом: вроде и не стреляет, но рука всё равно дрожит. Вилкой ковыряет эту зелёную жижу, как будто она сейчас оживёт и полезет обратно ему в рот. - Слушай, а можно я просто… ну, типа, сдамся? — глухо спрашивает он, не оборачиваясь. - Нет. У него всегда так: врезает коротко, как лопатой по лбу. Без криков, без давления. Просто ставит точку, а ты сиди теперь и ковыряйся в себе, будто это не салат у тебя на тарелке, а вся твоя ёбаная жизнь, перемешанная с заправкой из вины и обиды. Горло сжимается, желудок скручен в узел, но он доедает. Потому что сдаваться — это уже было. Было и не помогло. И потому что Арс… он будет разочарован. А это хуже. - Я всё. Теперь мы можем пойти? Арсений просто кивает, подходит, забирает пустую тарелку и ставит в раковину. Ни слова. Ни поощрения, ни упрёка. Как будто это обычный вторник, а не маленькая победа над монстром, который последние два года сидит у Антона в башке и шепчет, что он жирный, уродливый, слабый и не заслуживает любви. - Ты даже ничего не с кажешь? - спрашивает Шастун поднимаясь со своего места и уже будучи готовым уйти из кухни. - Я с грубиянами не разговариваю, - отвечает Арс отворачиваясь от раковины и вытирая мокрые руки смотрит прямо в глаза Антону. Антон пытается удержать этот пронзительный взгляд голубых глаз, но в поражении только махает рукой и выходит из кухни. - Я пошел одеваться.

***

На улице действительно похолодало сильнее по сравнению с прошлыми днями. Антон протягивает руку ловя несколько снежинок которые тут же тают от его горячей кожи. - Тебе не холодно? - Арсений выходит из машины закрывая ее и становиться рядом с Антоном, когда они приезжают к супермаркету. - Немного.. все зимние вещи остались дома, даже перчатки. - Если хочешь возьми мои, - предлагает Арс доставая из кармана пальто пару перчаток и протягивая Антону. - А ты? — бурчит он, неохотно принимая перчатки, будто договорившись с собой поддаться заботе. Всё же не смотря на всю магию первого снега, этот день у них пошел не с той ноги. - Всё нормально, не волнуйся. Куплю себе новые, - Арсений усмехается, засовывая голые пальцы обратно в карманы, - да и не впервой. Антон молча кивает. Перчатки натягивает кое-как — пальцы всё равно мёрзнут, зато совесть чуть греется. И хотя он выглядит сейчас как школьник которому мама всучила шарф с помпоном, внутри чуть отпускает. Они идут к супермаркету. Под ногами хрустит чистый только что выпавший снег, воздух колкий, как будто мороз может не просто прокусить пальцы, а пробраться в лёгкие и остаться там жить. Антон чуть прижимается плечом к Арсу. Не специально. Просто… так вышло. И Попов не отстраняется. Он просто идёт рядом. Надёжный, как чёртов КамАЗ, и такой же тёплый. - Сегодня ты какой-то, - тянет Антон, закусывая губу, - невыносимо нормальный. - Это диагноз? - Хуже. Это подозрительно. Арс закатывает глаза, толкая дверь супермаркета. Воздух внутри тёплый, пахнет дешёвым кофе, пластиком и чем-то знакомым, вроде детства. А может, просто мозг в панике ищет за что зацепиться. - Слушай... - Антон запихивает руки в карманы, - а тебе там никто не звонил.. ну.. из-за меня? Может быть со школы? Арс кидает на него короткий взгляд. Не из тех, после которых хочется спрятаться под тележку, а из тех, в которых больше "ты вообще о чём сейчас". - Со школы? Антон мнётся. Кивает. Смотрит в сторону. На стенд с невнятными акциями и пластиковыми елками. Хотя декабрь только начался но все магазины будто сошли с ума и решили что мандарины, шоколадные деды морозы и искусственные ёлки номер один по продажам. - Да нет.. А что? - поинтересовался Арсений слегка отстраняясь в сторону чтобы взять тележку, - ты уже успел что-то натворить пока сидел дома на больничном? Попов ухмыляется и смеётся, хотя прекрасно понимает к чему ведет Антон. Его всё еще интересует тот школьный тест. Хотя если так подумать, Арс и был тем человеком который выставлял результаты. Поэтому, чему ему удивляться или злиться? Шастун он просто Шастун. Но не может ли он просто простить ему те ответы? Конечно нет. Пусть немного понервничает. Арсений медленно продолжал катить тележку вдоль молочного отдела и что-то разглядывая, явно прикидывая, насколько сильно Антон захочет это есть. Шастун же просто шёл рядом, ковыряясь в мыслях. - Просто… - начал он опять, и голос у него чуть срывается, будто трещит на углах. - Я знаю про то тест, окей? - говорит Арсений так спокойно, пытаясь вчитаться в срок годности на упаковке молока. - Ты знал!? Что? Когда? - Тогда когда проверял. Я сначала немного напрягся, но потом подумал, что где вероятность того что ты писал стопроцентную правду? Зная тебя ты мог и соврать. - Арс.. ты.. блять. И вот. Вот он. Настоящий Шастун. Без юмора, без прикрытий. Глупый, раненый, чуткий до предела. Стоит, щупает швы своей самооценки, как будто ждёт, что они лопнут прямо здесь, рядом с холодильником с ряженкой. Арсений поднимает взгляд, вздыхая и откладывая пакет молока подальше в тележку. - Тош.. ну не делай такое лицо, пожалуйста. Я не знаю, как быть, если ты сейчас ещё и разревёшься. - Я не реву, - Антон почти шипит, не то злится, не то захлёбывается чем-то внутри, - просто... ты охуел. - Это да. Сто процентов. Я, как выясняется официальный чемпион по охуеванию, - Арс улыбается и подходит к Антону обнимая его. Сейчас его мало волновали проходящие мимо люди или консультанты отдела которые кидали на них косые взгляды. Ему нужно было остановить возможную надвигающуюся бурю, - в качестве извинения выбирай всё что угодно, всё куплю. - Пиво и креветки еще в силе? - Антон! - Попов сдавленно выдохнул, утыкаясь носом в макушку парня. - А что? Сам сказал мне выбирать что я хочу. Вот я выбрал. - Я имел виду мороженое там какое-нибудь.. или пачку мармеладок. - Мне вообще-то 17, а не 7, дяденька, - саркастично смеётся Шастун. - Зато мне все 29, карапуз, - отшутился Арсений. Антон усмехнулся криво, неловко. Зубы белые, губы сухие. Он отстранился от объятий и почесал шею, выдыхая что-то вроде "старый дед" в сторону Арса и пройдя мимо него пошел куда-то вглубь супермаркета.

***

Пакеты с продуктами оказались достаточно тяжелыми, даже для Арсения, что уж там говорить об хилиньком Антоне. Но всё таки с какой-то божьей помощью они смогли оказаться в багажнике. Маленькие снежинки которые падали на землю часами ранее, теперь казалось превращались в настоящий снегопад. - Ну, что, домой? - спрашивает Арс пристегивая ремень и заводя машину. Антон кивает, не отрывая взгляда от окна. Щёки у него порозовели, нос красный, как у снеговика, только глаза всё такие же зелёные, чуть усталые, с вечной грустинкой где-то глубоко внутри. - Домой… - эхом повторяет он, - хотя нет. Попов бросает на него вопросительный взгляд. - Поехали ко мне.. я заберу свои зимние вещи. Ключи у меня есть. - А я думал как только ты выйдешь после больничного в школу будешь снова жить с мамой. Арсений пожимает плечами и начинает ехать. Машина покидает парковку и выезжает на оживленные улицы несмотря на уже начавшийся снегопад. - Что скажешь Марине Анатольевне когда она спросит почему ты решил переехать ко мне? - Скажу что ты попросил. Мужчина фыркает, мотая головой. - Вот только не вешай мне на плечи свои отмазки, ладно? А то твоя мама подумает что у нас с тобой что-то странное. Антон прищуривается, чуть улыбается. - Ну, а что у нас с тобой? Арс моргает, словно не ожидал вопроса. Машина плавно перестраивается, и он тянется пальцами к обогревателю. - У нас? А ведь действительно, что сейчас между ними? Грань психолог-пациент они стерли после того поцелуя. А до отношений дело не доходит. Хоть Арсений и пообещал Антону те три свидания, но он до сих пор не уверен что готов вступить в отношения с мальчишкой намного младше себя. Да. Возможно он боится. Да. Возможно он переживает. Да. Он всё еще его психолог. Который чувствует влечение к своему пациенту. И тут даже не совсем про секс. Просто сам Шастун такой маняще привлекателен. Арс переводит взгляд на дорогу, будто там, на сером асфальте, есть ответы. Но нет там ни хрена, кроме пробок и людей, которые не умеют включать поворотники. Антон не отводит взгляда, слегка наклоняется вперёд, ближе к нему. Ловит его запах — приторно-нейтральный, как у всех тех, кто пользуется аптечной серией "без запаха". Только на нём он почему-то всё равно пахнет уютно. Теплом. Безопасностью. И как будто никотином, хотя Попов и не курит. Вредный, сука, психолог.

***

Квартира ударила легкой прохладой когда Антон открыл дверь и пригласил Арсения войти. Во всяком случае теплее чем на улице. Он снял обувь сразу же проскакивая в свою комнату и включая свет. Попов же медленно начал идти за ним осматривая старый шкаф стоящий в прихожей и небольшой комод рядом на котором лежала всякая всячина. Квартира Антона была меньше его и даже чем-то напомнила ему квартиру своих родителей в Омске. - Твоя мама на работе? - интересуется Арсений заходя на кухню и обращая внимание на кастрюлю с супом оставленную на плите. - Да, сегодня она на ночной, - из соседней комнаты слышаться шуршания. - Что ты там капошишься? - снова спрашивает Арс теперь оказавшись на пороге комнаты Антона, где тот среди беспорядка пытался что-то найти, - когда ты тут убирался последний раз? Шастун остановился поднимая взгляд на Арсения, который оперся плечом о косяк двери и прищурив глаза смотрел на него. - Я что помню. Мне и так нормально, - отвечает парень снова возвращаясь к поискам. Арсений только закатывает глаза и расчистив себе ногой путь, прошел в комнату. Оглядывая пространство он заметил кучу грязной одежды, которой давно пора в стирку, учебники на столе, пара пустых бутылок «колы», одна из которых явно служила подставкой для лампы и ещё какой-то мелкий мусор. - Нормально, говоришь, — буркнул мужчина, поднимая с пола какой-то свёрнутый лист бумаги, - это что? - Контрольная по матеше. Можешь выбросить, там всё равно два. - Да я погляжу, вы круглый отличник, Антон Шастун, - смеётся Попов. Антон только фыркнул, не оборачиваясь. - Может тебе помочь? - Не нужно, я практически закончил. Арс пожимает плечами, откладывая бумажку в сторону и отворачивается к окну наблюдая за тем как медленно наступает закат. Вот она, одна из особенностей зимы, чувство что день заканчивается слишком быстро, хотя было только половина четвертого вечера. Он поджал губы, всё ещё глядя в окно. Небо снаружи разливалось в разбитые акварели — серо-розовые мазки лениво стекали к горизонту. Снег кружился и падал на землю словно пух. Включились уличные фонари, от чего стало так уютно и тепло, заставляя мужчину улыбнуться и хихикнуть. - Что смешного? - удивился Антон закидывая теплые вещи в свой рюкзак, который всё это время послушно лежал у него под кроватью, со всеми остальными вещими которые были в нём. и даже та пачка сигарет. - Просто... вспомнил кое что.. В комнате повисла тишина. Лампа, стоявшая на бутылке из-под колы, мигнула, будто поддакивая. - Я..я сейчас отойду на минутку. Побудь тут, окей,- слегка запнувшись проговорил Шастун надеясь, что Арс не заметит как он спрял пачку сигарет в рукавах свитера. Парень быстро выскакивает из комнаты, не дожидаясь ответа и уходит в гостиную закрываясь на балконе. Лицо снова обдаёт морозный воздух, а руки подрагивают когда он достает из пачки сигарету и ощупывает карманы в поисках зажигалки. - Блять.. - Не это случайно потерял? Шастун вздрагивает и оборачивается. Арсений стоит в проёме балкона, прищурившись от вечернего света. В вытянутой руке зажигалка, которая видимо осталась лежать на столе, когда он ушел. Та самая — дешёвая, жёлтая, с облезлой наклейкой и надписью “NO WAR”, которая с каждым днём теряет буквы. Сейчас там, кажется, просто "NO", и от этого становится только ироничнее. - Арс, я... Мужчина только подходит ближе поднося огонь к сигарете в руках Антона. - Давай, сегодня без моралей. Сегодня прощаю. Антон выдыхает, уже прикуривая и затягиваясь так, будто никотин сейчас заменит ему весь смысл жизни. Он выпускает дым в сторону улицы. Где-то внизу гавкнула собака, кто-то хлопнул дверью подъезда, а где-то на восьмом этаже точно так же кто-то вылез на балкон. Похоже, синхронная никотиновая терапия у половины дома. Арсений долго смотрит на него. Тишина снова сгущается между ними — вязкая, почти физическая. А потом он медленно подходит, встаёт рядом и затягивается от сигареты, тут же закашлявшись. - Фу, какая дрянь,- выносит свой вердикт психолог. - Тогда зачем закурил, если не нравиться? - Хотел тоже побыть проблемным школьником. Шастун усмехается, криво, почти слабо, губы чуть дрогнули, но в глазах всё ещё пусто. Он опирается локтями на холодный, покрытый каплями вечернего конденсата подоконник. Дым выходит медленно, будто лениво ползёт наружу, а внутри него греется что-то очень маленькое и озябшее. - Как давно ты начал курить? - вдруг спрашивает Арсений. - Хрен его знает. Как ушёл отец с тех пор, наверное. Арс не отвечает. Только медленно опускается рядом, опираясь на край подоконника. Плечо касается плеча, слегка, почти нечаянно, но ощутимо. Несколько секунд оба просто молчат. Пахнет табаком, влажной пылью, зимой и чем-то знакомым, тёплым, как старый свитер, который уже почти не носишь, но не выкидываешь. - Я устал... Вздыхает Антон, опуская голову. Сигарета потухает и оказывается в пепельнице. - Тогда поехали домой... Машка наверное нас уже заждалась. Попов молча берёт его за руку. Осторожно. Пальцы холодные из-за кучи колец, но ладонь теплая. И этот контакт — момент, в котором хоть чуть-чуть становится легче дышать. - Да... домой. Антон кивает. Так странно теперь было слышать о том как он называет домом квартиру Арсения. О том как тепло это звучало... Дом.. Где ему всегда составляла компанию маленькая рыжая бестия по кличке Маша, где Арсений всегда заваривал вкусный чай, который так полюбился ему, где действительно пахло теплом и уютом. Его новый дом...