Тысяча и одна осень

Глава 37. "Чего с ней церемониться, хватайте эту глухонемую дрянь, да и дело с концом!" Шэнь Цяо со своими будущими учениками двигался в направлении Сюаньду. Продвигались они медленно, потому что мальчики быстро уставали. Даос часто делал привалы, останавливаясь в не слишком приметных постоялых дворах, чтобы не привлекать к себе внимание. Когда он добирался до постели и закрывал глаза, перед ним сразу же возникал образ Янь Уши, по которому Шэнь Цяо на самом деле очень истосковался. Когда он представлял Янь Уши, на душе сразу же становилось тепло, а тело будто бы накрывало ласковой волной. Шэнь Цяо вспоминал, как Янь Уши касался его и что с ним делал и щеки его становились пунцовыми от стыда, хотя в глубине души он был вовсе не против кое-что из этого повторить. Положив руки под голову и закрыв глаза, даос думал, что как только устроит мальчиков в Сюаньду, сразу же вернётся в Чанъань и, если глава Янь до сих пор зол на него, он готов попросить прощение за своё несдержанное поведение. А пока... Шэнь Цяо мечтал увидеться с Янь Уши хотя бы во сне. Но, к сожалению, Янь Уши ему больше не снился, зато мучали кошмары с Сан Цзинсином, который, будто бы судья, упрекал его во всех смертных грехах. — Ты убийца! — Сан Цзинсин безжалостно указал на него пальцем. Ты ведь мечтал уничтожить Кунье после своего поражения на Пике Полушага, чтобы доказать всем какой ты превосходный мастер, признай это! Ты хотел доказать, что ты лучше, чем о тебе думают, что ты сможешь больше не падать лицом в грязь и для этого ты убил Кунье! — Нет, нет! — вскричал Шэнь Цяо, закрывшись руками. — Я не хотел его убивать... Ци Фэнге всегда говорил, что нужно щадить противника, если он просит пощады... — А ты убил! — снова воскликнул Сан Цзинсин. — Ты — убийца! — Я не хотел его убивать, я хотел пощадить его, но он накинулся на меня исподтишка... Шэнь Цяо проснулся и больше не мог заснуть, на душе было нехорошо. Янь Уши пребывал в дурном расположении духа из-за Шэнь Цяо. Он потерял ко всему интерес, ощущая пустоту, все казалось скучным и безинтересным, ничто не радовало. — Будто вырвали часть моей души! — театрально воскликнул Янь Уши. Он собирался в город, чтобы развеять свою тоску, однако, его ждал неожиданный сюрприз — вооруженные люди, ворвавшиеся в дом, преградили ему дорогу. — Далеко собрались, глава Янь? Янь Уши скорее удивился, нежели испугался. — Эй, красавица, постой, не торопись! — раздался сзади пьяный хохот. Девушка шла, не оборачиваясь, будто обращались вовсе не к ней. — Да она глухая! Мимо неё с присвистом пролетел камень, слегка коснувшись бедра. Девушка никак не отреагировала и продолжала молча идти. — Чего с ней церемониться, хватайте эту глухонемую дрянь, да и дело с концом! Не успели хулиганы приблизиться, как девушка обернулась. Наглецы остановились и уставились на неё. Спутница бесспорно была прекрасна, но выражение ее лица стало настолько суровым, что мужчины замешкались. — Ну, кто из вас будет первым? — спросила она, смерив их уничижающим взглядом. Компания оживилась. Первым пришёл в себя один из бродяг, ощерив рот, в котором не доставало зубов: — Первым буду я, милая! Но стоило ему только приблизиться, как девушка откинула его с такой нечеловеческой силой, что остальные в ужасе разбежались. На горизонте появился силуэт человека, который изо всех сил спешил к ней, следом бежали две маленькие детские фигурки. Девушка остановилась, вглядываясь в силуэт. — А-Цяо?! — воскликнула она, когда человек, наконец, подбежал ближе. — Шимэй (младш. сестра), это ты? — удивился Шэнь Цяо. — Издалека я увидел, как девушку окружили негодяи и поспешил на помощь. — Спасибо, А-Цяо, — улыбнулась Ху Гэнбо, — я и сама неплохо справилась. Трусы бежали сразу же, как только был повержен один из них. Они не знали, с кем связались. — Как идут дела в Сюаньду? Как мои ученики? Как Шиу? — Все в порядке, Шиу почти поправился. А-Цяо, ты слишком долго отсутствовал... Это твои новые ученики? — Ху Гэнбо показала на мальчиков. — Можно так сказать. У меня будет к тебе одна просьба, шимэй. Я хочу, чтобы ты присмотрела за мальчиками, я не смогу оставаться в Сюаньду долго, мне надо будет решить кое-какие дела... Гу Хэнбо пытливо посмотрела на него. Конечно же, слухи насчёт его пылкого романа с главой демонической секты дошли и до неё. В Сюаньду приходил даже ученик из Хуаньюэ, чтобы справиться о здоровье маленького Шиу! Гу Хэнбо пыталась понять, с чем связаны "кое-какие дела" Шэнь Цяо, которые он должен решить. Однако, в душу с расспросами лезть не стала, благоразумно промолчав. — Шицзунь! — раздался громкий крик Шиу. Увидев Шэнь Цяо, мальчик невероятно обрадовался и устремился к нему. Даос с неудовольствием заметил, что Шиу прихрамывал. — Шицзунь! — снова закричал Шиу. — Я так тебя ждал! — Тебе не стоит так быстро бегать, Шиу, ты ещё не до конца поправился и хромаешь. — Мне уже гораздо лучше! — воскликнул мальчик. Он смотрел на Шэнь Цяо и просто сиял от радости. За ним стоял Юйвэнь Сун. От взгляда Шэнь Цяо не укрылось, как Юйвэнь Сун посмотрел на Шиу, когда тот кинулся к даосу. В глазах подростка была неприязнь. Юйвэнь Сун был благородного происхождения, в отличии от Шиу, и был старше его, но, несмотря на это, Шиу считался его шисюном. Шэнь Цяо нахмурился, ему не нравилась эта ситуация. — Как твои дела? — спросил даос, обращаясь к Юйвэнь Суну. Мальчик оживился, когда Шэнь Цяо обратился к нему. — Лао Шэнь, я столькому обучился за это время! — Ты непременно мне все это покажешь, но пока мы хотели бы немного отдохнуть с дороги. Я привёл с собой новых учеников и рассчитываю на то, что они станут вам младшими братьями и вы поладите между собой.