Тысяча и одна осень

Глава 47. " Глава Янь, спасибо, что заботишься обо мне" Янь Уши был зол. — Глава Янь, — улыбнулся Шэнь Цяо, — неужели ты ревнуешь? С твоим самомнением у тебя ещё могут возникнуть такие чувства, как ревность? Где ты был? — Пошёл в лавку, чтобы купить этому даосу лекарства от простуды, а когда вернулся, увидел, что он не теряет время попусту. Шэнь Цяо и правда стало лучше. Приподнявшись на локтях, он с блеском в глазах наблюдал за Янь Уши, этот взгляд был переполнен чувствами. — Глава Янь, я ни в чем не виноват, я просто лежал в своей постели. Янь Уши не выдержал, присел на постель и горячо обнял его, поцеловав в лоб. Даос обнял его в ответ и не хотел отпускать. Янь Уши поправил упавшую на лицо Шэнь Цяо прядь волос и прошептал: — Я очень переживал за этого даоса... — Глава Янь, спасибо, что заботишься обо мне! — Сейчас сделаю крепкий отвар из имбиря и перца, — встал Янь Уши, — этот даос будет лечиться и пить лекарства. Заметив, что волосы Шэнь Цяо спутались, Янь Уши достал гребень и начал бережно расчесывать их прядь за прядью. — Янь Уши, — проговорил даос, — я виноват перед тобой и хотел бы попросить прощения... — Что случилось, Шэнь даочжан, что ты такого натворил, что решил просить прощение у этого достопочтенного? — спросил Янь Уши, не отрываясь от своего занятия. — Когда мы шли в Сюаньду, я продал твою нефритовую шпильку, чтобы купить детям одежду и еду, чтобы было чем заплатить за ночлег на постоялом дворе. Это был твой подарок, прости меня... — Какие глупости, — спокойно сказал глава Янь, вычесывая наиболее запутавшуюся прядь. — Это всего лишь вещь, гораздо важнее, что этот даос был сыт и спал в тепле. — Но это была твоя вещь... — Нет, это была уже ТВОЯ вещь. Зачем тебе хранить память об этом достопочтенном, когда он и так рядом с тобой? Я подарю тебе много других подарков, лучше, чем эта шпилька... — он осекся, ведь все его имущество теперь конфисковано Ян Цзянем и он пользуется сбережениями, которые остались у его учеников. — Глава Янь, нужно ехать в Лоян, не стоит оставаться тут надолго. — Нет, — сказал Янь Уши. — мы никуда не поедем, пока этот даос не вылечится. И речи быть не может. Закончив расчесывать волосы, Янь Уши направился к выходу. — Лежи и не вставай, — сказал он, — я принесу тебе поесть. Вскоре глава Янь вернулся, держа в руках миску с супом из семян лотоса. — Здесь осталось только это, — разочарованно сказал он, — завтра схожу, куплю еды. Ученики не знали, что они остановились в этом постоялом дворе и, очевидно, как и договаривались ранее, уже были на пути к Лояну. Янь Уши приходилось все делать самому. Он присел на краешек кровати, желая накормить Шэнь Цяо супом из лотоса. — Глава Янь, спасибо, но я не калека и могу есть сам, — сказал даос, взяв миску из рук Янь Уши. — Этому достопочтенному нравится ухаживать за тобой, — ответил глава Янь, но в этот раз он не стал спорить. Перекусив, Шэнь Цяо почувствовал себя немного лучше, но к ночи снова поднялась температура. — А-Цяо, ты весь горишь! — воскликнул Янь Уши. Он выглядел испуганным, Шэнь Цяо редко видел таким этого человека, который мог посмеяться в лицо собственной смерти. Янь Уши заставил Шэнь Цяо выпить лекарства, которые купил в аптечной лавке и вышел, чтобы приготовить отвар из имбиря с перцем, но когда вернулся, даос уже спал. Янь Уши тихо прилег рядом и, склонившись, коснулся губами его лба. Лоб Шэнь Цяо уже не был таким горячим, температура начала падать. Янь Уши с тревогой прислушивался к его дыханию, в котором слышались хрипы. Он долго не мог сомкнуть глаз. В эту ночь не могла сомкнуть глаз и Сюэ Мэй, девушка ворочалась в постели, вспоминая каждый момент, проведенный с Шэнь Цяо, его прекрасный и благородный облик, его добрую, безхитросную улыбку. От этого сердце юной девы начинало биться в груди чаще, а кровь закипала в жилах. Как хотелось коснуться даоса, хотя бы мимолетно дотронуться до его руки. Сюэ Мэй была готова отдать этому человеку свою душу и свою жизнь, не смотря на то, что они были знакомы всего полчаса. Она хотела с самого утра бежать к Шэнь Цяо, но боялась Янь Уши. Ей очень не понравился этот едкий, насмешливый человек. Она не знала, кем он приходится Шэнь Цяо, но чувствовала, что он имеет влияние на даоса. С раннего утра Сюэ Мэй приказала своей служанке следить за комнатой Шэнь Цяо и как только из неё выйдет человек с седыми прядями на висках, чтобы она дала госпоже знать. Все утро караулила служанка, слоняясь туда-сюда и, наконец, заметила, как из комнаты, за которой ей приказала следить госпожа, вышел красивый человек с седыми прядями на висках. Она немного проследила за ним, удостоверившись, что он покинул постоялый двор и побежала доложить своей госпоже. Шэнь Цяо уже проснулся, когда в его комнату вошла сияющая Сюэ Мэй в своём лучшем наряде и украшениях. — Шэнь даочжан, как ты чувствуешь себя? Я принесла тебе лекарства! — Спасибо, дева Сюэ, — ответил даос, — но у меня лекарств в избытке. Эта комната стала напоминать аптечную лавку. — Я принесла тебе ещё пирожных! Шэнь Цяо улыбнулся. — Благодарю молодую госпожу за заботу. Даос располагал к беседе. Общаться с ними было просто и легко, а для Сюэ Мэй каждая секунда разговора с Шэнь Цяо стала ровняться глотку воздуха. Они общались так, будто были давно знакомы. — Шэнь даочжан... а кем приходится тебе этот строгий человек, которого я видела вчера? Шэнь Цяо смутился. Он не знал, что ответить, а врать не любил. — Это мой самый близкий друг... он вовсе не строгий и хорошо заботится обо мне. Сюэ Мэй не стала расспрашивать дальше и перевела разговор на другую тему, рассказывая, какие сорта чая ей нравятся и как прекрасно, когда расцветает зимняя слива. — Не помешал? — послышался сзади голос Янь Уши. Сюэ Мэй не ожидала, что этот человек вернётся так скоро и вздрогнула от неожиданности. Янь Уши сразу заметил снующую туда-сюда служанку и разгадал маленький план Сюэ Мэй, поэтому сделал вид, будто покинул постоялый двор, а сам через некоторое время вернулся обратно. — Дева, возможно, перепутала этот постоялый двор с публичным домом, где можно уединяться в комнатах с незнакомыми мужчинами? — с ироничной улыбкой спросил Янь Уши, но в глазах его затаился гнев. Покраснев до корней волос, Сюэ Мэй выбежала из комнаты. — Зачем? — нахмурился Шэнь Цяо. — Зачем ты обидел её? Она хорошая девушка и угостила меня пирожными. — Пирожными?! А-Цяо, неужели ты и вправду думаешь, что она пришла сюда ради того, чтобы угостить тебя пирожными?!