Тысяча и одна осень

Глава 70. "Оказывается, ты умеешь лгать!" Конечно же, Янь Уши не был безоружным. Просто для того, чтобы сражаться с кем-то, ему вовсе не нужен был меч. Но Шэнь Цяо понял, что хватил лишнего — конечно он не смог бы ударить этим мечом Янь Уши или нанести ему какие-либо увечья. Бросив меч, Шэнь Цяо едва успел увернуться в сторону — на него уже летел яростный поток внутренней ци, выпущенной разозлившимся Янь Уши. Шэнь Цяо перекатился на другую сторону — Янь Уши едва не попал в тонкий ствол несчастной магнолии, с девственно-белыми цветами. — Глава Янь, что ты делаешь? — А-Цяо, ты уже догадался, что я без тебя отсюда не уйду? Единственный способ избавиться от этого достопочтенного — убить его. Янь Уши, подпрыгнув в воздухе, накинулся на Шэнь Цяо. — Глава Янь, мне никогда не нравились мужчины, — проговорил даос, прячась за магнолиями. Укол невидимого меча его слов бил куда больнее, чем Шаньхэ Тунбэй. Янь Уши стиснул зубы, впадая в еще большую ярость. Он едва совладал с собой и лицо его приняло привычное циничное выражение. — Почему же ты не сообщил об этом, когда стонал подо мной? — усмехнулся Янь Уши, наступая сбоку. Шэнь Цяо залился краской, отражая его атаку. — А-Цяо, ты такой красный, наверное, на улице слишком душно. Тебе не плохо? — продолжал насмехаться над ним Янь Уши, зная все его слабые точки, и снова кинувшись в наступление. — Глава Янь, пощади хотя бы несчастную магнолию! Дерево ни в чем не виновато. — Будешь читать мне морали, что правильно, а что нет? — нахмурился Янь Уши. — Посмотри на собственные поступки! Просто из-за того, что этот достопочтенный сказал когда-то пару неправильных слов, ты готов вот так все бросить и сжечь все мосты! А как же все то хорошее, что я сделал для тебя, А-Цяо? Оно уже не важно? Сколько раз я выхаживал тебя, сколько раз спасал твою жизнь, я делал ради тебя все... Если бы не я, тебя вообще бы сейчас не было. И все, чего я заслужил, это такое вот скотское отношение?! Ты сбежал, не сказав мне ни слова, даже не поговорив, написал лишь какую-то дкрацкую записку! И, думаешь, можешь просто так спокойно уйти, будто этот достопочтенный был для тебя игрушкой?! Шэнь Цяо откатился в сторону, чтобы не попасть под горячую руку Янь Уши. Он снова покраснел. На этот раз от стыда за свое поведение. — Глава Янь, в этом я был неправ, прости меня за это... я должен был поговорить, просто не хотел ругани и громких прощаний... Но я не могу всю жизнь быть с тобой, у меня свой путь, я должен... Попавший рядом с ним поток внутренней ци Янь Уши сжег пень до тла. Слуги услышали шум и в ужасе выглянули на улицу — перед ними развернулось настоящее представление. — Что здесь происходит? — спросила перепуганная Лун Лянь. — Это господин Шэнь? А это что за тип? — Не высовывайся, девица! — сказал кто-то из слуг. — Не видишь, эти совершенствующиеся явно не намерены здесь шутить. Все поняли, что Шэнь Цяо не простой человек, выполняющий грязную работу на постоялом дворе. — Этот достопочтенный обратил на тебя внимание и ты должен благодарить за это небожителей! — продолжал Янь Уши, атакуя его со всех сторон. — Я, собственной персоной, проявил к тебе интерес, обратил на тебя свое внимание и вот так ты отплатил мне, А-Цяо! Нет, ты пойдешь со мной, иначе я все здесь разнесу! Юная Лун Лянь не совсем понимала, что хочет этот грозный господин от Шэнь Цяо и что между ними происходит. Через щель в двери она лишь видела несущиеся, словно грады стрел, беспорядочные потоки молний. — Глава Янь, отпусти... я просто пойду своим путем в Сюаньду, ты никогда больше меня не увидишь. Да, у нас было и много хорошего, что можно вспомнить, зачем омрачать эти воспоминания? Когда я уйду, ты, со временем, забудешь обо мне и найдешь достойного себя человека... — говоря это, Шэнь Цяо почувствовал в глубине своей души боль и ревность, — но, не смотря на это, продолжал. — Я — даос, у меня совершенно другой путь, мне чужды демонические секты... Он посмотрел на холодное, ничего не выражающее лицо Янь Уши, и ему показалось, что глаза его были совсем влажными. Это ему только показалось или такой человек, как Янь Уши, готов был заплакать? Шэнь Цяо не мог с уверенностью утверждать это. Его будто прорвало и он продолжал: — Глава Янь, я изначально не планировал с тобой никаких отношений, это ты постоянно домогался меня... — Но ты сам на это согласился! — вскричал Янь Уши. — Ты говорил, что любишь этого достопочтенного, А-Цяо. Оказывается, ты умеешь лгать! — Я не говорил... — пролепетал Шэнь Цяо, снова отскочив в сторону. Он не был уверен в собственных словах. Быть может, он признавался Янь Уши в любви, охваченный порывами, и сам не помнит этого? После того, как даос узнал, что Янь Уши изначально собирался закопать его живьем, ему казалось, что все самые сильные чувства, которые он испытывал к этому человеку, умерли, рассеялись, будто прах, но на самом деле эти чувства осели на дне, забились в один из потаенных карманов его души, спрятались подальше, с глаз долой. Сейчас он увидел, что в глазах Янь Уши, этих самовлюбленных, надменных глазах, действительно блестели слезы. И тут до Шэнь Цяо дошло, какую сильную боль он причинил ему своими словами. Даосу самому стало больно от этого и начали мучить угрызения совести. Задумавшись об этом, он даже не заметил, что Янь Уши уже стоит за его спиной. Глава Янь моментально заблокировал его акупунктурные точки и, подхватив Шэнь Цяо на руки, будто коршун, поймавший долгожданную добычу, взмыл на крышу. Янь Уши безупречно владел техниками цингун и мог беспрепятственно преодолевать любую высоту. Пораженная Лун Линь приоткрыла дверь и увидела, как суровый господин, с серебряными прядями в волосах, на руках с Шэнь Цяо взмыл в воздух. Лишь белые одежды даоса взметнулись в воздухе, словно лепестки магнолии, подхваченные ветром. Упустив возможность бежать, Шэнь Цяо был схвачен и теперь не мог пошевелиться. Сильные руки Янь Уши вцепились в него, будто когти хищной птицы. Даос украдкой поднял на него глаза: лицо Янь Уши было совершенно бесстрастрастным. Несясь по воздуху, он смотрел вдаль. Внимательно разглядывая его лицо, Шэнь Цяо пришел к выводу, что Янь Уши был красивее его самого, но его аура отпугивала людей, которые старались избегать этого человека. Между тем, как к приветливому, мягкому и дружелюбному даосу люди тянулись сами. Янь Уши молчал, преодолевая расстояния, перепрыгивая через крыши и деревья. Шэнь Цяо тяжело вздохнул. Он не мог вырваться из намертво сомкнувшихся на нем объятий, он даже не мог пошевелиться. Хотя, Янь Уши не лишил его способности говорить, даос не знал, что сказать и поэтому тоже молчал. Заметив краем глаза, как Шэнь Цяо разглядывает его лицо, уголки губ Янь Уши растянулись в самодовольной ухмылке.