Тысяча и одна осень

Глава 84. "Не уходи"... Шэнь Цяо шел, погруженный в свои мысли. Не видя его, шедшие впереди ученицы секты Сюаньду что-то бурно обсуждали. — Сестрица, он так красив, что просто невозможно не влюбиться! — говорила одна. — А какие четкие, уверенные движения! Сразу видно, что человек обладает невероятными духовными силами. Как-то раз, случайно, он бросил на меня взгляд и я едва не умерла от восторга. Мое сердце в груди так сильно забилось!.. — Возможно, ты понравилась ему, вот он и посмотрел. Девушки заверещали, как стайка птичек на ветвях кустарника. И тут до Шэнь Цяо дошло, что они обсуждали Янь Уши. Ему стало неприятно. Он обогнал девушек. — Глава Шэнь! — в приветствии склонились ученицы. Шэнь Цяо сухо поздоровался и пошел дальше. Янь Уши уже снова был на ногах и давал наставления ученикам и ученицам. Он прекрасно видел, как заглядываются на него девушки и про себя улыбался этому. Вряд ли найдется хоть одна среди них, которой бы он не смог рассмеяться в лицо в ответ на симпатию или более серьезные чувства. Янь Уши презирал и высмеивал людей, осознавая, что среди них нет равных ему, и только Шэнь Цяо оказался удивительным исключением из этих правил. — Разверните корпус вперёд, опустите правую ногу вниз, ударьте стопой правой ноги об пол и выполните давящее движение правым локтем сверху вниз. Кулак левой руки расположен возле локтя правой, взгляд направлен вперёд. Янь Уши показывал прием в действии, добавив: — Если вы не можете сделать даже этого, то ваши знания можно выкинуть на помойку. Заметив, что приближается Шэнь Цяо, Янь Уши подошёл к одной из девушек, чтобы помочь сделать стойку как нужно, та вся зарделась, вообразив себе, что смогла заинтересовать Янь Уши, раз он подошёл именно к ней. — Глава Янь! — воскликнул Шэнь Цяо. — Твоя рана глубока и может открыться. Янь Уши подошёл к нему, но держался на расстоянии. — А-Цяо, как только мне станет лучше, я сразу же покину Сюаньду, чтобы не доставлять тебе лишних хлопот. — Глава Янь, ты хочешь уйти? — даос не мог скрыть своего разочарования, отразившегося на его лице. — Тебя это удивляет? Не ты ли хотел, чтобы наши дороги больше никогда не пересекались? Пусть так и будет, — холодно ответил Янь Уши. Шэнь Цяо причинил ему сильную боль своими словами и он не мог этого забыть, не мог простить. Даос беспомощно опустил голову. — Пора пить лекарство, — тихо проговорил он. Янь Уши спокойно пошел за ним. Ученики заметили, что Шэнь Цяо и Янь Уши не в самых лучших отношениях. Им было очень интересно узнать, о чем они говорят, но те вскоре скрылись из вида. Если бы ученики знали, что на самом деле связывает этих двоих, не поверили бы. Шэнь Цяо шел впереди, опустив голову, сзади, отставая на шаг, за ним шел Янь Уши, сложив руки за спиной. Даос чувствовал грусть. Янь Уши силой добивался его, держал на привязи, а теперь добровольно хочет уйти. Неужели чувства угасли? Повинуясь импульсу, Шэнь Цяо резко развернулся к Янь Уши. Он хотел дотронуться до его плеча, но Янь Уши заблокировал движение его руки. — В чем дело, А-Цяо? Разве этот достопочтенный разрешил прикасаться к нему? — с едва заметной ироничной усмешкой спросил он. Ветер закружил в воздухе розоватые лепестки отцветающей сакуры. Шэнь Цяо покраснел и опустил голову. — Прости, я ничего такого не имел ввиду... Волосы Янь Уши развевались в разные стороны. На фоне сгрудившихся на мрачном небе туч, он напоминал разгневанного небожителя. Шэнь Цяо так и не решился заглянуть в его глаза — глубокий, до сих пор неизведанный омут, всегда кипящий страстью. — Глава Янь, я не успел поблагодарить тебя за то, что ты спас мне жизнь... — Не стоит благодарности, — ответил Янь Уши. — Знаешь, А-Цяо, этот достопочтенный вполне неплохо чувствует себя, поэтому может уйти прямо сейчас. — Нет-нет-нет, глава Янь! — кинулся за ним Шэнь Цяо. — Ну куда ты пойдешь, у тебя такая серьезная рана! А если тебе в дороге станет плохо? Янь Уши отмахнулся от него, как от надоедливой мухи. — Дай пройти! У достопочтенного слишком много дел, чтобы развлекать твоих бездарных учеников. Шэнь Цяо знал одно: что просто не может позволить ему уйти. И не только потому, что слишком глубока его рана, а просто потому, что не может. Даос встал поперек дороги. Очередной порыв ветра засыпал ему глаза лепестками сакуры. — Глава Янь, — проговорил он, смахивая их. Янь Уши смотрел на него сверху вниз. Вид Шэнь Цяо, продирающего глаза, как всегда смущенного и краснеющего, позабавил его. — Что? — с нотками снисхождения в голосе спросил он. — Не уходи... — совсем тихо проговорил Шэнь Цяо. Ветер подхватил его волосы и выбросил их прямо на лицо. Шэнь Цяо смахнул непослушные пряди. Дальше он и сам не понимал, как отважился на такое. Только руки его сами обвили шею Янь Уши, а губы сами потянулись к его губам. Смог ли Янь Уши устоять от такого соблазна? Ну конечно же не смог. Его руки сразу же жадно сомкнулись на талии Шэнь Цяо, будто в ожидании чего-то большего, а язык сразу же оказался у него во рту. Он, как всегда любил делать, покусывал и посасывал губы Шэнь Цяо просто беспощадно. Даоса охватила минута совершенного безумия и в этот момент ему было все равно, даже, если его увидят адепты секты или ученики. Он растворялся в поцелуях Янь Уши, таял в его руках, мысленно улетая с гонимыми ветром лепестками сакуры. Шэнь Цяо не любил долго помнить причиненное ему зло и если видел, что человек совершил ради него какой-нибудь серьезный поступок, готов был простить, забыв старые обиды. Тем более, чувства к Янь Уши, не смотря на все издевательства, не прошли и вспыхнули с новой силой. Но самолюбивая натура Янь Уши не могла также просто прощать обиды. Благодаря Шэнь Цяо, он испытал чудовищную душевную боль, которую не испытывал ещё никогда в жизни. Его самолюбие было уязвлено, а эго растоптано. И этого простить он уж никак не мог. Потому, насладившись сладким поцелуем, он отстранил Шэнь Цяо и проговорил: — А-Цяо, даже не смотря на это, между нами ничего не изменится. Янь Уши пошел дальше, не оборачиваясь. Шэнь Цяо остался стоять, растерянно смотря ему вслед. Лепестки сакуры путались в его волосах, как в паутине, да и сам он будто попал в невидимую паутину, которая причиняла боль.