Тысяча и одна осень

Глава 85. "Тебе стало все равно, да?" Шэнь Цяо медленно пошел за Янь Уши, хотя тот уже давно скрылся из вида. Неужели Янь Уши разлюбил его? Почему-то от этой мысли Шэнь Цяо стало страшно. Глава Янь охладел к нему и никогда больше не вернуть той страсти, которой были наполнены его глаза. Весь пыл исчез как караван этих маленьких розовых лепестков сакуры, которые развеял ветер. Также и чувства развеялись в душе человека. Его и без того тревожные мысли нарушил непринуждённый смех учениц. — Ах, вы видели, как он смотрел на меня, сестрицы! — Ты точно понравилась ему. Как всегда, ты счастливица по жизни, тебе доставалось всегда самое лучшее. — Интересно все же, кто этот прекрасный господин, из какой он секты? — Почему вы не на занятиях?! — со злостью проговорил Шэнь Цяо. — Глава Шэнь, мы как раз собираемся на занятия... — испуганно проговорили ученицы. Они никогда не слышали, чтобы Шэнь Цяо повышал на кого-то голос. Ху Гэнбо отдалилась от Шэнь Цяо, разговор у них в последнее время совсем не клеился и сводился лишь к общим фразам, касающимся быта или тренировки учеников. Ху Гэнбо не желала видеть в Сюаньду этого демона, и тем более принимать какие-то близкие отношения между ним и Шэнь Цяо, что само по себе казалось немыслимым. Юйвэнь Сун упражнялся, показывая до блеска отточенные приемы. Он вытянул вперёд два пальца, делая вид, что пропускает через них свою внутреннюю ци. — Скоро я смогу также владеть боевыми искусствами, как тот мастер, что приходил к нам. — Твое духовное ядро ещё не сформировалось, брат, поэтому ты не сможешь повторить за тем мастером, — ответил Шиу. — Все-то ты знаешь, выскочка, — начал злиться Юйвэнь Сун. — И не смей называть меня братом. Придет день и ты ещё пожалеешь, что спас меня тогда на скале. — Считаешь, что мне нужно было позволить тебе свалиться в пропасть? — ответил Шиу. — Ты хотел умереть? Ты молод и полон сил, у тебя хорошие перспективы на будущее, разве время для того, чтобы умирать? Юйвэнь Сун примолк, ведь умирать ему действительно не хотелось. Послышался шум и крики Чена и Тао, которые сражались на деревянных мечах. — Прикройте свои рты, безродные! — с презрением бросил Юйвэнь Сун. — Иначе отправлю вас к вашему прежнему хозяину — Сан Цзинсину. Все знают, что он делает с мальчиками, — Юйвэнь Сун ехидно засмеялся. Чен расплакался и убежал, бросив деревянный меч. — Откуда в тебе столько злобы и желчи? — искренне изумился Шиу. — Почему ты норовишь побольнее ударить ближнего, который не сделал тебе ничего дурного? — А разве по жизни со мной обращались справедливо? Разве достоин юноша из такой именитой и знатной семьи обучаться в окружении безродных оборванцев? Чем я зуслужил это? — Брат, если ты не изменишься, то жизнь может преподнести тебе новый урок, — проговорил Шиу. — Философ! — хмыкнул Юйвэнь Сун и перед глазами пронеслась вся эта чудовищная высота, ведущая в пропасть. Казалось, что у него снова закружилась голова. — Я узнала, что этот мужчина на самом деле демон Янь Уши! — прошептала одна из учениц. — Не может быть! Сестрица, ты, верно, шутишь? — Нет, говорю же вам! Это глава секты Хуаньюэ и ему на самом деле около пятидесяти лет наверное. — Не может этого быть! Я не смогу дать этому человеку и тридцати пяти! — Говорят, он десять лет медитировал на горе, поэтому сумел сохранить молодость и красоту. — Просто потрясающе! Но что он делает в Сюаньду? — Понятия не имею, кажется, это старый знакомый главы Шэнь. — Странно, что у главы Шэнь есть такие знакомые. Но знаете, сестрицы, не смотря на то, что этот человек из демонической секты, меня ещё больше начинает тянуть к нему. Он великолепен! — О да, да! Нет ему равных. И говорят, что он заглядывался на нашу Сюй Лин! — Вот повезло этой простушке. В боевых искусствах она серая мышь, чем она могла привлечь такого человека? Шэнь Цяо тихо вошёл в комнату. Янь Уши лег спать, но не погасил свечи. — Глава Янь? — тихо позвал даос. — Мне нужно осмотреть рану и нанести мазь, я переживаю... — Так подойди и осмотри... — раздался безучастный голос. Шэнь Цяо подошёл ближе и сел на постель. — Тебе стало все равно, да? — не выдержал даос. — На что мне стало все равно, А-Цяо? — спросил Янь Уши. И хоть на лице его не отразилось никаких эмоций, глаза ехидно улыбались. — Так, ни на что... — пробормотал Шэнь Цяо, краснея. — Я осмотрю? — Да пожалуйста. Шэнь Цяо трясущимися руками начал развязывать на нем халат. — А-Цяо, почему у тебя трусятся руки, ты перепил вчера сливового вина? Даосу наконец-то удалось развязать халат. Мощная грудь Янь Уши была перевязана бинтами. Шэнь Цяо принялся разматывать их. — Глава Янь, тебе не больно? — Не больно, А-Цяо. Рана действительно начала зарубцовываться. Шэнь Цяо аккуратно намазал ее заживляющей мазью. От прикосновений его пальцев к коже начинало хотеться чего-то большего. Но Янь Уши сделал безразличный вид. Шэнь Цяо перевязал рану новыми бинтами. — Спасибо, А-Цяо. Спокойной ночи, — Янь Уши перевернулся на бок. — Да... спокойной... Видя, что он никогда не уходит, Янь Уши спросил: — Что-то ещё? — Глава Янь, — не выдержал Шэнь Цяо, — тебе не терпится избавиться от меня? — А почему тебя это интересует? Помнится мне, как ты сказал, что я тебе не только не нравлюсь, что ты меня ненавидишь. Так не все ли тебе равно? Шэнь Цяо стоял в углу, заламывая руки. — Я это... несерьёзно сказал, глава Янь... сгоряча... Янь Уши наконец соизволил посмотреть на него, его глаза по-прежнему смеялись. — Подойди, присядь, — он похлопал по пустому месту рядом с собой. Шэнь Цяо нерешительно подошёл и присел, продолжая смущаться. — А-Цяо, ты сам захотел остаться здесь, — проговорил Янь Уши, повалив его на кровать. Он так давно собирался сделать это, но всеми силами сдерживал себя. Но сегодня Янь Уши решил не сдерживаться.