Тысяча и одна осень

Глава 136. "Я пойду с тобой!" — Говорят, что этот даос подпоил Янь Уши любовным зельем, чтобы тот без памяти влюбился в него! — Конечно, он лег под Янь Уши, чтобы выбиться в свет, ради славы и богатства. Это и дураку понятно. — А я слышал, что его с позором выгнали из Сюаньду, главой которой он, якобы, был. Конечно же, он выберет славу и роскошь даосскому уединению на горе! Обрывки обсуждений доносились до ушей Шэнь Цяо. Он то краснел от стыда, то заливался краской гнева. И только Янь Уши, казалось, ничто не волнует в этом мире. Надменная улыбка превосходства освещала его лицо. — А-Цяо, не обращай внимание ни на кого здесь, они все — ничтожны, всего лишь жалкие псы, которые будут лизать подошвы моей обуви. Шэнь Цяо очень расстроился, услышав обрывки фраз, которые обронили люди за их спинами. Ему не хотелось верить, что эти люди действительно такого плохого мнения о нем. Заметив, что Шэнь Цяо загрустил, Янь Уши улыбнулся ему. — Цяо, не думай об этом. Они ничего не знают о нас. Всю правду знаем только мы: ты и я. Он нащупал ладонь Шэнь Цяо, отыскав ее в широких рукавах халата, и сжал ее. Даос посмотрел на Янь Уши, на его великолепные одежды, затмевающие всех прибывших во дворец, на его уложенные волосы, в которых блестела драгоценная шпилька, стоящая целое состояние. Все это придавало Янь Уши величественный, надменный и неприступный вид. Сердце Шэнь Цяо зашлось от нахлынувших чувств. Ну как Янь Уши мог выбрать именно его в спутники жизни: бедного ничем не примечательного даоса? От этих мыслей щеки его слегка покраснели. Он слегка улыбнулся Янь Уши в ответ, застенчиво опустив взгляд. Когда Шэнь Цяо снова поднял глаза, то увидел, что на него пристально посмотрел какой-то человек. Во взгляде этого человека угадывалось неприкрытое презрение. — Глава Янь, кто этот человек, который смотрит на меня? — А ты так ничего и не вспомнил, Цяо? Не узнаешь этого человека? Шэнь Цяо смутился. — Нет, я не помню его. Янь Уши снова взял его за руку. Даос хотел вырвать руку, устыдившись людей, но не смог сделать этого. — Ты и о нас не вспомнил? — снова спросил Янь Уши. — Я вспомнил некоторые моменты, но не все... — не поднимая глаз, проговорил Шэнь Цяо. Янь Уши нежно погладил пальцами его руку. — Ты все обязательно вспомнишь, ты уже начал вспоминать. Этот человек — кто-то из Сюаньду, из твоей бывшей секты. Эх, Цяо, тебе нужно быть не даосом, а конфуцианцем. Разве вместо даосского невмешательства и уединения, не выбрал бы ты конфуцианское переустройство мира, со всеми прилагающимися к нему добродетелями? Их маленькую дискуссию прервал один из советников императора. Он подошёл и шепнул: — Глава Янь, с вами наедине желает побеседовать Его Величество. Он ждёт вас в саду, следуйте за мной. Шэнь Цяо вцепился в руку Янь Уши, не отпуская его. — Я пойду с тобой! — Цяо, это аудиенция с императором, подожди меня здесь, пожалуйста. После нее я сразу же вернусь, — ответил Янь Уши, добавив, чтобы подбодрить Шэнь Цяо: — Все будет хорошо. Этот достопочтенный любит тебя. Однако, Янь Уши на самом деле не был уверен, что это не очередная ловушка или заговор. Но зачем Янь Цзяню приглашать его во дворец в тот день, когда он собрал представителей различных сект в своем зале? Ради того, чтобы разделаться с ним? Наученный горьким опытом, Янь Уши знал, что нельзя исключить ничего, поэтому он был готов ко всему. Могут быть доносы, клевета, заговоры, нападение — ведь у него так много врагов, которые могут настроить против него императора (а ведь он слишком давно не появлялся во дворце, отвергая все приглашения Его Величества). Императорский сад был великолепен. Множество прудов, искусно выложенные композиции из камней, разные виды цветов и деревьев, с позолоченными осенью листьями. Извилистые дорожки, зигзагообразные галереи, залы и павильоны. Это была масштабная картина мира. В глубине сада открывались новые виды. Залюбовавшись садом, Янь Уши только сейчас заметил, что советник, который привел его сюда, исчез, будто растворившись в воздухе. Янь Уши стало не по себе. Быть может, это действительно заговор? Но вскоре он увидел непропорциональную фигуру Янь Цзяня, с излишне широкой талией. Этот резкий человек далеко не казался приятным собеседником, однако не был он и худшим из правителей, пытаясь воссоединить и укрепить империю. — Глава Янь, как давно не виделись, ты отлично выглядишь! — глаза Ян Цзяня слегка заискивающе бегали туда-сюда. Очевидно, он всё ещё ощущал вину за несправедливое обвинение и заключение Янь Уши. — Рад приветствовать Вас, Ваше Величество! — ответил Янь Уши вполне учтиво, но несколько прохладно. — Слышал, что тебя отравили и ты был при смерти! Тебе удалось отыскать негодяя, отправившего тебя? Не было лучшей возможности разделаться с Сан Цзинсином чем та, которая предоставлялась прямо сейчас. Но Янь Уши пренебрег ею, считая подобный поступок постыдным для себя и уделом слабых. Он должен разделаться с Сан Цзинсином лично. Свести с ним счёты, встретившись один на один, а не прибегая к помощи императора или чьей-либо ещё помощи. Поэтому, он проигнорировал эту возможность. — Нет, Ваше Величество, негодяй до сих пор не найден. — Если нужна помощь в поимке наглеца — ты только скажи! И ещё... Этот император глубоко сожалеет о причиненном тебе моральном и физическом ущербе... Даже императоры могут ошибаться. Я готов искупить свою вину: проси, чего захочешь, и я дам тебе это. Янь Уши ухмыльнулся. — Чего же я могу просить у Его Величества, кроме того, чтобы Он снова позволил сотрудничать с Ним, оберегать власть и покой Его и Ее Императорских Величеств, а также всей Императорской семьи? Ян Цзянь просиял от удовольствия. Он мечтал снова вернуть Янь Уши, так как чувствовал себя более защищённым рядом с такими искусными мастерами и сильными союзниками. — Этот император с радостью исполнит твою просьбу! — воскликнул Ян Цзянь. — А чтобы между нами больше не было обид, я приготовил для тебя дорогие подарки.