Тысяча и одна осень

Глава 135. "Янь Уши, что это за свиток? " Шэнь Цяо проснулся со страшной головной болью и тошнотой. — Ох, глава Янь... — простонал он. — А-Цяо, что такое? — испугался Янь Уши. — Мне плохо. Сильно тошнит и голова... — даос приложил ладонь ко лбу, не вставая с постели. — Цяо, прости, этот достопочтенный виноват. Это он напоил тебя вчера таким количеством вина... Янь Уши растянулся на животе, с участием растирая Шэнь Цяо виски подушечками пальцев. Но даос снова скорчился от приступа тошноты. — А-Цяо, я сейчас сам пойду к лекарю и принесу тебе кое-какое снадобье. Мой лекарь делает замечательное снадобье от похмелья. Вот увидишь, не успеет догореть одна благовонная палочка, как этому даосу полегчает. Он уже собрался выйти, но Шэнь Цяо окликнул его: — Эй, куда ты собрался нагишом? Хотя бы оденься! — Ах, да, — усмехнулся Янь Уши, подбирая с пола свой халат и накидывая его. При воспоминании о страстях, которые творились тут ночью, он прикрыл глаза от наслаждения, будто снова пережил те моменты, а на его губах появилась загадочная улыбка. Однако, Янь Уши не мог больше смотреть, как Шэнь Цяо корчится от своего похмелья, поэтому поспешно вышел, на ходу завязывая пояс. Даос снова скривился от боли. Голова трещала так, что он боялся даже пошевелиться, поэтому просто замер в одной позе, держась за лоб. Через некоторое время Янь Уши вернулся, неся с собой флакон с какой-то жидкостью. Он взял чашу с водой и начал капать эту жидкость из флакона в воду. — Одна, две, три, четыре... Нужно тридцать капель, Цяо, и ты забудешь, что тебе было плохо. Он заботливо поднес чашу к губам даоса. Шэнь Цяо посмотрел на него: — Пахнет не очень хорошо, глава Янь, ты уверен, что это нужно пить? — Цяо, это делал лекарь, а не парфюмер. Где ты видел, чтобы лекарства хорошо пахли? Я доверяю своему лекарю, который служит мне уже много лет, и который вытаскивал этого достопочтенного из самых тяжёлых ситуаций. За исключением разве что последней. Шэнь Цяо доверял Янь Уши и поэтому, закрыв глаза, выпил эту неприятную жидкость. Когда он дотронулся до чаши, случайно коснулся руки Янь Уши. От этого спонтанного прикосновения по телу разлилось приятное тепло. Даос знал, что Янь Уши заботится о нем. — Спасибо, глава Янь, — сказал Шэнь Цяо, посмотрев на него с благодарностью. — Брось, А-Цяо, было бы за что. В конце концов, это я виноват, что теперь тебя терзают головная боль и тошнота. Заметив блестящую капельку жидкости, застывшую на губе Шэнь Цяо, Янь Уши тут же слизал ее. Их пальцы переплелись. Ладонь Шэнь Цяо находилась в ладони Янь Уши, который прилёг рядом. Вскоре, Шэнь Цяо действительно почувствовал облегчение. Боль ушла, будто и не бывало. И тут взгляд его упал на столик, на котором лежал какой-то свиток. — Янь Уши, что это за свиток? — спросил даос. — Это... Послание от Ян Цзяня. Вернее, приглашение во дворец. — Вот как... И ты... Пойдешь? — А-Цяо, я слишком долго отказывал. А император вовсе не тот человек, которому можно постоянно отказывать. Да, разумеется, этот достопочтенный не простил его за ложное обвинение, но я не собираюсь наблюдать за тем, как мое место займет кто-то другой. Хэхуань, например. В конце концов, я сорю деньгами, ни в чем себе не отказывая, во многом благодаря щедрому жалованию императорской семьи. Конечно же, за всю свою жизнь Я скопил себе целое состояние для того, чтобы ни от кого не зависеть. Цяо, уверяю тебя, я подумывал о том, чтобы бросить все и провести с тобой счастливую и безмятежную старость но, клянусь Небожителями, я не могу допустить, чтобы место этого достопочтенного заняла Хэхуань! Поэтому, я пойду во дворец. Шэнь Цяо сжал ладонь Янь Уши. Его голова слегка соприкасалась с головой главы Янь. — Янь Уши, я боюсь за тебя, боюсь, что снова может что-то случиться... Шэнь Цяо был очень напуган тем, что едва не потерял Янь Уши, и теперь очень боялся за него. Даос искоса посмотрел на Янь Уши. — Глава Янь, а можно мне пойти с тобой? — В своем послании Ян Цзянь пишет, что я могу взять с собой близкого человека, а поскольку мой близкий человек — это ты, то почему бы и нет? Я закажу тебе такой наряд, что позавидуют наследные принцы! Один из моих портных творит настоящие чудеса, поэтому до сих пор работает в моем доме. Редко кому удавалось угодить моему вкусу. — Глава Янь, к чему эта помпезность? Я все же даос, а не придворный щеголь, и хочу выглядеть скромно, — возразил Шэнь Цяо. — А почему нет? Зачем прятать такую красоту? Самый лучший нефрит разве не достоин хорошей оправы? Пусть все видят, как прекрасен муж этого достопочтенного и проглотят свои языки от зависти! Шэнь Цяо притих. Он подумал, что если Янь Уши будет вести такие разговоры при людях во дворце, то он убежит прочь, сгорая со стыда. Но и оставлять Янь Уши одного ему совсем не хотелось. Портной действительно поработал на славу, пошив для Шэнь Цяо просто невероятный наряд в синих и небесно-голубых тонах. Янь Уши остановил слугу, который собирался уложить волосы даоса. — Не нужно, я сам. Он взял в руки драгоценный гребень и погрузил его в густые, черные и блестящие, как вороново крыло, волосы Шэнь Цяо. Прядь за прядью. Шэнь Цяо почувствовал, как Янь Уши дышит ему в затылок. — Все, Цяо, не могу больше. Давай отложим все эти вещи и займёмся чем-нибудь другим? — его пальцы сомкнулись на талии даоса. Щеки Шэнь Цяо покрыл лёгкий румянец. — Глава Янь, ты в своем уме? Нам нужно собираться во дворец. Янь Уши опустил голову на его плечо и прижался к нему губами. Постояв так какое-то время, он снова принялся собирать волосы Шэнь Цяо в пучок, сетуя, что не добился желаемого.