Тысяча и одна осень

Глава 179. "Это твой наряд, Цяо" В следующий раз Сун Лин приказал привести к себе Шэнь Цяо и с улыбкой уселся за гуцинь. "Сейчас я добьюсь от него чего угодно, велю ему делать, что захочу", — обрадованно подумал мужчина. Руки его, с длинными тонкими пальцами, ударили по струнам гуциня и все пространство в комнате заполнила прекрасная, обволакивающая, как туман, музыка. Создавалось впечатление, что вокруг кружатся в танце множество золотистых лотосов. Но на Шэнь Цяо эта музыка не производила никакого впечатления, его лицо казалось непроницаемым. — Что ты думаешь обо мне? Говори, — задал вопрос Сун Лин. Но его вопрос остался без ответа. Мужчина ещё сильнее ударил по струнам гуциня, играя невероятную музыку. На Шэнь Цяо это по-прежнему не произвело никакого впечатления. Сун Лин вначале изумился, а потом разозлился. Он ударил кулаком по струнам и комната наполнилась омерзительным шумом. Сун Лин не мог понять, в чем дело: неужели магия его музыки, которая всегда безотказно действовала на допросах, больше не действует? Или она не действует именно на этого человека? Чтобы выяснить это, Сун Лин встал и подошёл к Шэнь Цяо. — Даос, ты слышишь меня? Только тут мужчина заметил, что у Шэнь Цяо торчали в ушах затычки, аккуратно сделанные из маленьких лоскутков ткани. Поняв, что попадает под магическое действие гуциня, Шэнь Цяо решил себя обезопасить. Сун Лин был вне себя от гнева. Он вытащил затычки из ушей Шэнь Цяо, но настроения играть больше не было. Он дождался следующего раза и тщательно проверил, чтобы даос ничем не заткнул себе уши. Сун Лин принялся играть настолько мощно, насколько мог, вкладывая в музыку всю свою духовную силу. Когда он повернулся, то увидел, что Шэнь Цяо снова не слышит его, потому что ушел в медитацию. Сун Лин очень разозлился, но сдержал свой гнев. Через несколько дней он позвал Шэнь Цяо в сад для разговора. — Послушай, А-Цяо, мое предложение всё ещё остаётся в силе. — Из твоих уст такое обращение звучит фамильярно, — заметил даос, но Сун Лин пропустил его реплику мимо ушей, продолжая гнуть свою линию. — Ты думаешь, что Янь Уши придет, чтобы спасти тебя? Не тешь себя этой мыслью, он не придет, ты не нужен ему, он просто поигрался. Но сейчас, перед лицом серьезной опасности, разве станет он рисковать? Поэтому послушай меня и лучше прими мое предложение, пока не поздно. Ты проиграл и нужно смириться со своим поражением. Ты — мой пленник и полностью зависишь от меня. А ведь я для тебя не самый плохой господин, какой мог бы быть, верно? У тебя нет твоей секты, у тебя нет духовной силы, у тебя нет Янь Уши. У тебя нет ничего. Находясь у меня, ты можешь хорошо питаться, носить хорошую одежду, гулять по саду. Считай, что тебе очень повезло — ты не гниешь в тюрьме или на тяжёлых работах, тебя больше не избивают плетьми. — А кстати, как зажили твои раны? — с этими словами, Сун Лин бесцеремонно стянул с Шэнь Цяо ворот халата, обнажая плечо и часть спины. — О, вижу, моя мазь пошла на пользу и раны почти полностью зарубцевались. Начав злиться из-за такого обращения, Шэнь Цяо молча натянул халат обратно. — Так вот, Цяо, у тебя не осталось выбора. Но ты можешь стать моим союзником, делить со мной досуг и ложе. Взамен, ты будешь пользоваться всеми соответствующими благами и находиться под моим покровительством. Шэнь Цяо не на шутку разозлился. Его аж трясло от гнева и возмущения. Лепестки вишен, сорванные ветром, летели прямо в лицо. Больше всего даос не любил, когда ему осмеливались делать подобные гнусные предложения, будто он был уличной девкой, которой в любой момент можно было задрать подол. Он все же мужчина и воин, а не шлюха из борделя, и к нему нужно относиться с уважением. Шэнь Цяо размахнулся и заехал Сун Лину прямо кулаком в челюсть. У мужчины искры из глаз посыпались. Не смотря на то, что Шэнь Цяо был лишён духовной силы, его удар по-прежнему оставался довольно крепким. Сун Лин моментально ответил на удар, который был наполнен духовной силой, и Шэнь Цяо отлетел в другую часть сада, распластавшись под персиковым деревом прямо на траве. Сун Лин медленно подошел к нему, держась за раскрасневшуюся ушибленную щеку. Шэнь Цяо не мог встать, перед глазами все плыло. Сун Лин, сверху вниз смотрел на него. — Ты забываешься, даос. Ты не в том положении, чтобы так вести себя. Ты в моей власти и я могу делать с тобой все, что угодно. Однако, в ответ на мою доброту ты бьешь меня по лицу. А ведь за твою жизнь сейчас никто не даст и ломаного гроша! Шэнь Цяо видел, как удаляется Сун Лин. Все расплывалось, даже его голос. Шэнь Цяо, лёжа на траве вниз лицом, сделал тщетную попытку подняться. Он сжал в руках комья земли и больше не помнил ничего. После этого случая Сун Лин запретил Шэнь Цяо выходить в сад. Даос остался в заточении, закрытый в своей комнате. Надо сказать, что комната была большая, просторная и в ней даже имелось окно. Однако, она не сможет заменить свободу. Все, что Шэнь Цяо оставалось — смотреть на звёзды через это окно и думать. Он был отрезан от всего мира и не знал, что сейчас происходит, где сейчас Янь Уши? Он сидел до самого рассвета, уставившись в окно. Мир был так огромен, но весь его мир теперь — эта комната. Утром даоса навестил Сун Лин, что он делал в последнее время не так уж часто. Мужчина был в отличном расположении духа и просто сиял. Он бросил на кровать одежду. — Это твой наряд, Цяо. Завтра мы отправляемся на пиршество, устроенное в честь побед нашего альянса, и ты пойдешь со мной. Тебе нравится твой наряд? Сун Лин демонстративно разложил одежду на кровати. Шэнь Цяо бегло посмотрел на вещи. Внимание привлек нефритовый ошейник тонкой работы, на цепочке. Заметив, что взгляд Шэнь Цяо застыл на этом предмете, Сун Лин, как бы между прочим, усмехнулся. — Да, кстати, примерь. Надеюсь, я угадал с размером. Скоро ты отправишься со мною на пиршество в этом. Раз ты не стал моим партнёром, я оставил за тобой вакансию моего домашнего питомца. Любимого питомца, — слово "любимого" он подчеркнул. — Между прочим, тебя там ожидает сюрприз. Шэнь Цяо в растерянности посмотрел на мужчину, не понимая, шутит он или говорит правду.