Тысяча и одна осень

Глава 182. "Я не планировал начинать бойню, не дождавшись своих людей" Шэнь Цяо открыл глаза и сразу же прищурил их от яркого солнечного света. Даос не понимал, где находится и что произошло. Будто бы он провалился в черную бездну, где нет абсолютно ничего: ни плохого, ни хорошего. Провалился и пролежал там достаточно долго, а теперь солнечный свет слепил глаза, будто бы он был кротом и провел много времени под землёй. "Где Янь Уши?!" — была первая осознанная мысль. — "Что случилось?" Будто во сне, он вспомнил битву во дворе, а потом яркую синеватую вспышку, выпущенную монахом. И все, свет померк. Надолго. Даос чувствовал, будто вернулся с того света. В приоткрытую дверь заглянула любопытная голова оленёнка. Он уставился на Шэнь Цяо и замер, принюхиваясь. Шэнь Цяо повернул голову и встретился глазами с Янь Уши, который только что вышел из медитации. Увидев, что на него смотрит Шэнь Цяо, взгляд Янь Уши потеплел, а глаза увлажнились. По крайней мере, даосу так показалось. — А-Цяо... — прошептал Янь Уши. — Глава Янь, — проговорил даос. — Мы что... — Мы дома, А-Цяо, — Янь Уши тут же присел на кровать и вцепился в бледную руку Шэнь Цяо. На этот раз, даосу не показалось, и глаза Янь Уши действительно были наполнены слезами. Ещё немного, слезы вырвались наружу и побежали по его лицу! — Глава Янь... — удивился Шэнь Цяо. — Почему ты плачешь? — Потому что... — голос Янь Уши сорвался на шепот. Он закрыл глаза, потому что обильно текущие слезы мешали говорить. — Потому что я думал, что ты можешь никогда не открыть глаза... — сказал Янь Уши совсем тихо. Шэнь Цяо с участием посмотрел на него и сильнее сжал его руку. — Глава Янь... Янь Уши продолжал сидеть с закрытыми глазами, видимо пытаясь прийти в себя после стресса. — А-Янь... — совсем тихо сказал Шэнь Цяо. Глаза Янь Уши широко и удивлённо распахнулись. Он смотрел на Шэнь Цяо покрасневшими от слез глазами. — Неужели дождался? Шэнь Цяо вспыхнул, на бледных болезненных щеках его появился румянец. — Если ты хочешь, то я всегда буду так тебя называть! Янь Уши продолжал смотреть на него: слишком много потрясений на сегодняшний день, потом взял даоса в охапку и прижал его к своей груди. По щекам снова потекли слезы. — Да, я хочу этого, очень хочу! — почти закричал он, спугнув оленёнка. Послышался удаляющийся стук копытец. Шэнь Цяо обнял Янь Уши в ответ, уткнувшись лицом в его грудь. — Повтори ещё раз, повтори... пожалуйста... — сквозь слезы проговорил Янь Уши. — А-Янь... А-Янь... — прошептал Шэнь Цяо. Янь Уши спрятал лицо в его спутавшихся волосах, чтобы даос не слышал, как он плачет. Так, обняв друг друга, они просидели несколько часов молча. Иногда можно общаться без слов, когда рядом твоя родная душа. — Глава Янь, — наконец сказал Шэнь Цяо, — я не хочу, чтобы ты плакал... — Я больше не буду, А-Цяо, я тебе обещаю, — ответил Янь Уши, шмыгая носом. — Я хочу знать, что произошло. Все, в подробностях... как ты оказался там и... почему мы очутились здесь. — А-Цяо, ты ещё слишком слаб, чтобы выслушивать все эти истории. — Глава Янь, мне важно знать, я не хочу мучиться в неведении. — Скажи заветное слово. — Какое? — Которые ты недавно говорил. Шэнь Цяо задумался, но потом все же произнес: — Пожалуйста, А-Янь... Янь Уши метнулся на подушку рядом с ним в самом отличном расположении духа. Его припухшее от слез лицо просто сияло от счастья. Он довольно улыбнулся, прижал Шэнь Цяо к себе и снова зарылся в его волосы. — Расскажи, ты пообещал, — напомнил ему Шэнь Цяо. — А, так вот, — спохватился Янь Уши. — Этот достопочтенный, конечно же, прежде, чем отдать свиток, хорошенько его изучил, — он продолжал поглаживать Шэнь Цяо по волосам, будто отец, который рассказывал на ночь сказку своему ребенку, чтобы тот поскорее уснул. — Этот достопочтенный не только хорошо изучил свиток с запретными техниками, но и успел передать знания своим ученикам. Было договорено, что несколько позже мои люди пойдут по нашему следу, чтобы нас подстраховать. — Почему ты мне ничего не сказал? — спросил Шэнь Цяо, поудобнее устроившись на его плече. — Иногда, молчание — золото, А-Цяо, — улыбнулся Янь Уши. — И вот, люди из Хуаньюэ, во главе с моими учениками, шли по нашему следу. Как нельзя кстати, им на пути встретились сбежавшие адепты разгромленных Вэй Чжи сект. Они были очень обозлены. Эти адепты примкнули к моим людям, в надежде, что им удастся отомстить. Отряд становился все больше. А тем временем, этот достопочтенный отправился на твои поиски. С помощью денег мне удалось разузнать у слуг важную информацию — что некто Сун Лин держит в плену и заточении некоего даоса. У меня оставался только один выход, чтобы подобраться к ним как можно ближе: пойти к монаху и сказать, что я готов сотрудничать с ними, вступив в альянс. Конечно же, каждый здравомыслящий человек предпочтет видеть меня своим союзником, нежеле врагом, — Янь Уши несколько раз поцеловал Шэнь Цяо в макушку. — Когда ты мне сказал все те слова, я был в таком ужасе, что мне захотелось умереть, — проговорил Шэнь Цяо. — И ты поверил? — прищурился Янь Уши. — Я не знаю, — честно признался Шэнь Цяо. — Мне не хотелось в это верить, но было страшно, что это может быть правдой. — Хм, ты уже не такой доверчивый, как раньше, А-Цяо? — Жизнь научила меня быть настороже... Шэнь Цяо вспомнил то время, когда Янь Уши отдал его Сан Цзинсину, воспользовавшись его доверчивостью. Видимо, Янь Уши вспомнил о том же самом и по его лицу пробежала тень. — Так вот, сзади шел этот самый Сун Лин, которому хотелось просто выдавить глаза! Мне пришлось сказать все это, чтобы он ничего не заподозрил. Я не планировал начинать бойню, не дождавшись своих людей. Но я не выдержал: мне захотелось стереть этого человека в порошок. И уж в этом-то я не смог себе отказать.