Наперекор судьбы

«Это действительно он,» — Хёнджин крутит в голове эту мысль уже больше минуты, не в силах оторвать глаз от Чанбина. Его взгляд пустой, безжизненный, полон печали и боли. Хван чувствует дрожь Феликса и слегка сжимает его руками, чтобы тот точно не упал от такой… встречи. — Как… — произносит Ли, и бегает взглядом по лицу Чанбина, в сотый раз убеждаясь, что это и правда он, а не кто-то очень похожий. Феликс никого с ним не спутает. — Мы можем поговорить в более безлюдном месте? — слышать уже знакомый голос Со не во снах для Хёнджина непривычно и необычно, а что сейчас чувствует Феликс, он даже представить не может. — Идём, Феликс, — тихо говорит Хван, пытаясь достучаться до брюнета, который слабо кивает и становится на ноги ровно, но не отпуская пальто Хёнджина. Они медленно идут в направлении, по которому ведёт Чанбин. Всю дорогу он молчит, а с каждым шагом тело Феликса становится все слабее и Хёнджину приходится практически нести его. Со остановился спустя пять минут в переулке, куда не доставали камеры, после чего снял наконец кепку, а Ли осел на один из каких-то ящиков. Хвану пришлось стоять рядом с ним, ведь брюнет не отпускал его руку, не ослабляя даже хватку. — С чего бы начать… — Чанбин отворачивается, раздумывая над своими будущими словами. Он избегает зрительного контакта с парнями и смотрит куда угодно, но только не на них. — С начала, — Говорит Хёнджин. Феликс сейчас точно не в том состоянии, чтобы трезво думать и говорить что-то. — Я вёл расследование и одна свидетельница указала на склад, где проводятся опыты. — Я и так это знаю, — огрызнулся Феликс. — Там меня встретил Сэмюэль. Пять колотых ран по всему телу, но ни одна не оказалась смертельной, — продолжил Со, игнорируя слова брюнета. — Я пролежал в коме около месяца, а когда очнулся, Сэмюэль всё рассказал. О том, что подстроил мою смерть, о моих похоронах… — Почему ты не дал знать о том, что жив все эти два года? — голос Феликса задрожал. У него в голове всё ещё не укладывалось происходящее, он не мог поверить, что перед ним стоит тот самый Чанбин, в которого Ли был влюблен до безумия и которого он оплакивал все эти два года. — Сэмюэль не позволил. Я был нужен ему для какой-то цели, но до сих пор она мне не известна. Он приставил ко мне людей, чтобы я точно не смог ускользнуть от них. Не помню, сколько раз пытался убежать… но каждый раз меня ловили и избивали до полусмерти и каждый гребаный раз какой-то врач буквально доставал меня с того света, — Чанбин запустил пальцы в волосы и наконец посмотрел на Феликса. — Я пытался связаться с тобой, но ты никогда не отвечал на мои звонки. Твоя привычка игнорировать незнакомые номера вышла мне боком, а больше ничей номер наизусть я не знал… — Тогда как ты сбежал сейчас? — Хёнджин скептически отнёсся к рассказу Чанбина, уж слишком много белых пятен в нём. Откуда он брал телефон позвонить? Почему его надсмотрщики позволяли такой трюк? — Сэмюэль куда-то пропал и охраны стало меньше. — Его задержали. — Что!? — глаза Чанбина округлились, он явно не слышал своим ушам. — Как!? — За нападение на меня, — Хван вздохнул. Головная боль вернулась после воспоминаний того дня, будто специально напоминала о нем. — Ты должен пойти со мной в участок, Чанбин, — заключил Феликс, пытаясь взять себя в руки и контролировать эмоции, получалось у него неплохо, чему Хёнджин должен научиться. — Не могу. Я должен вернуться. — Тогда зачем ты пришёл сейчас? Просто заявить о своём существовании!? Зачем!? — Феликс перешёл на крик, уже наплевав на контроль эмоций. — Неужели ты не понимаешь, какой Сэмюэль страшный человек? Он найдёт на меня рычаги давления, если я не вернусь! Думаешь, вы сможете его упечь за решётку? Если так, то вы слишком глупы и наивны. Сэмюэля остановит только пуля в лоб! Он наёмный убийца самого президента и власти все сделают, чтобы вызволить его из любой передряги. — Повторю свой вопрос. Зачем ты пришёл ко мне? Ради того, чтобы сказать это все? Я знаю тебя лучше, чем кто-либо и прекрасно понимаю, что ты явился за помощью. Разве не так? Чанбин замолчал и снова отвернулся. — Мы сейчас же пойдём в участок и будем говорить там. Благодаря тебе мы сможем обвинить Сэмюэля в нескольких преступлениях и уже ничто его не спасёт. — Он убьёт всех нас. — Тогда мы убьём его раньше, — вмешивается в разговор Хёнджин, вспоминая слова той старушки, а взгляды парней устремились на него, на что он пожал плечами и развёл руки в стороны. — Если убить его во время самообороны, никого не посадят. — Слишком у тебя все гладко складывается. — Закрывай лицо, если так хочешь, и мы идём в участок, — твёрдо говорит Феликс и встаёт с деревянного ящика, наконец отпуская руку Хёнджина. Хван сразу же почувствовал холод на месте, где ещё секунду назад была рука брюнета. Перечить Феликсу, когда он в таком состоянии – никто не решился, да и не было надобности. Чанбин спустя пару минут раздумий надел кепку и достал из кармана кожаной куртки маску, скрывая лицо. Он натянул кепку ниже, чтобы не было видно даже глаза, а затем направился вслед за брюнетом, который по пути в участок постоянно оборачивался, дабы Со не сбежал. Поэтому Хёнджин не придумал ничего лучше, кроме как идти самым последним и следить за ними обоими и возможно хоть как-то помочь Феликсу расслабиться, но разве это возможно в подобной ситуации? Меньше двадцати минут назад он узнал, что Чанбин жив и всё ещё держится. Мысли в голове путались, Хёнджин не мог трезво думать, то и дело проскакивала одна единственная мысль: «Теперь Феликс уйдёт к Чанбину?» – она назойливо не позволяла Хвану избавиться от неё, постоянно всплывая из разных уголков подсознания. Он понимал, что чувства Ли не должны измениться после того, как появился бывший возлюбленный, который считался мёртвым, но… всё ведь может быть? Хёнджин трясёт головой, в очередной раз пытаясь отогнать эти назойливые, ненужные сейчас мысли. И к его счастью, они наконец подошли к участку. Феликс открыл для Чанбина дверь, тот постоял несколько секунд, явно не уверенный своими действиями, но затем все-таки шагнул в здание, откуда доносились звуки разговоров. — Феликс! Наконец-то, — Крис появился сразу же, стоило двери за спиной закрыться. — Хёнджин рассказал про глаз? Кто это с вами? Чанбин медлил, но после пристального взгляда опустил голову и медленно снял маску, а после неё и кепку, не решаясь посмотреть в лицо Бану, но тот сразу же все понял и застыл, теряя дар речи. — А что с глазом? — спустя паузу спросил Феликс, смотря сначала на Криса, а затем на Хёнджина. — Он мой, — коротко и тихо отвечает Чанбин дрожащим голосом. — Несколько дней назад, Сэмюэль пришёл и вырезал его со словами о том, что игра продолжается. — Чёрт… Вы позже расскажете мне обо всем, — заключает Крис, когда выходит из оцепенения. — Сэмюэля уже отпустили. — Что!? Но ещё ведь не прошло семьдесят два часа! — Адвокат добился своего, — Бан вздыхает, и приглашает парней пройти дальше, но Чанбин стоит на месте с глазами, полными ужаса. — Моя сестра в опасности… — шепчет он, но Хёнджин чётко слышит его слова. Пазл в голове складывается и что-то щёлкает внутри. — Со Мирэ твоя сестра? — по взгляду Чанбина Хван понимает, что сказал все верно и сердце ускоряет свой ритм из-за страха. — У тебя есть сестра? — раздражённо спрашивает Феликс, который явно был не в курсе таких подробностей. — Она уже должна была добраться до церкви, я поеду за ней, — Хёнджин смотрит на Криса. — У тебя есть машина? — Да, — Бан кидает ключи прямо в руки Хвана. — Ты сразу поймёшь, где она. — Ты никуда не поедешь, — отрезает Феликс. — Только не ты. — Я буду в порядке, — Хёнджин подходит к Ли и обнимает его, при этом тянется рукой к пистолету, который брюнет всегда держит в ремне на спине. Хван надеется, что Феликс не почувствует, как оружие пропадает. Когда парень выполнил свою задачу, он отстраняется и мигом прячет пистолет за спину. Некоторое время держит руку Ли и улыбается. — Я не буду рисковать собой. Ещё не время, — и с этими словами вылетает из участка в поиске нужного автомобиля. Глаз сразу же падает на чёрный старенький джип, единственную машину, не имеющую полицейских знаков. Не думая, Хёнджин нажимает на кнопку снятия с сигнализации и после характерного звука понимает, что не прогадал и открывает дверь, мгновенно запрыгивая внутрь. — Хёнджин, стой, — Хван хотел закрыть дверь, но ему помешал Феликс. — Зачем ты это делаешь? Зачем хочешь подвергнуть свою жизнь опасности? — его голос дрожал и Хёнджин всё бы отдал, лишь бы не слышать и не видеть печали на лице Ли. Сердце сжалось, но другого выхода, как и времени, уже не было. — Мы можем отправить за Мирэ профессионалов, зачем тебе в это лезть? — Собирать отряд нет времени, Феликс, — Хван смотрит на брюнета взглядом, полным нежности и уверенности, слегка улыбаясь. Он пытается убедить и себя, и Ли в том, что с ним ничего не случится и Хёнджин вернётся целым, но он сам в этом не уверен. — Сэмюэль на свободе и скоро узнает про Чанбина. Я просто поеду и заберу её, все будет в порядке. Никто не пострадает. — Ты сам себе веришь!? Веришь, что Сэмюэль не убьёт тебя? — Убьёт, но не сегодня. Сегодня я точно вернусь к тебе. — Что значит… не сегодня? — В прошлой жизни мы погибли в январе, но сейчас декабрь, — Хёнджин снова слабо улыбается и наконец закрывает дверь, чтобы Феликс не поселил в нем ещё больше сомнений, которых и так слишком много, чтобы успокоить трясущиеся руки. Вроде нет ничего сложного в том, чтобы забрать одну девушку из церкви, но если там будет Сэмюэль… нет никакой гарантии, что Хёнджин сможет уйти. Эти пессимистические мысли не покидают Хвана всю дорогу. Он останавливает автомобиль напротив дверей церкви, чтобы успеть уехать и быстро выходит, направляясь к входу. Сердце ускоряло ритм с каждым шагом по мере приближения к церкви и какие-то десять метров казались километрами. Хёнджин коснулся пистолета за спиной и открыл двери. Внутри находилось около десяти, которые удивлённо смотрели на незваного гостя. Спустя секунду кто-то начал перешептываться, а на лицах некоторых появился страх. Хван осмотрел всех присутствующих, но Мирэ так и не увидел. Он шагал глубже в церковь, рассматривая лица людей, которые не сводили с него глаз. — Где Со Мирэ? — выдавил Хёнджин, но перешёптывания только усилились, а отвечать никто и не собирался. — Я спрашиваю где Со Мирэ!? — ему пришлось повысить голос, но в этот же момент послушники сжались и замолчали. Никакого шёпота, лишь опущенные головы и чувство страха, повисшее в воздухе. Он ведёт себя как Сэмюэль и его боятся. Хёнджин это прекрасно понимает, но ему некогда доказывать обратное. Первоначальная и единственная цель – забрать Мирэ из этого кошмара. — Господин Хёнджин? — девушка выходит из какой-то комнаты и оглядывает присутствующих, не понимая, что происходит. А вслед за ней… идёт Сэмюэль. От него исходит опасность и холод. Он самодовольно улыбается, делая вид, что обычный священник в церкви. Хван быстро подходит к ним, берет девушку за руку и отводит её на несколько шагов к выходу. — Я приехал за тобой, — шепчет Хёнджин Мирэ. — Чанбин в безопасности, — Говорит так тихо, насколько возможно. Глаза девушки расширяются, но она сильнее вцепилась в руку Хвана и не намерена отпускать. — Что ты делаешь с послушницей, брат? — от последнего слова Хёнджина передёргивает и свободной рукой он тянется к пистолету, сжимая рукоять пальцами, чтобы в любой момент достать оружие. — Я забираю её. И остальным советую как можно скорее покидать эту церковь и бежать от этого человека. — Бежать? — Сэмюэль как охотник, важной походкой делает шаги к Хвану, который вместе с Мирэ шагает назад. От него веет опасностью и они должны бежать, но страх парализовал всё тело, одна только аура этого человека ужасала до чёртиков. — Но это их дом, — он разводит руками, показывая на стены церкви и подходит все ближе. Хёнджин достаёт пистолет и направляет прямо на брата, который в миг поднимает руки и делает невинное лицо. Актёр из него никудышный. — Ты хоть умеешь пользоваться пистолетом? — Сэмюэль хищно улыбается как кот, загнавший свою добычу в ловушку. — Я знаю о тебе больше, чем ты сам. — Разве? — Хёнджин ухмыляется и снимает пистолет с предохранителя. — Тогда наверняка знаешь, что бывший нашей матери учил меня стрелять? — он блефует, ведь ни один из её ухажеров не владел оружием, но Сэмюэлю это знать не обязательно. Главное, чтобы он поверил. Выражение лица брюнета меняется лишь на секунду и Хёнджин не успевает понять, что оно означало. Замешательство? Или гнев? — Ты не выстрелишь, — с каждым словом Сэмюэль подходил всё ближе, а отступать было некогда и убегать тоже, он догонит и точно убьёт. Паршивая ситуация, из которой нет выхода. — Хочешь проверить? — Хёнджин расслабляется лишь на секунду и этого времени хватило, чтобы брюнет оказался на непозволительно близком расстоянии. Блеск ножа, мгновение, и Хван чувствует резкую боль в боку и тёплую жидкость, стекающую по коже. Мгновение и нож снова вонзился в бок. Боль распространялась по всему телу, а вместе с ней и отчаяние, поглотившее Хёнджина. «Ты должен бороться,» — слова Феликса эхом проносятся в голове и секунду назад обессиленная рука с пистолетом поднимается и со всей силы бьёт Сэмюэля, который замахивался нанести ещё один удар, по затылку. Брюнет медленно падает на пол, где растеклось небольшое количество крови. Он от этого не умрёт. «Его остановит только смерть» «Убей брюнета, если хочешь выжить» Из последних сил Хёнджин направляет дуло пистолета на голову Сэмюэля. Рука дрожит, а палец не может нажать на крючок, чтобы покончить со всем окончательно. Все страдания и боль уйдут, если Хёнджин прямо сейчас убьёт Сэмюэля. Его не станут судить, ведь это всего лишь самооборона, но… Хван никогда не мог причинить боль даже невинному животному, а человеку уж тем более, но он продолжает стоять с пистолетом, направленным на его брата, игнорируя крики послушников и Мирэ, которая все время дёргала его за руку. — Хёнджин! Остановитесь! Как ошпаренный Хван делает несколько шагов от Сэмюэля, берет девушку за руку и они выбегают из церкви. Он держит рукой пульсирующий бок, а ладонь постепенно обретает красный оттенок. Хёнджин едет, игнорируя все правила дорожного движения. Главное как можно быстрее добраться в участок и все будет в порядке. Боль постепенно утихала и Хван смог ещё сильнее надавить на педаль газа. Он не помнит, когда и как остановил автомобиль, лишь голоса и крики. Феликс видит машину Криса, подъезжающую к участку, через окно в приёмной, где он сидел все время после того момента, как уехал Хёнджин. Он выбегает из участка и бежит к ней. — Помогите! Он ранен! — кричит Мирэ, открывая дверь с водительской стороны и помогая Хёнджину выйти из машины. — Чья это кровь? — дрожащим голосом спрашивает Феликс, когда видит на ладонях Хвана кровь, но в следующий момент видит рубашку, которая пропиталась красной жидкостью. Время для него останавливается. Руки дрожат, а кто-то из полицейских уже вызывает скорую. — Я… вернулся, Феликс.