Живой мертвец

      Больно. Было очень больно. Жар мешался с холодом. Руки, ноги, глаза и тело жгло. Чакра взбунтовалась, не желая подчиняться.       Разрывая глотку извечной усталости, он пытался подняться, чтобы просто прекратить всё это.       С каждым новым пробуждением он ощущал всё больше изменений в себе. Ощущение неправильности растекалось кляксой в голове. Всё было неправильно.       В очередной раз открыв глаза, он стоял перед Тобирамой, придирчиво его осматривающим. Изуна хотел оскалиться, но рука, вновь оказавшаяся на щеке, помешала сделать задуманное. Хотелось откусить пальцы, да хотя бы просто укусить. Причинить ту же агонию, которую испытывал сейчас по вине живого мертвеца.       — Сойдёт, — кивнул чему-то своему альбинос, вызывая вспышку гнева.       Что-то было не так. Определенно точно что-то было не так. И это пугало. Он не мог определить конкретно, что с ним.       Тобирама снова быстро поцеловал в губы, а после отошел. Рана на виске всё ещё виднелась.       — Живой мертвец, — с презрением и всем тем ядом, который успел скопиться в нем, выплюнул Изуна.       Это вызывало глумливую ухмылку у Тобирамы. И что-то в ней ему не понравилось.       — Пошли. Тебя заждались.       Он не хотел идти, но взор словно закрыла дымка, не дающая и шелохнуться. Только вперёд. Подчиняться он не желал, но тело снова двигалось само по себе.

***

      Он очнулся уже на поле битвы, когда его клинок столкнулся с чьим-то чужим. Подняв взор, Изуна ощутил лишь страх. Он видел взгляд алых глаз самоубийцы. Намерение ощущалось сильно.       Пальцы надавили на клинок, очередной замах, ещё прыжок. Уход, перекат, рядом сражались соклановцы с Сенджу, надо уйти.       Что-то с ним не так. Память, тело, Тобирама.       Оказавшись чуть поодаль, он снова хотел отпрыгнуть в сторону, но не смог. Тело само поменяло траекторию.       Острый клинок вспорол его бок, проходя до жизненно важных органов и раня их. Боль вспышкой ослепила. Но и он не остался в долгу, пронизывая Тобираму насквозь. Елейная ухмылка победителя.       Ощущение подвоха.       Запах опаленной плоти.       Вспышка боли.       Запоздалое осознание.       Чертов Сенджу.

***

      Мадара и Хаширама как всегда сражались друг с другом, ощущая радость. Братья живы. Изуна нашёлся истощенным, но живым. Вскоре он восстановился и привычно шутил, помогал с кланом, тренировался.       Тобирама же благодаря особой технике, как он выразился, восстановился. И жаль, что обнаружил себя под землёй. Пришлось изловчиться, чтобы выбраться.       Казалось, что жизнь налаживалась.       А после взрыв.       Оглушающий, заставивший вздрогнуть землю.       А после оба противника с шоком кинулись к месту, где произошёл он. Ощущения чакры братьев резко потерялось.       Опаленный кусок земли, покрытый сажей. Кусок катаны Изуны, а также огрызок меховой накидки Тобирамы.       Битва замерла.       Они потеряли самое дорогое.