Лунный свет в его глазах.

…Ночь выжигала лишние мысли из разума и давала волю тому, что накопилось за весь пережитый день. Говорят, что с наступлением темноты люди склонны говорить только правду, увлечённые своими чувствами и переживаниями. Вот и в этот раз всё было примерно так. — Красиво, правда? Лучи света, тянущиеся прямиком из окна, мягко падали на лицо Феликса, развалившегося на кровати. Тренировки закончились сегодня очень поздно, и ребята, разъехавшись по своим общежитиям, старались ухватить хоть малейшую возможность выспаться. Вот только есть одна проблемка: комнату Чанбина затопило несколько дней назад. Однако Феликс, как настоящий друг, настоял на том чтобы тот остался у него и, хотя слегка странно было видеть привыкшего ходить по «своей территории» голого Бинни, в целом, он отлично сжился и с Сынмином, и с Чонином, и даже с Минхо, которые в этот вечер ушли культурно отдыхать. — Да, очень красиво… Хоть Феликс и не видел того, что мог наблюдать задержавшийся возле открытого окна сосед, он всё равно понимал что, должно быть, вид на ночной город прекрасен. — Хён, я правда устал…давай ляжем спа- Ли неохотно перевернулся на другой бок и резко затаил дыхание, так и не завершив начатую фразу. Картина, открывшаяся перед ним, стоила тех неимоверных усилий, потраченных на то чтобы развернуться лицом к Чанбину. Лёгкий свет играл на пухлых губах и линии подбородка старшего, плавно втекая в изгибы массивной шеи и мускулистой груди. Лунные блики отражались в его бесконечно прекрасных глазах, в упор направленных на Ёнбока. От одного взгляда хотелось полностью раствориться в атмосфере, отдаться волне идущей прямиком из моря, что зовётся возбуждением. Карие глаза вбивались глубоко в грудную клетку, оставляя невидимые для глаз, но вполне ощутимые для кожи отметины. Ли Вздрогнул. Неожиданно репер оказался в опасной близости от обмякшего на покрывале тела. Тонкая рука потянулась к накачанному торсу и, едва заметно, провела по нему. Дышать стало невозможно, напряжение нарастало с каждой секундой и Феликс с усилием и необычной для него резкостью оттянул ладонь от чужого пресса. Он начал быстро ворочаться из стороны в сторону, делая случайные резкие движения и прижимая всё те же руки к лицу. Со стороны это было похоже на конвульсии. — Ёнбок, всё хорошо? — А? Микро-судороги по всему телу разом спали, и младший с широко открытыми глазами уставился на всё так же неподвижно стоящего у окна Чанбина, только теперь у второго было более обеспокоенное выражение лица. Ли перевёл дыхание. — Да.да. Померещилось. Так что, мы собираемся сегодня спать или нет? Бинни, только что выглядевший обескураженным, принял заинтересованное выражение лица и, будто забыв о только что произошедшем ляпнул что то по типу «ох, да, точно», убегая в душ. Оставшись один в комнате, Феликс сильно сжал трясущейся рукой собственную майку, стараясь успокоиться. Окей, спровадить Чанбина в душ он спровадил, но что же, интересно, он будет делать с едва заметным, но уже начинающим твердеть бугорком в его боксерах? Слегка прикусив губу, парень задумался. Он понимал, что репер может выйти из душа в любой момент и, если увидит только что дрыгающегося в конвульсиях Ёнбока за мастурбацией, будет казус. С другой стороны пройти мимо объекта сексуального влечения прямиком в душ со стояком, и при этом остаться незамеченным — то ещё испытание. Глубоко набрав воздуха в лёгкие, танцор всё же еле заметно просунул сначала пальцы, а потом и всю руку в трусы, прямиком к, уже пульсирующему, половому органу. Легонько коснувшись головки, он непроизвольно задрожал и слегка свёл бёдра, создавая дополнительное трение. Пройдя пальцами по всей длине, ладонь полностью опустилась на член, обхватив его. Феликс протяжно простонал, тут же закрыв свой рок второй рукой. Иногда ело тело могло быть чересчур чувствительным. — Ты что то сказал? — звук льющейся воды прекратился, и из ванны послышался голос старшего. Для Феликса это стало продолжением пытки, ибо сознание само рисовало в голове два тела, ритмично шлёпающихся друг об друга. — Н-Нет, Бинни, всё хорошо…- Ли старался по максимуму придать себе спокойный тон, но случайно дернувшаяся рука всё же слегка подкосила его. — …Ладно. Я скоро освобожу душ. Небольшая пауза в начале речи Чанбина не могла не взволновать парня, но возбуждение победило и, издав рваный выдох, младший ритмично начал двигать ладонью, заглушая стоны одеялом в своём рту. Изгибаясь и сбивая простыню он уже подходил к пику, когда в ванне послышалось шуршание полотенец. Последний раз быстро дёрнув рукой Феликс обильно кончил прямо себе же в нижнее бельё, и был очень благодарен, что сперма не попала на одеяло, о котором он не успел задуматься. Услышав звук открывающегося замка, парень встал со скомканой в край ткани и, кое как разгладив её, пробежал мимо что-то хотевшего ему сказать Бинни. Это был первый раз когда он осознал, что дрочить на лучшего друга — это не то чтобы нормально, но особо вдуматься в свою ориентацию он не успел, ибо в ванне его ждал второй раунд, пока тем временем ошарашенный сосед по комнате молча, с покрасневшими ушами пытался осознать то, что он слышал в душе.