Let’s Look At Each Other All The Time / Давай смотреть друг на друга всё время

« Да… мы близки. » Гарри ёрзает в своем большом удобном кресле, в голове мелькает очередная мысль. Обычно мысли его не беспокоят, даже если они о прошлом. Что-то, о чём можно подумать, определённо разбавит монотонность сидения и ожидания. Но что-то в этой мысли действительно раздражает его. Возможно дело было в обстановке. Может быть, это была его ревность к тому, что он не умер. Может быть, это было что-то ещё. Гарри не сказал бы, что он близок с кем-то, не говоря уже о Робине или Мэнни. Мэнни слишком ребячлив, чтобы с ним дружить, а Робин… Гарри медленно перемещает взгляд, отводя глаза от пола вправо. Сначала он видит Мэнни, его и его маленький стул. Посмотрев чуть правее, Гарри увидел Робина, читающего газету и покачивающегося в кресле-качалке. Он выглядит полностью поглощенным чтением своей газеты. Хотя, скрип кресла-качалки немного раздражает. Почти как Робин. Раздражающий и шумный. И тяжело слушает. И, как ни странно, на него интересно смотреть. А иногда он успокаивающий, словно мягкий ветерок в жаркий летний день. Как в тот раз, когда они пошли на пикник, и Мэнни ушёл, они были одни. Они мало разговаривали, просто выбирали еду. Это было классно. Гарри моргает. До него доходит, что он снова смотрит на Робина. И прежде чем он успевает шевельнуться, Робин переводит взгляд с газеты на Гарри. На долю секунды они смотрят друг на друга. Их взгляды расходятся так же быстро; Робин снова смотрит на свою газету, а Гарри смотрит в пол. Гарри фыркает, чувствуя, как его сердцебиение становится немного быстрее, чем раньше. Часть его разума высмеивает его за то, что он даже заботится о том, чтобы Робин оглянулся. Он просто какая-то зелёная птица, он не имеет значения. Есть вещи получше, на которые можно посмотреть. Как пол! Или… стена! Или снова пол! Но это не совсем то же самое. « Правда? Тебе нравится смотреть на меня? » Гарри помнит слова Робина. Они были удивлены, но счастливы. Может быть, признаться в своих чувствах было ошибкой, но ложь никогда не приносила Гарри пользы. Было очень приятно произнести эти слова вслух. В темноте было что-то странно успокаивающее. Гарри не нужно было беспокоиться о том, что его увидят все эти глаза или что-то ещё. Всё было просто и мрачно. Это сделало взгляд на Робина сладким. « Ну, мне тоже нравится смотреть на тебя. » Не было ни страха, ни беспокойства, ни обмана. Когда Гарри обернулся и увидел Робина, смотрящего на него, что-то внутри него почувствовало себя хорошо. Они могли смотреть друг на друга и чувствовать себя хорошо. Гарри моргает. Он снова смотрит на Робина. Тот смотрит не на газету, а на Гарри. Они смотрят друг на друга, молча и неподвижно. Гарри чувствует себя незащищённым, словно глаза Робина раскрывают все его маленькие секреты. Это ужасное чувство, от которого Гарри почти наслаждается. Почти приятно осознавать, что только Робин может заставить его чувствовать себя вот так. Гарри не замечает, что говорит, пока его слова не повисают в воздухе. —… Этот наряд выглядит глупо. Робин моргает и слегка отшатывается, его лицо меняется на разочарованное. Он возражает своим скрипучим голосом. — По крайней мере, я ношу одежду, ты выглядишь как уродливая швабра! Гарри усмехается, наклоняясь к Робину, чтобы бросить еще одно оскорбление. — Лучше я ничего не надену, чем меня увидят в этом дурацком сером костюме. Ты вообще когда-нибудь стирал эту глупую вещь?! Робин неуважительно кричит, откладывая газету, чтобы ответить Гарри. В это время Мэнни смотрит между ними в отчаянии. — Ой, заткнись, это светлая норка<! Как будто такой идиот, как ты, мог бы это понять! — Ребята! Прекратите ругаться! — кричит Мэнни, напуганный этим новым конфликтом. Гарри поворачивается к Мэнни, отвечая с горьким пренебрежением: — Нет! Нет, пока он не извинится! Робин снова отшатывается, качая головой, прежде чем завопить в ответ. — Извинюсь за что!? Гарри собирается заговорить, останавливается. Что-то внутри него подавляет все чувства и эмоции. Он откидывается на спинку кресла и смотрит в пол, бормоча следующие слова: —… Ничего… — Не говори так! — Робин наклоняется к Гарри, его голос звучит, как всегда, раздражающе. — За что я должен извиниться!? Гарри стонет, чувствуя, как его эмоции снова вспыхивают. — Ты сказал… что тебе нравится смотреть на меня, и это явно ложь. Я ненавижу, когда люди врут. Робин качает головой, но не с отвращением, а с замешательством. — Я не врал, идиот. Зачем мне врать об этом? Гарри ёрзает на своём месте, в конце концов посмотрев на Робина, который выглядит искренне обиженным обвинением. Гарри вновь говорит, чувствуя себя уязвимым и глупым. — Тебе правда нравится смотреть на меня..? В комнате тихо. Когда Робин снова говорит, слова звучат так же мягко и уютно, как кресло Гарри. — Конечно, швабра. Мне нравится смотреть на тебя. Гарри вдыхает, его грудь кажется странной и необычной. Взгляд Робин кажется знакомым, но неловким, захватывающим и пугающим. Как будто снова тьма. Только он и Робин, одни, смотрят друг на друга. И это приятно. Гарри говорит снова. — Я люблю тебя. — Ты что?! — Ничего.