Ты держал меня за руку.

Арсений всегда боялся скопления людей. Ему было чертовски некомфортно в шумных компаниях, на разных мероприятиях или даже в общественном транспорте, который он всячески старался избегать, лучше лишний раз пройдет пару остановок пешком, чтоб не ехать в полном салоне. Попов испытывал дискомфорт от людей даже в школе, когда в узком коридоре или на лестнице скапливалось огромное количество людей. Лучше он опоздает на какой-нибудь урок, чем попадет на лестницу с толпой людей, которые быстро бегут вверх или же вниз. Зачем лишний раз выходить в шумные места? Можно же просто дома посидеть. Такого мнения был Арсений. Его сложно было вытащить даже просто погулять, потому что там много людей. Если он и выходил на улицу, чтоб пообщаться с друзьями, то чаще всего они сидели в самом тихом дворе. Антон был лучшим другом Арса, но, несмотря на это, являлся полной его противоположностью. Ему нравятся шумные места и походы по торговым центрам, подростковые тусовки и прогулки по оживлённым местам. Да, ему нравится это все, но ради друга он может отложить свои планы и пойти с ним в тихий двор и говорить обо всем на свете. Шастун всегда мог успокоить Арсения, если вдруг тот нервничал на каких-то мероприятиях. Всегда поддерживал вдали от чужих глаз, чтоб никто не видел их. Мог взять за руку, чтоб Попов смог немного расслабиться и понять, что Антон рядом и поможет справиться со всеми трудностями. Антон — успокоительное для Арса. Только он может унять самый сильный шторм на душе. Только он способен успокоить любые нервы и истерики.

***

День учителя. Ученики всех школ России готовят выступления с песнями, стихами, сценками и речами на тему школьной жизни. Вот и школа, в которой учились Антон и Арсений, не стала исключением. Начальные классы готовили песенки и стихи, средние, как и младшие, готовили стихи, песни, небольшие сценки тоже были, но всего у пары классов, а старшим поручили сценки и написать, выучить и выступить с речами для учителей, объявлять каждый класс и их выступление, а так же вручение преподавателям подарков в виде коробки конфет и букета цветов. Десятые и одиннадцатые классы решили, что первые будут готовиться сценки, а вторые — речи для учителей, объявление выступающий и вручение подарков. Пока десятые классы спокойно готовили сценки, одиннадцатые работали над текстами и заучивали их. Два одиннадцатых класса на протяжении двух недель оставались после уроков в актовом зале, чтобы подготовить все, что требуется. В один из таких дней Арсений ушёл домой сразу после уроков, не оставшись помогать, о чём вскоре пожалел. Пока он сидел дома, ребята выбирали, кто будет выходить на сцену. Все единогласно решили, что раз Арсения нет, то его мнение учитываться не будет, поэтому выбрали именно его и ещё одну девушку из параллельного класса. С ней он был почти не знаком, общались только на этих собраниях. Антон пытался объяснить всем, что это плохая идея и Арсений боится сцены, но его никто не слушал. Так и решили, что выступать будут Арсений и Оксана.

***

Через 20 минут начало. В актовом зале школы полно людей, но это не гости, а выступающие. Учителя и родители помогают детям с деталями для выступлений, поправляют девочкам макияж, а парням завязывают галстуки. Директор бегает от учителя к учителю, чтоб узнать или сказать какую-то информацию, а кто-то разминается перед сложным гимнастическим номером, которые приготовили две девочки. Все шумят, повторяют текста песен и сценок, движения танцев. Арсений, в отличии от многих, сидел в уголке на лавочке и читал текст выступления. Он жутко нервничал. Ему не хватало поддержки и близкого человека рядом. Где же ты, Шаст? Антон обещал прийти и помочь Арсу подготовится, успокоить и поддержать, но его все никак не было. Руки тряслись, а глаза бегали по тексту, пытаясь прочесть его, но буквы скакали и расплывались по бумаге. Попов был готов выбежать из актового зала и скрыться от посторонних глаз в ближайшем мужском туалете, зажаться в угол и, поджав колени, расслабиться и вдохнуть полной грудью. Воротник белоснежной рубашки давил на шею, а галстук создавал ощущение удушья. Арсений перевел взгляд на людей, что улыбались и радостные общались между собой, полностью готовые к выступлениям и началу мероприятия. Концерт поделили на две части, ведь всех в зал не уместить. В первой части выступают ученики начальных, пятых и шестых классов, а во второй все остальные. Из зала начинают выходить все классы, начиная с седьмого, оставшиеся же занимают свои места, оставляя первые ряды для учителей. К Арсению подходит Оксана и говорит, что начало через десять минут и ему стоит успокоиться. Это стало последней каплей. Арсений начал нервничать ещё больше. Он все же решил выйти в коридор, скрыться от людей и подышать свежим воздухом. На ватных ногах Попов встал со своего места и направился к выходу как можно быстрее. В коридоре людей не меньше. Учителя и ученики толпой стояли у входа в зал, не давая пройти. Кое-как он протиснулся между людей и побежал в туалет. Он запер дверь, как только забежал в уборную, чтоб никто не помешал прийти в себя. Вдруг телефон в кармане брюк завибрировал, оповещая о пришедшем сообщении. Арсений достал телефон из кармана, ввел пароль и перешел по сообщению в чат с Шастуном. Антон Ш. Арс, ты где? Я в актовом, тебя тут нет Руки все так же тряслись, поэтому он не с первого раза набрал ответ, раз за разом стирал текст, не попадая по буквам Арсений П. Я в туалете на этом этаже Приди, пожалуйста Меньше, чем через минуту ручка запертой двери начала дёргаться, а тот, кто стоял за дверью пытался ее открыть, но она не поддавалась. Арсений сидел на подоконнике, вытянув ноги и облокотившись спиной на стену. — Арс, ты тут? — спрашивал Антон, стуча по двери со всей силы. Арсений спрыгнул с подоконника и побежал открывать дверь. Как только дверь открылась, Шастун влетел в помещение, захлопывая ее и закрывая на замок. Высокий парень был запыхавшимся и теперь пытался отдышаться, опираясь на свои колени. Через несколько секунд он резко выпрямился, взволновано смотря на потерянного Арсения, который чуть дернулся назад. — Что случилось? — Антон переживал за Арса, знал, как ему страшно выступать и как он нервничал все время на подобных мероприятиях, даже когда сидел в зале и не выходил на сцену. Попов подошёл чуть ближе к Шастуну и слегка потянул его за рукав рубашки. Ему сложно было и слово из себя выдавить. — Нервничаешь? Я рядом, — сказал Антон, касаясь руки голубоглазого. Арсений переплел с ним пальцы, ощущая холод металла, которым были увешаны руки Антона. Попов подошел к Шастуну ещё ближе, настолько близко, что даже непозволительно. Арсений опустил голову Антону на плечо, потому что ему это необходимо. Ему необходим контакт. Ему необходим Антон. Шастун свободной рукой прижал его к себе, запуская пальцы в мягкие волосы, успокаивая и поддерживая без слов. Слова сейчас были лишними. В уборной повисла гробовая тишина, которую нарушало лишь тихое дыхание парней. Эта тишина заменяла тысячи слов, эмоций. Эта тишина лучше всего передавала страхи Арсения и поддержку Антона. Такую необходимую парням тишину нарушил громкий и режущий слух звонок, означающий, что пора идти. Арсений первый отстранился от Антона, не отпуская его руку. Шастун посмотрел в взволнованные голубые глаза, которые искали спасение от этого мира. Антон смотрел с нежностью, успокаивая одним только взглядом. — Спасибо, — еле слышно проговорил Арс. Он практически спокоен. — Спасибо, что помог. — Не за что, — улыбнулся Шастун, — Давай, кот, ты справишься, — сжав руку Арсения, Антон потянул его к выходу, не отпуская. Не важно, что про них подумают другие. Не важно, что школьные оффники могут набить лицо, ведь это не по понятиям. Сейчас есть только Антон, Арсений и их переплетённые пальцы, для них мир перестает иметь значение, когда они бегут в актовый зал, в котором директор читает свою речь.

***

— На этом наше мероприятие подходит к концу, поэтому давайте все дружно поблагодарим наших любимых педагогов и похлопаем им! — сказала Оксана, а по залу разнеслись громкие хлопки, — просим всех учителей встать со своих мест и подняться на сцену. Учителя выстроились в линейку на сцене, а из колонок начала играть какая-то спокойная песня. Дверь в актовый зал открылась и под бурные аплодисменты учащихся в зал ровным строем начали заходить первоклассники, каждый из которых подходил к одному из учителей и вручал им пышный букет цветов и коробку конфет. Учителя благодарили детей, счастливо улыбаясь им. Оксана и Арсений спустились со сцены, уходя на свои места. Попов сел рядом с Антоном в самом конце зала, облегченно выдыхая, склонив голову вниз. Антон приобнимает его за плечи, говоря какой он молодец. Арсений лишь улыбается, а потом смотрит в зелёный глаза напротив и шепчет тихое «спасибо». Просто «спасибо» и ничего больше. Антон нежно улыбается в ответ и убирает руку с плеча Арса. Попов вопросительно смотрит, мол «зачем убрал руку? Верни обратно», но замечает, что Антон положил на его бедро руку ладонью вверх с растопыренными пальцами. Он сразу накрывает его руку своей, переплетая с ним пальцы, вновь ощущая холод металла. Арсений смущается от этого жеста при таком количестве людей, его щеки слегка краснеют и он опускает голову вниз, что не скрывается от Шастуна, который лишь усмехнулся. Когда всем разрешили покинуть зал Антон резко подскочил с места и потянул за собой Арсения, который не понимал, что от него хочет друг. Шастуна не волновало, что множество людей сейчас хотят покинуть душное помещение, он старался как можно быстрее выйти, а Попов все также пытался понять, что вообще происходит. Зеленоглазый тянул друга за собой в направлении туалета. Когда они оказались в коридоре, который ещё не успел наполниться людьми, Антон ускорил шаг, а Арсений продолжал следовать за ним. — Шаст, что ты хочешь? — спросил Арсений, сравнявшись с Антоном, который открыл дверь туалета, пропуская его вперёд. Арсений зашёл в уборную, а следом за ним и сам Шастун. Последний отпустил его руку, закрывая дверь на замок, чтоб никто им не помешал. — Ты чего? Зачем мы сюда пришли? — Ты молодец, — самая нежная улыбка из всевозможных. Арсению было приятно слышать эти слова. Антон аккуратно взял Арсения за руки, стоя на расстоянии одного шага. — Ты отлично выступил. Кот, я горжусь тобой, — щеки Арсения покраснели от этих слов, а губы растянулись в дурацкой улыбке. Антон им гордиться. Он опустил глаза в пол, дабы скрыть это от Антона, но не вышло, — посмотри на меня, — тихо попросил Шаст, пальцем одной руки поглаживая тыльную сторону ладони Арса, который послушно поднял взгляд. Взгляд голубых глаз встретился с зелёными. Парни простояли так несколько секунд, смотря в глаза и не сводя взгляда. Антон сделал небольшой шаг вперёд, сокращая расстояние до минимума. Арсений, кажется, даже дышать перестал в этот момент. Шастун чуть приподнял голову, нежно целуя брюнета в лоб. В этом лёгком, почти невесомом касании было вложено столько нежности, чувств и эмоций, что Арс вздрогнул от него. Антон сразу же отстранился, виновато смотря на него. — Прости, — прошептал он, отходя назад, но Арсений притянул его обратно. Попов посмотрел на губы Антона, как бы спрашивая разрешение, но уже через секунду Шастун сам приблизился к его лицу. Он чуть склонил голову в сторону, аккуратно касаясь мягких губ брюнета. На секунду Арсений замер, забыв отвечать на поцелуй, но вскоре все же ответил. Это был не страстный поцелуй, когда языки сплетаются и очерчивают линию зубов, не требовательный, нет. Этот поцелуй был нежным, аккуратным, оба парня боялись что-то сделать не так, касаясь губ, словно пробуя эти ощущения на вкус, пытаясь понять, нравится им или нет. Им определенно нравилось, ведь они оба давно хотели этого. Отстраняясь, Антон прикусил Арса за нижнюю губу, чуть оттягивая. Шастун взглянул в голубые глаза, в которых чуть ли не звёздочки прыгали. — Ты мне нравишься, — не отводя глаз сказал Антон. Лицо Арсения вновь покраснело, выдавая смущение. В попытках скрыть горящие щеки Арс уткнулся в шею Шастуна, вдыхая приятный аромат яблочного геля для душа, — Ты чего? Все хорошо? — заволновался он. Попов лишь отпустил руки Антона, обвивая его торс, прижимаясь как можно ближе. — Можно... можно укусить? — еле слышно пробормотал Арс куда-то в шею. — Что? Ну, если хочешь, — теперь смущается уже Шастун. Арсений чуть отстраняется, расстегивая две верхние пуговицы на рубашке Антона, который наблюдает за его действиями с полным непониманием происходящего. Попов отодвигает воротник в сторону, оголяя плечо. Он наклоняется к светлой коже и невесомо целует, слегка касаясь нежной кожи. Через секунду он без какой-либо аккуратности кусает Антона за плечо. Шастун цепляется пальцами за руки Арсения, чтоб не издать лишних звуков. Попов разжал челюсть, целуя место укуса, чтоб избавить от боли, а потом любуется оставленным следом, — зачем так сильно? Больно же… — Прости, так вышло, — виновато сказал Арсений, застегивая обратно одну пуговицу, - зато след красивый получился. — Арсений, блять! — крикнул Антон, начиная смеяться, а после и сам Попов подхватил его смех. Сейчас весь мир для них двоих — это небольшое помещение с кабинками и раковинами, полом со следами от обуви, и стенах, исписанных маркерами. Теперь они и есть мир друг для друга.