Сложная жизнь Тарасова

«Всё пошло не так. Всё пошло совершенно не так с того самого детского товарищеского матча. Сразу же, как только друг мой указал на парочку молодых перспективных хоккеистов. Именно тогда, когда, на тот момент, неизвестный мне молодой человек, наплевав на все правила удаления, перепрыгнул через бортик коробки, потащив в игру ещё и своего товарища и им двоим позволили играть дальше.» Заслуженный тренер сборной СССР задумчиво сидел перед шахматами на хоккейном поле и вспоминал момент, когда же всё стало так сложно в его жизни? «Ведь уже тогда было предчувствие начала чего то неуловимого, но масштабного. Сердце в присутствии этого мальчишки так легко и невесомо полетело, что и сам не заметил, как умудрился предстать перед ним в максимально выгодном ракурсе. А он...он даже не попытался скрыть своей восторженной юношеской влюблённости» - тяжёлый вздох. «Зачем? Зачем мне всё это? Почему он всё ходит за мной как привязанный? Я же сделал всё, чтобы он меня ненавидел. Отправил в Чебаркуль, откровенно издевался сначала не допуская к тренировкам, потом с этими шайбами...он же почти сдался. Я был уверен, что это конец. А он вернулся на следующий день с улыбкой от уха до уха, как будто ничего и не было.» Анатолий Владимирович переставил пешку на импровизированной доске. «Да и последний гол за 3 секунды он забил именно для меня. Потому что я попросил. Попросил сделать невозможное и он сделал. А я что? Отправил опять сидеть на скамейке. Тройка не работает. Решение верное. Только сердце сжимается от тоски. Нельзя думать о своих хоккеистах в таком свете. Нельзя. И ему нельзя.» Взглянув на часы, Тарасов понял, что засиделся слишком долго и уже пора уходить. На улице в такой час людей было немного и путь домой был на удивление спокойным. Но вот на скамейке у подъезда сидел Валера. С сумкой и клюшкой. Бровь выгибается в удивлении. - Харламов? Ты что тут делаешь? - Вас жду. - Валера поднял взгляд и живот тут же скрутило и захотелось провалиться сквозь землю. «Наверное сейчас порвёт на лоскутки» - эхом пронеслось в голове. -зачем? - вопрос с максимально жёсткой сухой интонацией. Валера решительно встаёт. -у вас жить буду! - он зло забирает ключи из рук и идёт к подъезду. Другого выбора как идти за ним не остаётся. - Чебаркуль, ты рехнулся?! -нет. На удивление, открыв дверь подъезда, Валера остановился и пропустил его вперёд. Легко нахмурившись Тарасов зашёл внутрь. «Он злится на сегодняшнее, но пытается быть галантным. Да ещё с сумкой пришёл. У него что-то случилось.» Дойдя до своей квартиры он остановился и вопросительно посмотрел на своего игрока. Валера молча смотрит в ответ. -ключи у тебя. -а...да.. Он теряется и спешно старается исправить свою оплошность. Решимость, которая была на улице, улетучилась за несколько лестничных проёмов. Вскипятив чайник, Тарасов налил ему чай и только после этого задал вопрос: -что у тебя случилось? Прячет взгляд и мямлит что-то невразумительное. -Вы же вот всегда мной недовольны, наверное думаете я мало времени тренировкам уделяю. А так утром проснулся и сразу с Вами готов тренироваться... Но потом, осторожно смотрит и задает вполне различимый вопрос: -у вас же семья. Жена, дочки. Где они? -Харламов! Тарасов слегка повышает тон, давая понять, что его это совершенно не касается. Валера как-то сжимается, но не отступается от вопроса. -на даче они. Лето же. -а, ну да… -Анатолий Владимирович, я пойду! - и встаёт на выход -куда? Ночь на дворе. К тому же, минуту назад ты собирался у меня оставаться жить на ПМЖ. Он от удивления разворачивается на пол корпуса. -Я тебе на диване постелю. Сегодня переночуешь у меня. А завтра, чтобы духу твоего в моей квартире не было! -Есть! - Почти отдаёт честь и сияет как медный таз. «Ну вот и что мне с тобой делать?» Заправлять одеяло в пододеяльник оказалось не так-то просто. Обычно он этим никогда не занимался. Но в то же время это было забавно. Как два взрослых мужика не могут справится с дыркой от пододеяльника. Но он был побеждён. Они довольно улыбались. -спокойной ночи, Валер. Тарасов встал с дивана и выключил у дверей свет. Только свет от уличных фонарей пробивал через занавески. -Анатоль Владимирович... Он окликнул тихо, почти шепотом. Но это было так оглушительно громко. Сердце тут же застучало в разы быстрее. Тарасов медленно повернулся к нему. -Вы когда-нибудь совершали поступок, о котором возможно пришлось бы пожалеть в будущем, но несмотря на риск, всё равно сделали? Тарасов медленно сглатывает. Валера в темноте долго смотрит на него, а потом решительно подходит и почти невесомо убирает выпавшую прядку с лица. -Валер, не надо… Он говорит правильные слова, которые и должен говорить, но Валера слишком близко. Эта близость дурманит. Валера заглядывает ему в глаза и медленно кладёт руку на талию, мягко прижимая ближе к себе. -не надо, не надо — шёпотом. Как заклинание. Он даже качнул головой для убедительности. Но сделать шаг в сторону или оттолкнуть нет никаких сил. И Валера целует. Жарко, напористо. Дорвавшись до своего. А Тарасов сдаётся. Тесно прижимается и отвечает на поцелуй. -ты не пожалеешь, обещаю — Валера шепчет куда-то в ухо, выцеловывая дорожку по шее. Запрокинув голову, в сладкой страсти, с губ срывается первый лёгкий стон. «Как долго я о тебе мечтал. Как долго...» Валера тянет его на диван. Тот самый злополучный диван, который Тарасов сам ему и предложил. И он легко падает на него спиной, почти не осознавая, что творит. Валера скидывает футболку, а он расстёгивает манжеты рубашки. Это всё, что он успевает, перед тем, как Валера вновь нависает сверху и страстно целует потираясь пахом об его. Валеркин стон перетекает в поцелуе прямо в мозг и там резонирует. Так хорошо. Он путается в нетерпении с пуговицами, но всё же справляется перед тем, как Тарасов успевает осознать, что ему нужно помочь. И замирает в восхищении буквально на пару секунд. Медлительно долгих пару секунд. Затем осторожно проводит руками по бокам и наклоняется целуя ложбинку солнечного сплетения -люблю тебя Тарасов рвано хватает ртом воздух, а он выцеловывает левую половину груди и нашёптывает сердцу: -никогда не предам. Всегда буду рядом. Мазнув языком по правому соску он поцелуями стал спускаться ниже. Расстегнув ремень, Валера стягивает с него брюки вместе с бельём. Член уже давно готов и пульсирует в нетерпении. Он улыбается, довольный результатом, а Тарасов зажмуривается и мысленно ругает себя за слабость податься навстречу его руке. Чтобы коснулся скорее. И ему становится так хорошо, когда Валера обхватывает и нежно проводит ладонью по члену. От удовольствия, он захлёбывается воздухом и совершает рефлекторное движение в руку. -не торопись — Валера выдыхает тихим шёпотом, хотя и сам возбуждён до предела. В этот момент он расстёгивает свои брюки, снимая мешающую одежду. Валеру начинает слегка потряхивать. Предъэкулят течет не останавливаясь, но он старается это игнорировать. Обхватывает оба их члена и двигает рукой, обмазывая Тарасова своей смазкой. С губ в полный голос срывается стон. Но Валера снова отпускает и пытается насаживаться? -Валер, да ты что? Тарасов меняется с ним местами, укладывая на диван на лопатки. -Анатоль Владимыч, пожалуйста! Он так открыт, что Тарасов даже почти не верит собственным глазам. Нежно проводит ладонями по коленкам и касается губами внутренней части одной из них. Ведёт пальцами по коже дальше и осторожно замирает около дырочки медленно поднимая на него взгляд. Валера смотрит в ответ. Ему страшно. Но и желанно. -хочешь чтобы я сделал это? Он слегка пододвигает ногу так, чтобы дырочка была в доступе. Подхватыватив каплю предъэкулята и поглаживает по ней, смазывая. Валера рефлекторно сжимается, но упрямо нервно кивает и подаётся навстречу. -хочу! Тарасов довольно улыбается. -хочешь. Не разрывая касание, ведёт пальцем вперёд к члену, оглаживает его и уже полностью касаясь ладонью гладит по животу. Сам в этот момент подаётся выше и целует в губы. -рано тебе ещё такое - нежно выдыхает на ухо, отвлекая Валерку. Он запрокидывает голову и мягко прихватив его кадык губами, Тарасов плавно насаживается, полностью принимая его в себя. У Валеры зрачок затапливает радужку глаза и он стонет в голос. -А..Ана...толь… Темп набирается плавно, но быстро. -…..Толя…Толь…. Валерка растворяется в ощущениях. Он так восхищённо смотрит, что становится даже слегка неловко. Но и оторваться невозможно совершенно. Тарасов мягко ловит его ладонь и кладёт её себе на член, сжимая сверху своей и плавно двигает в такт. -всё хорошо - тихим, доверительным шёпотом Валеру хватает ещё на несколько движений и содрогнувшись всем телом, кончает внутрь с громким стоном, выгибаясь дугой. Тарасов осторожно соскальзывает и через несколько движений рукой следует за ним, заляпывая спермой его живот. Тяжело дыша, ложится рядом с Валеркой, упираясь головой в плечо. Он нежно обнимает, притягивая ближе. -потрясающе. Это было. Ты самый лучший. Люблю тебя. Валера целует его в лоб, а Тарасов позволяет себе несколько минут понежиться в уютных тёплых объятиях парня. Ощущение комфорта приятно разносится по всему телу и он незаметно для себя быстро засыпает. Валера бережно накрывает его одеялом и не сдерживая счастливую улыбку выдыхает в макушку: -Никогда, никому, ни за что...не отдам. Тарасов проснулся только утром, под шкварчание на кухне завтрака. Кое-как поднявшись и разминая затёкшие за ночь в неудобном положении мышцы, он пошёл на кухню смотреть что там. -доброе утро! Валерка. Невероятно довольный, чистенький и свеженький жарит яичницу. Кивнув, он пошёл умываться в ванную. «Ну что, Анатолий Владимирович, решай, что дальше?» Настроение и так странное, а после этого вопроса стремительно поползло вниз. Ответ известен. На кухне ждёт удивительно вкусный кофе и даже неплохая яичница. -мм, вкусно! Валерка сидит рядом, улыбается и радостно уминает завтрак. -меня мама научила. Она всегда говорила, что я по дому должен всё уметь делать сам. Даже когда… Тут он запнулся и немного стушевался. -даже когда женишься и большую часть будет делать жена — продолжил он фразу. -да… - он смотрел в тарелку и больше не был похож на вертлявого щенка. «Пора» в голове щёлкнул тумблер. -ты помнишь условия ночёвки в моём доме? Он удивлённо вскинул вверх бровь. -что вчера ты остаёшься на ночь, а сегодня уходишь. -но! …. Анатоль Владимыч, я! -что ты, Валер? Тарасов смотрит на него с лёгкой вопросительной интонацией, давая возможность высказаться. -я думал что….что… Валера заглядывает тренеру в глаза с такой тоской, что сердце у того тут же сжало ледяным холодом. Взгляд он не выдерживает и сразу же отводит глаза, скрывая лишние эмоции. Валера порывисто опускается на колени, обнимает одной рукой, второй берёт его ладонь и нежно целует тыльную сторону, быстро переходя к хаотичным поглаживаниям по всему телу и доверительно прижимаясь щекой к плечу. -Ан...толь Владимыч…..Толь, Толя, Толенька, хороший мой, не отталкивай меня, прошу! Я никому не скажу. Никто никогда не узнает. Честно! -Валерий Борисыч! Ты же должен понимать, что это больше никогда не повторится. Он испугано смотрит в глаза. -к..как не повторится?! -я так смотрю ты сегодня не в состоянии слышать то, что говорит тебе тренер. Ладно даю тебе выходной. Сегодня на тренировке не появляйся. Придёшь завтра. Валера немного заторможено, но всё же уходит. И как только за ним захлопывается дверь, Тарасов прижимает голову к стене и слегка ударяется об неё лбом. «ну что Тарасов, молодец! Ты думал что твоя жизнь до этого была сложной?! Вот теперь она по настоящему будет сложной!»