Сложная жизнь Тарасова

Стоило двери захлопнуться, как Валера сполз на пол, не в силах сдержать слёз. «Мальчики не плачут. Мальчики не плачут…. Тем более из-за отношений.» Валера повторял это себе в голове раз за разом, но не помогало вообще. Сердце так сильно билось в истерике, что в один момент как будто застряло между рёбер. Валера растерянно хапнул воздуха и в голове тут же всплыло воспоминание с шайбами. «Тебе не больно, Харламов!» «Больно, Анатоль Владимирович. Больно.» Дверь в подъезде хлопнула и Валера подхватив сумку спешно побежал по лестнице, низко опустив голову. На улице, под дуновением тёплого ветерка, он немного успокоился и смог хотя бы ненадолго отключить сознание. Ведь стоило только начать думать, как слёзы предательски рвались наружу. Ноги сами привели его обратно к родительскому дому. Рассердившись на самого себя, Валера развернулся и пошёл обратно. Тут то его и встретил Балашов. В машине у того чисто и неуютно. Не чувствуется руки хозяина. Или быть может чувствуется и потому так неуютно? Определиться с ответом на этот вопрос так и не удалось и Валера слушал в пол уха, пока Балашов рассыпался в комплиментах. -Валер, что у тебя с ним? Внутри всё похолодело. «Нет. Нет, нет, нет. Не может он этого знать! Никто не может.» А Балашов, будто и не заметил переменившегося взгляда игрока, продолжил: -почему он тебя опять отстранил? Как можно, тебе, не давать играть? «А. Так вот он это о чём...» Чувство опасности сменилось на обиду. За хоккей и за утро. Пришлось приложить над собой усилие, чтобы удержать все эмоции внутри и не разреветься прямо сейчас. Не нужно ему знать, насколько это всё больно. Избавиться от общества навязчивого собеседника удалось только под вечер. Как назло, ещё и пошёл сильный дождь. Природа будто отображала то, что творилось в душе. Мокнуть не хотелось. По дороге как раз удачно попалось кафе. В нём, удивительным образом он встретил ту самую девушку с которой встречались уже несколько раз. И снова в максимально паршивый момент его жизни. Это было странно. Валера не то, чтобы верил во всю мистику подряд, однако своим глазам доверял. Впрочем, всё так или иначе налаживалось после. И он решился аккуратно поговорить с ней хотя бы о части того, что его беспокоило. -тебя надо спасать. Грустная улыбка коснулась губ. «Спасительница. Меня может спасти только один человек. Тот, который каждое утро приходит на лёд и заставляет каждого игрока меняться в лучшую сторону. Тот, ради которого совершить невозможное не кажется безумием. Тот, кто буквально подарил мне крылья этой ночью. И тот, кто утром столкнул с высоты.» Проводив девушку до дома, в голову не пришло ничего лучше, чем отправиться на позднюю тренировку. Лёд, всегда успокаивал. Но в этот раз, это не особо помогало. На секунду, Валера заметил, что на трибуне мелькнула тень. Но лишь на секунду. «Показалось». На ночёвку пришлось ехать к Гусю. Деваться было больше не куда. -привет. Можно у тебя остаться? -заходи. Конечно. А что случилось? -с мамой поругался. -аа...понимаю. Друг достал раскладушку. -Оставайся сколько захочешь. Можно будет устроить вечеринку. Будет здорово. Танцы, девочки. Позовём других ребят из команды. -хорошая идея. Валера так не думал. Но внезапно в нём вскипело какое-то злое желание досадить Тарасову. Просто из вредности. Просто, чтобы ему было хоть чуточку больно. Валера долго лежал и не мог уснуть под размеренный храп друга. «Но ведь всё взаимно! Не мог он притворяться...Не мог. Да и зачем?!» Перед глазами сразу всплыло воспоминание о вчерашней ночи. Тёмный точёный силуэт, умоляющий шепот, не переходить черту, а затем, до одури сладкий поцелуй. «Не оттолкнул. Не врезал. Не прогнал. Наоборот.» Валера тяжело вздыхает и поворачивается на бок. Стояк ненавязчиво напоминает о себе. «Ну да, я возбудился просто от мыслей о нём. Даже не удивлён. А он меня бросил. Просто использовал на разок и бросил!» На глаза тут же набегают слезы. Разум прав. Но сердце подбрасывает воспоминание опровержение. Всё не так. «Поберёг, не тронул. Рано мне. Хотя мог. Не просто мог, должен был. Этот взгляд и нежное касание...да я бы всё отдал чтобы он сделал это!» Валера тяжело вздыхает. «Ну почему, почему он так со мной поступает?» Так, под метание сознания он не заметил, как уснул. Следующие недели тренировок проходили в каком-то странном режиме. Жизнь на квартире Гуся с регулярными вечеринками не способствовали улучшению формы, однако Тарасов за это не ругал. Он вообще старался избегать любого, даже зрительного контакта и не оставил ни шанса на новую попытку. А Балашов напротив, стал появляться на тренировках чаще, чем того требовали его служебные обязанности. Ругался на Тарасова, часто подлавливал Валеру в коридоре и с завидной регулярностью порывался куда либо позвать сходить вдвоём, под видом очень важных дел. Валера кивал, но ни на что не соглашался. Кроме одного. Машина. Сердце мальчишки при виде новенькой волги дрогнуло и подарок был принят. Обмывали её всей командой. Всей, кроме Тарасова. Он на это хмыкнул и ушёл. Валера расстроился, но от планов не отказался. К вечеру он напился до беспамятства и сдался в руки незнакомой девушке, позволив себе плыть по течению. Так продолжалось до следующей игры. Раздевалка, орущие трибуны и Тарасов, который пришёл подержать свою команду. Валере тоскливо и стыдно. Особенно за последний раз. И он старается избегать смотреть на тренера. Жгучая обида и вина образовывали причудливую эмоциональную смесь. Но прямой взгляд Тарасова проигнорировать не смог и посмотрел в ответ. Тот сразу же отвёл глаза, но тут же вернул взгляд на Валеру. И он понял, что безнадёжно тонет. И совсем не важно, что тот сделал. Если попросит, даже не попросит, намекнёт, просто не остановит, и, Валера сделает всё и даже больше своих возможностей. Однако миг закончился слишком быстро. Вот, Тарасов хлопнул в ладоши и они идут играть в хоккей. Всю игру, Валера сидел на скамейке и даже не очень внимательно следил за своими товарищами. Он знал, что ему на лёд сегодня не выходить. И когда Тарасов вызывал следующую тройку игроков, Валера даже не слушал. Но крик рядом сидящего Гуся и настойчивые тычки заставили Валеру очнутся. На льду в первые секунды Валера погнался за шайбой в одиночку, как привык делать всегда. И свалился. Просто упал как первогодка. И как бы был повод, но он не помнил, когда последний раз вообще падал. Да ещё так внезапно. А тут такая оплошность. Валера немного ошалело покрутил головой, возвращая правильное положение льда в голове. Тут же подъехали Михайлов и Петров. Михайлов на него смотрел с особенным осуждением. «Сейчас. Сейчас я всё исправлю! Я понял. Понял! Всё понял!» И Валера тут же поехал исправлять свою ошибку. На этот раз он не пытался забить в одиночку, а доверился старшим товарищам. Втроём им удалось забить удачный гол. Радость от командной победы была даже сильнее, чем когда он всё делал сам. Обнимая Петрова, он словил довольный тёплый взгляд Тарасова, и улыбнулся ещё шире. Осторожно высвободившись из объятий товарищей, Валера подъехал к тренеру. -Анатоль Владимыч, спасибо… - он счастливо улыбается и открыто смотрит в глаза, физически ощущая, как невидимая нить, что связывает их сердца и в последнее время была натянута, сейчас свободно дрожала от восторга эмоциональной близости и укреплялась бронёй. -Пожалуйста. Тарасов удовлетворённо кивает и впервые за долгое время не избегает зрительного контакта. Харламов непроизвольно понижает голос до доверительного шёпота. -я... Сердце пропустило удар. Мир сузился до одного человека напротив. Ни ликующих трибун, ни команды, ничего. Он уже непроизвольно тянет руку к руке, что лежит на бортике, но в этот момент игроков выпустили на лёд и Гусь просто снёс его, обнимая. В сознание вернулись звуки и окружающие люди. Остальная команда тоже подъехала обниматься. Валера растерянно обнимает ребят и краем глаза замечает, как Тарасов уходит. Он на пару секунд расстроился, но быстро переключился на товарищей. Они выиграли!!! А с Тарасовым он завтра поговорит. Наедине.