Мелкий

      Время двенадцать дня. Чонгук только проснулся после того, как всю ночь играл в приставку. В пижамных штанах и футболке, c гнездом из волос на голове, он выходит на кухню завтракать. Альфа заглянул в кастрюлю, стоящую на плите, открыл холодильник, скользнул взглядом сверху вниз «о, творожок с чем-то, с манго, да вкусно». Выкладывает на столешницу йогурт, бутылку молока, фруктовый хлеб, джем, из шкафчика достает хлопья, печенья и со всем этим богатством идет к столу. — Чонгук, посиди с Тэхеном, няня приболела, а другая придет только через час, — на кухню заходит Давон, на руках у нее ребенок лет трех, — я уже опаздываю на работу. — Блин мааам, вот тебе и каникулы… из меня решили сделать няньку, — ноет Чонгук, — я сам еще ребенок и мне нужна няня, а не вот это вот все… — обводит он взглядом малыша. — Может Хося подойдет скоро, у него танцы сегодня раньше заканчиваются. Котик, возьми Тэ, мне уже надо идти, — Давон целует маленького омегу в щеку и передает его Чонгуку. Она надевает туфли, берет сумку, ключи от машины и выбегает за дверь. — Вот и поели… — хмыкает альфа, — ты ел, мелкий? — обращается он к Тэ. — Да, — отвечают ему. — А я еще нет, — альфа передразнивает взгляд малыша округляя глаза. — Гуки, кушай, — омега тянется за хлебом и дает в руки Чонгуку, — вот хеб, мако пей, хопья ешь, чеченья, — омега сидит на коленях у Гука, руками показывает на пир на столе. — Спасибо тебе, спасибо, — смеется альфа, — садись тогда на стул и вот тебе чеченье, если еще чего-нибудь захочешь, говори. Договорились? — Тэхен кивает. — Писать, писать, быстрей, — пищит омега, слезает со стула и несется вглубь квартиры. — О боги, ну конечно, писать… спасибо что не какать… — закатывает глаза Гук и отправляется в след за мелким, — приятного аппетита Гуки, ешь чеченья, пей мако, — передразнивает он голосок Тэ.       Чон Давон — мама двух прекрасных мальчиков альф от первого брака и еще у нее есть сводный сын омега, это сын ее второго, мужа Ким Сокджина. Также она молодой врач-педиатр, подающий надежды специалист. Маленькая хрупкая женщина с длинными светло-каштановыми волосами с прекрасным запахом жасмина. Она садится в белую KIA и едет на работу.       Сейчас уже все хорошо, а два года назад в автомобильной катастрофе погиб ее первый муж Чон ИльУ, ее сыновьям тогда было девять и семь. Давон не знала, как она справится и переживет смерть мужа, они с ИльУ очень любили друг друга.       Помог друг ИльУ, Ким Сокджин. Альфы дружили еще со студенческих лет и были партнерами по бизнесу. Все заботы о похоронах и о семье партнер взял на себя. Джин один воспитывал маленького Тэхена, сына омегу, которому только исполнился год, жена Кима умерла при родах. Несмотря на это Альфа позаботился о детях друга, записал их к детскому психологу, а Давон дал понять, что она не одна и есть сильное плечо рядом. Решал все дела, связанные с бизнесом, чтобы семья ИльУ ни в чем не нуждалась.       Еще в студенчестве Джин и ИльУ соперничали за расположение Давон. Джину казалось, что его запах зеленого чая очень хорошо гармонирует с жасмином, но она выбрала друга с приятным запахом красного апельсина. Однако альфа до сих пор был влюблён в омегу.       После гибели друга, две семьи очень сблизились. Тэхен часто болел, а Давон лечила его и нянчила, так как альфа очень много времени проводил на работе. Семьи вместе были и в выходные, и в праздники, и через полгода они решили жить все вместе, а еще через полгода Джин сделал Давон предложение выйти за него замуж, и она согласилась. Она снова любима и любит. Ее альфа самый заботливый на свете. Маленький ТэТэ зовет ее мамой, и женщина снова чувствует себя счастливой. Месяц назад они сыграли свадьбу и уехали вместе с детьми на Чеджу, где провели прекрасные две недели.       Приехав на работу, Давон почувствовала себя плохо, закружилась голова, сбилось дыхание, сердце билось как бешенное. Девочки медсестры помогли ей присесть, а потом отвели к врачу на третий этаж, где принимал прекрасный пожилой врач бета Ли Джон Сок. Белый халат очки на кончике носа, образ настоящего врача. Джон завидев Давон улыбается. — так… голубушка моя, — протянул доктор, — рассказывай, как себя чувствуешь, что случилось и когда? — О, доктор Джон, стало плохо, закружилась голова, тахикардия. Длилось минут десять, затем все успокоилось, и я поднялась к вам. — Ну сама понимаешь, кровь на анализ нужно сдать, может у тебя анемия, надо посмотреть. Не устаешь? Дом, работа, дети, муж? — бета приподнимает очки и смотрит на Давон, — ты же у нас тут замуж вышла. — Да, вышла, — Давон улыбается, — мы отдыхать ездили недавно всей семьей, у детей каникулы, они сейчас ходят только в студию танцев. Малыш с няней. Муж работает, — женщина снова улыбается, — хорошо все, спасибо. — Ага, где отдыхали? — спрашивает врач и что-то записывает на листочках. — На Чеджу. — Чеджу — это хорошо. Лет тебе сколько, Давон? — 29, — отвечает омега. — Мальчишек у тебя двое? — женщина кивает, — последнего мальчика своего когда родила? — 9 лет назад, — бета все записывает. — Умница какая, — улыбается врач, — а мужу сколько лет? — 30. — Какая хорошая разница в возрасте — заключает Джон, Давон не понимает к чему все эти вопросы. Врач снимает очки, поворачивается к женщине. — Детонька, давай с тобой подумаем, а может это быть беременность? Ты по утрам как себя чувствуешь, не тошнит? — врач внимательно смотрит на Давон.       Женщина смотрит в глаза бете и до ее сознания постепенно доходит, что это очень похоже на беременность. Она округляет глаза и рукой зажимает рот. Она кивает доктору. — Может быть. Это вполне может быть беременность, — омега поражена сама себе, как она могла такое пропустить. — Хорошая моя, сейчас пойдешь сдашь анализы, вот держи, — протягивает ей направление, — а потом советую зайти в нашу аптеку и купить тест, это быстрее все прояснит. А завтра зайди, анализы посмотрим и решим, что да как. И не пугайся ты так, — смеется доктор, — мужу привет.       Давон выходит из кабинета, прикрывает дверь. Она еще какое-то время обдумывает все произошедшее в кабинете врача, потом улыбается и легкой походкой идет на первый этаж в аптеку.       Вечером накормив всех ужином, Давон убрала посуду в посудомойку, протерла все поверхности влажной губкой, убрала остатки еды в холодильник и пошла в комнаты к мальчикам, пожелать им хорошего отдыха. Она заходит в комнату Тэхена, Джин сидит на кровати сына облокотившись на спинку и читает ТэТэ детскую книжку, малыш лежит на животе отца, внимательно слушает и рассматривает картинки. Джин поднимает на Давон взгляд и улыбается. — Садись к нам, мы читаем, — альфа тянет ее за руку, усаживая на кровать, — устала? Женщина кивает и улыбается. Она удобней присаживается к мужу и гладит Тэхена по его мягким волосикам. — Джин, — тихо говорит она, — ты хотел бы еще детей? — Давон не смотрит на мужа, все ее внимание сосредоточено на поглаживании ТэТэ. — Возможно, — отвечает альфа и внимательно изучает жену, — есть какие-то предложения? — Есть, — женщина поднимает глаза и улыбается, — ты кого бы хотел? — Мммм… Как интересно. Ну у нас есть два альфы, один мальчик омега… наверное нам нужна девочка омега, — улыбается Джин. — Хорошо, пусть это будет девочка омега, — тихо произносит Давон, ее взгляд, улыбка и покачивание головы все рассказывают Джину без слов. Альфа притягивает ее к себе и целует нежно, — ты когда узнала? — шепчет он ей в губы. — Сегодня, — Давон тихо хихикает. Альфа вскакивает с кровати подхватывает свою омегу на руки и начинает кружить по комнате. — У нас будет обязательно девочка омега, — громко напевает Джин, женщина смеется, малыш ТэТэ прыгает по кровати и тоже смеется. На шум из своих комнат выходят Чонгук и Хосок. Стоят на пороге комнаты Тэхёна прислоняясь к косякам двери. — Что у вас тут происходит? — спрашивает Хосок, но вопрос в глазах у обоих. — У нас будет деичка омега, — кричит довольный Тэхен. — Откуда она возьмется? — не понимает Гук. Тэхен останавливается, он не знает всех тонкостей, поэтому жмет плечиками. Чонгук и Хосок видят Джина, который держит Давон на руках и кружит и не очень понимают, что же все-таки происходит. Все улыбаются. — Джин? — взгляды альф обращены на старшего. — У нас будет ребенок, — выпаливает Джин. Чонгук резко меняется в лице. Улыбки уже нет, а только презрение к этим двоим. — Вы что, с ума сошли? Вам что, нас мало? — кричит он, — как вы могли, как вы могли? Он же совсем недавно умер, а вы тут устраиваете свадьбы, собираетесь рожать детей, как будто и не было его вовсе. Как будто вам без него даже очень здорово. Как все хорошо организовалось, да, Джин. Как все удачно получается. Ненавижу вас, — Гук говорит быстро, громко и к последним словам у него подступают слезы. Он резко разворачивается и бежит в свою комнату, хлопает дверью и валится на кровать, зарываясь лицом в подушку. Он рыдает, слезы вырываются из него вместе с криками, грудь просто разрывает от горя. Все ошарашено смотрят вслед мальчику и не могут вымолвить ни слова. — Ммм… поздравляю, — смущенно произносит Хосок, — пойду посмотрю, как он, — и уходит вслед за братом.       Джин опускает жену на пол и садится вместе с ней на кровать, сзади их обнимает ничего не понимающий Тэхен. — Гуки ругается, — хмурится малыш, — не надо бегать и кичать. Гуки по попа даст маме, папе и ТэТэ.

Шесть лет спустя

      Чонгук и Хосок пришли поздно. Задержались на уроках хореографии. Оба порыскали по холодильнику, из рисоварки достали теплый рис, заварили зеленый чай и сели есть. Они тихо переговариваются, смеются, обсуждают тренировку. На кухню заходит Джин. Открывает холодильник, берет холодное молоко и наливает себе в стакан. Достает печенья и присаживается с ребятами за стол. — Чего так поздно? — шепчет старший альфа. — На тренировке задержались, новую хореографию ставили, — шепчут ему в ответ. — Че, мелочь спит? — интересуется Чонгук. — Да час уже как, мама тоже спит, — Джин допивает свое молоко и встает, — пойду, посуду уберите только, — и исчезает в темноте коридора.       Гук заходит в комнату и валится на кровать. Бедные его ножки, они так много сегодня танцевали и прыгали, и бегали, они так устали. Он раздевается и ложится, кладет руки под голову и вспоминает тренировку. Движения танца, музыку и того светленького омежку, ах какая же у него попка, так обтянута трико и эти стройные ножки. Рука сама тянется вниз под одеяло. Ладонь проскальзывает под резинку штанов и сдавливает уже налившийся член. Гук закрывает глаза и вот в его памяти снова омега поворачивается спиной и нагибается вперед, разминаясь — рука Гука скользит по члену вверх, трико на попке омеги натягивается и шов чуть врезается между ягодицами еще лучше обозначая их — рука по члену вниз. Он представляет, как гладит эти ягодицы — рука вверх, и прислоняется пахом к ним вплотную — рука вниз — ох, как хорошо. Рука вниз, вверх и снова вниз и снова вверх, и опять, Чонгук тихо стонет. Образы яркие, фантазии пошлые, тело напряжено, его всего обдаёт жаром. От головы к паху идет волна, она собирается у основания члена и выплескивает в руку белесую жидкость. Затем та же волна, как отлив расходится удовольствием по всему телу. Альфа замирает и пытается отдышаться. Секунда, две, три. Оргазм откатывает, и Гук улыбается. Хорошо. Надо вытереть руку, где-то тут было полотенце или салфетки. Чонгук приводит себя в порядок и снова ложится. В дверь тихо стучат. Ему показалось сейчас? Снова стук. Дверь тихо открывается в щелку пролезает голова Тэ. — Гук ты спишь? — Чего тебе мелкий? — Можно я с тобой полежу? — А ты не обнаглел каждую ночь ко мне ходить? Что на этот раз? — Я тут подумал кое-что и мне стало страшно. — Страшно? И ты оставил Хе там одного? — усмехается он. — Он альфа и к тому же спит, — оправдывается Тэ. — Ну что там у тебя, рассказывай, — Тэхен присаживается на край кровати. — У наших глаз есть определенный видимый спектр. Это часть электромагнитного спектра, видимая человеческому глазу. Мы не видим инфракрасный свет и в ультрафиолетовом диапазоне и гамма-лучи и рентген и других уже известных и еще неизвестных. Некоторые мы все же можем рассмотреть через определенные приборы. С помощью них мы можем рассмотреть человека в темноте или излучения от различных бытовых приборов, но наверняка есть другие еще не определенные спектры, которые еще не открыли и соответственно не сделали для этого приборы. И по моей комнате может ходить какая-нибудь сущность, а я не могу ее засечь и видеть, что она делает. А может она спит вместе со мной в кровати. А я ее совсем не знаю и боюсь. А познакомиться не могу, потому что я же её не вижу. Это могут быть люди другого измерения и поэтому мы не сталкиваемся, и они могут быть хорошими, но от этого не легче, — Тэхен грустно посмотрел на альфу. — Боже, что в твоей голове, ребенок, — шепчет альфа и откидывает одеяло приглашая Тэ лечь, — и как же теперь быть? Как познакомиться с этой сущностью? Омега ложится и хихикает. — Да может там и нет никого, — но тут же серьезнеет, — но это не точно. Омега укутывается в одеяло и придвигается к Чону. Утыкается ему в грудь и засыпает. Гук сгребает комок одеяла и Тэхена в нем, и тоже засыпает.       На завтрак в выходной на кухню вываливает вся семья. Джин печет оладьи. Давон делает всем чай и достает из шкафа топпинги для оладьев, накрывает на стол. Все дети в сборе. За столом Хосок, Чонгук, Тэхен и шестилетний Хенджин, мальчик альфа. По радио играет какой-то хит. Давон и Джин подпевают и суетятся вокруг стола. Давон кружится, обнимает со спины Джина. Альфа смеется и старается повернуться к ней и поцеловать. — Чего это вы такие веселые? — интересуется Хос. — А чего вы такие хмурые?— вторит ему Давон — Я не выспался, — трет лицо Гук и жмурится, — всю ночь от Тэ сущностей отгонял. А то он с ними не знаком и не хочет спать рядом в кровати. Родители с удивлением смотрят на детей. — А что вы думали, — не унимается Чон, — то, что вы их не видите не значит, что их нет, да мелкий? — обращается уже к Тэхену, — но это не точно. Тэхен дует губки обиженно смотрит на альфу. Он же ему свое открытие доверил, а тот смеется. — Я не боюсь сучностей, — говорит самый младший альфа, — Тэ я тебя защитю. Гора оладьев помещается на середину стола и уже все усаживаются есть. — Мы с Давон сегодня поедем посмотрим нам новый дом, побольше, — говорит Джин отпивая чай. — Зачем? — вопрос у Гука — Тэхен и Хеджин живут в одной комнате. Комната большая, но они альфа и омега, а еще Хе мешает Тэ делать уроки, — деловито вставляет Давон. — А еще, — прокашливается Джин, — нас будет еще больше в ближайшее время. Немой вопрос завис в комнате. Тишину нарушает Давон. — Я беременна и у меня двойня, — тихо выдыхает она, обращаясь к старшим детям. В комнате все замирают над своей едой, осознавая новость. — Какие вы безответственные люди, вас предохраняться учили? Вы что-нибудь вообще об этом слышали? — выпаливает Гук, выводя наконец, всех из оцепенения. — Чонгук, это желанные дети и мы с мамой их хотели, — чеканит старший альфа, — мне думается, тебя это беспокоить не должно. Чонгук хватается за голову, — детский сад какой-то. — Боже, у мамы будут новые дети, — смеется Тэхен, — ах мама, нам очень нужна девочка омежка. — Поздравляю, — сипит Хосок, — неугомонные мои. — Поздравляю, — выдавливает из себя Гук, — надеюсь на этом вы остановитесь. Хе подбегает к маме и обнимает. — А как так бывает, мам, где они, как их увидеть? Когда они придут? — Их можно рассмотреть аппаратом для поиска сущностей Тэ, — язвит Чон — А придут они к нам через шесть месяцев, — заявляет довольная Давон.