Пока не погаснет солнце

      Проснувшись от пронзительного звона будильника, Филипп с трудом разлепил глаза. Ночью он опять засиделся допоздна, улучшая фотографии и обрабатывая видео, которые сделал за последние несколько дней.       Филипп перевернулся на спину и принялся медленно моргать, стараясь привыкнуть к ослепляющему солнечному свету, бьющему в окно. Странно, он ведь точно помнил, что закрывал шторы перед тем, как лечь спать посреди ночи. Наверное, Реджина зашла к нему рано утром и раздвинула их. Филипп вздохнул и уставился в потолок.       Что ж вот и начался первый день осени, а значит, и первый день в новой школе. Филипп никогда не был новеньким и нельзя сказать, что он был сильно расстроен по этому поводу. Ведь, как ни крути, а это был неплохой шанс начать жизнь заново. Здесь никто ничего про него не знает. Ни про него, ни про его семью, ни про его жизненную ситуацию. Вообще ничего. А значит, у Филиппа есть возможность создать образ того самого человека, которым он мечтал стать на протяжении многих лет. Беззаботного. Простого. Открыто…       Филипп застонал и, схватив вторую подушку, прижал ее к лицу обеими руками.       Боже, да кого он обманывает? Открытого? Беззаботного? Незабитого жизнью? Очень смешно! Хотя, на самом деле не очень…       По-настоящему радовало пока только то, что во всей этой огромной школе у Филиппа уже есть, как минимум, один человек, который не против с ним общаться. А это уже между прочим на одного больше, чем было в родном Джонс-крике.       Внезапный стук в дверь вырвал парня из мыслей, возвращая его в реальность.       — Эй, Филипп, — послышался голос Джеймса, а в следующую секунду дверь приоткрылась и на пороге появился сам Джеймс. — Ты не забыл, что тебе сегодня в школу?       — Да, — сонно пробормотал парень, приподнимаясь на локтях.       — Завтрак готов! — Послышался из кухни на первом этаже голос Реджины. Джеймс усмехнулся и перевел взгляд на парня.       — Ты слышал? — Уточнил мужчина, вскидывая брови.       — Да, я уже спускаюсь, — слабо улыбнулся Филипп и, дождавшись, пока Джеймс уйдет, откинул одеяло и выбрался из постели.       За несколько минут приведя себя в порядок, умывшись и почистив зубы, Филипп подошел к шкафу и, распахнув дверцы, уставился на содержимое. Конечно, вещей у него здесь было намного меньше, чем дома, но все же пару приличных джинсов отыскать удалось. На верх Филипп надел темную футболку и черную толстовку на молнии. Осталось разобраться с обувью. Взяв с нижней полки в шкафу по ботинку из двух разных пар, Филипп в задумчивости сел на кровать. Кроссовок в правой руке был абсолютно новым, с красивыми яркими шнурками и совершенно чистой подошвой, а кроссовок в левой был уже довольно хорошо заношен. Белые вставки уже давным-давно потеряли свой изначальный белоснежный цвет, шнурки тоже больше нельзя было назвать светлыми, а подошва местами начинала протираться. Этим кроссовкам было уже, по меньшей мере, лет пять. Их Филиппу еще покупала мама.       Мама.       Как бы Филиппу хотелось, чтобы сегодня она была рядом. Чтобы она обняла, успокаивающе погладила по спине и пообещала, что с этого момента с ними все будет хорошо.       Так может, стоит все-таки надеть эту пару? Но с другой стороны, в свой первый день в школе нужно выглядеть как можно лучше. Да, если Филипп решил начать жизнь с чистого листа, то он, пожалуй, начнет прямо с этой минуты.       Кивнув самому себе, Филипп решительно бросил один кроссовок обратно в шкаф.       Спустившись по лестнице, Филипп приземлился за стол и, опустив рюкзак в ноги, отпил на пробу свежевыжатый апельсиновый сок.       — Доброе утро, — поздоровался Филипп с сидящей напротив него Реджиной.       — Доброе утро, Филипп, — ответила та, кладя ему на тарелку тост с фиолетовым вареньем. — Ты же любишь черничное, да?       — Да, спасибо, — быстро ответил Филипп, откусывая тост. Затем он свободной рукой потянулся к тарелке с горячими панкейками.       — Дорогая, эти блинчики просто чудо, — улыбнулся Джеймс и, наклонившись к Реджине, легонько чмокнул ее в висок.       Филипп поднял на них глаза и невольно усмехнулся. Он жил у Торренсов уже полтора месяца и все никак не мог понять, как настолько разные во всех смыслах люди могут так сильно подходить друг другу?       Реджина — темноволосая женщина среднего роста с изящной фигурой, карими глазами и идеально ровными белоснежными зубами.       Джеймс — высокий блондин с голубыми глазами и довольно крепким телосложением, что было не удивительно, ведь главному шерифу округа положено быть подтянутым.       Он и Реджина казались абсолютно несовместимыми личностями, но каждый раз они доказывали обратное. Стоило лишь Реджине улыбнуться и Джеймс был готов потеряться в ее бескрайних темных глазах. А стоило Джеймсу подойти сзади и обнять жену со спины, как та расцветала и едва ли не таяла от таких дорогих и нужных ей прикосновений.       И, хоть Филипп и вел себя достаточно отстраненно с этими людьми, но он просто не мог не любоваться взаимопониманием и гармонией, царившими между ними. Должно быть, это безумно здорово, найти в таком огромном мире, полном людей, именно своего родного, близкого человека.       Филипп мечтал о такой любви с двенадцати лет, вот только пока судьба явно не торопилась одаривать его такими сюрпризами. А вместо этого он был вынужден жить так, как он живет сейчас. Так, как он не пожелал бы никому на свете. Вероятно, даже самым злейшим своим врагам.       Точнее, врагу…       Филипп покачал головой, стараясь отогнать неприятный навязчивый образ, тут же вспыхнувший у него в голове, и вернулся к завтраку. Но едва он успел прожевать третий блинчик, как в дверь раздался звонок.       Реджина хотела было подняться, но Джеймс тут же положил руку ей на       плечо, тем самым призывая женщину оставаться на месте, а сам, поднявшись, направился к двери. А уже в следующую секунду до Филиппа донесся знакомый голос.       — Здравствуйте, мистер Торренс, — поздоровался Феликс.       — Ты когда-нибудь научишься называть меня по имени? — С улыбкой спросил Джеймс, отступая от двери и пропуская того в дом. — Между прочим, я твой крестный.       — Извините, но нет. Мне нравится смотреть, как вы возмущаетесь каждый раз, когда я к вам обращаюсь. — Засмеялся Феликс, уворачиваясь от тычка под ребра, и повернулся к столу. — Доброе утро, миссис Торренс.       — Здравствуй, Феликс! — Улыбнулась Реджина, откидываясь на спинку стула и кладя на нее правый локоть. — Позавтракаешь с нами?       — Я бы с радостью, но вообще-то я обещал Филиппу показать школу, так что… — Феликс погладил затылок и немного смущенно посмотрел на Филиппа. — Если честно, я забыл, во сколько мы договорились встретить, в семь или в семь пятнадцать.       — И поэтому пришел в шесть сорок пять? — С усмешкой уточнил Филипп.       — Вообще-то, в шесть сорок. — Усмехнулся Феликс. — Я стоял у вашей двери еще пять минут, чтобы не показаться навязчивым.       Филипп засмеялся и, бросив в рот последний кусок тоста, поднялся из-за стола.       — Ладно, идем, — сказал Филипп, перекидывая через плечо лямку рюкзака.       — Может, вас подвезти? — Предложил Джеймс, пропуская подростков к двери.       — Нет, спасибо, мы сами доберемся, — отозвался Филипп, выходя вместе с Феликсом за дверь.       Стоило им спуститься с крыльца, как Реджина тут же повернулась к мужу и посмотрела на него с немым укором.       — А нас ведь предупреждали, что он не готов.       — Филипп здесь всего шесть недель. Нам всем нужно время, — отозвался Джеймс. — Не торопи его.       — Как думаешь, как долго он еще будет избегать нас? — С грустью спросила Реджина.       — Брось, он нас не избегает.       — Правда? — вскинула брови женщина. — Он отказался, чтобы ты довез их до школы, хотя идти до нее минут двадцать, не меньше.       — Мальчик просто хочет посмотреть город, что в этом такого? — Усмехнулся Джеймс, возвращаясь к завтраку. — Да и не каждому подростку захочется, чтобы его в первый же день привозили в школу на полицейской машине. Ты же не забыла, что твоя со вчерашнего вечера в сервисе?       — Но он даже не носит ботинки, которые мы ему купили. — Заметила Реджина. — И куртку. Ты видел, что он снова надел эту свою толстовку?       — Может, она много для него значит. — Предположил Джеймс. — Ты не думала, что с ней могут быть связаны какие-нибудь дорогие для него воспоминания?       — О каких воспоминаниях ты говоришь? — Недовольно фыркнула Реджина. — О том, как родная мать забывала его имя на протяжении последнего года? Или о том, как с ним обращались в приюте? — Реджина замолчала, явственно излучая недовольство. — А, или нет, знаю! Наверное, ему безумно дороги воспоминания о том, как отчим избивал их с братом на протяжении всего детства!       — Милая, он просто привыкает, — вздохнув, мягко ответил Джеймс и, найдя на столе ее руку, крепко сжал. — Поверь мне, это нормально. Всем подросткам трудно адаптироваться, а Филиппу — в особенности.       Реджина не нашлась, что ответить. Вздохнув, она опустила голову, рассматривая свои ухоженные ногти. Джеймс заметил перемену в ее настроении и, сжав подбородок Реджины большим и указательным пальцами, вынудил супругу подняться на него глаза.       — Эй, — совсем тихо произнес Джеймс. — Я тебе обещаю, у нас все будет хорошо. И Филипп… Он обязательно привыкнет и полюбит это место. И знаешь, — Джеймс задумался на долю секунды, прежде чем продолжить. — я думаю, что нам все-таки надо почаще позволять ему общаться с матерью.       — Джеймс, но ты же знаешь, что суд…       — Я знаю, — мягко прервал ее Джеймс. — Поверь, я знаю, милая, но это всего лишь звонки. А он всего лишь ребенок, которому нужна мать. От них ему точно не станет хуже. Наоборот, Филипп увидит, что мы доверяем ему и не пытаемся изолировать от самого близкого для него человека.       Реджина вздохнула и задумчиво подняла глаза к потолку.       — Может, ты и прав, — в конце концов согласилась она.       Джеймс улыбнулся и, подавшись вперед, оставил на ее губах мягкий поцелуй.       — Люблю тебя, — улыбнувшись, добавил Джеймс.       — И я тебя люблю, — в ответ улыбнулась Реджина, и они вместе вернулись к завтраку.                               * * * — Это хорошо, что ты отказался, чтобы нас подвозили, — заметил Феликс, когда они вместе шли по улице. — Было бы не прикольно заявиться в школу раньше всех остальных. Филипп тихо усмехнулся. — Поверю тебе на слово, — отозвался он, с интересом оглядывая учеников. Сейчас здание школы показалось Филиппу еще больше, чем в первый раз, когда Джеймс привозил его сюда в качестве экскурсии. До начала занятий оставалось еще полчаса, но народу было уже прилично. Кто-то сидел во дворе школы, расположившись на скамейках или на газоне, кто-то торопился внутрь, кто-то, наоборот, шел крайне не спеша, попутно общаясь и здороваясь со своими друзьями и знакомыми. Что самое интересное, все здесь были в компаниях. Филипп специально оглядел территорию настолько, насколько хватало глаз. И практически сразу сделал вывод, что одиночек здесь до смешного мало. Что было довольно непривычно, ведь в Джонс-крике быть вдали от компании было вполне нормальным явлением, а вот здесь… Что ж, если Филипп не хочет повторения истории в старой школе, придется привыкать избегать одиночества. Филипп еще раз молча порадовался, что успел познакомиться хотя бы с Феликсом. — Чувак, тебе просто несказанно повезло, — с восторгом протянул тот, тем самым выдергивая Филиппа из своих мыслей. — Я бы убил, чтобы быть новичком в школе. — Что? Ты серьезно? — Нахмурился Филипп. — Конечно! Это же новая школа. Целый маленький мир! Ты можешь быть, кем захочешь! Выбор только за тобой. Ведь у всех остальных судьба была предопределена давным-давно. К примеру, я. Я не сумел построить себе нужную репутацию, так что с самого начала пятого класса вынужден носить дурацкое прозвище Мистер Икс. Если не знать смысла, то звучит очень даже неплохо. Но на деле, один придурок по имени Брендан придумал это прозвище, чтобы незаметно для всех называть меня «девчонкой». — Вздохнул Феликс, старательно избегая смотреть Филиппу в глаза. — Ну, сейчас то мне уже все равно, и даже не обидно, — парень криво улыбнулся и наконец повернулся к Филиппу, — но вот раньше… Филипп перевел на него изумленный взгляд, но Феликс сделал вид, что не заметил этого и, повернувшись спиной вперед, посмотрел прямо на Ланкастера. — Но забудь об этом. Сейчас все дело в тебе. Ты абсолютно новый персонаж, буквально чистый лист. Сегодня ты сам создаешь того, кем будешь на протяжении этих последних двух лет. И сегодня все здесь зависит только от тебя самого. — Феликс загадочно улыбнулся и выдержал короткую паузу. — Итак… Кем же ты хочешь быть, Филипп? Филипп смотрел на парня молча и со слегка приоткрытым ртом. Господи, да он понятия не имел, кем именно он хотел стать для всех этих людей! За все утро парень впервые почувствовал себя совершенно уязвимым. Он ведь планировал изменить свою жизнь, планировал, что здесь, в этом новом и совершенно незнакомом городе сможет наконец-то стать самим собой. Филипп надеялся, что ему больше не нужно будет притворяться, а в итоге… Похоже, все здесь будет не так просто, как он надеялся. Зайдя в двери школы вслед за Феликсом, Филипп тут же остановился на пороге, рассматривая огромное просторное здание, с кучей коридоров и большой лестницей прямо перед ними. Везде толпились школьники и не успел Филипп толком оглядеться, как его уже толкнули в плечо, едва не сбивая с ног. С другой стороны к нему тут же подлетел Феликс и, ухватив за локоть, потянул от дверей. — Оу, нет, нет, нет, дружище! Тут нельзя так останавливаться. Говорю тебе это, как человек, которого неоднократно сбивали подобным образом. — Усмехнулся Феликс, отводя Филиппа подальше от входа. Затем, когда они отошли на более или менее безопасное расстояние, Феликс выпустил локоть Филиппа и, отойдя немного вперед, развернулся к Ланкастеру лицом и широко раскинул руки в стороны. — Итак, добро пожаловать в Ликвуд! — Провозгласил он, но, как ни странно, никто из окружающих даже не обратил на них внимания, чему Филипп даже немного порадовался. — Что у тебя идет первым в списке необходимого? — Я не уверен, — отозвался Филипп, поправляя рюкзак, до сих пор висевший на одном плече. — Вроде бы, сперва я должен встретиться с завучем, чтобы получить расписание и номер шкафчика. — О-о, — протянул Феликс. — Очень хорошо, что тебе к завучу, потому что директор у нас тот еще кошмар. — А завуч не кошмар? — Вскинул брови Филипп. Феликс открыл было рот, чтобы ответить, как вдруг его прервал непонятно откуда взявшийся голос: — А завуч у нас просто прелесть, — к парням подошла высокая женщина со светлыми волосами и остановилась прямо позади Феликса. — Верно, Мистер Икс? — Конечно! — Встрепенувшись, воскликнул парень, резко оборачиваясь к женщине. Филипп с трудом сдержал нервный смешок. — Иди на математику, Шей, — отмахнулась завуч, подходя к Филиппу. Феликс попятился, изобразив на лице крайнюю степень смущения. — Итак, ты у нас, если не ошибаюсь, Ланкастер? — Уточнила завуч, протягивая ему папку с расписанием. — Новенький? — Да, — несколько неуверенно ответил Филипп, поглядывая на Феликса, который так и не пошел на математику, а остановился неподалеку от них, стараясь не попадать в зону видимости завуча. — Отлично, шериф Торренс говорил мне о тебе. Пойдем, провожу тебя к твоему шкафчику. — Произнесла женщина и Филипп, не задумываясь, последовал за ней. Феликс выждал пару секунд и направился следом. — Ну как, ты уже завел себе каких-нибудь друзей? — Спросила завуч, пока они не спеша шли по длинному коридору с рядами шкафчиков по обеим сторонам. — Пока только Феликса. Но он не то чтобы мой друг, мы просто живем по соседству, — отозвался Филипп, отводя правое плечо в сторону, чтобы не столкнуться с встречным учеником. На лице женщины отразился скепсис. — Ну это ничего, надо же с чего-то начинать, — ответила она с таким странным снисхождением, что Филипп невольно оглянулся назад. Феликс все еще шел позади них, листая что-то в телефоне. Впервые за все время знакомства Филипп видел его настолько расслабленным. Какой-то парень, проходя мимо, сильно толкнул Феликса плечом и тот едва не выронил телефон, успев поймать его в последнюю секунду. — Смотри, куда прешь, Мистер Икс! — Крикнул вслед Феликсу тот самый парень, одетый в спортивную форму с эмблемой школы. Со всех сторон послышались смешки и нелепые комментарии. Феликс на мгновение поджал губы, а в следующую секунду на его лицо вновь вернулась беззаботность. Почему он им не отвечает? Почему не защищается? Филипп вновь посмотрел на завуча, идущую рядом с ним, и ощутил внезапный порыв хорошенько ее ударить. — Я слышала, ты хочешь вступить в нашу баскетбольную команду? — Уточнила завуч. Филипп ощутил легкий прилив смущения. — Да, я бы очень хотел попробовать. — Ответил он. — Очень хорошо. Тренер у нас хоть и строгий, но справедливый. Уверена, тебе понравится в команде. — Если только я туда попаду, — усмехнулся Филипп. — Главное, не сомневайся в себе и верь только в самое лучшее. Тогда все будет прекрасно. Так, а вот и твой шкафчик, — с этими словами женщина остановилась в середине ряда. Феликс остановился неподалеку, дожидаясь, пока завуч уйдет. — Расписание у тебя есть, если возникнут вопросы, мой кабинет на четвертом этаже. И да, Мистер Икс прав, к нашему директору лучше обращаться только в самом крайнем случае. Он и правда в последнее время просто кошмарный. — Завуч сморщила нос и, не дожидаясь ответа, развернулась и стала не спеша удаляться дальше по коридору. Филипп нахмурился и повернулся, чтобы посмотреть на Феликса, но внезапно прямо перед ним, откуда не возьмись, появилась сияющая белоснежной улыбкой невысокая блондинка. Филипп успел заметить, как Феликс на заднем плане замер, сделав всего один шаг, и его беззаботность, как рукой сняло. На лице отразился шок вперемешку с обожанием. Что? Неужели Феликс… — Привет, привет, привет! — Заговорила девушка, поднимая телефон, который все это время держала в руках, на уровень лица Филиппа. — Доброе утро, новенький, скажешь пару слов для блога нашей школы? — Эмили, да дай же ты ему оглядеться спокойно! — Оборвала блондинку подошедшая к ним девочка с темными волосами, а затем повернулась к Филиппу и приветливо улыбнулась. — Извини, мне стыдно за нее. — Ничего, все в порядке, — немного сконфуженно улыбнулся Филипп, впечатленный таким повышенным вниманием к своей персоне. Раньше такого с ним никогда не происходило. Ну, разве что, однажды, но тот случай лучше не вспоминать. Блондинка опустила телефон и, вздохнув, посмотрела на подругу. — Вот именно, поэтому я отвечаю за школьный блог, а не ты. — заметила Эмили. — Ты за него не отвечаешь. Его ведут все, кто хотят. — Заметила брюнетка. — Если ты не в курсе, моих постов там в пять раз больше, чем у остальных, — самодовольно улыбнулась Эмили и, все же сфотографировав Филиппа, начала что-то печатать в телефоне. — Извини, — смущенно улыбнулась брюнетка, поправляя лямку рюкзака. — Она помешана на этом блоге. Я Сара, кстати. — А я Филипп. — Улыбнулся в ответ парень. — А фамилия? — Тут же встряла Эмили в их обмен любезностями и, подняв голову, выжидающе посмотрела на Филиппа. — Это для блога. — Тут же пояснила она, увидев его непонимающий взгляд. — Ланкастер, — пояснил Филипп и девушка быстро принялась печатать дальше. — Хэштег – новенький красавчик. Филипп буквально почувствовал, как его щеки вспыхнули. Еще никто и никогда не говорил про него подобное. Нет, конечно, Филипп знал, что он не урод. Высокий рост, густые темные волосы, которые он всегда старался бережно укладывать, карие глаза, по фигуре, правда, худоват, но в целом довольно неплохой комплект. Но одно дело думать, что с тобой все в порядке, а совсем другое, слышать нечто подобное от едва знакомой девушки. — Мне все еще за нее стыдно, — улыбнулась Сара, обеими руками обнимая большую тетрадь, которую держала. — Не стоит, все в порядке, — улыбнулся Филипп. — Вообще-то, я все еще тут, — хмуро напомнила Эмили, вновь поднимая глаза на парня. — Итак, скажи-ка нам, Филипп Ланкастер, откуда ты? — Из Джонс-крика. — А что насчет дамы сердца? — С лукавой улыбкой спросила Эмили, многозначительно вскинув брови. — Уже имеется? Филипп застыл на мгновение. А что он мог сказать? В принципе это был хороший шанс наконец признать в открытую, кто он на самом деле. Но болезненные воспоминания, которые уже намертво въелись в его память, просто не позволили Филиппу сделать этого. Вместо этого парень улыбнулся и покачал головой. — Нет, девушки у меня нет, — ответил он. — Отлично. Значит, можно брать на вооружение, — подмигнула Эмили, а Сара рядом с ней была готова провалиться сквозь пол. — Боже, Эмили! — Ничего не знаю, он мне понравился, — с довольной улыбкой пожала плечами девушка и, взяв подругу под руку, потянула ее прочь. — Идем, нам пора. Сара обернулась и еще раз смущенно улыбнулась. — Извини, иногда она бывает невыносима. — Между прочим, я все слышу, — беззлобно отозвалась Эмили, идущая чуть впереди. — Все в порядке, — улыбнулся Филипп, скрещивая руки на груди. — Тогда до встречи на уроках, да? — Кже спокойнее улыбнулась Сара. — Да, конечно. Стоило девушкам отойти подальше, как Феликс тут же убрал телефон в карман и с широко раскрытыми глазами подошел к Филиппу. — Чувак, ну ты и даешь! — Восхищенно выпалил он. — В первую же минуту своего пребывания в этой школе ты умудрился привлечь внимание двух самых горячих девчонок нашей школы. Мало того! Ты заставил Сару Эванс засмущаться! — А Эмили назвала меня красавчиком. И что в этом такого? Я не думаю, что это что-то значит, — усмехнулся Филипп, пожимая плечами. Феликс наклонил голову и отвел глаза. — Ну не знаю, я бы многое отдал, чтобы Эмили Кэмпбелл назвала меня красавчиком, — вздохнул Феликс, а затем, словно опомнившись, открыл папку, которую Филипп до сих пор держал в руках, и, просмотрев расписание, кивнул самому себе. — У тебя физкультура первым уроком. Сочувствую, это жестоко. Особенно, после недавнего завтрака. — Хмыкнул парень, подталкивая Филиппа куда-то в сторону. — Ладно, пойдем скорее, отведу тебя в раздевалку. У нас осталось не так много времени. — А ты на математику? — Уточнил Филипп, когда они свернули из основного коридора в другой. По правде говоря, оставаться одному Филиппу не слишком то хотелось. — Ага, — подтвердил Феликс. — Но ты не переживай, я встречу тебя после урока. Буду твоим личным гидом. К тому же у нас с тобой совместный английский. А еще литература и биология. Раздевалки оказались намного ближе, чем думал Филипп. Уже через пару минут они стояли в небольшом коридорчике, ведущем к спортзалу. — Ну вот мы и пришли. Раздевалка парней вот тут. В спортзал зайдешь через нее. — Проинструктировал Феликс. — Если честно, я вообще не понимаю, зачем нам нужна физкультура. Вот я, например, вообще не собираюсь становиться профессиональным спортсменом по баскетболу. А тренер только и делает, что заставляет нас отрабатывать броски и нападения. Кстати, знаешь… — Феликс говорил что-то еще, но Филипп уже не слышал его. Потому что в этот самый момент с другой стороны коридора зашел он. Запустив пальцы в свои русые волосы, парень зачесал их назад, убирая с лица непослушные пряди. И в этот момент время для Филиппа остановилось, едва ли не вовсе перестав существовать. Все звуки отошли на второй план. Филипп не видел больше ничего вокруг, кроме него. Остановившись возле раковины с фонтанчиком, парень не спеша наклонился и включил воду. Филипп наблюдал за тем, как он пьет, с плохо скрываемым оцепенением. Он просто завис, рассматривая идеальные черты лица, густые пряди русых волос, безупречные плечи и руки. Они кажутся такими сильными. Боже… А это соблазнительное движение кадыка при сглатывании. Филипп жадно следил за каждым движением молодого человека. Вот он разгибается и уже идет прямо по направлению к ним. Непослушные волосы вновь выбиваются и парень уверенным движением запускает в них руку и вновь зачесывает назад. Что ж, если человек и способен двигаться в супер замедленной съемке, то этот парень явно использовал самый крутой эффект слоумо. Он двигался так плавно и не спеша, что приводило Филиппа в еще больший восторг. А в его глазах без спроса вспыхнуло восхищение. Красивое телосложение. Не очень мощное, но при этом крепкое. Явно крепче самого Филиппа, хотя рост у них был примерно одинаковый. Филипп восхищенно следит за каждым его шагом, когда парень внезапно переводит на них глаза и на его лице расцветает улыбка. Такая милая и сногсшибательная одновременно. Красивые ровные зубы, нежно-розовые бархатные губы… Филипп слышал, как сердце колотится у него в груди с бешеной скоростью, норовя вот-вот вырваться наружу. Тем временем парень подошел ближе и остановился рядом с Феликсом, который продолжал увлеченно что-то говорить. — О, привет, Бенджи. — Поздоровался Феликс, заметив подошедшего. — Привет, Феликс. — Ровным голосом поздоровался Бенджи, а на его губах заиграла легкая улыбка. — Знакомься, это Филипп. Легкая и такая красивая, что Филипп на какое-то время забыл, что существует такая необходимость как дыхание. Затем взгляд Бенджи упал на Филиппа. Тот машинально расправил плечи, стараясь не слишком сутулиться. И несмотря даже на то, что одна его часть хотела показать себя в лучшем свете, другая отчаянно молила сбежать и спрятаться куда-нибудь подальше от этого парня и больше никогда не попадаться ему на глаза. Короткие рукава футболки Бенджи открывали хороший вид на его подкаченные плечи, и Филипп невольно залюбовался этими плавными рельефами. — Привет. Ты новенький, да? Не видел тебя здесь раньше. — Спросил Бенджи, глядя Филиппу прямо в глаза. Филипп настолько опешил, что даже не услышал, о чем его спросил Бенджи. Какой же он красивый. Филипп мысленно дал себе пощечину, стараясь отрезвить разум. — Да, — наконец выдавил он и неловко улыбнулся. — Да, это мой первый день. — Надеюсь, тебе понравится в Ликвуде. — Улыбнулся Бенджи. — Кажется, мне уже тут нравится, — не отдавая себе отчета в собственных словах выпалил Филипп, не в силах оторваться от прекрасных зеленых глаз. А какие у него красивые длинные ресницы. Бенджи улыбнулся и сердце Филиппа ускорило и без того быстрый и сбивчивый ритм. Но внимание Филиппа отвлек громкий звонок, оповещающий о начале уроков, и парень готов был возненавидеть его. Потому что уже в следующее мгновение Бенджи переложил большую тетрадь из правой руки в левую и протянул Ланкастеру раскрытую ладонь. — Что ж, приятно было познакомиться, Филипп, — сказал он с очаровательной улыбкой и протянул Ланкастеру раскрытую ладонь. Как только их руки соприкоснулись, Филипп готов был поклясться, что земля ушла у него из-под ног, а по всему телу пробежал электрический разряд. — И мне тоже, — пробормотал Филипп, все еще пытаясь прийти в себя. Кивнув, Бенджи направился дальше по коридору. Когда он проходил мимо Филиппа, тот ощутил невероятно приятный аромат шоколада и чего-то цитрусового. Кажется, свежих апельсинов. Ланкастер, как завороженный, повернулся и смотрел ему вслед, наблюдая, как тот медленно удаляется от него. Боже. — Бенджи классный. — Заметил Феликс, когда парень отошел на приличное расстояние. — А еще единственный, кто нормально ко мне относится. — Невесело хмыкнул он. — И да, кстати, он гей. Филипп повернулся так быстро, что было откровенным чудом, что он не сломал себе позвоночник. — Что? — Переспросил Филипп севшим голосом. Неужели у него появляются хотя бы какие-то шансы? — Да, — подтвердил Феликс. — Ну то есть, мне, то без разницы. Но если ты не хочешь, чтобы тебя не так поняли, то лучше держи дистанцию. — Усмехнулся парень, хлопая Филиппа по плечу. Филипп стоял в ступоре еще несколько секунд. Черт, а если он не хочет держать дистанцию? Даже когда Феликс ушел, еще раз указав ему на раздевалку, парень опомнился далеко не сразу. Молодому человеку понадобилось, примерно, пять минут, чтобы переодеться в синюю форму с эмблемой льва на груди и выйти вместе с остальными учениками в зал. — Эй, Ланкастер! Подойди! — Позвал тренер и Филипп послушно подбежал к мужчине. — По поводу сборной. Делай то, что умеешь, а я посмотрю, годишься ли ты в нашу команду или нет. Договорились? — Конечно, — улыбнувшись, кивнул Филипп. После короткой разминки они отрабатывали броски и ведение мяча, а чуть позже тренер, невысокий мужчина лет пятидесяти, разбил всех на пары и велев взять по одному баскетбольному мячу, расходиться по залу и работать друг с другом. — Эй, новенький! — Окликнул его незнакомый голос. Обернувшись, Филипп увидел высокого крепкого парня. — Я слышал, ты нацелился на место в сборной? — Уточнил он поигрывая мячом. Приглядевшись, Филипп узнал в нем человека, который толкнул Феликса в коридоре. — Ты, случайно, не Брендан? — Уточнил Филипп, изогнув бровь. — Угадал. И, по совместительству, капитан этой команды. И я уверяю тебя, мест у нас в команде нет. Ланкастер хмыкнул, скрещивая руки на груди. — Думаю, это будешь решать не ты. Брендан фыркнул и отошел. Филиппу в пару достался какой-то высокий незнакомый парень. Все шло довольно неплохо. По крайней мере, сперва. Филипп любил баскетбол, хоть ему и никогда не удавалось попасть в сборную школы. Опять же, так было в Джонс-крике. А вот в Ликвуде Филипп искренне надеялся, что ему удастся таки стать частью школьной команды. Внезапно взгляд Филиппа выловил Бенджи. Ланкастер машинально замер, наблюдая за тем, как парень обходит тренирующихся и направляется прямиком к тренеру. В руках у него больше нет той тетради, зато есть большая тонкая папка. Подойдя к тренеру, Бенджи протянул ее мужчине и скрестил руки в ожидании, пока тот просматривал содержащиеся в папке бумаги. Филипп стоял недалеко от них, но все равно слышал разговор лишь жалкими урывками, но при этом не упускал возможности лишний раз полюбоваться Бенджи. — Как твоя рука? — Спросил тренер. — Все в полном порядке, — все таким же ровным голосом ответил Бенджи. — Врач сказал, что я могу тренироваться вместе с остальными. — Давай не будем нагружать тебя так сразу. Вливайся потихоньку, хорошо? Потому что если я снова потеряю одного из своих лучших игроков на полтора месяца – это точно будет провалом. Полтора месяца? Интересно, что такого могло произойти? Внезапный удар в голову, в область чуть выше глаза, выбил из головы Филиппа все мысли, оставляя только одно единственное ощущение. Боль. Не ожидавший такого импульса парень рухнул на пол, схватившись за голову. В глазах потемнело, а боль разлетелась по всей голове, охватывая виски, макушку и даже затылок. Очень сильная боль. — Эй, новенький! Не щелкай клювом! — Рявкнул Брендан, направляясь за своим мечом. — Хороший игрок должен видеть площадку, не поворачивая головы. А Филипп тем временем просто лежал, стараясь перетерпеть боль и вместе с этим восстановить зрение, когда вдруг ощутил теплое прикосновение к своему плечу. — Эй, Филипп, ты в порядке? — Спросил Бенджи, присевший возле него на корточки. Филипп почувствовал, как у него перехватило дыхание. И в этот раз отнюдь не от удара мячом. — Очень больно? — С беспокойством спросил Бенджи, так и не дождавшись ответа. Однако все, что сумел сделать Филипп – это только покачать головой. — Слышь, новенький! Глаза раскрой! — Рявкнул Брендан, подходя ближе. Филипп с трудом разлепил глаза и подождал, пока потолок не перестанет кружиться. Все-таки что не говори, а баскетбольный мяч бьет крайне неприятно. — Заткнись, Брендан! — Слегка повысив голос, отозвался Бенджи, бросая в его сторону испепеляющий взгляд. — Что, вздумал заступаться за этого лузера? — Язвительно усмехнулся Брендан. — Не обращай внимания, — отмахнулся Бенджи, помогая Филиппу подняться. Одной рукой парень придерживал Ланкастера за плечо, а другую расположил под лопатками. Филипп почувствовал, как по его телу пробежала едва уловимая дрожь от этих прикосновений. — Ты в порядке? — Спросил Бенджи, не спеша отнимая ладонь от спины Филиппа. Парень замялся на мгновение, вновь погружаясь в этот глубокий зеленый взгляд. Боже, как же хорошо, что Бенджи зашел в зал. После мимолетной встречи в коридоре Филипп хотел видеть его как можно чаще. Видеть его. Слышать. Любоваться. — Хорошо, что ты не успел увернуться. Лузеров только так и нужно учить! — Воскликнул Брендан. Бенджи выпустил руку Филиппа и повернулся к капитану. — Отстань от него, Брендан. Тот хотел сказать что-то еще, но его прервал голос тренера. — Ланкастер! — Позвал мужчина, который за все это время даже не сдвинулся со своего места. — Филипп, иди сюда. Парень послушно направился к тренеру. Кажется, теперь ему точно не стоит ждать ничего хорошего. — Простите, я знаю, что сегодняшняя тренировка прошла не совсем удачно, но, честное слово, я умею обращаться с мячом и… — Ты не умеешь. — Решительно поправил его тренер, скрещивая руки на груди. — Ты знаешь, ведь именно я тренирую нашу сборную по баскетболу. И именно я решаю, кто хоть как-то может быть полезен на поле, а кто нет. И вот ты как раз не можешь. Тебе нечем помочь команде. Вот черт. Только не это. Пожалуйста, все, что угодно, только не это! — Но тренер, я… — Нет. Прости, Филипп, но я наблюдал за тобой всю тренировку. И на это место есть куда более достойные кандидаты. — Тренер, прошу, мне очень нужно попасть в команду. Хотя бы до конца этого сезона. Умоляю вас. — Взмолился Филипп, перепуганный до глубины души. Все, что угодно, но только не это. Только не так. Мужчина внимательно посмотрел на Филиппа и через некоторое время сделал тяжелый вздох. — Мне очень жаль, Филипп, — в конце концов ответил он, тем самым ставя в их разговоре точку. — Что-что, а о месте в сборной можешь даже не мечтать! — Продолжил Брендан свои издевки, специально говоря громче и насмешливее, чтобы завести остальных. — Брендан! — Грубо осадил его мужчина, а Бенджи послал в сторону качка еще один уничтожающий взгляд. — Все в раздевалку! На сегодня тренировка окончена. Филипп стоял и, едва не плача от отчаяния, смотрел в пол перед собой. — Лузер, — ухмыльнулся Брендан и, проходя мимо, специально с силой задел парня плечом. Ланкастер даже не шелохнулся, ведь сейчас его мир был на грани разрушения. Ведь он не справился. Не смог. Он подвёл его. — Эй, — окликнул Бенджи, подходя сзади. И даже сейчас, находясь в этом ужасном состоянии, Филипп невольно ощутил в груди слабенький прилив тепла. Бенджи подошел и встал рядом с ним. — Не расстраивайся. Ну правда, жизнь ведь на этом не заканчивается. — С сочувствием улыбнулся парень, стараясь подбодрить Филиппа. — Не зацикливайся, ладно? Филипп выдавил слабую улыбку и, кивнув, направился в сторону раздевалок. Разумеется, Бенджи был прав и на школьной команде жизнь не заканчивалась. По крайней мере у всех остальных. А вот для Филиппа заканчивалось кое-что другое. Что-то, что было глубоко внутри, прямо рядом с сердцем. Что-то, что было безумно важно для него и вместе с тем, безумно мучительно. Что-то такое, что связывало Филиппа с ним. Парень не помнил, как встретился с Феликсом после этого урока, как отсидел с ним литературу и английский, и даже того, как Шей пытался показать ему школу в процессе смены кабинетов. Все его мысли были далеко отсюда. Филиппу было плохо. Просто безумно плохо. И все, что сейчас было нужно, это просто поехать к маме. Во время ланча Феликс вывел Филиппа на улицу во внутренний двор школы. Сидя за столом, Ланкастер больше не обращал внимания ни на что вокруг, кроме своего телефона. Он набирал номер матери уже в третий раз, но она упорно не брала трубку. — Ну что, как тебе первый день? — Спросил Феликс, откусывая свой сэндвич. Филипп же ограничился покупкой небольшой бутылки воды, отказавшись от еды несмотря на уговоры Шея. Аппетита не было абсолютно. Он просто должен был дозвониться маме. — Нормально, — без энтузиазма ответил Филипп, продолжая вертеть в руках телефон. Парень надеялся, что он вот-вот зазвонит, но смартфон продолжал молчать. Феликс кивнул и, прожевав, указал на правую бровь Ланкастера. — Никак не могу понять, что у тебя с лицом? — Спросил Феликс, не отрывая глаз от багрового синяка. — Несчастный случай на физкультуре, — отозвался парень и, не сдержавшись, еще раз набрал номер матери. Вновь послышались долгие гудки. — Дай угадаю, Брендан? — Хмыкнул Феликс, открывая сок. — Ага, — со вздохом ответил Филипп. Мама все еще не отвечала. Но вдруг гудки прекратились и на другой стороне послышалась какая-то возня. Филипп насторожился и машинально вытянулся по струнке. — Мам? — Алло, — послышался вялый голос на другом конце связи. — Привет, мам, — поздоровался Филипп и, выбравшись из-за стола, отошел подальше от толпы. Что оказалось непростой задачей, потому что ученики были буквально везде. — Мам, я просто хотел спросить. Могу я… Приехать к тебе сегодня после школы? — Осторожно спросил Филипп. — Я знаю, что это запрещено, но… Мам, я очень хочу тебя увидеть, — голос Филиппа предательски дрогнул. — Приехать? После школы? — Так же тихо и вяло переспросила женщина на другом конце телефона. — Питер, милый, но ты ведь уже давно окончил школу. Да и зачем тебе ко мне приезжать? Сердце болезненно сдавили тиски. — Мам, это не Питер, это Филипп. — С трудом выговаривая слова, произнес Филипп. — О! Филипп, это ты. А я было подумала, что это… — Да, я понял. — Быстро оборвал ее Филипп. — Так что, мам, можно я приеду? Просто, знаешь, сегодня мой первый день в новой школе и… — Он замолчал и, подняв глаза к небу, сделал глубокий вдох. — Меня опять не взяли в команду и я просто… Мне очень плохо, мам. Прошу, можно я приеду? Женщина на другом конце тяжело вздохнула. — Прости, милый, но я не могу позволить тебе приехать. — Мам, ну, пожалуйста, — взмолился Филипп, едва сдерживая слезы. — Прошу. Мне очень плохо и… Очень больно. На другом конце повисла мертвая тишина. — Мам? — Тихо позвал Филипп, стараясь не привлекать лишнего внимания. — Мам, ты меня слышишь? Ответом все еще служила тишина. — Мама, пожалуйста, — взмолился Филипп, ощущая, как глаза предательски защипали. А уже в следующую секунду послышались короткие гудки. Больно. Филипп посмотрел на включенный экран телефона и, покачав головой, сунул его в карман. Просто прекрасно. — Эй, дружище, скоро звонок, ты уверен, что не хочешь поесть? — Спросил Феликс, подходя к Филиппу и протягивая ему рюкзак. — Не хочу, — коротко ответил Филипп и, забрав рюкзак, направился к дверям школы. — Ладно, — ответил Феликс, идя следом. — Слушай, я не хочу тебя расстраивать, но только что Эмили выложила новый пост о тебе на форуме нашей школы. — И что там? — Сухо поинтересовался Филипп, стараясь незаметно избавиться от зарождающихся слез. — Ничего такого, если исключить то, что она написала, что не понимает, почему у такого красавчика нет девушки… А еще она думает, что ты гей. — Отлично! — Буркнул Филипп, поднимаясь по первой попавшейся лестнице. Феликс, не задумываясь, следовал за ним. Конечно, Филипп уже достаточно давно принял самого себя, а сегодня, когда увидел Бенджи, так и вовсе перестал сомневаться в том, что девушки его не привлекают, но заявлять об этом во всеуслышание вовсе не собирался. По крайней мере не сейчас и, уж тем более, не таким образом. Но еще больше Филиппа расстраивало поведение матери. Господи, для него же сейчас рухнул целый мир, а она даже не захотела выслушать его. — Слушай, но это ничего. Правда, все знают, что на этом форуме нет ничего достоверного, сплошные сплетни. — Поспешил успокоить его Феликс. — Серьезно, тебе не о чем волноваться. — Да я и не собирался, — пробормотал Филипп. — Надеюсь, это не испортит тебе настроение и ты не откажешься пойти на Осенний карнавал? — Осенний карнавал? — Нахмурившись, переспросил Филипп. — Да. Это праздник по случаю начала осени. — Пояснил Феликс. — У меня нет настроения, — покачал головой Ланкастер. — Из-за этого поста? Как знал, что не нужно рассказывать. — Вздохнул Феликс. — Слушай, эти комментарии ничего не значат, правда. — Серьезно? — Безразлично хмыкнул Филипп. — А как же общественное мнение? — Уточнил он, хотя не мог не признать, что сейчас это интересовало его меньше всего. Как, впрочем, и все остальное. Единственное, чего он сейчас хотел – это оказаться в тишине. Ну или хотя бы, чтобы Феликс хоть немного помолчал. — Забей на него. Так что на счет карнавала? — Я не хочу. — Да брось! Давай сходим. Что если я зайду за тобой? Или, если хочешь, мы могли бы потусить, а потом сразу пойти или… Это стало последней каплей. — Феликс! — Аоскликнул Филипп, резко разворачиваясь к парню. — Перестань разговаривать со мной так, словно мы лучшие друзья детства. Феликс выглядел более, чем ошеломленным. — Но, я подумал, что… — Ты подумал неправильно! — Воскликнул Филипп. — Феликс, мы не друзья. Да я же тебя даже не знаю! А ты не знаешь меня! Мы просто парни, живущие по соседству, понятно? Феликс поджал губы и, опустив голову, кивнул. — Понятно, — тихо отозвался он и, развернувшись, направился в противоположном направлении. Филипп чувствовал себя последним придурком за то, что сорвался на него из-за неприятного поведения мамы, но гнев сделал за Ланкастера всю работу, не дав ему даже секунды на то, чтобы подумать. Филипп с трудом отсидел оставшиеся уроки, мечтая как можно скорее сбежать из этой школы и остаться наедине с собой и своими мыслями. В груди по-прежнему неприятно саднило из-за отказа тренера и из-за ответа мамы, но сейчас единственное, что он мог, это изо всех сил делать вид, что слушает учителей, и записывать все, что появляется на доске. Когда, наконец, прозвенел звонок, Филипп был готов разрыдаться от счастья. Теперь он может вернуться к Торренсам, закрыться в своей комнате и не выходить из нее как можно дольше. Можно будет заняться обработкой фотографий или пойти на прогулку и понаделать новых. По большому счету Филиппу было без разницы, чем именно заняться, лишь бы это помогло ему успокоиться и пережить сегодняшний день. Черт, а ведь все так хорошо начиналось… Выйдя из здания школы, Филипп сразу увидел припаркованную неподалеку служебную машину Джеймса. Недолго думая, парень направился прямиком к ней. Сам шериф Торренс ждал его, оперевшись поясницей на капот автомобиля и скрестив руки на груди. — Привет, Филипп, — приветливо улыбнулся он, перенося весь свой вес на ноги и выпрямляясь во весь рост. — Привет, — коротко улыбнулся Филипп, подходя к машине. — Как первый день? — Поинтересовался Джеймс, открывая подростку дверь. — В целом неплохо, — соврал Филипп, забираясь во внедорожник и бросая рюкзак на заднее сиденье. Мужчина хмыкнул и стал обходить машину, уже заранее придумывая, о чем будет расспрашивать Филипп по дороге домой. Если бы Ланкастер повернул голову и еще раз посмотрел в сторону школы, он бы заметил Феликса, который стоял у входа и наблюдал за тем, как Джеймс садится за руль своей служебной машины, заводит двигатель и они трогаются с места. Когда внедорожник скрылся из виду, Феликс вздохнул и в одиночестве побрел по оживленной улице. * * * Когда они, наконец, подъехали к дому, Филипп без лишних слов схватил свой рюкзак и, открыв дверь, быстро вышел из машины. Джеймс не пытался его остановить, за что парень был ему крайне благодарен. Однако сбежать и скрыться от посторонних глаз Ланкастеру не удалось, так как на крыльце появилась Реджина. — Привет, милый, — с улыбкой поприветствовала она и, спустившись с лестницы, подошла к подростку и заключила его в крепкие объятия. Парень на миг оцепенел, ведь его не обнимал никто и никогда. Ну, кроме мамы, конечно. А так люди обычно обходили его стороной, ну или по крайней мере, не горели желанием лезть к нему с объятиями. — Как твои дела? — Спросила Реджина, отстраняясь от Филиппа и ласково проводя рукой по его плечу. Филипп изумленно посмотрел на нее, затем повернулся и посмотрел на Джеймса, не спеша идущего к ним от машины. — Эм, ну, — пробормотал Филипп, вновь обращая свой взгляд на Реджину. — В общем и целом, неплохо. — Добавил он, чувствуя жуткую неловкость от подобного радушия. — Что ж, это очень хорошо. Обычно первые дни в школе становятся просто катастрофой. Я не рассказывала, как прошел мой первый день? — Нет, — отозвался Филипп, поведя плечом, на котором до сих пор лежала рука Реджина. Женщина, словно опомнившись, поспешила убрать руку. — У меня появилась идея, — произнес Джеймс, останавливаясь возле них. — Филипп, как ты смотришь на то, чтобы заказать чего-нибудь вкусненького? Может быть, пиццу или еще что-нибудь? — Если честно, я больше люблю китайскую еду. — Уклончиво произнес Филипп. — Отлично! — Просиял Джеймс. — Тогда закажем что-нибудь из китайского ресторана. У них очень быстрая доставка, так что нам не придется долго ждать. — Милый, это отличная идея, — просияла Реджина и, приподнявшись на мысках, чмокнула мужа в щеку. Филипп слегка улыбнулся, наблюдая за этой картиной, но все же заставил себя опомниться. Последняя попытка. — Вообще-то, я думал подняться к себе. Хотел заняться уроками, все-таки это новая школа и мне хотелось бы влиться. — Да брось! — Отмахнулся Джеймс. — Уверяю, ты все успеешь. Это ненадолго. Филипп скептически изогнул бровь, и Джеймс мягко улыбнулся. — Ладно тебе, Фил. Давай. Устроим настоящий семейный обед, а? Филипп хотел было отказаться, но передумал, увидев с какой надеждой на него смотрит Реджина. — Ладно, хорошо, — слабо улыбнулся Филипп, пожимая плечами. — В принципе, почему бы и нет? Что ж, если Джеймс с Реджиной хотят устроить для него очередной семейный обед, то он не будет сопротивляться. В конце концов, нет ничего сложного в том, чтобы посидеть в их компании лишние тридцать минут. Единственное, что удивляло Филиппа, так это их резкое стремление к семейному единению. Нет, конечно, они и раньше пытались делать все, чтобы Филиппу было максимально комфортно, вот только за все шесть недель никто из них не пытался стать для него кем-то большим, чем обычной семейной парой, которая приглядывает за бедным подростком. Но что же случилось теперь? Почему они так сильно изменили к нему свое отношение и теперь пытаются стать для него семьей? Нет, Филипп, определенно, этого не понимал. Ну, так или иначе, а выяснить это он сможет, лишь проведя с ними обед. Парень был искренне удивлён, но заказ и впрямь привезли очень быстро, так что уже через двадцать минут они все вместе, взяв себе каждый по коробочке с горячим блюдом, расположились на веранде. — Итак, Филипп, как тебе? — Поинтересовался Джеймс, отпивая немного газировки. Филипп, чье настроение значительно улучшилось, улыбнулся и кивнул. — Думаю, — жуя, отозвался он, — это очень хорошо. Не подгорелое, не слишком острое. Одним словом, то, что надо. Отлично, Джеймс. Джеймс удовлетворенно хмыкнул, отправляя в рот очередную порцию. — Согласна, дорогой, это просто нечто, — согласилась Реджина, сидя справа от Филиппа. Парень посмотрел на нее и с улыбкой кивнул. И несмотря на то, что Филипп отчаянно не хотел признавать этого факта, но сейчас ему было хорошо. По-настоящему хорошо. Кажется, даже так, как не было на протяжении уже долгих лет. Он сидит на веранде между двумя взрослыми людьми, которых знает, от силы, полтора месяца, но которые, похоже, всерьез не против его пребывания здесь. Хотя парень до сих пор не мог выкинуть из головы мысль о том, что все, как и всегда, упирается в деньги, но… Филипп всей душой хотел верить в искренность этих людей. Но с другой стороны, почему они начали проявлять ее только сейчас, спустя долгих полтора месяца? Вынырнув из собственных рассуждений, Филипп сфокусировал взгляд и устремил его на Реджину. — Почему именно я? — Прямо спросил он о том, что беспокоило его больше всего. Реджина и Джеймс нахмурились и одновременно посмотрели на Филиппа. — Что? Филипп, ты о чем? — Непонимающе спросила Реджина. — Почему вы взяли именно меня? — Повторил свой вопрос Филипп, бесцельно ковыряясь вилкой в своей коробке. — Я имею в виду, почему вы не стали брать какого-нибудь милого забавного малыша с пухлыми щечками, а остановили свой выбор на подростке? Джеймс и Реджина переглянулись, воспользовавшись тем, что Филипп не смотрел на них. Реджина улыбнулась и коротко кивнула мужу. — Семья Джеймса усыновляла подростков, когда он был твоего возраста. — Пояснила она. — Его родители хотели дать этим детям возможность пожить в семье и стать ее частью. Филипп несколько раз кивнул, обдумывая то, что услышал, и поднял глаза на Джеймса. — И что, ты до сих пор с ними общаешься? — Спросил парень. — Конечно, — ответил Джеймс. — С каждым из них. Родителей давно уже нет, зато у меня много братьев и даже есть сестра. Филипп усмехнулся, возобновляя ковыряние в коробке. Но спустя несколько секунд он вновь стал серьезным и посмотрел на Джеймса каким-то новым, незнакомым мужчине ранее, взглядом. — Это круто. — Произнес Филипп. — Нет, правда, это очень круто. Джеймс улыбнулся, с удивлением для себя отметив в глазах мальчишки… Боль? Заметив, что Джеймс старательно изучает его взгляд, Филипп поспешно отвернулся, устремив глаза на еду, и продолжил не спеша помешивать ее вилкой. Что ж, их ответ Филиппу понравился. Быть может, все их действия и попытки действительно исходят от души? — Знаете, на самом деле, день прошел не самым лучшим образом. — Признался Филипп, не поднимая глаз. — О, это нормально, — с пониманием произнесла Реджина. — Мой первый день в новой школе тоже был полным провалом. Я умудрилась запутаться ногами в собственном шарфе и упасть прямо посреди коридора. — Ого, — усмехнулся Филипп, вскидывая брови. — как это получилось? — Ну-у… — У нее был невероятно длинный шарф, — подхватил рассказ Джеймс. — Он был ей почти по колено, и это еще с учетом того, что у нее была невероятно тяжелая сумка, которую она с трудом поднимала. — А ты откуда знаешь? — Поинтересовался Филипп. Джеймс усмехнулся, на миг закатывая глаза. — Я был тем, на кого свалилось это чудо. И если бы она не навернулась, мы бы не познакомились. После этого случая я просто не мог с ней не познакомиться, — добавил Джеймс и, чуть наклонившись вперед, с невероятной нежностью посмотрел на Реджину, чьи щеки буквально пылали от смущения. Женщина подняла голову и тоже тепло улыбнулась. — Да, когда это произошло, я была новенькая и абсолютно потерянная, но в одном я была уверена точно. — Это в чем же? — Уточнил Филипп. — В том, что ни за что на свете не стану его женой. — Усмехнулась Реджина, переводя на Филиппа веселый взгляд. — Ну и, как ты понимаешь, у меня не очень то получилось сдержать это обещание. Филипп улыбнулся и, отвернувшись, посмотрел перед собой. Они еще никогда не беседовали на такие темы. А сейчас ему даже показалось на эти несколько секунд, что они и впрямь были бы неплохой семьей. Если не обстоятельства, разумеется. — Это очень здорово, — улыбнулся парень, все еще не смотря ни на Реджину, ни на Джеймса. На некоторое время воцарилось недолгое молчание. Филипп сидел и, сам не осознавая почему, думал о Бенджи. Как жаль, что их отношениям не суждено было начаться так же. Филипп был более, чем уверен, что такой красивый и такой милый Бенджи никогда не посмотрит на него, такого невзрачного и забитого. Филипп прекрасно это понимал, но выкинуть из головы его образ все никак не получалось. Эти прекрасные зеленые глаза, словно отголоски хвойного леса. Эти замечательные светлые волосы, эти мягкие нежные губы… Как глупо. Они виделись всего лишь пару раз, а Филипп уже готов был потерять голову. — Не переживай, ты тоже обязательно найдешь тех людей, которые примут и полюбят тебя всем сердцем. — С улыбкой пообещала Реджина. — Что-то я в этом сомневаюсь, — отозвался Филипп, кладя себе в рот небольшую порцию лапшы с соусом. — В Джонс-крике я, скажем так, не очень то нравился людям. — Не нужно сомневаться, — улыбнулся Джеймс, протягивая руку, чтобы взять газировку. — Реджи права, твои люди еще обязательно найдутся. — Конечно, — фыркнула женщина, словно и впрямь ни на секунду не сомневалась в том, что говорит. — Кто знает, ведь может именно в Ликвуде ты найдешь тех, кто поймет и поддержит тебя, как когда-то компания Джеймса поддержала меня. Людей, которым ты сможешь рассказать все, не боясь, что тебя засмеют или осудят. И, кто знает, быть может, именно здесь ты найдешь ту самую девушку, с которой захочешь провести всю оставшуюся жизнь. — Широко улыбнулась Реджина, смотря на подростка. Филипп усмехнулся, не размыкая губ, и легонько улыбнулся. Если бы они только знали… И в этот момент, в его мыслях сам по себе всплыл Феликс. Почему-то только сейчас Филиппу вдруг показалось, что именно он, как никто другой, подходит под описание, которое предоставили ему Джеймс и Реджина. Способен понять, способен быть рядом даже в самые трудные времена. И, что самое главное, способен принять его, несмотря ни на что. Черт. — Знаете, — начал парень, поднимая глаза на Реджину. — Сегодня будет Осенний карнавал… — Хочешь сходить? — Уточнила Реджина. Филипп кивнул. — Ну конечно иди! — Отозвался Джеймс. — Осенний карнавал – это лучшее, что может произойти с тобой с начала учебного года. Филипп улыбнулся и, кивнув, отставил коробку на небольшой столик между ним и Джеймсом. — Отлично, тогда я пойду позову Феликса. — Сказал парень, направляясь к входной двери. — Феликс живет в соседнем доме, разве не проще просто сходить к нему? — Поинтересовалась Реджина, смотря на Филиппа снизу вверх. Парень остановился и, посмотрев сперва на нее, а затем на Джеймса, лукаво улыбнулся. — У нас с ним свои методы, — произнес он, скрываясь в дверном проходе. — А, — задумчиво протянула Реджина, слегка нахмурив брови. — Ну ладно, как скажешь. — Не бери в голову, родная, это подростки, — усмехнулся Джеймс, возвращаясь к обеду. Поднявшись к себе в комнату, Филипп без колебаний подошел к окну и, взяв с подоконника легкую игрушечную рацию, плюхнулся на кровать. Нажав на единственную рабочую кнопку, Филипп поднес рацию к лицу. — Феликс? Это Филипп. Ммм, — протянул парень, ощущая одновременно и смущение, и комичность своих действий. — Я не уверен, что ты меня слышишь… — Я слышу, — коротко ответил Феликс, заставив Ланкастера облегченно выдохнуть. — Прием. — Я… Я просто хотел извиниться за то, что сорвался на тебе за плохой день. Я не должен был так с тобой разговаривать и мне очень жаль, что я наговорил тебе то, о чем даже не думал. Так что, пожалуйста, прости меня. И еще… Если твое предложение пойти на осенний карнавал вместе еще в силе, я был бы очень рад. Прием. — Я зайду за тобой в семь. Филипп широко улыбнулся, ощущая, как с души свалился огромный камень, вновь давая ему возможность дышать полной грудью. — Увидимся в шесть сорок пять. * * * Отойдя от кассы, Филипп еще раз оглядел парк, при этом сжимая в руке две ленты билетов. Множество самых разных аттракционов, яркая подсветка, веселая музыка и просто невероятное количество палаток с разными вкусностями, сувенирами и игрушками. Филипп сам не заметил, как раскрыл рот от удивления и запрокинул голову, рассматривая сверкающий разноцветными огнями парк. Феликс шел рядом и с абсолютно довольным видом наблюдал за реакцией Филиппа. — В Джонс-крике не было ничего подобного? — Поинтересовался Феликс, следя за тем, с каким восторгом Филипп рассматривает округу. — Никогда, — восхищенно ответил Ланкастер, не спеша крутясь вокруг своей оси, стараясь охватить глазами всю территорию. — Да и вообще, там парк, по сравнению с этим, просто жалкое подобие. — Тогда мы обязательно должны сходить на все эти аттракционы без исключения. — Улыбнулся Феликс, хлопая парня по плечу. — Билетиков как раз хватит. А потом еще можно заглянуть в тир. Куда ты хочешь сначала? — Как на счет того, чтобы начать с колеса обозрения? — Предложил Филипп, глядя на огромный сверкающий аттракцион прямо перед ними. — Отличный выбор, — одобрил Феликс. — Только сперва нам нужно закупиться вкусняшками. О, и ты просто обязан попробовать здешний глинтвейн, это просто нечто. Говорю на всякий случай, он безалкогольный. — Круто, я с радостью, — улыбнулся Филипп. — Супер. Тогда я за глинтвейном и попкорном, а ты можешь взять яблоки в карамели. Они вон там. Посмотрев в указанном направлении, Филипп увидел большой пестрый фургон с яркими красными огоньками, разведанными под крышей. — Встретимся здесь через десять минут, — бросил Феликс и направился к дальним палаткам. Филипп улыбнулся и ненспеша побрел в сторону фургона. Парень шел и не переставал восхищаться. Ненавязчивая музыка, много веселых и радостных людей, беседы, разговоры, смех… Давненько он уже не попадал в подобную обстановку. И Филипп не мог не признать, что ему это нравилось. По-настоящему нравилось. Внезапно его взгляд упал на компанию ребят, стоящих в очереди на какой-то аттракцион. Кажется, это была карусель. А в следующую секунду сердце Филиппа сбилось с ритма. Потому что как раз в этой компании он увидел Бенджи. Парень стоял и, засунув руки в карманы джинс, со спокойной улыбкой слушал то, что рассказывала девочка напротив. Филипп остановился, в очередной раз позволив себе полюбоваться молодым человеком. Какой же он милый, когда улыбается. А эти забавные ямочки на щеках… Внезапно в голову Ланкастера пришла неожиданная идея. А что если попробовать пригласить его на колесо? Быть может, Бенджи согласится составить ему компанию? Филипп сделал глубокий вдох и, покрепче сжав билетики в правой руке, направился к карусели. Но не успел он сделать и пары шагов, как откуда-то из толпы вынырнул высокий стройный парень и, подойдя к Бенджи, притянул его к себе и захватил его губы в долгом поцелуе. Филипп почувствовал, как сердце его упало. Бенджи был не свободен? Черт, ну естественно! Как он вообще мог думать иначе? Как он мог надеяться, что такой красивый и милый парень, как Бенджи, будет один? И что еще хуже, Филипп ведь действительно успел поверить в то, что способен заинтересовать Бенджи. А незнакомец тем временем разорвал поцелуй и, взяв лицо Бенджи в руки, мягко погладил его скулы большими пальцами. Бенджи улыбнулся и положил руки на талию парня, притягивая его ближе к себе. При этом он смотрел на него такими влюбленными глазами, источал такое тепло и безграничную нежность, что Филипп невольно ощутил в груди неприятное жжение. Конечно, добиться внимания Бенджи у него нет никаких шансов. Остается только с завистью наблюдать за ним со стороны. Бенджи приподнялся на мысках и, еще раз чмокнув своего парня в губы, взял его за руку и повел в сторону аттракциона, чтобы не задерживать очередь, которая незаметно дошла и до них. Незнакомец же с улыбкой позволил увлечь себя к карусели. Филипп вздохнул, все так же теребя в руках разноцветные билетики. — Значит, не судьба, — тихо произнес он себе под нос, как вдруг кто-то врезался в него, едва не сбив с ног. — Боже мой, Фил, прости, я не успел остановиться! — Засмеялся Феликс, чьи руки были заняты двумя большими стаканами, двумя коробками попкорна и двумя объемными пакетами. — Умоляю, скажи, что ты еще не купил яблоки в карамели! — Взмолился парень. — Еще не успел, — покачал головой Филипп, забирая у него половину ноши. — Отлично! — обрадовался Феликс. — Потому что я не удержался и взял ещё и печенье с шоколадной крошкой. Ты прикинь, оно еще даже не остыло! — Здорово, — усмехнулся Филипп. Пакет, который он забрал у Шея и впрямь оказался теплым. — Ну что, пошли? — Да, идем, — кивнул Феликс, свободной рукой залезая в карман в поиске билетов. — Кстати, как ты смотришь на то, чтобы после колеса пойти на американские горки? — Предложил Филипп, стараясь игнорировать мысли о Бенджи и его парне, а заодно и не смотреть в сторону той карусели. — Легко. Только давай возьмем восемь кругов на колесе? Не лучшая идея идти на горки с глинтвейном. — засмеялся Феликс. Филипп кивнул и они не спеша направились в сторону колеса обозрения, общаясь и болтая обо всём на свете. Что ж, пожалуй, Филипп не ошибся. Феликс и впрямь может стать для него хорошим другом. Может быть, даже лучшим…ноши. — Отлично! — обрадовался Феликс. — Потому что я не удержался и взял ещё и печенье с шоколадной крошкой. Ты прикинь, оно еще даже не остыло! — Здорово, — усмехнулся Филипп. Пакет, который он забрал у Шея и впрямь оказался теплым. — Ну что, пошли? — Да, идем, — кивнул Феликс, свободной рукой залезая в карман в поиске билетов. — Кстати, как ты смотришь на то, чтобы после колеса пойти на американские горки? — Предложил Филипп, стараясь игнорировать мысли о Бенджи и его парне, а заодно и не смотреть в сторону той карусели. — Легко. Только давай возьмем восемь кругов на колесе? Не лучшая идея идти на горки с глинтвейном. — засмеялся Феликс. Филипп кивнул и они не спеша направились в сторону колеса обозрения, общаясь и болтая обо всём на свете. Что ж, пожалуй, Филипп не ошибся. Феликс и впрямь может стать для него хорошим другом. Может быть, даже лучшим…