hello world

Нетсталкинг — это деятельность, осуществляемая в пределах глубокой и теневой сетей методом поиска, направленная на обнаружение малоизвестных, малодоступных, запретных, шокирующих и малопосещаемых объектов c их возможным последующим анализом, систематизацией и хранением, с целью эстетического и информационного удовлетворения искателя. Неофициальный символ нетсталкинга — является стилизованный Dingir. Клинописный символ в шумерской клинописи, обычно являющийся детерминативом со значением «божество». Так же в среде нетсталькинга распространена следующая иерархия глобальной сети. if Уровень D — базовый (открытый и индексируемый поисковыми системами) инфармационная сеть: социальные сети и вообще любые сайты найденные через поисковики. Видимая сеть (SurfaceWeb) — это общедоступный интернет. В этой части можно найти всё, чем пользуется среднестатистический пользователь сети: социальные сети, блоги, энциклопедии, новостные сайты и другие. Иными словами, видимая сеть — это всё, что можно найти с помощью обычных поисковых систем. По оценкам, на видимую сеть приходится примерно 15-20 % всей информации в интернете. На данном уровне присутствуют странные ссылки на нижний уровень и подсказки для перехода. if Уровень C — DeepWeb: системы анонимных сетей и прокси-серверов (Tor, I2P), закрытые сообщества. Нелегальный контент в немыслимых масштабах. Бесконечные фото архивы писаюших женщин. Хакерские сообщества. Информация о различных аномальных объектах и явлениях. Некие результаты поиска по словам из подсознания. Секретные правительственные номерные радиостанции. Глубокая сеть (также — глубинный интернет) — неиндексируемые ресурсы, то есть те, которые нельзя найти при помощи поисковиков. Это происходит по нескольким причинам. Основная из них — о сайте или сервере знает только его владелец, и он никогда и нигде не публиковал ссылку на свою страницу. Глубинный интернет представляет для исследователей сети наибольший интерес в силу своей громадности и неизведанности, и именно для изучения этого сегмента нетсталкеры используют программы для сканирования диапазонов IP-адресов. if Уровень B — DarkWeb: нечто, служащее для управления верхним уровнем D. Абсолютно аморальный контент. Несуществующие IP-адреса и протоколы, пустые белые страницы. Форумы исследователей. Youtube уровня B. Огромное количество полезной и бесполезной информации (считается что уровню D принадлежит лишь 4% от всей информации так или иначе доступной через сеть). Нечто называемое «Void» (пустота, бездна). Теневая сеть (Даркнет) — закрытое интернет-пространство, доступ к которому нельзя получить при помощи сетевых программ. Как правило, это сети правительственного, корпоративного или военного назначения. Самым известным и популярным представителем Даркнета является Tor. Популярность его обусловлена возможностью, при условиях некоторой анонимности, распространять запрещённые материалы. Для её просмотра требуется наличие специального программного обеспечения, а именно Tor, I2P, Freenet или другие сервисы, позволяющие обходить блокировку многих сайтов и давать доступ к закрытым ресурсам, недоступным для рядового пользователя интернета. На такие ресурсы невозможно попасть из стандартных браузеров и при наличии стандартного интернет-соединения. Даркнет может быть опасен для интернет-новичков, детей и рядовых пользователей. if Уровень A — нижний предел: Holes, Резонанс Шумана, Тайные владыки мира «Совет», управление уровнем С, ужасающая правда о зеркалах, мертвая зона сети, доступ в Тихий Дом. ******************************************************* День был ясен и светел, как и большинство прохожих, одетых по-летнему и преимущественно в светлые и мягкие цвета – жёлтый, бежевый, светло-коричневый, иногда белый. Это была стойкая мода – менялись фасоны, менялись детали, некоторые могли быть и более фривольны в одежде, а то и без нее, как те две девушки в наушниках державшиеся за руки стоявших возле пешеходного перехода. Некоторое количество народу носят мешковатую одежду - все на несколько размеров больше, все до пола. Она слышала о возрастании популярности такого стиля у некоего количества моледежи. Причем, пуховики-одеяла девушки тут сочетают не с юбками и джинсами, а с мешковатыми же штанами и кофтами. Радом с некоторыми гражданами шли автоматоны практически не отличимые от людей. Были и более экзотические гибриды, были и другие проекты гибридов, а так же полностью или частично кибернезированные. Но цвета всё равно держались предпочтительно светлые – это было отражение ментальности, отражение атмосферы города. Светлый означал свет будущего, чистоту мыслей, добросовестность намерений и радость жизни. То, во что люди всегда верили, на что люди всегда надеялись и чего они всегда ждали от жизни. В этом городе, где казалась, что цифровая утопия, наконец, наступила, центр передовых информационных технологий, где разрабатывались и внедрились те технологии не то что завтрашнего, а послезавтрашнего дня. Когда-то давно никто даже не верил - что заложенный «Инновационный центр» наукаграда, сможет выбиться в тренды в области высоких цифровых и генетических технологий. Когда в мир пришел «Совет», нынешние покровители мира. Ада и Син резко свернули с основной аллеи, по правую сторону от которой шли массивные параллелепипеды зданий с внешними лифтами и широкими огороженными карнизами, на узкий тротуар, даже не озеленённый по бокам, который служил перемычкой между этой аллеей и следующей, протяжённостью чуть более 100 метров. Дом с апартаментами девушки был уже вдалеке, на расстоянии двух кварталов к востоку. Активная карта дополненной реальности показывала маршрут – путь был не так уж и далёк, но и неблизок. - Сдаётся мне, что наши действия могут оказаться более подозрительными, чем само явление. Это могут даже расценить как должностное правонарушение с нашей стороны, - скептическим тихим голосом намекнула Ада, - Нас могут перевести в более отдалённые районы, а то и уволить. - Мы не будем ничего делать напрямую лично. Но и не делать ничего мы тоже не можем. Вопрос серьёзнее, чем мы думаем. - Это думаю только внутреннее дело «AAL» разработчиков проекта и «Совета». - Нет. Это уже вышла за пределы стен лабораторий. И компания AAL к этому тоже причастна. Ада сглотнула. Положение, стало ей понятно, выходило более щекотливым, чем она считала в начале. - Мы идём пешим путём? – спросила Ада. - Нет, транспортом надёжнее. Поезд доставит нас практически на место. - Поезд? – неуверенно спросила Ада, - Система регистрирует при входе и выходе. - Мы затеряемся в потоке. К тому же – проделывать такие расстояния своим ходом более подозрительно, - ответила Син. **************************************** Они перешли на другую сторону, обойдя кругом ещё несколько зданий. Ада и Син стояли на углу, дальше пешеходных путей не было – только шахты лифта, двигавшейся вверх и вниз по стене огромного небоскрёба. Син вызвала лифт, обойдясь без нажатия кнопки – никто и не нажимал, физические, даже не сенсорные кнопки были лишь запасной предосторожностью на случай сбоя в работе обычного интерфейса. Цилиндрическая кабина с прозрачными дверями поравнялась с ними, и девушки вошли, присоединившись к троим попутчикам. Они были в тёмно-сине-оранжевые униформы со светоотражающими полосками – униформы технических работников, очевидно поднимавшихся со смены в глубине городских коммуникаций. Во всплывшем ментальном мини-окне лифта она без колебаний выбрала 214-й этаж, прозрачные двери закрылись, и скоростная кабина вновь устремилась вверх в головокружительном представлении, видном через прозрачный пол и стены. Они вышли последними, оказавшись на широкой площадке, умощённой кустарниками, остриженными до шарообразной формы, с белыми скамейками между ними и летающими дронами-озеленителями, неспешно но деловито подстригавшими выбивавшиеся веточки. Площадка была пуста, и за ней следовал длинный широкий пеший проход с небольшими пальмочками, растущими по краям. - Разве нам не надо было ехать вниз? – поинтересовалась Ада. - Мы просто зайдём с другой стороны станции. Ада ещё раз взглянула на карту, подходящий спуск должен был быть как раз в конце этого прохода у группы зданий Института Биологическо-Гендерного Разнообразия. Там похожий лифт выводил прямиком к южному входу на станцию монорельса, этаж 37 от уровня поверхности. На мгновение Ада, шедшая ближе к краю, подошла к нему ещё поближе, взявшись руками за ограждение и свесив голову. Внизу, до 50 этажа, шли такие же пешеходно-велосипедные дорожки и пейзаж становился всё более углублённо-затемнённым, затем ниже жили наименее обеспеченные, там же располагались городские магистрали и тесные улочки с обычным движением электро-машин на автопилотах. После нулевого уровня - шла чисто техническая часть города. Та, доступ в которую имели работники, обслуживающие бетонно-металлический организм. Все коммуникации, отделённые от жилья, офисов и общественных зданий. Суровые технические лабиринты из множества труб и кабелей, узких коридоров с совсем не презентабельными обшарпанными стенами. Там было только искусственное освещение. - Тебе что? - Просто… – замялась Ада, не зная, что сказать. - Нас ждать не будут… ************************************************ Они спускались так же быстро, как и поднимались. Озарённые лучами уже практически полуденного солнца стены и проходы проносились, уплывая вверх, отблески лучей на окнах придавали городу какое-то призрачное, сюрреалистическое освещение. В кабине были только они двое. Неожиданно Ада почувствовала, как зеленоглазая рыжая Син повернулась к ней, смотря как-то по-особому, подожив ей руку на плечо. - Ты что? - Просто… – Син передразнила её саму. Но некоторая оторопь на лице подруги заставила Син отдёрнуться.- Ты же знаешь, лифт – одна из любимых ситуаций, описываемых в дамских рассказах которые сейчас популярны в сети. Двое наедине, в замкнутом пространстве… – произнесла Син после некоторой паузы. - Я не читаю их, - отрезала Ада, - К тому же – большая их часть просто низкопробна. И я люблю совсем другую. - Жить так, чтобы не жалеть. Ведь жизнь даётся всего один раз. – Произнесла Син, приблизившись к подруге и взглянув в ее широко закрытими глазами. Намеренье Син не оставляла двусмысленности. Но Ада не была к этому готова. Девушка смущенно улыбнулась. Аде стало многое понятно. Син полезла рукой себе под юбку… и извлекла, очевидно, из своей пизденки продолговатый предмет. Это оказалось небольшим вибратором бренда «Великий Мастурбатор», как показалась Аде. Сей незамысловатый предмет быстрым движением Син очутился в руках Ады. - Что это? – Спросила Ада, делая несколько смущенную мордашку, будто выражая призрения, толи к тому, что ее подруга пользуется подобными штуками, не то к тому, что она так без церемонно извлекла этот предмет из интересного место у нее на глазах. – Я таким не пользуюсь… - довольно смущенно и краснея словно девочка только что впервые в жизни узнавшая что такое «секс», продолжила Ада. - Держи, тут кое-что довольно важное, я хочу, чтобы это было у тебя, только быстрее спрячь его куда-нибудь. – Довольно скороговоркой выложила Син. – И хочу еще кое-что сказать тебе. - И что именно? - Ты знаешь про «Общественную публичную казнь»? Ада сглотнула слюну и неохотно кивнула. - Как только я узнала, а точней рассказала об манипуляциях с генетическим кодом сапелитов. ИИ «Тех.Марико» приговорила меня к ней… Мне пришло постановление явиться в ближайшей учреждение. - …так ты… тебе же нужно было незамедлительно явиться… - Я беглянка… - Син искренне улыбнулась. - О… нет… Тогда… - Мне страшна Ада… Лифт остановился в сумеречной зоне, куда проникали лишь обрывки света. Их компенсировал свет белый, исходивший из закреплённых на углах длинных светодиодных ламп. Здесь, внизу было несколько прохладнее, а в воздухе витала стойкая смесь нескольких химических запахов, очевидно говоривших о проводимой дезинсекции и дератизации – городская живность подлежала уничтожению как несущая риск распространения заболеваний. Контраст был разительным – если верх был ярким, сияющим и торжественным, то низ на многие тона более тёмным и хмурым. Взамен этого он приветствовал локационно-привязанными объявлениями и рекламой в дополненной реальности – тем, от чего более высокие этажи были свободы. И как чувствовала Ада, не все из них были легальными. Другие же содержали в себе понятные знающим намёки на то, что рекламируют они вещи сомнительной законности. Станция была совсем рядом – надо было только пройти через глубокую нишу в здании – и они оказались на небольшой террасе, от которой вниз спускались ступеньки бетонной лестницы. Рамкой, нашпигованной всеми возможными детекторами, была арка входа, за которой находилась станция. Для прохода требовалось лишь считывания индефикациибио-паспорта. Проезд для них был бесплатным – одна из привилегий действующих сотрудников AAL, занимавшихся обслуживанием и предоставлением услуг цифровой связи. Дело нескольких секунд. Стены и подсветка были слабыми бледно-зелёно-салатовыми, а за небольшим вестибюлем следовали две платформы. Поезд не заставил себя долго ждать. Он имел аэродинамический нос и двигался по единственному рельсу по принципу сверхпроводящей крионнойлевитации. Широко развитая сеть монорельсов и станций делали транспортное сообщение в городе удобным и быстрым. По крайней мере – лишённым многих недостатков, характерных для основанных на личном транспорте систем, таких как аварийность и пробки. Поезд был белым и чистым, снаружи и внутри. Он был достаточно заполнен, но не до состояния рыбной консервы – основной час пик уже прошёл. Люди сидели на местах практически все были погружены в виртуальную реальность. Они напоминали зомби, которых абсолютно ничего не интересовало, кроме собственной мозговой мастурбации. Ада и Син встали недалеко от выхода на противоположной входу стороне, держась за поручни. Поезд тронулся, плавно набирая скорость. Сквозь широкие окна мелькали здания – здесь они уже не выглядели такими презентабельными, хотя были они одни и те же. Люди у парапетов и на проходах встречались реже, те что были – явно не прогуливались, а торопливо шли по каким-то делам. Суета была общим ощущением – а ещё ощущение непонятной, трудно объяснимой тоски, которая пронизывала здесь всё, даже сам воздух. Она несколько раз переглянулась с Син. Поезд явно не был подходящим для разговора местом. Но что-то в ней было явно не то, что-то в подруге явно изменилось. Это было что-то выбивающееся и не понятное. «А ты вечно расхаживаешь дома голой, да ещё с таким уверенным и гордым видом…» - ещё раз пролетело у Ады в мозгу. Эта интонация… Если бы Син просто хотела с ней физической близости – это бы звучало не так, это и проблемой-то не было бы… То ли она что-то знала, то ли о чём-то еще не могла сказать… Поезд остановился, и они вышли вместе со многими другими пассажирами, покидая металлическую гусеницу состава и ступая на плиточный пол станции. Крытой была только её половина, в другой половине можно было видеть небо, перечерченное пассажирскими проходами и монорельсами транспортных кабин. Призрачно-тусклый свет ложился на прохожих. В воздухе периодически пролетали дроны. - Иди за мной, - сказала Син, и они, лавируя между потоками людей, направлялись к выходу. Всё вокруг выглядело предельно обычным. Неожиданно Син передёрнуло, и секундном выражении лица мелькнул неподдельный ужас и страх. - Отойди, мы не знаем друг-друга! – как-то испуганно и резко, и при этом очень тихо она даже не сказала, а выплюнула. - Что… - Бабочки. Ищи их, и ты все поймешь. – Очень резко и быстро отчеканила Син. К Син подошли двое в довольно вычурно черных костюмах. Довольно резко и бесцеремонно схватили Син под белые рученьки и предложили пройти с ними. С другой стороны подошёл третий. Развернувшаяся перед ее глазами сцена ощущалось просто как удар, невольно заставив остановиться Аду. Син же пошла дальше с незнакомцами в черном. По ней было заметно, что она дрожит и боится. Неизвестные мужчины повели Син в сторону выхода, и было видно, что один крепко держит её за руку. Из такой хватки попробуй ещё вырваться – все трое были выше её на голову и весьма квадратны по очертанию пропорций. Син и не сопротивлялась. Аду пронзил ужас, её бросило в холодный пот. Ноги подкашивались, и просто стоять было почти невозможным. Тело стояло в ступоре, а люди вокруг обходили её будто не замечали и шли по делам дальше. Будто и не было ничего. Ужас пронял её, Аду. Неподвластный, животный ужас, от которого хотелось просто бежать. Останавливал лишь здравый смысл – остатки разума, не парализованные до конца, кричали - «Нельзя». К её счастью, её не заметили, а люди в штатском удалились с Син, поднимаясь к выходу. Ада развернулось. Одно она повторяла про себя, самой себе, постоянно, как метроном: Бабочки! Надо найти бабочек!.. Не давая себе думать, а значит бояться, Ада повторяла и шла, а прохожим, людям на станции, не было до неё совершенно никакого дела. У всех есть свои дела. Никому не понять ЕЁ проблем. Никому не ощутить её страха. Толпа безучастна. Она слепоглухонема. Для неё нет никого и ничего. Нет несправедливости. Нет жестокости. Нет ошибок и злодеяний. ************** Ада осознала себя в общем-общественном туалете по правую сторону от коридора пешеходного тоннеля станции. Кроме нее в нем была еще одна женщина, похоже, сделанная по генотипу АБ. Ее ягодицы были обнажены, а животик слегка округлый, вероятно она была беременна. Она на корточках и на носках сидела над нищей встроенного в пол продолговатого унитаза. И делала свои деля. Аде это придало немного уверенности в себе, так как она была все же не одна. Лампа дневного света периодически мигала, опять этот бледно-зелёно-салатовый кафель. Она поднесла руки к крану и сенсор открыл холодную воду. Ада умывалась, словно пытаясь смыть с себя страх, оторопь и недоумение. Словно пытаясь смыть этот день с себя и проснуться. Но это был не сон. Это явь… Женщина встала с корточек, в ее пизде Ада заметила трубочку уринопротетора. Женщина вытащила его из пизденки выбросив вместе с туалетной бумагой в отверстие приемника отходов и смыв за собой направилась к автомату, где в банках продавалась пригодная для употребления моча. Ада видела что женщина воспользовалась автоматом и приобрела себе банку мочи, которую она не применила открыт. Ада уловили не себе некоторый фривольный взгляд этой женщины, но не поняла, что он означал. Ада несколько была все же смущена так как она все же не привыкла к такому, не смотря на то что: она покупала подобное для дочки которая вполне спокойно пила мочу, да и вообще она это очень любила. Сама же Ада этого ни разу не делала, даже не смотря на уговоры дочки попробовать. Дальше Ада не стала, следит за женщиной. Она вспомнила про фалоимитатор который получила от Син. Он по-прежнему быль у нее в руках. Вот почему! Та женщина так посмотрела на нее! Пронеслось в голове Ады. Она поднесла его ближе к глазам. На вид это был обычный вибратор предназначенный для совсем нехитрого дела для одиноких женщин. Предмет, как предмет, в виде цилиндрика или торпедки, продолговатый, гладкий приятный на ощупь и фиолетового цвета. ***** Журналист Джон Киль, один из основных сторонников данной городской легенды, описывает случаи посещения смуглыми посетителями ещё с XIX века. По его словам, в ноябре 1896 года у известных тогда адвокатов Сан-Франциско объявился неизвестный, по виду, 50-летний мужчина, бывший «смуглым, черноглазым, около 5 футов 7 дюймов ростом и весил примерно 140 фунтов». Он назвался изобретателем «воздушного корабля», работающего на сжатом газе и на электричестве, показывал чертёж. Далее Киль приводит различные описания свидетелей, рассказывавших о смуглых людях восточного вида, замеченных при «воздушных кораблях». Например, судья Лоуренс Бирн заявлял, что был приглашён внутрь подобного «корабля» существами, которых он назвал «японцами» в Арканзасе 25 апреля 1897 года. В последующих книгах, Киль развивал идею о том, что «люди в чёрном» представляют собой демонические сущности. Киль приписывает им значительное влияние на ход мировой истории — встречи с Цезарем, Наполеоном, передачу Т. Джефферсону проекта герба США, предсказание судьбы любовницы Людовика XV мадам Дюбарри. Такие темнокожие «азиаты», пишет Киль, способны появляться и внезапно исчезать. Киль пишет, что и сам сталкивался с подобными явлениями: «Я имел в Лонг-Айленде рандеву с чёрными „Кадиллаками“, а когда начал их преследовать, они самым невероятным образом исчезли на дороге, упирающейся в тупик… Несколько раз я просыпался среди ночи, не в силах пошевелиться, а огромное тёмное привидение стояло надо мной». По словам Киля, «люди в чёрном» — это некая электромагнитная форма разума, способная вызывать излучение разных частот и необъяснимым образом переходить в твёрдое состояние, принимая какой угодно облик, чем обусловлена материализация как «людей в чёрном», так и спиритических призраков. Благодаря таким особенностям, эти «ультрасущества» прослушивают телефонные звонки, наблюдая поля, наводимые токами в телефонных проводах, и вызывают у людей видения — головной мозг работает как приёмник электромагнитных волн. Этим Киль объясняет и другие сверхъестественные понятия, такие как телепатия, медиумический транс и автоматическое письмо. *****