Барк покачивался на волнах моря неспешно чинно, приближался к портовому городу. Вокруг этих Островов Содружества океан менял свой цвет на пронзительно лазурный. Красное кровавое солнце клонилось к закату уходя за вполне различимую на горизонте Воху-Манью. Оно садилась в ореоле прекрасных цветных лучей преломленных в атмосферах двух планет, и образовывала что-то на подобии короны.

Двенадцать черных монолитов выстроенных кругом, будто часовые… или наблюдатели, кто созерцают мир и у чих основания положен вес мир. - Когда же мир стал таким серым и неуютным?... Когда из него пропали все краски?... Когда способность удивляться покинула людей навсегда?... Когда серые громады городов устремились своими шпилями в грязные небеса?... В чьей тени никому и в голову не приходило мечтать о солнце в зените, о цветущем разнотравье по весне...

Я долго не мог выбрать жену. Сначала потому, что часто ходил в моря. А потом уже просто не мог решиться. Кого предпочесть? Ту? Эту? А может вчерашнюю знакомую? А может все-таки предложить руку и сердце бывшей однокурснице?

Ночной город манил меня с детства. Моё плохое здоровье привело к тому, что я перестал спать по ночам и всё чаще выходил на улицу подышать свежим воздухом. Возможно, таким образом, я надеялся отвлечься от унылой реальности дневной жизни, а ещё хотел дать больший простор своей неутолимой любознательности и богатому от природы воображению.

Антуанетта фон Скарлет сидела над городом, уцепившись пальцами ног и рук за одновременно гладкий и шершавый металл кровли и водосток многоэтажного дома. Она взирала на раскинутый под ней чудесный вид ночного города утопающего в ливне и светом высотных зданий.