Я перепишу твой сценарий.

      Давно уже прошли новогодние праздники. Тимур, морально отдохнув в кругу семьи, вдохновенно вкалывал уже неделю. Что-то изменилось в парне за эти дни.       Он спокойно поговорил с братом, тот нашел ему заказчиков на тексты, и Тимур принял его помощь. Со дня на день должна была состояться встреча для подписания контракта. Ильяс тоже хотел присутствовать, но неотложные дела фирмы внесли свои коррективы в его планы. Тимур скинул ему на почту электронную версию договора. Брат после внимательного изучения одобрил контракт и разъяснил младшему некоторые моменты. Он всё это и так понимал, но чувство того, что о тебе беспокоятся, было приятно, и он с удовольствием выслушал напутствия. Также грели душу воспоминания о теплых руках матери, когда она, отойдя от удивления, обнимала его каждые пять минут; гладила по щекам и радовалась, что сын так возмужал. Тимур же, обнимая её в ответ, смеялся, щуря глаза, и говорил, что он всё тот же несносный мальчишка, который очень скучал по всем. Вспоминал прогулки по Казани с сестрой - они обошли все катки в округе, побывали во всех парках. Память телефона теперь забита фотографиями родных.       Был только один момент, что портил эту душевную идиллию. Вернее два. Аня и Надя. И если Надя была воспоминанием тревожившим сны, то Аня не давала забыть о себе в реальности ни днём, ни ночью. Она, поговорив со старшей, поменяла смены, чтобы всегда дежурить вместе с Тимуром. Девушка, твердо решив, что они пара, днём душила парня заботой, а в ночные дежурства предпринимала отчаянные попытки соблазнить его. Он обычно делал вид, что много работы, чтобы отделаться от неё. Тимур прекрасно понимал, что чувствам не прикажешь и старался не грубить девушке при встрече. Не виноваты ни он, ни она. Так бывает. Он всё собирался с духом, чтобы поговорить с ней в открытую и постараться объяснить, что они не могут быть вместе, раз уж намеков ей мало.       В очередное ночное дежурство Аня как всегда после 12-ти принеслась со своего отделения с ужином для Тимура. Как ни странно сегодня не было расстегнутого декольте, в которое она старалась выставить кружевное белье.       Сегодня, решившись окончательно поговорить, Тимур наблюдал, как девушка порхает, накрывая на стол. Он уже пытался начать разговор, но девушка остановила его, сказав, что действительно есть тема для разговора, но только за ужином. - Всё, садись за стол. - пригласила она парня. - А ты не будешь? - удивился Тимур, увидев, что накрыла она только на одного человека. - Я не хочу. - смущенно улыбнулась Аня, присаживаясь напротив Тимура.       Тимур почувствовал неладное и вопросительно уставился на девушку, нахмурив брови. Аня сделала вид, что не понимает. Он решил, что разговору это нисколько не мешает, отодвинул от себя тарелки и начал: - Анна, давай поговорим спокойно, как взрослые люди. Ты очень симпатичная, умная девушка, заботливая и внимательная. Я ещё раз прошу прощения за то, что был груб с тобой. Поверь, я очень сожалею, что так случилось. Жалею, что обнадежил тебя тогда вместо того, чтобы просто попросить прощения.       Аня, понимая, к чему он ведёт, опустила голову. Тимур встал и подошёл к ней сзади, положив руки на плечи девушки. - Ты же понимаешь, что невозможно просто так вот взять и заставить себя полюбить. Я не могу себя заставить, Аня. Да, ты мне симпатична, но не более. Я не хочу притворяться и обманывать тебя.       Аня развернулась к нему, убрала его руку с плеча и крепко сжала её в ладонях. В голубых глазах, что смотрели на него снизу вверх, была мольба. - Тимур, Я́ тебя люблю! Так люблю, что моей любви хватит на двоих. Что мне сделать, чтобы ты меня полюбил? Хочешь я постригусь, перекрашусь, похудею или поправлюсь, сменю стиль, поведение? Да что угодно сделаю, только чтобы ты был рядом со мной... И с нашим ребёнком.       Тимуру показалось, что ему прострелили грудь навылет. Стало больно дышать, в груди жгло. Он высвободил руку и отошёл спиной к диванчику. Медленно сел. В голове прокручивался момент, когда он после дачи, уже дома, вытащил презервативы из кармана. В пачке не было только одной штучки, которую он достал утром. Ночью в пьяном угаре никто не вспомнил о них. Но тогда он даже не обратил на это внимания.       В комнате наступила гнетущая тишина. Слышно было, как тикают часы, и бьются сердца. Одно в ожидании, другое, обливаясь кровью.       Внешне лицо Тимура не отображало, что творилось у него внутри. Волчьим воем отчаянно выла каждая нервная клетка. Тимуру хотелось провалится сквозь землю, бежать отсюда, сломя голову, бежать без оглядки на край света. Но вслух через некоторое раздумье произнес с каменным лицом: - Тебе ничего не надо менять в себе. Я постараюсь изменится сам. Я буду с тобой.       Она растерянно улыбнулась сквозь слёзы и кинулась к нему целовать солеными губами. Тимур нашел в себе силы ответить ей.       Зазвонил телефон Ани, её вызывали в отделение. Вытерев остатки слёз, она ушла к себе, а Тимур так и остался сидеть на диване, размышляя о том, что только что подписал себе приговор.