Red Dragon on a back

Когда Тэхёну было семь лет, никто не спросил его, хочет ли он остаться в Корее с отцом или переехать в Лос-Анджелес с матерью. Однажды, только вернувшись из парка, он обнаружил, что его комната пуста, все игрушки, книги и приставка упакованы в коробки, на кровати лежит маленький рюкзак, а с первого этажа ему кричат поторопись, мы опоздаем на самолет! Мать не дала ему времени попрощаться ни с кем, ни с отцом, ни с горничными, которые заботились о нем, ни с собакой. Она просто забрала его и посадила в черную машину, позволив ему проплакать всю дорогу и весь полет. Потом, в Лос-Анджелесе, Тэхён догадывается, что он рос как и любой другой ребенок, только богаче, с дорогими игрушками и брендовой одеждой. Окончив школу, его мать даже не поинтересовалась, чем он хочет заниматься дальше. Однажды вечером она пришла домой и сказала ему, что он будет специализироваться на менеджменте, потому что он единственный сын Ким Чонджэ, а компании его отца, Kim Enterprises, после смерти отца нужен наследник. Она проигнорировала его протесты и сделала вид, будто не знает, что Тэхён любит рисовать и хочет поступить в художественную школу. В тот вечер Тэхён расплакался, хотя, сколько он себя помнит, оба его родителя воспитывали его в духе ты — мужчина, а мужчины не плачут. Конечно, когда после окончания университета его снова ждали чемоданы и коробки у подъезда, он даже не пытался сопротивляться, понимая, что это все равно проигрышное дело. В последний раз, когда он видел Сеул, Тэхёну было семь лет, и его зрение было затуманено слезами. Сейчас Тэхёну двадцать пять, и его глаза снова полны слез. В тот раз он не хотел уезжать, и в этот раз он не хочет этого всем сердцем, но не может. Конечно же, его отец не появился в аэропорту, Тэхен даже не расстроился, когда после того, как он вышел из машины, перед ним появился мужчина в черном костюме и сказал, что его ждет машина. Всю дорогу Тэхен смотрит за окно машины, размышляя, найдется ли у него время нарисовать то, на что он смотрит. Очень знакомый голос говорит ему, что не успеет, однако он закапывает его там, где он не сможет его достать, где все плохое. Как и ожидалось, пентхаус, который купил для него отец, находится в Апгуджон-дон и является большим, слишком большим для одного человека. Самое страшное — это пустота, Тэхен не знает, как долго ему удастся здесь прожить. Кухня и столовая образуют огромную комнату, посреди которой стоит стол, Тэхён уверен, что за него никто никогда не сядет, даже он сам. Дальше — гостиная, почти такая же большая, как и остальные комнаты, половину ее занимают диваны, а после — коридор с пятью дверьми, одна в конце, остальные четыре по обе стороны. Двери открыты, и Тэхён видит две ванные комнаты и две пустые комнаты. Комната в конце коридора — его собственная, двуспальная кровать стоит в углу, он уже знает, что там всегда будет слишком холодно. Одна из четырех стен полностью сделана из стекла, вид настолько красивый, что на секунду Тэхён думает о том, чтобы покрасить ее. Из него виден весь Апгуджон-дон, каждая дорога и здание, луна прячется за одним из них. Тэхёну нужно распаковать вещи, отец хочет видеть его утром, однако он садится на край кровати и вздыхает. Это начало его последней главы, он чувствует это.

***

Тэхён ничего не рисовал с того дня, как приехал в Сеул, с тех пор отец высасывает из него всю энергию. Он всегда устает, даже сразу после пробуждения, но пребывание с ним в одной комнате утомляет его как ничто другое. Тэхен чувствует осуждение, чувствует, как сильно отец ненавидит его, как сильно он хотел бы, чтобы его сыном был кто-то другой, а не педик, зарабатывающий на жизнь рисованием. Тэхен старается не думать о его словах, но это трудно, когда ему приходится выслушивать их почти каждый день. Прошло уже несколько недель, как он в Сеуле, и единственные места, которые он знает, — это его дом, метро, компания и ближайший продуктовый магазин, больше ничего. Он искал в Интернете художественный магазин, но так и не пошел посмотреть, где он находится, лицо отца всплывает в его сознании каждый раз, когда он думает о том, чтобы взять в руки ручку и набросать что-нибудь. Тэхён не глуп, он знает, что делает его отец, он пытается изменить его, исправить, обращается с ним, как с дорогими сломанными часами, которые нельзя выбросить, он знает, что если он позволит ему хоть немного проникнуть в его разум, это будет концом того, кем он на самом деле является. Однако в последнее время он задается вопросом, не сделал ли это уже его отец, ведь он забрал у него единственное, что он любит, превратив его в пустое тело. Каждое утро он смотрит на себя в зеркало и видит, что его мешки под глазами всегда больше, чем накануне, лицо незнакомца смотрит на него, впалые щеки и губы образуют прямую линию, он больше не знает, что такое улыбка. Единственные два дня, когда он не вынужден видеться с отцом, — это суббота и воскресенье, но в основном Тэхён остается в своей квартире, ничего не делая, отсыпаясь или принимая долгие горячие ванны, оставаясь под водой, пока не сгорят легкие. Иногда он задается вопросом, так ли он проведет остаток своей жизни, доживет ли до тридцати лет, будет ли у него когда-нибудь семья. Тэхён не хочет этого, но когда все затихает, слишком затихает, а его мысли становятся слишком громкими, он плачет, прижимая подушку ко рту, чтобы заглушить звуки, а руками хватаясь за простыни. Он просто хочет, чтобы кто-то заботился о нем, о том, какой он есть, чтобы кто-то сказал ему я не знаю, как я смогу жить без тебя.

***

Прошло два месяца с тех пор, как он работает с отцом, Тэхён уже не помнит запах акрила, ощущение кисти под пальцами, звук карандаша на бумаге, в голове только слова отца, то, что он сказал ему в то утро, когда увидел его рубашку, не просто белую, а светло-бирюзовую, где ты находишься? в клубе для педиков? Он не может думать ни о чем другом, одни и те же слова повторяются в его голове снова и снова, не давая ему передышки. Тэхен хочет забыть их, поэтому в приступе то ли ярости, то ли гнева он встает с кровати, открывает дверцу шкафа с большей силой, чем нужно, и достает оттуда рубашку и несколько брюк, надевая их. Он даже не удосуживается уложить волосы или накраситься, ему нужно отвлечься, ему нужно что-то, что заставит его забыть, хотя бы ненадолго, а что может быть лучше алкоголя? Клуб, в который он идёт, он видел однажды, когда шел домой после того, как вышел не на той остановке метро. Там не очень много народу, может быть, потому что еще ранний вечер, люди есть, но не так много, чтобы он не мог подойти к стойке и заказать напиток. В итоге Тэхен не заказывает напиток, кто-то занимает место рядом с ним и спрашивает, может ли он предложить ему один. Парень выше его даже в сидячем положении, Тэхён видит, что под темной рубашкой у него есть мышцы. Объективно его нельзя назвать красивым, но, тем не менее, он нравится Тэхёну, поэтому он говорит: — Я Тэхён, — наклоняясь ближе, чтобы заглушить музыку. — Приятно познакомиться, я Минсук, —отвечает он, улыбаясь ему. Тэхен кивает, берет напиток, который бармен ставит на стойку, он даже не знает, что это такое, но все равно выпивает его одним глотком, закрывая глаза, когда жидкость обжигает горло. — Полегче, ты же не хочешь напиться, верно? — Минсук хихикает, наклоняясь ближе. — Вообще-то да, — говорит Тэхён, и что-то в его глазах меняется, но он не обращает на это внимания и берет другой полный стакан, поставленный перед ним. Они мало разговаривают, а если и разговаривают, то Тэхён не замечает этого, слишком занятый тем, что выпивает стакан за стаканом, после, как он полагает, третьего стакана, все начинает расплываться, свет бьет по лицу Минсука каждые несколько секунд, оставляя его черным в промежутках, и каждый раз другой всегда ближе, чем предыдущий. Только когда Тэхен чувствует руку на своем бедре, он понимает, что происходит. — П-Прости, но я не хочу этого, — сразу же говорит он, но, возможно, Минсук его не услышал, потому что рука остается на месте, возможно, даже приближается к его паху. Тэхён оставляет стакан, который он держал на стойке, чтобы забрать его самому, но Минсук не позволяет ему этого, обхватывая его бедро так сильно, что это почти больно. — Что ты делаешь? — спрашивает Минсук, улыбка сменяется хмурым взглядом. Тэхён не хочет этого, он просто хотел выпить, но тот, видимо, не понял его намерений. — Мне это не интересно, — отвечает он, повышая голос, чтобы убедиться, что мужчина слышит его слова. — Мне все равно, ты принял напиток, —качает головой Минсук, на его губах играет зловещая улыбка. Тэхён даже не успевает моргнуть ресницами, как Минсук хватает его за талию, чтобы загородить собой. Он пытается оттолкнуть его за плечи, но парень оказывается сильнее, а Тэхён все еще пьян. Их лица так близко, что он чувствует дыхание парня на своих губах. Он не хочет отдавать Минсуку свой первый поцелуй после того, как он так долго ни с кем не целовался, поэтому он собирает все свои силы, даже если их немного, и на этот раз пытается оттолкнуть его грудью. Это бесполезно, его лицо только приближается, и он ясно чувствует запах алкоголя, он знает, что если он ничего не сделает, то это не будет приятным опытом. Тэхён пытается оттолкнуть его еще раз, но он слабее, и кажется, что Минсуку даже не нужно прилагать усилий, чтобы противостоять его толчку. Тэхён думает, что больше ничего не может сделать, даже если он не хочет сдаваться Минсуку, он знает, что у него нет никаких шансов против него. Возможно, он мог бы закричать, но музыка слишком громкая, и никто его не услышит. Рука лежит на его бедре, а другая сжимает кожу на талии так сильно, что Тэхён уверен, что останутся синяки, ему хочется плакать, слезы уже колют глаза, и он закрывает их. Вдруг руки исчезают с его тела, их губы не встречаются, а когда он открывает глаза, перед ним оказывается то, чего он меньше всего ожидал. Высокий и мускулистый парень лежит на Минсуке, вокруг них люди наблюдают за дракой, или, скорее, за тем, как парень наносит Минсуку множественные удары. В какой-то момент Тэхён даже видит кровь, но не знает, чья она. Тэхен не может заставить себя что-либо сделать, ему кажется, что он не контролирует свое тело, он просто смотрит, как один парень избивает другого. Даже двое мужчин, появившихся из толпы, не могут оторвать парня от Минсука, его останавливает охрана: двое громоздких мужчин хватают его за руки, а другой — за середину. Музыка звучит слишком громко, свет последовательно включается и выключается, поэтому Тэхён не совсем понимает, что кричит ему парень, пока он стоит, по его губам он читает только что-то близкое к ты в порядке? Тэхён кивает, произносит спасибо, прежде чем охрана заставляет парня уйти. Все последующее происходит как в тумане, как будто он выпил целую бутылку водки. Девушка медленно подходит к нему и просит следовать за ней на улицу, когда она поворачивается к нему спиной, персонал написанный на ее футболке, успокаивает его. На улице офицер полиции спрашивает у него документы, не пострадал ли он, но Тэхён качает головой и, прежде чем сказать что-то еще, пытается получить информацию о парне, который вмешался, офицер отвечает, что это не первый раз, когда он ввязывается в драку, так что, вероятно, как и в прошлые разы, он останется в полицейском участке, пока кто-нибудь не внесет за него залог. После этого такси привозит его домой, и Тэхён не успевает даже подумать о случившемся, как уже засыпает, едва его голова коснулась подушки.

***

Тэхён никогда не был в полицейском участке, повсюду офицеры, проходящие мимо него с папками и кружками в руках, некоторые из них разговаривают в углу, а одна сидит в приемной, она его не заметила, слишком занята, что-то пишет, поэтому Тэхён идет медленно, то, что он хочет сказать, готово на кончике его языка с того момента, как он вышел из дома. — Простите? — говорит он, офицер слегка подпрыгивает, роняет ручку и смотрит на него, она изучает его в течение короткого мгновения. — Да? — отвечает она, улыбаясь. — Я здесь, чтобы вывести кое-кого, —пытается сказать он, но получается больше похоже на вопрос. — Имя? — спрашивает офицер, руки уже нависают над клавиатурой. — Я не… его арестовали прошлой ночью из-за драки? В клубе? — Тэхён объясняет, на его губах извиняющаяся улыбка, надеясь, что этого будет достаточно. — Ах, да, Чон Чонгук. Вы его новый парень? — спрашивает она, ее голос меняется на раздраженный и ироничный. Тэхен широко раскрывает глаза. — Нет, нет! Я… он оказал мне услугу, поэтому я… — пытается сказать он, но останавливается, когда понимает, что офицер не обращает на него внимания, и кричит позовите Чона, кто-то платит! После этого она просит у него деньги и документы, но Тэхен молчит и только смотрит в конец комнаты, где офицер скрылся за углом, откуда потом снова появился, рядом с ним шел человек. Тэхен не очень хорошо помнит этого парня, в клубе было темно, и все произошло так быстро, Минсук пытался поцеловать его, и прежде чем он успел что-то сделать, он уже лежал окровавленным на полу. Чон Чонгук высокий, может быть, чуть выше его, мускулистый, грязно-белая футболка ничего не скрывает, демонстрируя его мышцы и замысловатые линии татуировок. Лицо отвлекает внимание от остального тела, линия челюсти острая, кажется, что он стискивает зубы, пряди всклокочены, немного беспорядочно разделены на лбу. Чонгук смотрит на него, но в его взгляде нет удивления или любопытства, скорее раздражение. Тэхён не может игнорировать тот факт, что Чон Чонгук горяч и красив, он действительно не может. — Прив– — Ты можешь снять эти гребаные наручники? — Чонгук останавливает его, выплевывая слова между зубами. Тэхён смотрит на него, пока офицер снимает их, очень медленно, как будто специально, чтобы разозлить собеседника. Как только наручники сняли, Чонгук даже не удостоил его взглядом, сказав что-то себе под нос и направившись к выходу, не давая Тэхёну времени что-то сказать. Он оборачивается, смотрит, как Чонгук выходит, потом бросает быстрый взгляд на офицеров и выбегает, но на улице, когда он оглядывается в поисках, кажется, что Чонгука не было с самого начала. — Было бы достаточно просто сказать спасибо, — шепчет он себе, не обращая внимания на то, что люди смотрят на него со странным выражением лица, — засранец.

***

Тэхён старается не думать о Чон Чонгуке, но это трудно, особенно когда его мысли обманывают его и блуждают по изображениям рук парня, полных татуировок, или по тому, насколько он был горяч, даже если у него была всего одна минута, чтобы посмотреть на него. Он также искал его на фейсбуке и в инстаграмме, к сожалению, безрезультатно. Ему просто любопытно, даже если он должен забыть о нем, то, что он не в первый раз ввязывается в драки, беспокоит его, но он не может судить, когда не знает правды. Что если каждый раз, когда он ввязывается в драку, это потому, что кого-то домогаются? Это случилось с ним, так почему бы это не может случиться с кем-то еще. Тэхен благодарен, что тот оказался рядом, заплатить залог — это было лучшее, что можно было сделать. Он должен найти номер его телефона и предложить ему кофе, чтобы отблагодарить его должным образом. И он так и поступает. Ты должен поблагодарить его, говорит он себе в следующую пятницу после драки в клубе, телефон в руках, большой палец почти на экране, готовый набрать номер, который должен принадлежать Чонгуку. Он часами сидит на диване, спрашивая себя, правильно ли то, что он собирается сделать, но потом шепчет себе под нос похуй и нажимает пальцем на холодный экран. После двух гудков кто-то берет трубку: — Да? — Ты Чон Чонгук? — спрашивает Тэхён, почти сожалея о своем выборе. — Кто ты? — отвечает голос, не отвечая на его вопрос, но он знает, что это он, или, по крайней мере, думает, что это он. Тэхен закрывает глаза, это было плохое решение. — Я Ким Тэхен, на прошлой неделе ты побил парня из-за меня? — О, да, это я сделал, — усмехается Чонгук, и Тэхён чувствует облегчение, он рад, что тот не прекратил разговор и не разозлился за то, что у него есть его номер, ему пришлось вернуться в полицейский участок, чтобы получить его, иногда имя его отца бывает полезным. — Е-Если хочешь, я бы хотел купить тебе кофе, в качестве благодарности? — ему действительно стоит остановиться, чтобы его предложения не превратились в вопросы. — Я не любитель кофе, — только и отвечает Чонгук, неужели он отказывается от его предложения? — Тогда как насчет обеда? Или ужина? — Тэхен говорит торопливо, боясь, что собеседник прервет разговор. — Парень, ну как я могу не согласиться на обед? Напиши мне, когда и где, чтобы я был свободен для тебя, — отвечает Чонгук, и Тэхён почти краснеет от последней фразы. — О-Окей, — запинается он, не зная, что еще сказать. — Пока, Ким Тэхён. — Скоро увидимся. — Да, увидимся.

***

Не удивительно, что слова Чонгука чтобы я был свободен для тебя были реальны, Тэхён не хотел ждать, поэтому в пятницу вечером он отправил ему смс и спросил, свободен ли он в это воскресенье в обед. Тэхен лег спать, так и не получив ответа, но утром, первое, что он увидел, открыв глаза было как я и говорил, я свободен для тебя смотрящее на него в ответ.

***

Это первый раз, когда Тэхён отправляется обедать не в кафетерий рядом со зданием компании, ему пришлось искать лучшие рестораны Сеула на сайте Naver, так как он не знал, куда пойти. В итоге он выбрал не самый шикарный ресторан, а всего лишь оцененный в четыре звезды из пяти, недалеко от центра Сеула. Они договорились встретиться прямо в ресторане, но когда Тэхён вошел, официантка сказала ему, что он первый, кто пришел за столик, зарезервированный на его имя. Она подводит его к столику, и он с радостью обнаруживает, что тот находится не в центре зала, а спрятан в укромном уголке. Тэхен садится, улыбается официантке, а затем начинает возиться с льняной салфеткой, разложенной на столе, и портить ее идеальную форму. Он знает, что еще рано, он всегда был человеком, который предпочитает ждать, а не быть ожидаемым. В средней школе он первым появлялся на вечеринках по случаю дня рождения, а в колледже первым был готов, когда нужно было идти куда-то с друзьями, однако, он также всегда первым возвращался домой. Не то чтобы он часто куда-то ходил, просто по пятницам или субботам, чтобы мама поверила, что у него есть настоящие друзья. Его внимание привлекло чье-то хриплое дыхание, и Тэхён повернул голову, чтобы посмотреть как в нескольких шагах от стола стоял Чонгук. — Привет, — улыбается Тэхён. Чистый Чонгук выглядит гораздо привлекательнее грязного, особенно если на нем белая майка, заправленная в черные брюки, и толстая серебряная цепь на шее. — Привет, можно присесть? — спрашивает Чонгук, на его губах играет улыбка. Тэхен кивает, понимая, что должен держать глаза поднятыми, но его татуированные руки слишком близко, чтобы их можно было игнорировать. Пока Чонгук сидит, Тэхен позволяет своим глазам путешествовать по рукам, останавливаясь только тогда, когда замечает состояние его костяшек пальцев. Кожа порвана, и похоже, что никто не позаботился об этом, может быть, просто промыли водой, чтобы убрать кровь. Правая рука в худшем состоянии, чем левая. Тэхён хочет думать, что это результат ударов за неделю до этого, но порезы выглядят слишком свежими, чтобы быть более чем недельной давности. — Как ты? Тишину нарушает Чонгук, который, положив руки на стол, чтобы Тэхён больше не видел костяшки пальцев, изображает улыбку. Тэхён чувствует, как краснеют его щеки, понимая, что собеседник заметил, что он смотрит на его руки. — Я в порядке, а ты? — отвечает Тэхён, делая глоток воды из своего стакана, чтобы успокоить нервы. — Хорошо, к счастью, не в беде, — усмехается Чонгук, и Тэхён подражает ему, — насчет прошлой недели, я хотел поблагодарить тебя за то, что выручил меня, ну, знаешь, и извиниться за то, что вел себя как придурок. Тэхён очень хочет сказать да, ты действительно это сделал, но сдерживает себя, предпочитая сказать: — Все в порядке, ты наверняка устал и все такое. Официантка, сопровождавшая его к столику, прерывает их, чтобы спросить заказ, заставляя Чонгука воздержаться от того, что он собирался сказать. Тэхён говорит ей, чего бы он хотел, а Чонгук даже не смотрит на нее, говоря: — То же самое, что и он заказал. — Ты хоть знаешь, что это такое? — спрашивает Тэхён, как только девушка исчезает. — Нет, но оно должно быть хорошим, если ты его заказал, верно? Тэхён качает головой, смеясь, а Чонгук ухмыляется, опираясь локтями на стол: — Чем ты занимаешься в жизни, Ким Тэхён? Тэхён чувствует, как напрягаются его мышцы: — Я работаю в компании отца, — говорит он почти шепотом, надеясь, что этого будет достаточно. — Правда? Я тоже работаю на бизнес моего отца. Точнее, должен, но... давай больше никогда не будем говорить об отцах, договорились? Тэхен не сразу отвечает, значит ли, что они еще увидятся? — Договорились, — отвечает он, впервые показывая свою улыбку в форме сердца. — Отлично, Ким Тэхён. — Действительно, Чон Чонгук. Они оба улыбаются, и Тэхён не чувствует себя неловко, даже если обедает с незнакомцем. Незнакомцем, который спас твою задницу, — поправляет его мозг, и Тэхён вынужден согласиться.